Бонус: Инициация
4 октября 2020 г., 12:28
Две напряжённые фигуры застыли посреди двора. Тёмный и Светлый стояли враг напротив врага, и взгляды их, упёртые глаза в глаза, звенели, будто скрещенные клинки. Две равновеликие силы столкнулись в схватке умов, и, не найдя компромисса, вынуждены доказывать право сильного древним как мир способом. Они долго искали обходной путь, но в конечном итоге всё всегда решает честный поединок.
Гесер и Завулон стояли друг перед другом, каждый ждал момента, чтобы наброситься на соперника. Исход схватки двух столь древних Иных мог определиться в одно мгновение.
Упавшая на песок лопаточка стала сигналом к началу. Два Великих мага сошлись в рукопашную, как простые смертные. Антон тем временем поднял выскользнувшую из маленьких пальцев лопаточку и продолжил заниматься невероятно интересным детским занятием, которое со стороны, возможно, казалось лишённым смысла. Тем не менее, всецело поглощённый пересыпанием песка из одной ямки в другую, Антон совершенно не обращал внимания на действо, происходящее в паре метров от песочницы. А там, вцепившись друг в друга и натужно сопя, решали кто здесь правее два самых сильных мага Москвы.
В конце концов, повалившись на землю, решение проблемы они продолжали уже в горизонтальной плоскости. Как было сказано выше, в битве магов подобного уровня любая мелочь может предопределить исход. Так и вышло. Упали они таким образом, что куда более лёгкий Завулон оказался прижатым к земле, не в силах скинуть с себя Пресветлого.
Напряжённый до предела, Темнейший сомкнул пальцы на горле врага, монотонно давя шею Гесера, в попытке перекрыть ему кислород. Тот, сипя и задыхаясь, методично бил противника затылком об край песочницы. В какой-то момент ослабевшие пальцы Тёмного разжались, и Гесер, в пыльном порванном в нескольких местах костюме, с разбитой губой, фонарём под глазом и красным от нехватки кислорода лицом, вскинул руки в победном жесте. Валяющийся под ним, медленно приходящий в себя Завулон, всклокоченный и извозившийся в пыли, выглядел не лучше, не говоря уже об увечьях.
Гесер тяжело поднялся, проковылял к песочнице, уселся на бортик, устало переводя дыхание и баюкая одну руку. Антон поднял на него глаза. Гесер собрался.
— Антон, малыш, как твоё настроение?
Антон пожал плечами.
— Не знаю. Не плохое.
Гесер не спешил радоваться и не зря, потому что дальше мальчик добавил:
— Но и не хорошее. Кто может знать, как будет чувствовать себя через минуту.
Изрёкши эту глубокую мысль, Антон вернулся к ямкам с песком, демонстративно игнорируя присутствие Гесера.
Тот, впрочем, не растерялся.
— Твоё самочувствие наверняка качнётся в положительную сторону от пары конфет.
Гесер жестом фокусника действительно вытащил из воздуха две шоколадные конфеты в красивой обертке. Антон благосклонно принял подношение, спрятав сладости в карман.
— Конфеты это хорошо, конечно. Но их хорошесть так эфемерна и недолговечна. Не знаю, сделают ли они меня счастливым сегодня.
Гесер подавил желание закатить глаза. Чего ещё можно было ожидать от мальчишки. В конце концов, это его дед сейчас слабо подёргивается, пытаясь принять сидячее положение с опорой на бортик песочницы. Гены, чтоб их. Но всё-таки, как надо было воспитывать ребёнка, чтобы он научился из всего извлекать выгоду уже к шести годам. Гесер с ужасом понял, что роль могли здесь сыграть не только гены и не столько Завулон. Ведь и он сам в немалой степени приложил руку к процессу становления этой маленькой личности.
— Чего ты хочешь, — устало выдохнул Гесер. Что было, конечно, ошибкой, и фактически сливало весь торг в пользу Антона.
— Я бы точно пришёл в благостное расположение духа, если бы знал, что в любой момент могу попросить кого-то очень сильного всё что угодно.
Гесер мысленно застонал. Перевернувшийся с горем пополам на живот Завулон гнусно захихикал.
— Намучаешься ещё, Пресветлый. Стоит оно того?
Гесер решительно мотнул головой.
— Стоит, — твёрдо ответил он и пожал маленькую уверенную ладошку.
Лицо Антона засветилось, и Гесер подумал, что да, действительно стоит. Этот малыш будет самым необычным, за что он когда-либо боролся.
