Под прицелом войны

— Так вот ты какой, непревзойдённый Алекс, ну здравствуй! — тихим голосом произнесла Ульяна, глядя ему прямо в глаза. Старший лейтенант нервно сглотнул, все его мысли смешались, и он не мог понять, что происходит. Это была она. Сафронова смотрела на Алекса, и ему казалось, что девушка прожигает его насквозь. В её взгляде читалась надменность, злость и пренебрежение. Под напором красивых изумрудных глаз Соколовский отвёл взгляд в сторону, его лицо залилось краской, и сердце сильно забилось, выпрыгивая из груди. Вадим, стоявший в стороне, почувствовал что-то неладное. Он никогда не видел своего лучшего друга таким потерянным, особенно перед незнакомой ему девчонкой. Дмитриев решил, что надо спасать ситуацию, и подлетел к Алексу, забрасывая руку ему на плечо. — Братан, ты сам не свой, в чём дело? — еле слышно проговорил он, но ответа от Соколовского не дождался. — Ульяна, это Алекс, — Вадим решил обратиться к девушке, и она не заставила себя ждать. — Да мы уже знакомы, — сквозь зубы отчеканила Сафронова, вводя парня в ещё большее заблуждение. Дмитриев удивлённо изогнул бровь, повернувшись к другу, будто бы ожидая подтверждения. Парни были неразлучны с детства и знали друг о друге всё. Вадим подумал, что Алекс просто напросто, решил скрыть от него знакомство с этой девушкой, имея на неё виды. Вкусы у них были одинаковые, что вполне оправдывало Соколовского, но услышанное выбило Вадима из колеи. Алекс, наконец, выйдя из шокового состояния, максимально приблизился к девушке, пытаясь не смотреть ей в глаза. Ульяна занервничала и инстинктивно отступила назад, закусывая нижнюю губу. На лбу девушки выступил холодный пот. — Вадим, я её впервые вижу. Малышка явно бредит, — как можно спокойнее проговорил Алекс, хладнокровным взглядом окинув Улю. Он дал ей понять, чтобы та не болтала лишнего. — Ну ты ведь тот самый универсальный боец, правая рука генерала-майора Фесенко, тот, кого здесь ждали больше всех, — как можно убедительнее выговорила Ульяна. Было видно, что слова давались ей с трудом и голос срывался. Алекс слегка улыбнулся и облегчённо выдохнул. — Так ты об этом, а я сначала и не понял, — наигранно пожал плечами парень, протягивая ей руку, — приятно познакомиться, Ульяна! Сафронова шлёпнула ладошкой по его руке и развернулась, зашагав к остальным бойцам. «Врёшь, меня не проведешь», — подумал Вадим, который сделал вид, что поверил. «Какой ужас! Мерзавец, подлец, урод! Ненавижу тебя. Универсальный боец, ты смотри на него, тьфу! Я тебе яйца отстрелю за то, что ты сделал со мной, посмотрим, как заговоришь потом», — проносилось у Ульяны в голове, хотя её лицо не выражало ни одной эмоции. Сафронова узнала его ещё в лесу, но было слишком поздно, ведь знаменитую татуировку, как у генерала Фесенко, она увидела под самый конец, осознавая весь ужас сложившейся ситуации. Это значило лишь одно — Сафронову, так безжалостно и жестоко, трахнул, по-другому не скажешь, свой же человек. Она думала, что стала подстилкой для врага, но это оказалось далеко не так, и от этого было ещё больнее. Алекс смотрел вслед уходящей девушке, и внутри него что-то обрушилось. Было заметно, что парень сильно подавлен. Он был зол на самого себя. Как он мог так ошибиться и что теперь будет? «Такая маленькая, но стойкая, бесстрашная, сильная духом, девчонка», — думал Соколовский, понимая по походке Сафроновой, что ей очень больно от его издевательств в лесу. Его сердце предательски сжималось в груди, зная, какую страшную ошибку совершил. — Ульянааа, — шепнул Алекс себе под нос, сладостно растягивая её имя, будто пробуя его на вкус. — Соколовский, мне нужно поговорить с тобой после учений, — решительно сказал Вадим, — а сейчас бегом в строй, мы начнем сегодня или нет? — командным голосом приказал Дмитриев. — Я не понял, ты это сейчас старшему лейтенанту говоришь? — Алекс посмотрел на него с ухмылкой