Победа в сломленности

 — Сода —

      

***

Друзья уверенно побрели через пшеничное поле по уже протоптанным тропинкам, и Саше ничего не оставалось, как последовать за ними. Серые массивы облаков низко висели над островом, грозясь обвалиться. Ветер игрался с золотыми колосьями, которые так и манили, чтобы по ним провели рукой. Кончики пальцев ласково касались пушистых шершавых семян. Чем ближе они подходили к берегу, тем сильнее чувствовался запах жженных полевых трав, и были громче голоса однокурсников. Вечерняя роса приятно холодила нежную кожу, пряди волос трепетали под легкими порывами прохладного воздуха. Стремительно холодало, а море, будто насмехаясь, шумело и билось о суровые скалы. Парни и девушки в белых нарядах, босые и с венками из белых цветов на голове, ходили по мягкому мокрому песку, пританцовывая. Их одежда в мгновение ока сменилась на белые одеяния, а обувь с ног и вовсе пропала, как только они ступили на берег. Ощущать босыми ногами мокрый и холодный песок было некомфортно, но в данный момент это волновало меньше всего. Бледные ступни оставляли следы, а крупинки проскальзывали сквозь пальцы. Маленькая передышка впервые за несколько дней. Голова была пуста от назойливых мыслей и Саше это очень нравилось. Хотелось подольше побыть в таком состоянии, когда в голове гулял лишь ветер. С ними тихо поздоровались однокурсники, боясь нарушать атмосферу громкими возгласами, а Антон куда-то незаметно слинял, просто потерялся из поля зрения Саши, но этого уже было достаточно, чтобы тот начал переживать. С чем была связана эта нервозность, он не понимал, но оставаться один не хотел абсолютно. Приходилось в одиночку ежиться под внимательными взглядами знакомых адептов. Сейчас они казались совершенно чужими в этих воздушных одеяниях, готовых, казалось бы, слететь от короткого порыва ветра. Он продолжил судорожно бегать взглядом по толпе из веселящихся людей, но на глаза попался лишь Ваня, который уже общался с другой компанией. Идти к ним не было никакого желания, поэтому он решил выйти к шумящим волнам. Солёное море тихо шуршало и шипело, обволакивая холодной водой ступни. Холод мелкими тонкими иглами протыкал кожу, вгрызаясь до основания, пробирая до костей. На глаза попалась розовая хрупкая ракушка, извитая волнами у основания. Она наполовину застряла в песке и в темноте отливала синим. Берег накрыла своя атмосфера, от которой веяло спокойствием и удачей в дальнейших делах. Именно этого ему не хватало последнее время. Мысли тяжелыми вихрями катались по голове, но не приносили дельных идей, лишь усугубляли настрой, который итак последнюю неделю был не очень. Знакомый голос пронесся мимо него где-то сзади. Саша не обращал на него внимания, продолжая наблюдать за хмурым горизонтом. Кто-то бесцеремонно положил руку ему на плечо, и в этот раз пришлось вырывать себя из тяжёлых дум. — Чего застыл тут как статуя? Да и ещё и в холодной воде, вылезай давай, — Антон показательно съёжился, и его дракон непроизвольно повторил действие, выглядело это так, будто он старался отряхнуться от невидимых водных капель. На голове друга красовался венок из цветов, почти такой же он протянул Саше, — готов? Надеюсь, ещё не забыл, как рунические круги рисовать? — Ещё чего, — Саша взял венок, вылез из воды и с боевым настроем направился вместе с другом к центру толпы. С ним было в разы спокойнее. По пути Антон надел ему венок, украдкой сказав, что так Саша выглядит куда милей. Он попытался быстро слинять, но получил лишь легкий тычок в