Интерлюдия "Остаться в живых"

      На город опустилась "ночь". Районы вокруг транспортного распределителя обесточили, и лампы с верхних уровней перестали освещать улицы, по которым наступали наёмники. В этот миг СПО внезапно отступили, хотя они ещё могли пару часов удерживать наступление наёмников.       Джек даже не успел прикрепить к столу "Мушкет" – снайперскую винтовку калибра 12,7х99 – когда лейтенант объявил по вокс-связи:       – Отбой, братва. На сегодня, похоже, всё. Сдриснули, уроды.       – Нет, нет, нет! – Джек, не завершив работу, прильнул к прицелу – скорее даже, телескопу – крупнокалиберной винтовки.       Жоанна тоже посмотрела в бинокль. Она переключилась на режим ночного видения, и заметила, как с прилегающей к участку Адептус Арбитрес территории в клубах дыма из выхлопных труб выезжают легионерские "Горгоны".       Мурашки поползли по спине.       "Похоже, освобождают место для тех, кто тут всё сровняет с землёй, – подумала Жоанна. – Надеюсь, лейтенант это понимает".       – Ну, бля! – в сердцах сплюнул Джек.       – Неужели не настрелялся? – спросила Жоанна.       – Даже не начинал!       Жоанна вздохнула, присела отдохнуть.       И вроде бы в Кантаврисе она точно также участвовала в городских боях, но там было проще: никаких лихорадочных движений... если не считать отступление. Там Жоанна всегда знала, куда и зачем двигается, когда её подразделение атакует, а когда обороняется. Сегодня же наёмники и легионеры из СПО свились друг с другом как змеи, без перерывов боролись и кусались почти полдня. Жоанна несколько раз ловила себя на мысли, что угодила в окружение, но, слава Императору, Он хранил её.       Через час пришло ещё одно сообщение от лейтенанта:       – Снайперы и подразделения охранений, выдвигайтесь к крепости. Вас сменят. Хотя бы горячим перекусите.       По ощущениям Жоанна прикончила галеты из сухого пайка уже тысячу лет назад. Одно упоминание полевой кухни реанимировало желудок, и орган отозвался болью, словно его кто-то скручивал узлом.       Когда Жоанна и Джек вышли из дома, к входу подъехала покрытая гарью "Химера". Из неё тут же высадились такие же чёрные наёмники. Яркие краски нарядов потускнели, скрылись под слоем грязи и пепла.       – Как ужин, парни? – спросил Джек.       – Не спрашивай, – отозвался один из наёмников. Через несколько минут скачек по изрытым воронками дорогам снайперы добрались до занятой второй ротой цитадели.       Участок Адептус Арбитрес заслуживал такое название. Пусть лучшие годы этого сооружения давно прошли, но его возводили на тысячелетия. Каждую дорогу к участку перекрывал дот с бронеколпаком. Артиллерийские орудия внутри давно демонтировали, но решением этого досадного недоразумения уже занимались. Дальше находился ров с водой, ныне высохший. Его наёмники приспособили под траншею и укрепляли осыпающийся бруствер. И уже за этой линией обороны возвышались многометровые стены, башни и широкий донжон, увенчанный стальным знаком арбитров – рукой сжимающей весы. Наёмники по-хозяйски обживали крепость: минировали подходы, устанавливали стационарные орудия, перетаскивали ящики с боеприпасами. Как бы то ни было, но сюда стоило приехать хотя бы за тем, чтобы поесть. Снайперы заняли очередь к ближайшему приземистому "Кентавру", к которому был прикреплён прицеп с баком, наполненным угощением для вояк. – Это что за херня?! – раздался удивлённый вскрик. – Морепродукты, – отозвался повар в грязном фартуке, который и раздавал еду. – Да это черви какие-то, бля! Ты серьёзно думаешь, что я это в рот возьму?! Охуел что ли?! – Слушай, не хочешь – не надо. И это не черви, а ангуилии кантаврийские под сливочным соусом. Это деликатес вообще! – Ну сам и жри этот деликатес! – на брусчатку со звоном упал небольшой котелок. – Слушай, – сказал повар, – есть ещё скутумские пищевые брикеты, но вот ты разок укусишь и вернёшься за "червями". – Давай сюда брикеты! – рявкнул недовольный. – Их хотя бы можно есть, не зажмурившись! Разгневанный наёмник получил пару спрессованных брусков и большую кружку рекафа. Несколько человек в очереди тоже отказались от горячей еды в пользу полуфабрикатов, но Жоанна ещё не сошла с ума. Она сильно сомневалась, что увидит нечто такое, что… "Блять, что это?!" Как-то Жоанне удалось увидеть на бойне, как потрошат грокса. Когда лезвием задели кишки животного, то из раны вывалился целый клубок паразитов. Вот и содержимое бака полевой кухни напоминало ту самую картину только в благородном белом цвете. – Вкуснятина! – расхохотался Джек. – Дайте две! – Вот это подход! – обрадовался повар. – И не зря! Рыба – вкусная! А так как готовили мы на пару тысяч ртов, а вас сейчас, похоже, меньше, то можно взять дополнительную порцию!       Это заявление немного приподняло настроение толпы.       