на лице. — Это я говорю своему другу! Соколовский решил не спорить, и молча направился на исходную. Вадим подошёл к бойцам и, не теряя времени, начал распределение: — Рота, равняйсь! — солдаты синхронно повернули головы в сторону. — Смирно! Вольно! Слушай мою команду: снайперы — Вавилов, Гаврюков, Никифоров, Сафронова, Трофимов, выйти из строя. Вы идёте со мной, как и предупреждал генерал Фесенко. Будем смотреть, кто на что горазд, и делать из вас настоящих мастеров, — Вадим посмотрел на Улю и подмигнул ей, а Сафронова, сама от себя не ожидая, слегка приподняв уголки губ, улыбнулась в ответ. До сегодняшнего дня, Дмитриев ей казался наглым, самовлюблённым индюком, но сейчас она взглянула на него с другой стороны, не понимая, зачем Вадим скрывает себя настоящего под маской, эдакого, плохого парня. Эти «гляделки» не остались незамеченными Алексом, и его кулаки непроизвольно сжались. — Старший лейтенант Соколовский, так как вы прибыли в расположение на день позже, спешу вам доложить приказ генерала Фесенко, — продолжал Дмитриев. — Докладывайте! — Вам предстоит задача не из лёгких: вы должны ввести в курс дела всю роту, кроме моих подчинённых, и начать подготовку к боевым действиям, ведь Западная часть Беллума, как нам известно, готовит нападение. Более подробную информацию мы ждём от наших разведчиков. — Вас понял, товарищ лейтенант, можете быть свободными, — Алекс вышел из строя, развернувшись лицом к солдатам, а Вадим со своими бойцами, направился в другую сторону полосы препятствий. По пути Дмитриев подошёл к Ульяне и заговорил с ней: — Уль, что у тебя с лицом, откуда царапины, почему руки в синяках? — забросал вопросами её парень. — Товарищ лейтенант, я решила потренироваться с утра и нашла отличную позицию для нас. Пока готовила для себя маскировку, то счесала ветками лицо. Я думаю, вы понимаете, что в нашем деле это нормально, — пролепетала девушка и посмотрела Вадиму в глаза, чтобы вызвать у него доверие. — О, да, это точно, — засмеялся он, — будь аккуратнее в следующий раз и не уходи далеко. Опасное время, знаешь ли. — Так точно! Наконец-то они добрались до «пункта назначения» и присели в тени, приготовившись слушать своего командира. — В теории, мы все с вами знаем, что умение попадать прямо в цель — не является залогом успеха нашей работы. Основу всего этого составляет: выживание, безупречная маскировка, наблюдение, тактика, саперное дело… — Метеорология, баллистика, связь, — нетерпеливо продолжила Ульяна, перебив лейтенанта. — Верно, — Дмитриев не стал делать ей замечание, исходя из личной симпатии к этой неугомонной девчонке. — Кто мне скажет, что главное в маскировке? — Главный принцип в том, чтобы глаз противника не останавливался на ней, она должна быть максимально незаметной, — Сафронова, с энтузиазмом в голосе, продолжала. — Умничка. Что насчет позиций? — Товарищ лейтенант, ну мы это всё знаем, — Уля насупилась и поджала губки. — Что вы с нами, как с детьми! — Все согласны? — бойцы поддержали её. — Значит, переходим к практике. Я хочу знать, кто из вас что представляет, — Вадим поднялся и направился к нужной точке, где у него были заранее заготовленные задания. — Но вы не думайте, что отделались от меня. На вечерней тренировке нам всё-таки придётся углубиться в теорию, — подытожил лейтенант. Снайперы подошли на полянку, оснащённую военным оборудованием, необходимым для тренировочного процесса. — Ульяна, как самая нетерпеливая, прошу — удиви меня своими умениями. Выбирай всё, что хочешь! Сафронова приняла это, как вызов и взяла винтовку. Она забралась на высокий холм, приняв лежачее положение, и направила её в выбранную цель. Уля, с дрожащими руками, которые не переставали болеть, нажала на курок. Лейтенант наблюдал в бинокль за попаданием девушки. После выстрела, Дмитриев восхищённо присвистнул. — Повтори-ка ещё раз, — обратился он к ней. Ульяна проделала