Под прицелом войны

— Быстро, быстро, быстро! — Алекс кричал на солдат на утренних учениях. — Активнее роем окопы, представьте, что враги уже на подходе, вы там тоже будете ковыряться? — Соколовский был вне себя от злости. Его выбил из колеи генерал новостью о том, что Ульяна его дочь. Всё бы ничего, но он сделал с ней то, что нельзя простить. «Если Фесенко об этом узнает, это будет просто пуля в лоб», — думал лейтенант про себя. «Этот человек спас мою мать однажды, ещё будучи майором, от ублюдков, которые залезли к нам в дом, пытаясь ограбить и изнасиловать её. Взял меня под своё крыло, ведь мой отец умер, когда я был ещё младенцем, с семи лет занимался со мной военным искусством, делая из меня мужчину. А сейчас мне двадцать четыре, и что сделал я? Изнасиловал его дочь, как какую-то западную шалаву и бросил в лесу после содеянного. Одно радует — сердцем почувствовал, что не нужно убивать. Вот такая вот благодарность моя получается человеку, который стал для меня другом, наставником, примером и даже в чём-то заменял отца», — мысли Алекса прервал Вадим. — Старший лейтенант Соколовский, разрешите обратиться? — Слушаю вас. — Время поджимает, нам нужно выбрать снайпера, который пойдёт с нами сегодня на обезвреживание мин, для перестраховки, — произнёс Дмитриев. — Сафроновой не будет, до завтрашнего дня было принято решение понаблюдать за ней в санчасти, — с укором глянул на старшего лейтенанта Вадим. — Я понял, — отчеканил Алекс. — Товарищи снайперы, ко мне, — пятеро молодых солдат подбежали к Соколовскому. — Вы поступаете в распоряжение лейтенанта Дмитриева. Вадим направился с ребятами на полосу препятствий, по пути объясняя их задачи. — Все на исходную! — отдал команду Дмитриев. Парни приняли лежачее положение и один за одним с винтовками в руках проползали по земле, пытаясь не затронуть колючую натянутую проволоку, на расстоянии 30 сантиметров от пола. — Вавилов, ниже зад, — Вадим хлестнул солдата розгой по пятой точке и тот послушно выполнил команду. — Трофимов, это что за номер? Что ты плетёшься, как черепаха? Такими темпами к концу войны и доползёшь, — начал злиться лейтенант. — Никифоров, немного увереннее! Гаврюков, убит! — бойцы закончили и Вадим подошёл к ним, медленно осматривая их с ног до головы. Лейтенант понимал, что это лагерь, где им нужно научиться в кратчайшие сроки, но на боевые с такой подготовкой их отправлять — подобно смерти. Дмитриев взял рацию в руки, передавая информацию Соколовскому: — Как у вас обстановка? — Хреново, — послышалось в рации у Вадима. — Товарищ лейтенант, как вы смотрите на то, чтобы устроить бойцам марш-бросок, по-другому тут явно не выйдет, — предложил Соколовский, вспоминая, как их с Вадей тренировал генерал Фесенко. — Отличная идея, мы вас ждём! — поддержал Дмитриев друга. Спустя несколько минут вся рота стояла напротив старшего лейтенанта Соколовского, который взял на себя командование. — Ну что ж, бойцы, проходим испытания, следуя за лейтенантом Дмитриевым во главе. — Я не помешаю? — раздался голос сзади. Алекс обернулся, перед ним стояли две девушки и он оторопел от неожиданности. — Товарищ младший сержант, вы должны быть в расположении до завтрашнего дня, — обратился к Ульяне Вадим. — Отставить, — рявкнул Соколовский на своего друга. — Сафронова, кто вам дал право покидать санчасть? Имейте в виду, вы занимаете наше драгоценное время, — Алекс не знал, как вести себя и выбрал для себя позицию абсолютного безразличия к Уле, делая вид, что ничего не случилось. Сафронова ухмыльнулась и только открыла рот, чтобы возразить, как её перебила медсестра. — Товарищ старший лейтенант, весь вчерашний день младший сержант Сафронова находилась под моим личным контролем, я не вижу сегодня препятствий не быть в равных условиях с остальными, — сказала Юля. — Но, — Алекс замялся, не зная, как правильно сформулировать свой ответ. — Я надеюсь, вы не