~АртеFUCKты~

Lately I been, I been losing sleep

Dreaming about the things that we could be

@One Republic

Наступил июль и Танабата* — праздник влюблённых. Парочек было много. Некоторые из них, не стесняясь, клали руки под кимоно своим девушкам и трогали друг друга за интимные места. — Ненавижу Танабату, — куда-то в пустоту проговорила Ханаби. — Я тоже не особо люблю, — согласилась Ванван, — Кстати, звонила Лесли, предложила встретиться, сказала, что придёт со своим скрипачом. Она уже пригласила Чан’Э и Зилонга. — Отлично, теперь эти парочки будут ещё и совсем рядом. — Да ладно, неужели тебе не хочется увидеть парня Лесли? — С ним она совсем про нас забыла. — И это мне говорит та, кто отказалась от встречи со своими друзьями, сказав, что у неё понос, а сама, тем временем, валялась дома с Хаябусой? — Он мне не парень, у нас ничего нет. — И это «ничего» уже длится не один месяц. Ханаби поморщилась. Хотелось к Хаябусе, после той вечеринки они больше не виделись и она снова зарылась носом в работу. Они с Ванван ехали на встречу с друзьями. — Хочется секса и кофе, — фыркнула Ханаби. На самом деле ей хотелось любви и чая, тёплого и уютного, как в первый день, когда она осталась у Хаябусы. Парень Лесли не был похож на хилого скрипача, скорее на скрипача был похож длинный и худощавый Линг. Грейнджер же был достаточно спортивного телосложения с темными волосами. Ханаби не отрывала взгляда от седой или специально так выкрашенной пряди волос на чёлке. Все делились новостями и смеялись. За окном пошёл сильный дождь. Ханаби посмотрела, как по дорогам текут реки и улыбнулась. Был бы Хаябуса, сыграли бы в водолазов. Каждый рассказывал забавные и интересные случаи своей личной жизни, дошла очередь и до Ханаби. — Мы, однажды, с одним парнем в водолазов играли в ванной. — Главное, чтобы это не была твоя последняя в жизни игра, — засмеялась Лесли. — Тебя вообще учили, что заниматься сексом в ванной — это опасно? — поддел Линг — Я знаю, но оральный секс не в счёт. Ханаби рассказывала принцип игры в водолазов, бурно жестикулируя. Дверь в кафе открылась и на пороге появился, до боли, знакомый голубой зонт, а затем и чёрное кимоно с алым шарфом. Хаябуса был без маски. Он помогал Кагуре повесить зонт рядом со столиком, галантно ухаживал, отодвигая стул и помогая ей сесть за стол. Максимум, что он мог сделать для Ханаби в подобной ситуации — это отодвинуть стул, когда она будет садится так, чтобы она упала на пол. Но тут было всё иначе. Он подавал ей меню, держал за руку, что-то говорил, гладя по руке, а она улыбалась. — Эй, водолаз, я к кому обращаюсь, — вернула её в реальность Лесли. Все присутствующие за столом засмеялись, Хаябуса обернулся на шум. — Теперь понятно, почему тебя мучают поносы, — не упустила шанса вставить свои пять копеек Ванван, — Нахлебаешься воды из-под крана и того. — Так у тебя серьёзно от этого понос тогда был? — засмеялась Лесли. — Серьёзно как инфаркт, — ответила Ханаби. Она встала и двинулась в сторону туалета. — Синдром водолаза? — подколол её Линг. Компания дружно рассмеялась. Выйдя из кабинки, Ханаби увидела у зеркала Кагуру. Моя руки, она задержала взгляд на знакомом лице. — Ты же из Алой Фракции? — задала она вопрос, ответ на который знала. Одним словом — вешалка, да ещё и с интеллектом инфузории-туфельки. Ханаби кивнула. — А у тебя грудь настоящая? От этого вопроса Ханаби выпала в осадок, он был ещё тупее предыдущего. — Я на сто процентов натурального происхождения. Она старалась держаться на расстоянии, мало ли, что придёт в голову этой вешалке. — Мало ли, кто-то операции специальные делает, — ответила та, — А ты тут с друзьями? — Да. — Тот парень, Линг, он твой парень, да? Ханаби