Свобода стоит дорого

Прошло около двух месяцев, когда мы были во Франции. Наполеон поселил меня в своём дворце, желая сделать фрейлиной императрицы Марии-Луизы. Правда, ей это не очень понравилось. - Зачем вы привезли сюда эту русскую дикарку, любовь моя? – обратилась она к нему тогда. Император холодно посмотрел на неё, положив руку мне на голову. - Не будь так груба. Она совсем ребёнок, не стоит ревновать. - Вы не любите меня, ваше величество. Для этого и привезли её. Как тут не ревновать? - Я думал, ты будешь рада подарку. Что ж, раз так, она станет моей горничной. Женщина промолчала посмотрев с обидой. Наполеон велел одному из слуг переодеть меня и отдать комнату с видом на сад. Она была небольшой, но явно больше нашего сарайчика. Зима почти закончилась. Дедушка, как ты там без меня? Я знаю, что ты тоскуешь. Знаю, что молишься за меня. Никого-то у тебя больше нет. не стало дочери, теперь и внучки. Однако ж знай, что я вернусь однажды на рассвете. Я найду тебя и мы будем жить вместе, как раньше. Нет… нет, не хочу как раньше. Заживём по-новому. Свободно. Во дворце я жила с месяц. Императрица недолюбливала меня, я это знала. И знала, что Наполеон не любит её. Он был с ней холоден и строг. Сейчас я вошла в один из кабинетов, чтобы протереть тут пыль. Едва я подошла к столу, как дверь заскрипела. Я вздрогнула и обернулась. В кабинете был брат императора – Люсьен. Он вопросительно уставился на меня. Заметив в моей руке кисть для пыли (я просто хз, как эта штука называется), мужчина ухмыльнулся краем губ. - Не отвлекайся, работай. – сказал Люсьен, идя к столу. Я молча подошла к полкам, смахивая пыль с книг и фигурок. Тишина царила с двадцать минут. Когда я подошла к шкафу, который был рядом со столом, Люсьен повернул ко мне голову. Мне не нравился его взгляд. В этом взгляде было ясно видно желание. Я захотела уйти. Опустив голову, я смахнула с дверцы пыль и повернулась, как он встал из-за стола и схватил мою руку. - Стой… ты не закончила. - Мсье, вы неправы. Я всё протёрла. – пролепетала я, не поднимая глаз. Брюнет поднял мое лицо и уставился в глаза. Он будто рыкнул и резко прижал меня к стене, страстно дыша в шею. - Софья… Софи… чёрт возьми, иди сюда. Он начал развязывать моё платье. Я сильно испугалась и стала пытаться его оттолкнуть. - Н-нет… мсье, не надо… стойте… - Будь хорошей девочкой. Не сопротивляйся. - Не смейте… - Не сметь? – усмехнулся он – с чего бы? Люсьен звучно втянул запах моей шеи. - Чёрт… теперь я понимаю, зачем брат привёз именно тебя. я бы тоже не удержался, – он запустил руку под моё платье, прижав к себе за попу – не бойся меня. Ещё никто не жаловался. Кричать смысла не было. Кто будет спасать служанку? Однако, дверь открылась. Люсьен вздрогнул и обернулся, резко отпустив меня. - Где же ты ходишь, братец? На собрании только тебя и ждут, – сказал спокойный голос пришедшего Наполеона. Его младший брат с досадой и злобой шикнул «чёрт». - Иду, – бросил он, идя к двери. Глянув на меня, Люсьен ушел. Наполеон же подошел и прошелся оценивающим взглядом. Затем потянул ко мне руку. Я уперлась спиной в стену и зажмурилась. - Развязалось, – произнес он, завязывая шнурок моего корсета. Я смотрела на его руки. Затем на лицо. Мужчина посмотрел мне в глаза. Затем погладил по щеке ногтями, улыбнувшись краем губ – меня тебе бояться незачем. Я не дам Люсьену тебя поиметь. Он хотел убрать руку, но почему-то я её остановила, прижимая к щеке. - В чём дело? - Я… я… не знаю… спасибо, сир. Наполеон ласково улыбнулся, снова погладив мою щёку. - Пожалуйста. В девять вечера зайди в мои покои. - Да, сир. - Теперь успокойся и выпей воды. Ты бледна. - Да, сир. - Ещё боишься меня? Я посмотрела в его бледно-голубые глаза. - Не думаю, сир. - Прекрасно. Он ушел, плеснув мне в стакан воды из графина. Почему он обо мне заботится? Совесть мучит? Не похоже. Как он и просил, в девять вечера я пришла к его покоям. Постучавшись, я вошла. Наполеон стоял у окна и о чём-то думал. обернувшись ко мне, он подошел и закрыл дверь. Затем вздохнул. - Сядь. Я хочу у тебя кое-что спросить. Я села на краешек кровати. Император