забыли, что здесь война и все на равных? — изогнула бровь Смирнова, а Ульяна лишь сдерживала смешки. «Ловко, подруга», — похвалила её про себя Сафронова. — Да и к тому же, это я вам должна объяснять? Вроде бы заслуженный офицер, правая рука генерала, а разводите здесь непонятно что, — Юля парировала, она видела, как у лейтенанта сжимались скулы и он был на грани, ведь какая-то медсестра посмела разговаривать с ним в таком тоне, и чтобы смягчить обстановку тут же добавила: — Я буду рядом и в случае чего моментально приду на помощь. Соколовский медленными шагами, будто тигр на охоте, подошёл к девушкам и, глядя Смирновой в глаза, сквозь зубы произнёс, делая паузу после каждого слова: — Я сказал нет! — Ульяна, пропустив его слова мимо ушей, сделала шаг к своей роте, чтобы стать в строй, но Алекс схватил её за запястье, больно оттягивая назад. Сафронова вскрикнула от неожиданности, в её глазах считался страх, ресницы слегка подрагивали, но она всё же посмотрела на него, сглатывая ком в горле. — Младший сержант Сафронова, я не советую вам игнорировать мои приказы. — Я не советую тебе, тварь, даже дышать в мою сторону. Генерал-майор Фесенко дал добро на тренировки, руку убери, мне мерзко, — грубо полушёпотом ответила ему Уля и увидела, как лейтенант опешил, не ожидая от неё этих слов. Алекс резко отпустил её запястье и девушка бегом стала в строй. Самочувствие Ульяны действительно улучшилось за последние сутки, она была благодарна Юльке за то, что та поставила её на ноги, да и сама Сафронова приняла решение не раскисать, потому что её сейчас заботило совершенно другое — её Савва. Уля думала лишь о том, чтобы любимый был жив, а вместе они со всем справятся. Сафронова была сильна духом, она прекрасно понимала, что на войне случаются вещи пострашнее и, расставив приоритеты у себя в голове, Ульяна была рада тому, что жива, притупляя своё подавленное состояние другими, более важными, мыслями. — Рота, напра-во! — дал команду Алекс, мельком пробегая по каждому, проверяя экипировку бойцов. — За направляющим, к выполнению марш-броска приступить, — рота сорвалась с места, побежав за Вадимом, а Соколовский решил замкнуть строй, чтобы не отделяться от коллектива и пройти испытания с ними. Солдаты бежали по пересечённой местности вглубь леса, лейтенант Дмитриев знал здесь каждый миллиметр. Не давая бойцам опомниться, Вадим свернул к канаве, которая заросла крапивой и спрыгнул в воду. Это была неглубокая канава, Ульяна про себя отметила, что вода еле-еле достаёт ей чуть выше щиколотки. Не успев опомниться, на неё сзади рявкнул Алекс: — Не тупи, положение лёжа принять, — Сафронова от неожиданности опустилась вниз и, следуя ползком за остальными, прибавила темп. Её не радовала перспектива находящегося сзади лейтенанта. У девушки в мыслях была лишь намеченная цель: не уступать ребятам, и она усердно старалась. — Голову пригни, Ульяна, убьют же, — продолжал морально давить на неё Соколовский, и девушка слушалась. Проползая сквозь вонючую муляку, Сафронова случайно хлебнула воды и её чуть не стошнило. «Прелести армейской жизни», — пронеслось в голове. Наконец-то они прибыли на точку, получая карты, и, не теряя ни минуты, побежали дальше, поднимаясь на высокую гору, следом прыгая вниз на песок. Ульяна видела, как перед ней Вавилов покатился кубарем вниз и её ноги стало подкашивать от страха. Но сзади бежавший Алекс не давал девушке расслабиться ни на минуту, и она, оттолкнувшись, прыгнула вниз, приземляясь на попу, проезжая по песку ещё несколько метров. Она встала и подбежала к Вавилову, по пути хватая его винтовку, которая отлетела на пару метров от парня, который неудачно приземлился. Подав руку товарищу, они вместе догоняли остальных. — Роем окопы, быстро! — Вадим дал команду и присоединился к своим, доставая небольшую лопатку. Ульяна была в шоке от такой нагрузки, им не давали