прикидывала размер подзатыльника Ванван, если она скажет, что да. С другой стороны, чтобы не вызывать подозрений, нужно было что-то ответить. — Мы хорошо дружим. Пусть будет так, всё-таки, на одной чаше весов мир во всем мире, а на другой — их дружба с Ванван. А она была жуткой собственницей и собакой на сене. Из разряда, и сам не ем и другим не дам. Хотя, скорее, проворная тигрица или кто-то из семейства кошачьих. — Я рада, что у тебя кто-то появился, — многозначительно добавила Кагура, — А то раньше ты постоянно провоцировала Хаю на драки. Мне всегда от этого было немного не по себе. Ханаби улыбнулась своим мыслям. Теперь они дерутся немного по-другому, но вешалке об этом знать не обязательно. Они разошлись в разные стороны. Лесли рассказывала, как они с Грейджером познакомились. Они оба принимали участие в каком-то шуточном розыгрыше, где нужно было подстрелить подброшенные монеты до того, как они упадут на землю. Тогда они израсходовали все свои пули, но так и не удалось определить победителя, так как оба были хороши в своём деле. — Любовь и пули, — мечтательно подытожила Чан’Э. Ханаби выходила из ресторана и прощалась с остальными, все садились в разные такси. Она же собиралась прогуляться пешком, воздух после дождя был свежим и прохладным, хотелось вдыхать эту ночь полной грудью. На выходе её поймал Хаябуса и отвёл за угол. — Ты следишь за мной? — Я? Зачем мне это нужно? У тебя, что, паранойя? — Тогда зачем ты сегодня была тут? Ты знала, что у нас тут столик заказан? — Честное слово — случайно. Нас Лесли позвала. — Случайно — паразит в твоей речи. Ты слишком часто его употребляешь. Ханаби пожала плечами, и, развернувшись, пошла в сторону дома. Он же помогал Кагуре сесть в машину, а потом сел вместе с ней. Машина представительского класса, на такой ездят только люди из очень богатых семей. Наверное, у неё личный водитель и куча слуг. Богатая избалованная вешалка. Мысли в голове у Ханаби проносились со скоростью света. Ещё часа два она бродила с ними наедине по улицам Алой Тени. Войдя домой, не включая свет, она разделась и легла на диван. Дурацкая привычка спать на диване в гостиной. Чья-то, до боли знакомая, рука обняла её. Она повернулась. Рядом лежал Хаябуса. — Ты чего тут делаешь и как попал сюда? — У тебя окно было открыто. Я подумал, а вдруг, воры заберутся? — Воры? В Алой Тени? — Ну, да. Заберутся, а тут я. И прогоню их. Он был доволен и горд собой. Ханаби отвернулась на другой бок. Значит, как случайно столкнуться ресторане с ним и его вешалкой — она следит, а как он забирается к ней в окно втихаря — это взаимопомощь такая? И кто он такой мне, чтобы влезать в мой дом, в мою жизнь? — думала Ханаби. — Эй, я же извиниться хотел, — он прижал её к себе, — Я не должен был орать на тебя сегодня. Он вообще ничего мне должен, — думала она, — Как и я ему. — Валяй, извиняйся. Хаябуса провёл рукой по её груди, поцеловал в шею. Другой рукой снял с неё майку. Целовал грудь, живот, медленно опускаясь ниже. Обида отпускала. Они валялись на диване и смотрели очередной фильм. — А почему ты не поехал к Кагуре? Ханаби чуть не назвала её вешалкой, чему мысленно улыбнулась. — Я проводил её до дома. Она из приличной семьи, у неё дома оставаться — дурной тон. Значит, я — неприличная, — думала Ханаби, — ко мне в дом можно врываться через окно и устраивать свои порядки в виде включённого телевизора. — А у вас, что ничего никогда не было? — её любопытство взяло верх и она решилась на этот вопрос. — Было, — спокойно ответил он. Вопросы исчерпали себя. Они лежали рядом. Хаябуса продолжал смотреть телек, а Ханаби зарылась носом в его плечо и засыпала. Он приобнял её и ей стало уютно и тепло где-то на уровне сердца.