трюк заново. — Этого не может быть. Потрясающе! — изумительно произнёс он, задумчиво почёсывая затылок. — Меня этому учил лично генерал Фесенко, такое не каждому дано. Вы меня сразили наповал, младший сержант Сафронова. Ульяна расплылась в довольной улыбке, понимая, что произвела впечатление на лейтенанта, который не сводил с неё своих глаз цвета горячего шоколада. — Бойцы, эта девушка на расстоянии пятиста метров, выбрав точную позицию, мастерски попала в стеклянную бутылку. — Пф, и что? — загудели недовольно солдаты. — Я не договорил, — рявкнул лейтенант. — Пуля прошла внутри горлышка и выбила лишь одно дно. Если вам кажется, что так может каждый, прошу на исходную. Солдаты одни за одним пытались проделать этот трюк, но ни у кого не получалось. Попадали в цель все, но выбить дно удалось только Ульяне, у остальных же — бутылка просто разлеталась на мелкие осколки. — На сегодня закончили. Бегом марш на полосу препятствий к старшему лейтенанту Соколовскому! Бойцы через несколько минут присоединились к своей роте, и только Уля плелась позади, еле перебирая ногами. Последствия встречи в лесу давали о себе знать. — Младший сержант, в чём дело? Ускорьтесь, почему вся рота должна вас ждать, — прикрикнул Вадим. Сафронова, стиснув зубы, подбежала к солдатам, и у неё закружилась голова от резкой, тянущей боли внизу живота. Взгляд Ульяны затуманился, и она упала на траву, теряя сознание. К ней кинулся Дмитриев, но его остановил Алекс. — Я сам, закончи учения за меня, — Вадим недовольно отступил, не став спорить с другом, ведь сейчас не это было главное. Соколовский подхватил девушку на руки и направился к лагерю, в надежде на то, что медсестра уже прибыла в расположение. — Уля, прости, я не знал, что ты из наших. Мне очень жаль, — говорил он, глядя на Сафронову, обмякшую у него на руках. Алекс чувствовал свою вину и проклинал себя за случившееся. — Сестра, — что есть силы закричал старший лейтенант. — Сестра! — из санчасти вышла молодая девушка, увидев, как Ульяну несут на руках, в бессознательном состоянии. — На кушетку её, быстро, — сразу же скомандовала медсестра. — Что с ней случилось? — Я. я. я не знаю, чёрт возьми, делайте хоть что-нибудь! — Соколовский закричал на девушку, следом же извиняясь. — Простите, нервы. — Молодой человек, держите себя в руках, — она беглым взглядом окинула Ульяну, заметив, что на ширинке выступила кровь. — Товарищ офицер, простите, не разбираюсь пока званиях, покиньте санчасть, у Сафроновой внутриматочное кровотечение, — протараторила сестра и быстро начала раздевать Улю. Алекс вышел на улицу, нервно поднеся к губам сигарету, нащупывая зажигалку, трясущимися руками. К нему незаметно подсел Вадим, одновременно подкуривая другу. — Что с ней? — обеспокоенно спросил Дмитриев. — Братан, я изнасиловал её сегодня в лесу. Я. я не знал, Вадя, я не знал, что она из наших. Я ничего не знал, клянусь тебе, — Соколовский опустил голову на колени, хватая себя за волосы. Вадим опешил: — Что ты сделал? — что есть силы закричал лейтенант, вскакивая на ноги и за шкирку поднимая своего друга. Его глаза налились кровью, он был в ярости. Дмитриев, что есть силы, толкнул Алекса, и тот упал на траву, исподлобья глядя на товарища. — Вставай, быстро! — ненавистно выкрикнул Вадим. Соколовский медленно поднялся, его глаза намокли. — Ты видел, ты видел её? Она маленькая, беззащитная девочка. Я боюсь представить, как ты поиздевался над ней. Да лучше б ты её приволок, как пленницу в лагерь, сразу бы всё стало ясно. Нет, тебе же надо было присунуть, — Дмитриев, недолго думая, ударил друга по лицу. Алекс не сопротивлялся, понимая, что поступил, как последняя тварь. Вадим наклонился к нему и проговорил: — Ты — животное, но самое страшное, что я понял — я бы так же поступил с западной девчонкой, унизил бы, растоптал и убил, но это не оправдывает твоего поступка, и я не знаю, что ты