Песнь моего меча...

      Мужчина удивленно моргнул и перевел недоуменный взгляд на своего напарника, который начал хихикать над обескураженным лицом своего союзника. Но зря они недооценивают десятилетнего ребенка, особенного только что увидевшего мертвые тела своих родителей, особенно меня…       Быстрым и незаметным движением достаю кинжал, а потом элегантно и медленно всадила кинжал в грудь мужчины, который ошарашенно замер и медленно опустил голову, смотря в мои пустые глаза, а также на улыбку. Улыбку из прошлого. Улыбку Смерти. Думаю, теперь я понимаю за что меня так прозвали. Напарник подскочил и удивленно уставился на нас, в особенности на меня и на то как я с особым наслаждением поворачиваю кинжал в груди его союзника.  — Может в следующей жизни повезет, кто знает? — ловкое движение и кинжал уже полностью в моей руке, с его кончика небольшими капельками падает алая кровь и вот еще один взмах рукой, чтобы нанести глубокое ранение на шее мужчины. В отражении кинжала замечаю свой пустой взгляд, а также знакомую улыбку к нему. Как же давно это было…       Перевожу взгляд на напарника, а он все еще стоит в остолбенении и смотрит на меня выпучив глаза. Не ожидал такого хладнокровия от ребенка? Что ж… Это и будет твоей главной ошибкой в жизни. И последней. Шаг к нему и я наступаю на лужу крови, опустив взгляд вниз, натыкаюсь на совершенно пустой взгляд отца. В груди что-то надломилось и заставило скривиться, а глаза неожиданно увлажнились. Нет! Не сейчас. У меня дело и оно требует полной концентрации, а также возвращение к навыком из прошлого.       Мужчина отмер и вытащил меч, направив его в мою сторону. Развернувшись полностью к своей цели и не отрывая взгляда от его, я разрезала платье для удобства и откинула куски ткани в сторону. Даже тут мне приходится сражаться. Даже тут… я потеряла всех. Шаг и в сторону делает шаг мой соперник. Начинается кружение и скоро мы сольемся в танце смерти, в котором один из нас выйдет победившим. Но я уже заранее все знаю. Он атакует первым и с проворным телом ребенка уйти от удара не составило труда, но в отместку он также увернулся и от моего. Мы опять стоит напротив друг друга и я усмехаюсь.  — Так серьезно против ребенка… — скула мужчины дернулась при моих словах.  — Ты держишься слишком хорошо для обычного ребенка… — прошептал он в ответ и был прав. Я не ребенок. Я воин. Воин в теле ребенка.       Отскакиваю с места и целюсь прямо в сердце, но противник успевает выставить свой меч и происходит скрежет оружий. Смотрю ему в глаза, а он в мои. В его глазах страх, который он сам не может объяснить, а в моих пустота и лишь на дне плескается боль, но я не даю ему ее увидеть. Разворот, перехватываю кинжал в другую руку и наношу точное ранение в рабочую руку мужчины. Вскрикнув от неожиданности, мужчина другой рукой зажал рану и отскочил, не выронив меч. У него был шанс атаковать меня в тот же момент когда это делала и я. Я была полностью открыта и так близко, но он пренебрег этим.       Он мрачно на меня взглянул и выругался, оценивая рану на своей руке. А я стояла и отрешенно наблюдала за ним. Что же их привела к нам или кто послал их? Встряхнув головой, я вовремя успела увернуться от удара лишь пригнувшись, а с этого место живот мужчины был открыт. Усмехнувшись, резко встала и кинжал в тот же момент пронзил живот мужчины, который удивленно закашлял и выронил меч, который со звоном упал за моей спиной, отскочил от меня и зажал рану.  — Кто вас прислал? — спросила, сделав первый шаг к убийце и тот взглянул на меня с ненавистью. — Говори, иначе…  — Иначе убьешь и не узнаешь ничего? — ехидно заметил мужчина, но его улыбочка тут же сползла, когда он увидела что я рассмеялась.  — Я знаю множество способов тебя разговорить, мальчишка! — склонила голову набок и прищурила глаза. — Рана на твоем животе не смертельна, но если не оказать помощь — умрешь. В муках. Но до этого момента у меня еще куча времени, так что лучше выбирай.       