***

Наступил конец августа. Ханаби и не заметила, как лето прошло. В тренировках и работе, она совсем забыла про быстротечный бег времени. Она коротала это самое время за рулем своей старенькой Mazda 3. Гоняла туда-сюда, слушая музыку. В этих мыслях она набрала Ванван. — Слушай, а может купить спортивный кабрио? — Нафига тебе? — Ванван всегда была приземлённой в таких вопросах. — Ну, так. Чтобы за рулём кабриолета врубать вам второе лето. Или чтобы ветер в харю, а я фигарю. — Ты ещё скажи, что на механику собралась пересесть. С механикой Ханаби не дружила, от слова «вообще». Это единственное искусство, которое ей не удалось постичь. Она сожгла сцепление на пяти машинах, когда училась. Седой инструктор махнул рукой и пересадил её на автомат. Хаябуса отлично водил механику, ловко маневрируя ногами между двумя педалями: газом и тормозом, держа другую ногу на сцеплении. Так же ловко, как между двумя девушками. Ханаби поведала это Ванван. — Интересно, а я — газ или тормоз? — Судя по всему — сцепление. — Почему? — Потому что горишь, — Ванван пустила смешок в трубку. Они пересказывали друг другу события и новости, которые произошли в последнее время. Позже Ханаби нажала на сброс и включила музыку погромче. Играло One Republic «Counting stars». Она ловко маневрировала на поворотах, несколько раз проезжая мимо знакомого дома Хаябусы. Он, всё равно, на задании. Ханаби пела в такт песни.

«I, feel something so right

Doing the wrong thing

I, feel something so wrong

But doing the right thing»

Хотелось считать эти самые звёзды, как в песне, но, пока она считала только повороты, вокруг его дома, дрифтуя на них. Когда-то они с Ванван втихаря сбегали на уличные гонки и было весело. Хотелось вернуть этот момент, а не копаться в собственных мыслях. Хотелось легкости и какой-то непринуждённости.

I could lie, could lie, could lie

Everything that kills me makes me feel alive»

А может, она, просто пыталась обогнать свою собственную ложь, которая тяжёлым грузом наступала на пятки. Эти мысли тоже пронеслись у неё в голове, но она гнала их прочь, как ветер гонит уже начинающие опадать желтые листья. Как жаль, что ветер не может также легко унести и эти странные мысли.

«I could lie, could lie, could lie

Everything that drowns me makes me wanna fly».