Жоанна получила своё и отправилась следом за боевым товарищем. Во внутреннем дворике участка арбитров жгли костры. Снайперы уселись у одного такого "обогревателя".       Жоанна намотала на вилку "червя", как крупную вермишель, закрыла глаза и отправила в рот.       "Резина, конечно, но с соусом пойдёт".       Еда принесла насыщение и тепло. Пламя костра грело и снаружи. Тут же навалилась усталость. Даже бодрящий рекаф не смог прогнать сон. Жоанна уже задремала, когда услышала возглас:       – Вот это да! Джек, твоя напарница… жива!       – Заткнись, – проскрипел зубами Джек.       Рядом приземлился кто-то грузный.       Жоанна открыла глаза и словно бы вернулась в прошлое, к событиям в Кантаврисе, потому что подле сидел штурмовик Инквизиции. Или, по крайней мере, тот, кто пользовался соответствующей экипировкой.       Солдат стянул с головы череполикий шлем штурмовика. Это был Йон. Чтобы его не спутали с врагом, наёмник повязал на рукавах трофейной формы красно-синие ленты – единственные светлые пятна его сливающегося с ночью обмундирования.       – Толком познакомиться не успели, – он сотворил знамение аквилы. – Меня Йоном зовут.       – Ей насрать как тебя зовут, – огрызнулся Джек.       – Эй! Следи за языком, – ухмыльнулся Йон. – Мы в обществе прекрасных дам.       Наёмник указал на Жоанну и Тшилабу, которая подошла ближе к костру, протянув вперёд ладони. В отличие от напарника, гадалка не стеснялась моды Classis Libera. Она носила роскошный камзол, военную широкую юбку до колен и панталоны в красно-жёлтую полоску. Правда, и одежда, и обувь Тшилабы была так испачканы кровью, что цвет её формы стал, скорее, красно-бурым. А ещё на Тшилабе не было никакой брони. Даже Жоанна могла похвастать каской, а гадалка шла на войну, как на праздник.       – Джабинилла, – представилась инквизитор.       – Статистически, напарники Джека живут около трёх часов, – произнёс Йон. – Я считал себя единственным исключением из правил. Приятно ошибаться.       – Все прочие были слабаками, – фыркнул Джек. – И ты тоже.       – Ничего не могу с собой поделать, – отозвалась Жоанна. – Порой мне везёт.       – Удача кончается, – предупредил Йон. – Запроси перевод у сержанта. Куда угодно.       – Закрой свой поганый рот! – рявкнул Джек.       – Нет, серьёзно, – продолжал Йон. – Мёртвым деньги не нужны, а этот кусок, – наёмник кивнул в сторону Джека, – вечно в самую жопу лезет. Зарождающуюся стычку предупредила команда: – Смирно! К снайперам подошёл сержант. Жоанна набросила на голову каску. Сейчас она выглядела иначе, чем в монорельсовом поезде, но всё равно решила перестраховаться. – Йон, Джек, – произнёс Маргаретти. – Тшилаба… новичок, неплохо сегодня поработали. Капралы о вас хорошо отзывались. – Хорошо отзывались?! – воскликнул Йон. – Тшилаба сегодня Хиккоку жизнь спасла! Ещё бы он плохо отозвался! – Что случилось, сержант? – спросил Джек. – Да пока, вроде, всё нормально, – ответил Маргаретти. – Куда лучше, чем у других рот. Мы вырвались вперёд, поэтому лейтенант и объявил стоянку. Ещё бы чуть-чуть и можно было ожидать нападения на фланги. А так… стоим крепко. Я вот, кстати, о позициях и хотел поговорить. Маргаретти достал из-за пазухи карту – совсем обыкновенную, бумажную. "Видимо, целых гололитических устройств у штурмовиков они не нашли", – подумала Жоанна, нависнув за спиной Джека. Маргаретти разложил бумагу на выложенной камнем земле, а Йон подсветил её с помощью линз трофейного шлема. Переплетения улиц Тиррены залило кровавое сияние. – Лейтенант ожидает нападения в ближайшее время. Ребята в крепости сейчас ищут тайные ходы – не просто же так эти уроды отступили, да? Вас я хочу разместить здесь и здесь, – сержант отметил на карте здания, расположенные в разных сторонах от цитадели Адептус Арбитрес. – Без команды в бой не вступать. Просто следите. Если лейтенант ошибается, а я надеюсь, что он ошибается, то отоспитесь завтра. Такими темпами возьмём распределитель до обеда. – А как насчёт вот этих точек? – Йон ткнул пальцами в карту. Маргаретти усмехнулся. – Эх, ты, трусишка. Йон хмыкнул: – Ну, вы же сами сказали, что просто наблюдаем! Для наблюдения подойдут. – А вдруг война? – спросил Джек. – Сменим позицию, – пожал плечами Йон. – Первый раз что ли? – Сменишь позицию в сторону ставки? – спросил Маргаретти. – Конечно! Сержант, вы за кого меня принимаете? – Просто выполняй приказ, Йон, – закончил сержант. – Я уже всё продумал. В указанных точках и наблюдать нормально, и, если что, поддержите нас огнём. – Есть, – без особого воодушевления отозвался Йон. – Сделаем в лучшем виде! – воскликнул Джек. Жоанна вспомнила предупреждение Йона. Но, по известной причине, обращаться к Маргаретти она не стала. "Надеюсь, не пожалею об этом", – подумала она.