Мужчина задумался и кажется взвешивал все «за» и «против». Подождать мне не составить труда, но лучше ему не затягивать. С силой сжала кинжал в руке и взглянула в отражение, где я видела свое новое лицо, с новыми чертами и совершенно чистым без единого шрама, но глаза остались из прошлого.  — Император Обелианской Империи. — эта фраза прозвучала словно гром среди ясного неба.  — Не ври. Нынешнего императора устраивала работа отца, а также качество постановленного оружия. — я не заметила как оказалась возле этого смертника и приставила кинжал к его горлу, а в его взгляде вспыхнул самый настоящий животный инстинкт.  — Я и не вру… — прохрипел он и с опаской скосил глаза к кинжалу, который я крепко держала в руке. — Это он отдал приказ, но…  — Но? — не услышав ответа, я схватила другой рукой волосы мужчины и наклонилась. — Не играй со мной.  — Ему это посоветовал сделать его старший сын — Анастасиус де Эльджео Обелия, а его мотивы мне неизвестны. — протараторил мужчина и тут же вскрикнул, когда почувствовал как кинжал прошелся вдоль его шеи.       Отступив на дрожащих ногах назад, кинжал выпал из моих ослабевших рук и угадал прямо в лужу крови. В лужу крови от матери. Упав на колени, дрожащими руками я прижала голову матери к груди и закричала, выплескивая всю боль и отчаяние, что успели накопиться за эти минуты. В груди было больно и я не чувствовала больше там тепла, чего-то приятного, а лишь зияющую пустоту и боль, которая волнами накатывала на меня. Сквозь пелену слез я взглянула на отца, который лежал поодаль и крик вырвался сам собой. Крик моего отчаяния.  — Как драматично! — все делалось на рефлексах: схватить кинжал, кинуть его в сторону голоса и повернуться.       Мужчина. Еще один. Он сидел на подоконнике и одна его нога свисала вниз из окна, а также он увернуться и потому кинжал просто вылетел в окно на задний двор. Мужчина усмехнулся и покачал головой, быстро спрыгивая со своего насиженного места и направляясь ко мне.  — Очень опрометчиво раскидываться своим оружием, девочка. — неизвестный сел передо мной на корточки и заглянул в мои глаза. — Какая трагичная картина, а выпустить эмоции решила только сейчас. Какой же странный ребенок.  — Кто же решил помешать моему самобичеванию? — усмехнулась и попыталась взять под контроль свои разбушевавшиеся эмоции.  — Всего лишь мимо проходящий маг. — заметив мой скептицизм, этот так называемый «мимо проходящий маг» развел руками. — Ну или зритель сего представления.  — А так союзник этим двоим. — я посмотрела на мужчину исподлобья и ухмыльнулась, заметив как засветились глаза мага. — Заворожить охрану они бы не смогли, так что вывод напрашивается сам собой. Так почему ты не помог своим напарникам?       Мужчина промолчал и окинул меня взглядом, отметив как я продолжаю прижимать мертвую мать к себе и даже не собираюсь отпускать. Только не при нем и не сейчас. Потом маг с равнодушием во взгляде оглядел своих убитых товарищей и тихо рассмеялся.  — Ну почему же не помог… Охрану заворожил? Да. Усыпил половину прислуги? Да. А большего от меня вроде не требовалось, дальше была лишь их работа, за которую бы мне не заплатили. Все было ровно так, как указана в договоре и это они виноваты в своей смерти.  — Договоре? — уцепилась за единственное слово, которое заставило заинтересоваться.  — О нет, девочка, — маг попытался меня потрепать по голове, но я схватила его за запястье и предупреждающе покачала головой. — Разглашать об это не могу, иначе настигнет меня очень медленная и мучительная смерть. Вон ему, — кивнув в сторону второго убитого, маг посмотрел на меня. — Ты устроила достаточно быструю и безболезненную смерть, которую он все равно бы получил в итоге.  — Мне все равно. Мне важен договор и Анастасиус де Эльджео Обелия. — прошипела и сжала ткани платья матери.  — Ах-ха-ха-ха! — мужчина откинул голову назад и разошелся в смехе, раздражая меня. — А ты мне нравишься все больше и больше! Я хочу посмотреть как ты растешь и что будешь делать. Ты слишком интересна чтобы тебя убивать! Устрой свою прекрасную месть!       И маг начал исчезать, а его смех продолжал разноситься по комнате.  — Скорее это будет прекрасная вендетта…