Хотелось летать, но пока, она только заносила машину на поворотах. Шины издавали характерный звук соприкосновения с асфальтом. Раздался телефонный звонок и, не глядя на дисплей, она взяла трубку. — Ты так шины в труху превратишь, — послышался в телефоне знакомый голос Хаябусы. — А тебе какая разница? В телефон было отчетливо слышно играющую песню. — Ты звёзды считаешь? — Нет, повороты. — Заходи, раз уж всё равно рядом. — Сейчас машину припаркую. Машина была оставлена за несколько домов, на одном из паркингов, чтобы особо не бросаться в глаза любопытным прохожим у дома Хаябусы. — И кто после этого за кем следит? — съязвила Ханаби, заходя в дом. — Ты за мной. — Я? — А кто круги вокруг моего дома нарезал? — У тебя просто дорога хорошая и дрифтовать удобно, поворотов много. — Да, да, конечно. Они лежали в спальне и смотрели фильмы, кидаясь друг в друга подушками. — Почему ты не на задании? — Я ещё вчера его выполнил. Ты, что, считаешь меня таким слабаком, который будет выполнять задание несколько дней? — Задания разные бывают. За окном темнело, появлялись первые звёзды. Был включён фильм про каких-то супергероев. — Ты не забыла, что сегодня полнолуние? — Хаябуса повернулся к ней. Она загорелась азартом. — Я уже наточила для тебя свою катану и подготовила сюрикены. Они вышли на задний двор. Огромная луна освещала улицу покруче фонарей. Началась драка. — Проверь мою катану на прочность, — сказал Хаябуса, когда они снова скрестили мечи. — Прямо здесь? — она похотливо улыбнулась и облизнула губы — Умеешь ты всё опошлить. Хаябуса ловко маневрировал между своих теней, Ханаби била кунаями. Он пускал в ход сюрикены, а потом и знаменитое ниндзюцу Теневой Убийца, когда, сливаясь со своей тенью, наносил удары. Был такой бой, который, обычно, заканчивается либо чьей-то смертью, либо сексом. Они выбрали второе. Прямо на заднем дворе его дома. — Пойдём в дом, прохладно уже. Ханаби послушно пошла за ним. — Я победил, — гордо сказал он, скрестив руки на груди. — Почему это? — Ты же кончила. — И что? Ты тоже кончил. — Тогда ничья. — Может быть, — отмахнулась Ханаби. На следующий день Ханаби разбудил телефонный звонок от Ванван. — Я сегодня не пойду смотреть традиционные соревнования наших юниоров. — Каких ещё юниоров? Ханаби пыталась открыть глаза, хотя бы один. Она не понимала о чем говорила подруга, мозг отказывался включаться. Хаябуса потянулся, как бы случайно обнимая её, поцеловал в макушку и ушёл в сторону кухни. — Ты совсем уработалась и забыла, какое сегодня число? — продолжала Ванван. — И какое? — Сегодня первое сентября. С первым днём осени, дорогая. — Я действительно забыла. В первый день осени всегда устраивались традиционные поединки среди юных ниндзя Алой Тени и воспитанниками Алтаря Дракона. Награждали победителей мастера Фракций и Великий Дракон. Хаябуса уже что-то подогревал в микроволновке на кухне. — Есть будешь? — крикнул он, — Иди, я уже всё подогрел. — Кто там у тебя? — спросила Ванван. — Да, телек орет. — Хаябуса ведёт кулинарное шоу? — А почему ты не пойдёшь? — перевела тему Ханаби. — У меня, этот, синдром водолаза. — Ты вчера водолазила с кем-то? — Ага, что-то вроде того. Ванван положила трубку и Ханаби пошла на кухню. На завтрак были блинчики с мясом. — Кагура сама приготовила, — похвастался Хаябуса. Она чуть не поперхнулась куском и начала запивать чаем. Однако отметила кулинарные способности вешалки. Блинчики были вкусные. — Нам надо как-то разминуться, чтобы не приехать на турнир вместе, — серьезно сказал Хаябуса. — Без проблем, я пройдусь пешком. Он сел в машину и уехал, а Ханаби же брела по улице. Ехать на турнир не хотелось. Она набрала Чан’Э, которая разделяла её чувства по поводу турнира, поэтому они договорились встретиться в кафе, недалеко от стадиона, где проходило мероприятие. Ханаби давилась второй по счёту чашкой лимонного чая, когда приехала Чан’Э. По большому экрану, который был в зале кафе, начали транслировать турнир. За соседним столиком пили пиво и громко обсуждали бои юных учеников. — Когда-то и мы такие были, — вспомнила Чан’Э. — Кажется, что это было в прошлой жизни. Звонил Линг, спрашивал, как проходит турнир и был очень удивлён, что они обе не на трибунах. — Я поссорилась с Зилонгом, — выпалила Чан’Э. — Что случилось? Она рассказывала Ханаби причину ссоры. Чёрный Дракон объявился в Долине Кадиа и начал там беспорядки. Алтарь Дракона