плечо, прошедший по касательной. Несмотря на мысли, из-за которых на него нападала грусть, с Антоном и Ваней было легко и весело. Они поддерживали ментально, даже не подозревая об этом, и Саша очень был рад таким друзьям. В глубине души он все же надеялся, что Дима когда-то сможет стать такой же поддержкой для него. Саша не был сильным лидером, но и слабым он никогда не был. Он мог постоять за себя, в чём-то он был лучше, чем остальные, и у него была хорошая поддержка в виде друзей. Саша чуял заботливое и доброе сердце Димы и верил в то, что оно открыто для него. В глубине души, но верил. Личный фамильяр, источник сил, питомец и просто друг, которого хотел заполучить каждый. Но не каждый мог сравниться со своим фамильяром по силе. Его призыв, как и подготовка к нему, требовали очень много сил, концентрации и терпения. А ведь после надо связать себя и призванное существо. Сделать это можно было, лишь подчинив данное создание, либо подружившись с ним. В душе наступала гармония и спокойствие, если с фамильяром вы становились как бы одним целым. Импровизированный круг из студентов расступился, пустив их внутрь. Саша вошёл в центр круга, Антон же остался стоять вместе с другими ребятами. Песок был идеально ровным, как будто до этого по нему никто не ходил и никаких существ не призывал. На самом деле берег песчаного острова был не лучшим местом для призыва с одной стороны, а с другой стороны именно отсюда могло вылезти что-то редкое и сильное. Тело слегка потряхивало от предвкушения, сковывало смущение. Каков же его фамильяр? Дальше Саша был один, потому что окружающие люди вокруг него, да и сам мир, посерели, стали несущественными. Быть наедине со своими мыслями, магией, с самим собой было не очень приятно, даже зная то, что рядом были друзья. Но под ногами ровной гладью лежал холодный песок, а над головой клубились серые тучи. Клинок, вынутый из ножен, холодил руку, магия, вырывающаяся из него, слегка покалывала, даже можно было сказать, щекотала ладонь. Рунический круг для призыва дался трудновато. Руки вспотели, а тело мелко потряхивало от подступающего волнения и пронизывающего ветерка. Держать мысли под контролем и чертить ровные линии задачей было не из лёгких. Мозг не хотел делать несколько дел сразу. Магия большим потоком высасывалась из Саши и циркулировала по кругу, углубляясь в землю. Руки приятно пульсировали, а парень спиной чувствовал приближение своего друга. В ушах зазвенело, он и подумать не мог, что такой ритуал сожрёт у него столько сил, но прекращать его было уже поздно. Голова кружилась, а тела он более не чувствовал. Потому что магия устремилась в низ, к центру земли, а сквозь песок стали поступать очертания головы. Сначала показались почти пушистые ушки, мордочка, а после и все создание целиком. Это был котенок? Слишком большой котенок, наверное. За его спиной охнули и тихо зашептались, и Саша вспомнил, что он все же не один. На секунду он почувствовал себя окутанным в это шептание, напоминающее трель маленьких птиц. К чему такие горестные вздохи посыпались от девушек, было предельно ясно. Большую часть тела котёнка занимали ожоги, где-то покрывшиеся корочкой, а где-то гноящиеся. Также до этого носа донесся сладковатый запах разложившегося мяса. На самом деле котенок отдаленно напоминал барса, по крайней мере, размерами и окраской. Барс открыл глаза, пошевелил ушками в стороны раздающихся звуков, и, повертев голову, направил свой взгляд на Сашу, признавая в нем хозяина. Парень рухнул на колени, протянул