Песнь моего меча...

      Прошло около недели с тех пор как я узнала что Атанасия тоже переродилась в этом мире, она рассказала мне о своем удивительном мире и о себе в прошлом, но также не спрашивала обо мне, что меня радовало. Та жизнь… В ней нет красок. Лишь одна серая масса, разбавленная кровью.       Сначала улицы, где я пыталась добывать еду, а потом меня находит генерал, силком таща в новобранцы. Тяжелые и изнуряющие тренировки, особенно для истощенного тела. Никого не жалели. Даже меня, еле ходящую на ногах. Потом сражение за сражением, благодаря которым моя карьера растет в военном деле и я оказываюсь подле императора, который кидает на меня масленые взгляды. А после война… Как только выдалась возможность, я сбежала на передовую от императора, от аристократии, от всего того что находилась за чертой войны, где и нашла свою погибель.       Атанасия после встреч с отцом будто сама не своя, но думаю это оправдана. Столько лет игнорировал само ее существование, а тут резко начал ею интересоваться. Проследив за тем как принцессу вновь отводят на одно из чаепитий, устало закрыла глаза, прислоняя голову к окну и не замечая как медленно начала погружаться в сон. Головные боли сильно выматывают, но какой-то режим у них есть, но я его понять все еще не могу.

***

 — Атанасия, — позвал Клод и в упор посмотрел на свою дочь, которая в смотрела в свою тарелку, но когда он ее позвал — вздрогнула, подняв голову.  — Да, папочка? — склонив голову набок, Атанасия обворожительно улыбнулась, вызвав странное тепло в груди мужчины.  — Ты очень хорошо знакома с гувернанткой Вивьен Беррингтон?  — Ну… — нахмурившись от такого вопроса, принцесса сконфуженно ответила: — Да, а что такое?       Клод и Феликс переглянулись. Робейн многозначительно посмотрел на кинжал, а потом на императора, с которым обсудили вопрос об этой самой Вивьен заранее. Узнать имя и фамилию было легко, лишь зайти к главной горничной и все, нужная информация на руках. Самое сложное ждало впереди. Ее биография. Все вроде в порядке: обедневший род, все родственники мертвы, жила на окраине, но… Никогда не существовала рода Беррингтон. Даже намека на него не было в истории.       Император после этого назначил слежку за девушкой, но та, будто узнав, что за ней шпионят, сразу же перестала особо мелькать на улицах, а есть начала в каких-то укромных местах. После скудных докладов, в которых информации было ноль, Клод решил поинтересоваться у дочери и этот вариант оказался выигрышным.  — Замечала за этой девушкой что-то странное? — теперь Клод в упор смотрел в глаза Атанасии, напрягая ее тем самым. Девочка начала ерзать на стуле и натянуто улыбаться.  — Н-ну ничего такого… — Клод нахмурился, а Ати занервничала сильнее. Ее мысли начали скакать с места на место, и также размышлять о том как ее могут убить. — Она очень хорошая! Ати обожает Вивьен!  — Хм… И в чем именно она «хорошая»? — мужчина откинулся на спинку стула, медленно отпивая чай, продолжая внимательно смотреть на ребенка.  — Она отзывчивая! Она добрая! Помогала Ати пря… — запнувшись, принцесса прокашлялась и продолжила, чувствуя как щеки покрылись румянцем: — Так же спасла меня!  — Спасла? Вы были в опасности принцесса?! — Феликс сделал шаг вперед и тут же наткнулся на топазовые глаза императора.  — Да! На Ати покушались… — принцессу передернуло от воспоминаний и мурашки пробежались по спине. Клод заметил резкую смену настроение дочери и хотел было прекратить этот разговор, но Атанасия вновь заговорила: — Вивьен пришла вовремя и убила убийцу…  — На твоих глазах? — недовольно поинтересовался император, но принцесса отрицательно покачала головой.  — Вивьен попросила меня закрыть глаза и уши.       Вздохнув, Клод задумчиво оглядел дочь и перевел взгляд на Феликса, который тоже посмотрел на него. Сейчас их мысли были одинаковы, но осталось их подтвердить действиями, но для этого нужна сама Вивьен.