должен сделать, чтобы Ульяна… — Товарищи офицеры, — их заставил отвлечься голос медсестры, — всё хорошо, кровотечение остановлено, опасность миновала, вы можете идти обедать и не переживать. — К ней можно? — спросил Алекс и уловил на себе уничтожающий взгляд Вадима. — Спасибо, милая девушка, простите за моего непонимающего товарища, я думаю, Ульяне лучше отдохнуть. — Меня зовут Юля. — Юленька, ещё раз извините, мы попозже зайдём, — Дмитриев подхватил Соколовского под локоть, пихая его перед собой. — Иди пообедай, тебе что-то непонятно сказали? — проговаривал он Алексу, одновременно оборачиваясь на медсестру и широко улыбаясь ей, чтобы девушка не заподозрила ничего странного. Юля зашла обратно в санчасть и села на кушетку рядом с Сафроновой. Ульяна поморщилась от боли в животе и резко открыла глаза, на секунду опешив. — Юлька? Смирнова? — радостно выкрикнула она. — Ой, кажется галлюцинации начались, мамочки, ущипните меня. — Улечка, родная, как же ты меня напугала, — медсестра обняла подругу. — Ты что здесь делаешь? — удивилась Сафронова. — Ну как что? Андрей Михайлович постарался. Я так убедительно его просила, что он согласился, понимая, что ты тут без меня загнёшься, — засмеялась Юля. — Да не дождёшься, — обиженным тоном произнесла Уля и отвернулась к стенке. — Я не успела приехать и уже спасла тебе жизнь, у тебя было кровотечение. Если бы не этот красавчик, который принёс тебя на руках, я не знаю, что было бы, — мечтательно закатила глаза девушка, представляя образ Алекса, но тут же стала серьёзной. — Ульяна, кто сделал это с тобой? — Смирнова обеспокоенно взяла за руку подругу. И Сафронова, не сдерживая эмоций, разрыдалась, не сумев выговорить ни слова. —  Я понимаю, что тебе тяжело. Помни, что я рядом, ладно? — Уля в ответ лишь кивнула. — Я тебе сейчас обработаю все ушибы, чтобы не было заражения, хорошо, Уляшка? — Юля разговаривала с Сафроновой, как с маленьким ребёнком, понимая, что ей сейчас очень плохо и больно. Она бережно обрабатывала раны и одновременно дула на них, будто это могло помочь. Алекс мялся возле штаба, не решаясь зайти во внутрь, дабы избежать лишних расспросов. Сделав глубокий вдох, он постучался. — Заходи! — Соколовский, что у тебя с лицом? — вопросительно нахмурил брови генерал-майор. — Андрей Михайлович, боевые ранения, — попытался отшутиться лейтенант и мужчина не стал лезть к нему в душу, зная упёртый характер этого парня. — Я слушаю внимательно, что тебе удалось разведать? — В общем так, рядом с границей на Западе, если заходить с нашей южной стороны, есть отличная местность, которую с их точек видно не будет. Это безопасное убежище для одного снайпера и наблюдателя. В случае нападения, можно избежать выстрелов, переместившись из одной точки в более надежную. Далее, в нашем лесу, по окраинам полно мин, нужна парочка наших сапёров, чтобы обезвредить их, причём в ближайшее время. Ну и последнее: говорят, что у западников есть отличный стрелок, который может уложить за раз половину нашего взвода. Я не знаю, где они его откопали, но нам срочно нужно подкрепление. — Я тебя услышал. Меры будут предприняты в срочном порядке. Алекс, ты знаешь, как я к тебе отношусь, и у меня есть к тебе небольшая просьба. — Я слушаю, товарищ генерал, — улыбнулся Соколовский, — для вас, всё что угодно. — Для меня не нужно. Ты не мог бы приглядывать за моей дочкой, а то у меня аж сердце кровью обливается, не знаю, что она может выкинуть в тот или иной момент, — у Фесенко был озабоченный вид, и он нервно постукивал ручкой по столу. — За кем? Я что-то не совсем понял, — у Алекса был удивлённый вид. — Ульяна Сафронова — моя дочь. Что неясного? Или ты видел тут стадо бегающих девиц? — выпалил Андрей Михайлович. Соколовский нервно кашлянул, и его слегка пошатнуло. Лейтенант резко побледнел, и его пульс участился. — Алекс, что с тобой? — генерал обеспокоенно взглянул на бойца.