руки к дивному существу и позволил обнюхать руку. Действие это, по сути, было бессмысленное, ведь это создание давно погибло. Вот только инстинкты у него остались, а таким действием Саша лишь начал полноценные отношения между ними. Он аккуратно взял малыша на руки, не заботясь о том, что его белая рубаха могла испачкаться. Сейчас это было совсем не важно. Подолы белой накидки давно намокли и испачкались в песке. — Ого, ну ты и даёшь. Молодец, — к ним подошёл Антон со своим драконом. Он с любопытством взглянул на котенка и костяшкой пальца провел по ушку, которое вздрогнуло от лёгкого прикосновения. Он тряхнул ухом и потерся о ладонь Саши. Дракон тоже заинтересовался этим созданием, не напирая на Сашу, он подошёл ближе, пытаясь дотянуться до котёнка — он похож на барса, маленького такого барса. — Как думаешь, что с ним случилось? — посмотрев на взволнованную реакцию барса, Саша все же решил подпустить дракона ближе. Сам парень был немного растерян видом своего фамильяра, хотя им приходилось видеть трупы и похуже. Хоть его состояние и оставляло желать лучшего, для Саши он был прекрасен таким, какой он есть. — Честно, ума не приложу. Умер, наверное, около восьми лет назад. А вот от чего именно… У него много ожогов и шерсть подрана в некоторых местах, — Антон пока осматривал котёнка, внимательно наблюдал за действиями Матэза, готовясь в любой момент отозвать дракона. На глаза Саши непроизвольно навернулись слезы, а сам он отчего-то вспомнил, что делал в это время. Жалел, что не встретились тогда. Возможно, котенок был бы живой. Сам же малыш явно не возражал новому другу, сам тянулся к нему лапами, и Саша все же решил отпустить его на землю. Неудивительно, но барс весил прилично, пусть и маленький. — Вижу, интересно было бы узнать, откуда они появились, — Саша убрал клинок в ножны и затер круг, направив на него ветер. Он поднялся с колен, ловя на себе удивленные и понимающие взгляды. Порыв воздуха смахнул слезинки, окончательно приведя Сашу в чувства. — Я думаю, Темыч тебе больше расскажет. По идее, котенок может вернуть свою прежнюю форму, если будешь его подпитывать. Может через месяц. — Тогда почему ты до сих пор не восстановил Матэза? — задал очевидный вопрос. Антон лишь положил руку другу на плечо и едва слышно вздохнул. — Мм, слишком затратно по силе, Матэз этого не особо хочет, да и сейчас в этом нет прям такой необходимости, поэтому… Ладно, Вань, валяй, твоя очередь, — Антон нахмурился, позвал с собой дракона и, подождав когда Саша подберёт своего питомца на руки, вернулся опять к однокурсникам. Парень непроизвольно прижал котенка к груди, оберегая и защищая его, связь стала еще ощутимее. Ваня, так же, как и многие, с интересом посмотрел на фамильяра Саши и под весёлое улюлюканье толпы вошёл в круг. Некоторое время он усердно вырисовывал руны, после, удовлетворенный своей работой, сделал пару шагов от рунического призыва и начал напитывать его силой. Он был воодушевлен и не растерян, совсем не как Саша. Совсем скоро на него горящими глазами с раздраженным оскалом смотрел волк. Он тоже не был особо свежим, если это можно так назвать. Где-то были видны куски отваливающегося мяса, а где-то и голые кости. Казалось, волк был готов напрыгнуть на своего хозяина и разорвать ему глотку, но Ваня спокойно протянул ему руку и погладил по голове. Оскал волк не убрал, лишь раздражённо фыркнул. Парень хищно улыбнулся. Этот волк точно был его фамильяром. Характерами они сойдутся. Пусть поначалу им придется привыкать друг к другу.