***

      С недоверием смотря на письмо в своей руке, в котором говорилось что император приглашает меня на аудиенцию, я вновь его перечитала. Это шутка? Зачем я понадобилась императору? Все это было бы чушью, но тут стоит печать императора, так что все настоящее и реальное. И от этого появляются куча вопросов! Откинув письмо в сторону, недовольно помассировала виски и упала на кровать, сворачиваясь клубком.       Эта встреча завтра с утра и лучше мне лечь раньше, а то от этих болей спать как обычно уже не получается. Даже просыпаюсь от столь сильной боли и брожу просто по коридорам. Принцесса сегодня пришла более расстроенная и как бы у нее не спрашивали что случилось, она упорно молчала и только при виде меня, кинула ко мне и крепко обняла. Обескураженная таким порывом, я лишь гладила по голове и молчала.       На следующее утро, на удивление, никакой головной боли не было и я чувствовала себя отдохнувшей. Это удивительно. Потому что уже продолжительное время нормально не отдыхала, да и я бы с удовольствием еще полежала, но время не ждет и надо поспешить. Встав, быстро оделась и поправила прическу, раздумывая о том, нормально ли я выгляжу. Вспоминая мой опыт общения с императором, тот обожал пышные и роскошные платья на дамах, и даже меня порывался несколько раз одеть в такое, но я успевала ускользать. Он никогда не любил простое, даже у слуг были и те роскошные наряды, только рыцари и выделялись своей скудностью. Ну, а что поделать, удобство важнее.       Перед дверьми я немного колебалась, все же первая встреча с императором, но в итоге постучалась и услышав разрешение, вошла. Клода де Эльджео Обелия восседал на своем троне, смотря на меня своими удивительными топазовыми глазами, которые так мне напоминают Атанасию. Рядом с ним стоял все знакомый мне рыцарь, имя которого я узнала недавно от Атанасии — Феликс Робейн, что удивило меня, ведь я его даже не признала. Он тоже смотрел на меня и улыбался радостно.       Атмосфера странная, промелькнула мысль, когда я поздоровалась и поклонилась перед императором.  — Долгих лет жизни и процветания, о, солнце империи.  — Вивьен Беррингтон… Хорошая фамилия. — протянул император, внимательно следя за моим выражением лица, но что дрогнуло, так это лишь бровь и ничего более.       Они узнали что это не моя фамилия? Но откуда?… Если только они не копали под меня, но для чего они это все делали? Слишком много вопросов, а задать их я не могу, тогда уже вопросы появятся у другой стороны.  — Я благодарен тебе что ты спасла мою дочь, а так же что участвовала в ее воспитании, но… — нахмурившись, вопросительно взглянула на императора, тот в свою очередь на своего рыцаря. Феликс кивнул, подойдя мне и протянул что-то завернутое в ткань.  — Что это?  — Возьми. — велел император, практически пожирая меня глазами и мои действия.       Мне в руки передали что-то завернутое, но судя по весу и по тому как я ощущаю холод сквозь эту тонкую ткань — это оружие, а скорее кинжал. С тихим шорохом ткань падает в моим ногам и от неожиданности я царапаюсь об острое лезвие, судорожно вцепляясь другой рукой в рукоятку. Это же… кинжал подаренный отцом. Сглотнув ком в горле, подняла голову и взглянула сначала на Феликса, который поднял ткань и спрятал, а потом на императора.  — Это… мой кинжал. — вновь взглянула на горячо любимое оружие, замечая что оно в идеальном состоянии. Глаза резко увлажнились и я начала часто моргать. Только не при императоре! — Откуда он у вас?  — Твой? — переспросил Клод и дождавшись моего кивка, вдруг хищно усмехнулся. — Феликс.       От столько неожиданной атаки я успеваю увернуться, недоумевая от происходящего. А Феликс виновато улыбается мне, держа в своей руке меч и готовясь к новой атаке, а император наблюдает за этим с не скрытым интересом. Глухое раздражение поднялось внутри меня и я перехватываю кинжал в другую руку, полностью перестраиваясь на бой. Хоть у меня давно не было практики, но защитить я себя смогу! Феликс атаковал первым и я лишь могу уйти от удара в сторону, стараясь тут же ранить, но мужчина выставляет меч вперед и мой кинжал ударяет лишь его. Наши взгляды пересекаются и я вижу свое отражение в его глазах. С тихим рыком отталкиваю и ударяю ногой, немного запутавшись в платье.       Феликс от моего удара отходит на несколько шагов назад, но не падает и тут же бросается вперед. Вот бы меч сейчас, которым я бы смогла перенаправить его удар в сторону, но приходится уходить мне. Завораживающий и опасный танец. Я действую на рефлексах и целюсь в жизненно важные органы, когда Феликс смягчает свои удары и не выкладывает на все сто. Слышу тихий свист, когда вновь взмахиваю кинжалом и который рассекает лишь воздух, ведь цель успела уйти от удара. Мы воссоединились. Прошло столько времени когда я в последний раз держала свое самое верное оружие и горячо любимое. Подарок, а также, практически наследие отца, уже ни раз спасало мою жизнь. Пригнулась, толкая своим телом мужчину снизу и мы оба падаем, его меч со звоном падает рядом, а я целюсь в голову кинжалом.  — Стоп!       Феликс успевает дернуть голову в сторону и уйти от удара, а я от голоса императора лишь успеваю повернуть руку и костяшками ударяюсь о холодный кафель. Зашипев от тупой боли, посмотрела на мужчину лежащего подо мной, который в ответ смотрит на меня невинным взглядом и улыбается. Фыркнув, тут же встала, поправляя платье и выпрямляясь, недовольно-вопросительно смотря на императора, который в ответ задумчиво оглядывает меня. Особенно его внимание было сконцентрировано на моих глазах, которые выразительно блестят и жаждут узнать что за цирк только что был.  — Приятно видеть вас в полном здравии, леди Эрнандес. — нахмурившись, услышав до боли знакомую фамилию и от обращения. — Только удивительно что вы еще живы, хотя числитесь умершей уже очень давно.