встал передо мной и потер переносицу. Затем посмотрел в лицо. - Что ты обо мне думаешь? Я право, растерялась от его вопроса. - Что вы имеете в виду, сир? - Я хочу узнать, какого ты обо мне мнения. Я тебе противен? Я помотала головой. - Ненавидишь меня? Я снова помотала головой. - Говори. - Я… я не знаю… я решительно ничего о вас не думаю. Как любой правитель, вы властолюбивы и умны, это очевидно. Немного эгоистичны, но вежливы. Он сжал руку в кармане на животе в кулак. Второй убрал волосы с лица. - Это не то… что ты чувствуешь, когда слышишь моё имя? Ты злишься, ты ненавидишь меня за то, что я взял тебя с собой, что ты чувствуешь? Его голос был страстен и взволнован. Я тихонько сглотнула. - Я право не ненавижу вас. Я тоскую по дому, но даже благодарна, что вы не убили моего старика. Он часто дышал. Затем посмотрел мне в глаза. - Сил моих нет! чёрт возьми, я люблю тебя! Он прижал меня к себе и жадно поцеловал. Я ощутила запах вина. Наполеон отпрянул и задыхаясь от возбуждения стал ласкать меня и говорить: - Софи… прелестное дитя… мой милый ангел, как я тебя люблю… как ты мила… - Вы пьяны. – сказала я без лишних эмоций - Я пьян тобой, моя милая. - Вы женаты - Мы никому не скажем. - Императрица повесит меня. - Я сам кого хочешь повешу! Ты не её служанка, а моя. - Вы обещали мне свободу. - Помню… моя милая Софья, как ты пахнешь – говорил он в мое плечо, гладя по рукам - Вы солгали - Никогда! Я не могу отпустить тебя… я люблю тебя так нежно… - Сир, вам лучше… - Наполеон. Я Наполеон, не сир. Я посмотрела в его добрые глаза. Тихонько сглотнула - Н… Наполеон, право не стоит… Он посмеялся, дыша в мою шею. - Ты любишь меня. Тебя пугает то, что я женат. Поверь, моя жена тоже не верна мне. Наш брак лишь политический союз. Да ты дрожишь, малышка! - Холодно. - Я согрею тебя, моя милая. - Н-Наполеон… послушай, я… ты… нельзя… - Не переживай, Софья. Я буду нежен, дорогая. - Узнают… - Повешу всех за сплетни. Я помолчала, посмотрев в его лицо. Он стянул шнурок корсета и порвал его. - Иди ко мне… ргх, моя малышка Софи… Наполеон повалил меня на кровать, раздевая и лаская грудь и шею. Я не знала, хочу ли этого. Он не насиловал меня. Он был очень нежен. Раздевшись сам, он сильно поцеловал меня в губы. Затем в грудь. Я вскрикнула от боли. - Перестарался… очень больно? - Н-нет… терпимо… - тихо сказала я. Император запустил руку мне между бёдер и медленно их раздвинул. Затем неспеша проник внутрь, лаская меня и целуя, держа за одну руку. Стало больно. я ощутила, как по мне течёт теплая кровь и закусила губу. - Чшш. Сейчас пройдёт, моя милая, – шептал Наполеон, наклонившись к моей груди и целуя её. Вторую руку он положил на неё и стал нежно мять. Он немного улыбнулся – какая ты мягкая. И теплая. Вскоре боль прошла. Наверное, через час или меньше Бонапарт устал и рухнул рядом со мной. Он прижал меня к себе и поцеловал в шею. - Хочешь выпить? - Я не знаю. Наполеон встал с кровати и взял со стола открытую бутылку вина. Затем налил в бокал и принес мне. - Выпей. Знаю, что хочешь. Я повернулась и взяла вино. Затем выпила. В дверь вдруг постучали. - Вон! – крикнул император, ложась ко мне и обнимая. Тут он вдруг задумался и посмотрел на окровавленные простыни. Затем быстро поцеловал меня и прошептал – малышка, спрячься в шкафу на несколько минут. - Но… зачем? - Не спать же нам на грязном белье. Я молча залезла в шкаф. Платье он закинул за комод. Затем накинул халат, завязал его и рванул к двери, от которой уходила одна из служанок. - Стой. Поменяй здесь бельё. Она кивнула и подошла. Затем с удивлением смотрела на кровь. Она глянула на Бонапарта. Он демонстративно поднял бокал вина. - Разлил. Ещё вопросы есть? - Нет, ваше величество. Служанка быстро поменяла простыни. Затем ушла, пожелав императору добрых снов. Он закрыл изнутри дверь и распахнул дверь шкафа. Оттуда вывалилась я прямо на него. Наполеон поймал меня и положил на кровать. сбросив халат, он лег рядом и укрыл нас одеялом. Затем обнял меня, положив руку на грудь и дыша в шею. - Сладких снов, малышка Софи. Я несмело обняла его руку. - Сладких… Наполеон.