***

 — Джо —

       Выловить студента перед сессией довольно сложно: он либо сидит у себя в комнате, либо мотается как угорелый по всей академии. Есть, конечно, такие как Павел, которые проводят время перед сессией не за зубрежкой, а в компании друзей, и у них не меняется ровно ничего. Но Дима хорошо знал того, кого он ищет. Поэтому для него самым простым способом было просто пройтись по академии и при удаче поймать нужного ему человека. Он точно знал, Саша определённо не будет сидеть в комнате, по уши зарывшись в учебники. И перед самым ужином ему это удалось. Саша шёл в компании Антона и ещё нескольких ребят из некромантов. Они о чем-то беседовали, смеялись, и шли, скорее всего, на ужин. Дима, скрепя сердцем, остановил всю эту компанию и попросил Сашу поговорить с ним. Тот старался выглядеть нейтрально так, как будто это все его не колышет. — Что вы хотели? — слегка холодновато спросил парень. — Нам нужно поговорить. Пойдём? — А если я не хочу идти с вами? А тем более говорить? — Дима не лез в его голову просто из приличия, но голос и интонация Саши были полны нежеланием и неприязнью. — Это важно, — Саша кивнул и последовал за ним в свободный кабинет. Как только дверь за парнем закрылась, Дима наложил заглушающее заклинание. Было бы плохо, если бы кто-то подслушал их разговор. Кабинет, в котором они оказались, был кабинетом алхимии, и, что очень странно, здесь стоял небольшой бардак. Порезанные ингредиенты так и остались на своих местах, где и были порезаны и использованы. Часть склянок была разбита на меленькие кусочки. В воздухе витала пыль. А котёл, в котором варили зелье так и не был очищен. Обычно в аудитории убирали сразу после занятий, но в этот раз что-то пошло не так. Саша неуютно застыл у стены, ему было не комфортно тут находиться, но начать разговор первым, чтобы уйти быстрее он не мог или не хотел. Дима решил пожалеть малыша и все же начал говорить, но парень его предостерёг: — Если вы будете тыкать в меня тем, что читаете мои мысли, я кину в вас какое-нибудь проклятие. — Я отобью, — спокойно ответил Дима. — Я знаю. — Ты серьёзно на меня обижаешься за то, что я написал твоим родителям? — Спасибо за то, что вы хотя бы про это не написали, — Саша фыркнул, — Меня тут и так не любят, да и родители скептически относятся. А если бы вы рассказали… — Саш, кто тебе такое сказал? — Дима нахмурился, — Это бред. Просто, мало кто ожидал, что ты пойдёшь именно в эту Академию. — Я пошёл сюда, потому что ты здесь учился и сейчас работаешь, — пожал плечами Саша. — Я отучился здесь, год, а после понял, что это не моё и ушёл учиться на лекаря. — Но ты отличный боевой маг, — возразил ему парень, на что Дима смущенно улыбнулся. — В детстве, когда ты был маленьким, ты очень любил играться с артефактами. В шесть лет ты сам разобрался с устройством защитного артефакта и даже напитал его своей силой. В шесть лет, когда другие дети только разбираются со своей силой! Представляешь? Все ожидали, что ты станешь лучшим артефактором, но ты пошёл именно в эту Академию, — за монологом Дима прошёлся по столам, где готовили зелья, почему-то ингредиенты показались ему очень странными. Обычно такие ингредиенты никогда не использовались вместе. Кто-то экспериментировал? — Это ты так намекаешь, что никогда не поздно поменять выбор? — он криво усмехнулся, обращая внимание на себя. — Нет, просто говорю о том, что ты умный и способный парень. Прости за то, что я написал твоим родителям, но я все же хочу для тебя лучшего. — Лучшего?! Ты сейчас серьёзно? — воскликнул Саша, — Нет, ты серьёзно? Да ты хотя бы знаешь, что для меня лучше? Я люблю тебя! Для меня не может быть лучшим то, где нет тебя! Парень присел на стол, убрал волосы назад и закрыл лицо руками. Он не хотел, чтобы Дима видел его слезы. Уже было все равно на все. Было плевать на то, что его первое признание вышло таким образом. — Я знаю, Саш, — спокойно отреагировал Дима и подошёл к нему, — Давно знаю, — Он прижал Сашу к своей груди и успокаивающе погладил его по волосам, — Ты сильный парень, и со всем справишься, только без меня. — Я не хочу так, — тихо проговорил Саша. — Тебе придётся. Ты знаешь причину. Саша вырвался из его объятий, забрал свои вещи и выбежал из кабинета. Теперь была очередь Димы страдать, он хотел поговорить с ним, сделать так, чтобы тот перестал обижаться, но получилось только хуже. Он оперся локтями о сзади стоящий стол и глубоко вздохнул, прикрывая глаза. Чувство вины охватывало и пожирало с каждой секундой все больше и больше. Внутри все дрожало, воздуха в груди перестало хватать. Наверное, он правильно сделал, что никому не рассказал о чувствах Саши.