опомниться. — Сафронова, Никифоров, Трофимов, Вавилов, — крикнул Соколовский снайперам, — вперёд на поиск укрытия. Предупреждаю сразу, маскировка должна быть безупречной, кого найду — сходит с дистанции. Снайперы кинулись врассыпную по ограниченному периметру. Рота закончила с окопами и следовала за Вадимом, попутно выслеживая укрытия товарищей. Дмитриев кинул заранее заготовленный камешек в сторону одного, давая тем самым знак, что убит, — это был Вавилов. Соколовский нашёл второго — Трофимова. Вадим пристально изучал полянку, как перед ним выскочила Ульяна, приставив винтовку к его торсу и весело проговорила: — Вы убиты, товарищ лейтенант. — Дмитриев слегка улыбнулся и продолжил поиски, но не успел опомниться, как Соколовского «застрелил» в спину Никифоров. — Двух снайперов, которые сошли с дистанции, быстро подхватили на руки и вперёд марш! — раздалась команда. Несколько солдат взвалили себе на плечи товарищей и продолжили следовать за главнокомандующим. Уставшие бойцы, падая с ног, пробегали через неглубокую реку. Ульяна зацепилась за тину и плюхнулась в воду, Сафронову резко подхватили чьи-то руки и поставили её на ноги. Не оглядываясь, она бросила краткое «спасибо», продолжив свой путь. Преодолев очередное препятствие, бойцы приблизились к финишу. У Сафроновой резко схватил живот, но она не подала виду, сделав последний рывок. Добежав до конца, вся рота завалилась на землю, тяжело дышав. — Так-то лучше, бойцы. Вы определённо делаете успехи, — подытожил Вадим. — Согласен с вами, товарищ лейтенант, — похлопал его по плечу Соколовский, протягивая ему руку. Дмитриев понимал, к чему ведёт Алекс, лейтенант задумался и ответил ему рукопожатием. — Если ещё раз ты поведёшь себя, как скотина, я тебе лично яйца оторву, — проговорил он своему лучшему другу, а Соколовский молча кивнул. — Улька, ну как ты? — подлетела к ней медсестра. — Афииииигенно, — протянула Сафронова, — спорт лечит — это факт, — продолжила она и Юля облегчённо вздохнула, на всякий случай протягивая ей обезболивающее. Вернувшись на территорию лагеря, рота имела возможность отдохнуть, принять душ и сходить на обед. Ульяна зашла вместе с Вадимом в их палатку и оторопела. На третьей кровати сидел Алекс и пришивал себе шевроны. Заметив, что кто-то зашёл, Соколовский поднял взгляд и с ехидной улыбкой на лице спросил: — Проходите, гости дорогие, с чем пожаловали? — Сафронова резко вцепилась в руку Дмитриева и её ноги слегка подкосились, весь адреналин, полученный во время марш-броска, как рукой сняло, возвращая девушку в реальность. — Я прошу тебя, не оставляй меня с ним наедине, пожалуйста, умоляю, Вадим! — Ульяна перешла на крик, к её глазам подступили слёзы. Сафронова трясла лейтенанта за плечи, судорожно захлёбываясь в истерике. — Иди сюда, — Дмитриев притянул её в свои объятья и крепко сжал, чувствуя каждой клеточкой своего тела дрожь Ульяны. — Тихо, упокойся, я рядом, он ничего тебе не сделает, — Вадим гладил девушку по волосам, пытаясь хоть как-то успокоить её, хотя сам был в полной растерянности. С губ Сафроновой срывались громкие всхлипы, которые потихоньку начали утихать. Ульяна вслух начала считать до десяти, переводя дыхание. Она почувствовала, как страх сменился на ненависть, её глаза покраснели от злости и она резко вырвалась из объятий Вадима, переметнувшись к Алексу, который явно этого не ожидал. Сафронова влепила ему звонкую пощёчину и ударила в зону паха, старший лейтенант скрутился от боли, опустившись на колени. Она схватила Соколовского за волосы, отводя его голову назад и посмотрела прямо в глаза, выдерживая паузу. — Прости меня, я же не знал… — выдавил из себя Алекс, а Уля нервно рассмеялась, доставая из кармана раскладной нож, приставляя его к шее парня. — Ульяна! — вмешался Вадим, понимая, что девушка начинает сходить с ума. — Заткнись! — даже не поворачиваясь в его сторону, отмахнулась Сафронова. — Алекс, тебе не