находился в часе езды на север от Алой Тени, объединяла же их та самая Долина Кадиа. А, поскольку тот был бывшим воспитанником Алтаря, то отвественность полностью ложилась на их плечи. Зилонг, как сын Великого Дракона, собирался остановить его и спасти Долину. Чан’Э хотела поехать с ним, но получила жёсткий отказ. Она пыталась доказать свою силу — Чан’Э была искусный маг, но Зилонг стоял на своём. По этому поводу они ужасно поссорились. — Один он ничего не сделает, — поддержала Ханаби. — С ним пойдёт Баксий, он поможет. Но им необходим маг. Чонг очень сильный боец. — Чонг? Это же бывший Ванван. — Да. Только ей не слова. Ещё не хватало, чтобы она сорвалась и поехала туда. По телевизору шёл финальный бой двух юниоров. Показали крупным планом Великого Дракона, который сидел рядом с Великим Грандмастером Алой Тени, а по другую руку от него сидел угрюмый и насупленный Зилонг. Рядом с Грандмастером, с другой стороны, сидел пожилой Мастер Алой Франции, дальше — Хаябуса и Кагура. Парочка держалась за руки и переглядывались друг с другом. Настало время награждения победителя. Поскольку выиграл молодой ниндзя из Фракции Тени, Хаябуса награждал победителя. Он вручил ему кубок и медаль за первое место в поединке. Чан’Э внимательно смотрела на Хаябусу в телевизоре и ошарашила Ханаби вопросом, которого она никак от неё не ожидала услышать. — Хана, а вы предохраняетесь? — Нет. А вы? — Мы — да. А почему вы не предохраняетесь? — Понимаешь, когда всё только начинается, появляется момент случайности, неосознанности, какой-то животной страсти. Если ты надеваешь броню в этот момент, то он теряется и приходит осознанность действий. А за осознанность нужно платить. — Но, ведь, секс — это всегда сознательный выбор. А значит — согласие платить. — Ты о чём? — Просто, если, вдруг, ты залетишь, то у всех будут проблемы. Ты же знаешь, что он не останется в стороне. — Не волнуйся. Я в нём уверена. — Смотри, я тебя предупредила. Они развалились на диване цвета зелени и смотрели чествование победителей. Вешалка обнимала Хаябусу. Официант принёс две маргариты и улыбнулся им. Они молча чокнулись и выпили. Позвонил Линг, хотел приехать и, когда они сбросили ему свою геопозицию, обещал быть через полчаса. Он вошёл в зал кафе какой-то, немного помятый, но гордый собой. — У тебя такой вид, как будто ты Ванван трахнул, — съязвила Ханаби. — Кстати, где она? — спросил Линг. — Сказала, что у неё синдром водолаза. — Что за синдром? — На толчке сидит. — А, тогда ладно. — Тебя это не бесит? — Ханаби удивилась спокойствию Линга. — Что? — Ну, мало ли, она с кем-то водолазит там? — Да хрен с ней. Давайте выпьем. Лингу принесли выпить. Он был отчего-то очень довольный. Прям, светился весь. Они тянули время в ожидании того, что после очередного стакана виски он сам расколется. Но Линг был непробиваем, он рассказывал какие-то шутки, сильно жестикулируя. Первой не выдержала Чан’Э. — Линг, скажи честно, у тебя кто-то появился? — Может быть. Он хитро улыбался, Ханаби и Чан’Э выпали в осадок. У их друга, страшного раздолбая и вечно влюблённого в Ванван, появилась девушка. И вечно задумчивого пессимиста, как подменили. Ванван точно хватит удар, а потом она этот удар применит на Линга. Главное сказать ей об этом как-то помягче. А то всех накроет волной её ударов. Звонил Хаябуса узнать, почему Ханаби не было на турнире среди зрителей, а потом поинтересовался причиной её столь сильного алкогольного опьянения. — У Линга появилась девушка, мы празднуем. — Он наконец-то начал встречаться с Ванван? — Вряд ли это она. Хаябуса был с Кагурой, вышел позвонить. — Хочешь, я заеду завтра? — предложил он. — Нет, у меня подруга поживёт какое-то время, поэтому не стоит. — Ладно, как знаешь. Мне пора. Ханаби нажала на сброс. Они с Чан’Э договорились, что та поживёт у неё какое-то время, пока не определится с новым домом. С Зилонгом общаться она не хотела. — Какие же вы надменные, стервозные и циничные, — начал своё поствискарное нытьё Линг. — И? — Ханаби смотрела в упор. — И расчётливые, пафосные, избалованные. — Это точно не про нас, — усмехнулась Чан’Э. — Мерзкие, изнасилованные вниманием. — Чан’Э, тебя когда-нибудь вниманием насиловали? — Нет. — И меня нет. Линг, это весь твой список? — Какой список? Линг был готов, остальные тоже. Почти на бровях и такси они добрались до дома Ханаби. Так и не дойдя до спальни, они упали спать на диван.