***

 — Глюк —

       Возле двери, ведущей в кабинет ботании, в полном составе собрался четвёртый курс и вёл свое ленивое обсуждение. Вставать рано никто не любил, тем более, если вставать надо, чтобы прийти на зачёт. И при всем при этом преподаватель непонятно почему задерживался. Кого-то это радовало, кого-то не очень. Единственным счастьем для молодых студентов был сам предмет: он был не сложным, а чтобы не получить зачет, надо было очень постараться. Да и преподаватель был замечательным. Профессора ботании, Артёма Михайловича, редко кто не любил. Он был добр и прост душей, никогда не был против подискутировать со своими студентами на лекциях, если тема была ему интересна. Для всех он был как отец, и ради него многие готовы были вернуться в академию, хотя бы просто повидаться. И зачёты у него обычно лёгкие были какие-то, во всяком случае, специально он никогда не заваливал, как это любили делать некоторые. Имелись также и те, кого этот профессор бесил тем же, чем и привлекал большую часть студентов. Именно эта маленькая часть сейчас недовольно скандалила на весь коридор и, наверное, этаж выше. Они были крайне недовольны задержкой профессора, а может это было поводом просто хорошенько протоптаться по его имени. Обычно таких студентов снедала зависть. Эти ребята были из тех, кому ботания не нравилась, кто любил пропускать пары и кто, конечно же, не готовился к зачёту. — Пятнадцать минут ждём и валим? — с надеждой в голосе спросил один парень из компании, — ну, по традиции, знаете. — Та хрен там, наверное, но очень бы хотелось, — ответил ему парень стоящий рядом, — опять за секунду придет и все, кранты нам. — Да я вам говорю, он шизанутый, вы его в последнее время вообще видели? Больше на психа смахивает, чем на преподавателя, — высказался другой парень и недовольно сплюнул в сторону. — Жесть полнейшая, но, по-моему, он таким всегда был, — хихикнула девушка, игриво заправив прядь волос за ухо. — Может и был, но не прям, чтобы настолько. Мне интересно его вообще учили руки мыть и вещи стирать, например? — поддержала её подруга, — или он в берлоге родился, что вырос таким? — А вот и, видимо, наши первые жертвы и явные претенденты на «незачёт». Всем доброе утро, прошу прощение за опоздание. Вы пятеро, в кабинет рассаживайтесь далеко друг от друга, — Пусть и на лице Артёма сияла улыбка, но ярость, полыхающую внутри, сдержать было трудно. Взгляд был ледяным, а студенты опасливо переглядывались между собой, растерянно перебирая в пальцах вещи. Оставшиеся за дверью студенты удивленно шептались между собой и взволнованно думали о настроении преподавателя. Названные адепты уже без какой либо жизнерадостности зашли в пустую аудиторию, которую только что открыл преподаватель. Напряженная атмосфера накалялась все больше и больше. Он положил на стол билеты и позвал к себе учеников по одному. Артем уже не прикрывался улыбкой, цепким взглядом следя за каждым из вошедших. Из последних сил мужчина не позволял себе выплескивать злость и бушевавшие внутри эмоции на студентах. Что именно происходило в аудитории, никто точно не знал. Но все видели сначала одну из девушек, а после и ее подругу, которые выходили из аудитории в ужасном настроении. Казалось, одна из девушек прямо сейчас могла заплакать, глаза ее были полны влаги, а пальцами она комкала подолы мантии. Нос подозрительно шмыгал, лицо ее было бледным и несчастным. Другая же девушка была вне себя от гнева, сразу после выхода за дверь, она кинула что-то