идёт эта историческая татуировка, — уверенно продолжала Уля. Она надавила на нож, глядя пристально ему в глаза, но Соколовский лишь сомкнул крепче челюсть, не сопротивляясь, хотя у него была такая возможность. Алекс смотрел на неё и в его в глазах считалась боль вперемешку с чувством сожаления. Сафронова надавила чуть сильнее и на его шее выступили капельки крови, девушка медленно вела ножом вниз. Из уст Соколовского вырвался хрип. Ульяну будто окатили водой и она резко отшвырнула оружие в сторону. Она с ужасом в глазах присела на кровать, обхватив свои колени руками и тихо заплакала. Алекс притронулся к её руке, пытаясь что-то сказать, но Сафронова резко отодвинулась, всем видом показывая, что он ей противен. «У солдата выходной, пуговицы в ряд, Ярче солнечного дня, золотом горят…» — донеслись до ребят слова песни, заставив их забыть о произошедшем. Ульяна вскочила на ноги, вытирая слёзы на щеках. — Разведка, разведка вернулась! — Сафронова выбежала из палатки, лейтенанты выскочили за ней. — Дядя Саша, полковник Самарин, вы вернулись, — радостно кричала Уля, не контролируя себя, зная, что их все сейчас слышат. Александр Петрович обернулся и расставил руки в сторону. Сафронова запрыгнула на него и повисла у него на шее. — Слава богу, — облегчённо произнесла девушка. Полковник чмокнул её в обе щеки и их прервал голос генерала: — Что здесь происходит? Полковник Самарин и младший сержант Сафронова, быстро ко мне в штаб! — Фесенко нахмурил брови и добавил: — Соколовский, и ты тоже. Всем остальным — разойдись, чего уставились? — генерал-майор поспешил удалиться. Тройка названных зашла следом за Андреем Михайловичем. — Вы совсем ахренели? Ульяна, о чём я тебя просил, когда ввязывал тебя в эту авантюру? — повысил голос генерал на дочь. Сафронова опустила глаза вниз, нервно постукивая берцами по полу. — Пап… Ой, то есть товарищ генерал-майор, этого больше не повторится. — Это моя вина, не уследил, — решил вмешаться в разговор Алекс, за что был награждён убийственным взглядом Ульяны. — Андрей Михайлович, девчонка еще не до конца поняла, где она находится, я думаю, что впредь такого не повторится, — поддержал Соколовского полковник. — Я надеюсь на это. Что ж, пригласите ко мне весь состав старших офицеров и лейтенанта Дмитриева, — смягчил голос Фесенко и Алекс передал по рации распоряжение генерала. — Я могу идти? — спросила Ульяна, на что отец отрицательно помахал головой.  — Сядь! Дожидаясь остальных, полковник Самарин подошёл к Сафроновой, незаметно отдавая девушке письмо. Уля мельком увидела подпись на нём и расплылась в улыбке, моментально запихнув его под китель, чтобы никто не увидел. Когда все офицеры наконец собрались, дядя Саша начал доклад: — В ходе разведки удалось выяснить, что наши окраины леса кишат минными полями. — Это нам известно, сегодня сапёры этим займутся, — произнёс генерал. — Моим бойцам удалось подобраться к самой границе, судя по разговорам на постах, нападение планируется на послезавтра. У них огромный запас боеприпасов, военной техники и солдат. Мы не подберёмся к ним, для начала нам нужно выиграть время, потому как на Востоке всего лишь пять сформировавшихся рот и три батальона. Наши сослуживцы готовы взять на себя первый основной удар, но им нужно максимально обеспечить прикрытие и страховку с нашей стороны. — Вас понял, завтра с утра будет подкрепление, за это можно не волноваться. — И самое главное, мне удалось выяснить имя их непревзойдённого снайпера, которого западники называют «Орлиный прицел». На его счету, со дня начала боевых действий, двадцать три наших солдата. Это весомая цифра, учитывая то, что война ещё полноценно не началась. — Не тяните, товарищ полковник, вам удалось хоть что-то о нём разузнать? — нервно спросил Фесенко. — Его имя, — сделал паузу дядя Саша, метнув быстрый взгляд на Ульяну, — его имя, товарищ генерал-майор, Савва Тарасов…