наподобии молнии в цветок стоящий неподалёку. — Что случилось? — спросил кто-то из толпы ничего не понимающий четверокурсников. — Что случилось?! Козёл он, а не профессор, я знала эту тему, а он специально взял и завалил! И еще улыбался так гаденько, а к парням ни поговорить, ни повернуться, — зло бросила девушка. — А у меня, — со стороны другой девушки послышался всхлип, — вопросы сначала одни были, потом другие стали, когда я отвечать пошла, — она постаралась вытереть слезы с лица, — А он… В итоге сказал, что незачет без права на пересдачу. Меня мама убьё-ё-ёт, — на последнем слове она тихо взвыла, а потом вовсе не сдержалась и разревелась. Ее маленькие ручки судорожно терли глаза, а сама она не могла нормально дышать, то и дело расстроено всхлипывая. — Дура, нашла из-за чего реветь, — коротко сказала ей подруга, — Мы еще отомстим ему, не сомневайся. Несмотря на резкие слова, девушка все же постаралась утешить подругу, и после вместе с ней дождалась парней. Она не отпускала подругу из объятий, всячески отвлекала от пасмурных мыслей и то и дело бросала гневные взгляды на преподавательскую. У тех двоих кто вышел, так же ожидаемо стоял незачет без права на пересдачу. Ситуация у всех была похожа, то вопросы менялись, то атмосфера давила, преподаватель веселился по полной. Ехидные смешки, исходившие с его губ, пугали, колючий взгляд отталкивал. Это был точно не тот преподаватель, которого они знали как Артема Михайловича. А вот пятый член их компании все не выходил и не выходил. Ожидание давалось тяжело и напряжено, учитывая то, что их друг всегда был остёр на язык и уж точно не сдерживался в разговоре с преподавателями. В голову невольно забредали мысли о расправе учителя над учеником, но его друзья быстро выкидывали их из головы. А вот произошедшее дальше никто из учеников внятно описать не смог. Просто в один из моментов коридор наполнился удушливой магией, он давила на голову стальным обручем, щипала глаза, а воздух раскалённым огнем поступал в легкие. У кого-то сильно заболела голова. Ни один из щитов, сделанных адептами, не спасал от этой магии. Они хоть и были неслабыми колдунами, сравниться с преподавателем не могли, пусть даже сбившись в группу. Студенты растеряно переглядывались и подпитывали рунические заклинания снова и снова. Им было нелегко сдерживать чудовищное давление, обрушившееся на их неопытные плечи. Через несколько мгновений, это удушливое нечто как будто бы высосало из бедных адептов все силы. Рядом с учениками появился профессор по методике проклятий, он бегло осмотрел учеников, накинул на всех щит и ворвался в аудиторию, откуда, как оказалось, расходятся эти мерзкие невидимые щупальца. Как только Александр накинул на них щит, дышать стало куда легче, постепенно то, что проходило с ними, несколькими мгновениями назад стало стираться из памяти. В голове образовывалась тихая гладь, а внутри стало будто бы легче, тревога мигом исчезла, а на ее место пришло спокойствие. Как будто какой-то кошмарный сон лизнул своим шершавым языком пальцы ног, но тут же ушел из-за яркого света. Неприятное ощущение языка на пальцах давало свой отпечаток, но они так и не могли понять из-за чего им так неуютно стоять возле дверей этой аудитории. От нее еще долго исходила леденящая пустота, окутывающая холодом до самых костей. Что было странно, зачет по ботании у них принимал Александр, сам Артем Михайлович куда-то делся. Студентов, попавших под горящую руку, успокоил он же, и пообещал принять зачет заново.