Победа в сломленности

 — Медалист —

       — Ну хоть кому-то личную жизнь устроил, — хмыкнул Дима, вспоминая удаляющегося Данила, весело идущего где-то по коридору на встречу с Антоном. Его друг успел прожужжать ему все уши об этом некроманте-заучке. Каждый раз, когда Гаврилов начинал вспоминать про него, глаза его загорались заинтересованным огоньком, щеки зарумянивались, не смотря на то, что Данил был достаточно бледным юношей. С каждым днем он все больше напоминал влюбленного идиота, а Диме оставалось лишь обреченно закатывать глаза и мечтать о том дне, когда они уже наконец поженятся и оставят бедного парня в покое. — Ты о чем? Или лучше спросить о ком? — Спросил только что подошедший Ваня. Парень заботливо провел ладонью по короткому ежику волос и внимательно заглянул в глаза собеседнику. Когда эти двое были наедине, он часто показывал свою нежность, чем первое время сильно удивлял Диму. Юрьев аккуратно обхватил поглаживающую его руку и поднес к губам. Сегодня вечером они решили потусить вместе и договорились встретиться у окна западной башни. Посещали ее относительно нечасто, поэтому, пожелав удачи Данилу, Дима с чистой совестью сразу же отправился в это место. С Ваней они сдружились на втором курсе, так как им очень часто приходилось разнимать дерущихся Антона и Данила. Первое время они относились друг к другу не очень хорошо, Ваня выводил из себя Диму при каждом удобном случае. Дружба, а после и возникшая влюбленность, появились будто бы сами собой. Они просто проводили время вместе, наслаждаясь объятиями и каждой минутой, проведенной вдвоем. Никто из них не обговаривал то, что происходит между ними сейчас, и тем более не рассказывали об этом друзьям. Не потому, что те не поймут, а потому, что просто не хотелось впускать кого-то в свою личную жизнь. Да и сами не понимали ничего, лишь любовались друг другом. — Да об этих дебилах, — Дима кивнул куда-то в сторону крыла общежития, откуда недавно выпроводил Данила. Вроде бы и ходил радостный, в предвкушении встречи с Черемисиным, а ленился и очень долго спал, разбудить друга было очень сложно. На него не действовали ни пинки, ни удары подушкой по заспанной моське. — А-а-а, ты про Данила с Антоном. Не удивительно, они же с первого курса грызутся, — Ваня некоторое время смотрел в ту же сторону, что и Дима, а после, опомнившись, начал шастать по карманам джинсовки. Несколько раз обшарив карманы и разочарованно цокнув, парень выудил из маленького незаметного кармашка бронзовые ключики, игриво поблескивающие на едва достающих до них лучиках. Он довольно потряс ими перед лицом собеседника, случайно задевая ими по носу, — я нам тоже все устроил, так к слову. — Мне вот интересно, каким образом тебе это удаётся? — Дима отлип от стены и задумчиво посмотрел на Ваню. Безусловно, тот был рад, что все делают за него, но поинтересоваться стоило. В поле зрения попали старые железные замки с нарисованными на них глазами, Дима едва заметно поморщился. Опять кто-то из старшекурсников балуется сложными заклинаниями, зачаровывая непонятные предметы, умело все пряча. Одной рукой он едва ощутимо ухватил парня за плечо, направляя куда-то в сторону, подальше. — Ну это, сказал, что надо подготовиться, а у себя шумно. Да и к тому же, у меня хорошие отношения со всеми, — пожал плечами Ваня, неуверенно следуя за Димой. — От чего ключи? — А вот тут нам с тобой не особо повезло. Кабинет ботании, — Ваня быстро взглянул на рядом идущего парня и неловко улыбнулся. Ему бы хотелось урвать место лучше, но получилось лишь так. Он был доволен и этим. — Бля, там же кабинет Артёма Михайловича рядом? — Дима резко остановился и развернулся к Люффи, вопросительно уставившись на друга. — За стенкой, — утвердительно кивнул Ваня, обхватив руку Медалиста, крепко сжимая пальцы, — но он сегодня занят, так что, думаю, мы ему не попадёмся. — Ладно, поебать, пошли, — Дима выдохнул и потянул его в сторону нужного кабинета, не размыкая рук. Ваня едва заметно приподнял уголки губ, пряча улыбку, и уверенно зашагал следом. Ужин в академии уже давно прошёл, поэтому на этаже с кабинетами адепты и преподаватели встречались очень редко. Все они казались незаметными фигурами, быстро проносящимися мимо двух человек, идущих к своей маленькой цели. Один, не отрывая взгляда, смотрел на сосредоточенное лицо второго, будто бы его голова была омрачена смутными мыслями. Со стороны они были похожи на хороших друзей, но никто не знал, что сердце у них пело при виде друг друга. Большинство окон было открыто, по полу гулял ветер, раскачивая тяжёлые шторы и гоняя магический огонь в факелах. Блики гуляли по стенам, а от огня дул пылкий жар, издали согревающий обветренное лицо. Закатное небо было таким же огненным, оно напоследок грело лес догорающим пламенем, превращало воду в сияние рыжего. Их не остановил ни один преподаватель, не подошел ни один адепт, по ним было видно, что разговаривать с посторонними людьми они были не намерены сейчас. Порой удивляло, что люди неосознанно могли чувствовать настроение других людей настолько чутко. Они надеялись остаться незаметными при входе в кабинет, старались не привлечь внимания. Любили риск, наслаждались тем самым чувством и разливающимся по крови теплом. Поэтому, достав ключи, Ваня тихо прошептал: — Ставь невидимку. — Окей. Невидимкой называлось заклинание-щит, которое не позволяло увидеть людей или предметы, спрятанные за этим щитом. Оно выглядело как прозрачное стекло с обратной стороны и было осязаемо с другой. От него отдавало легким покалыванием при прикосновении и гулким эхом. После нескольких пасов рукой, с тихим хрустальным звоном в коридоре с обеих сторон встала невидимка. Дима довольно сделал шаг назад и опустил руки, оглядывая получившееся заклинание. Ваня одобрительно поднял палец вверх и подошел поближе, кончиками пальцев дотрагиваясь до поверхности. Сверху Юрьев накинул ещё и глушилку. Пусть их и не видят, но услышать вполне могут. В таких ситуациях он всегда был аккуратен и ловок, не смотря на бойкий нрав и громкий голос. Люффи некоторое время провозился с замком, высунув от усердия кончик языка, краем уха слыша тихую насмешку Медалиста. На секунду обернувшись, Ваня увидел спокойное лицо Димы, но смешинки в уголках глаз его выдавали. Открыв дверь, он первым затолкал в аудиторию Диму и поставил глушилку, но уже в кабинете. Медалист убрал два прошлых заклинания сразу же, как дверь в кабинет закрылась. — Ну вот, прошу пожаловать, — весело произнёс Ваня, положив ключи рядом. Вальяжно привалился к учительскому столу, оперев руки на край, легонько царапая дерево. — Ха, а неплохо тут, — одобрительно осматривая кабинет, хмыкнул Дима. Затем он обратил внимание на парня, довольного как сытый кот, подошел к нему почти вплотную, положив руки на бедра, крепко сжимая их пальцами. — Ага, — с улыбкой произнёс Ваня и притянул к себе Диму, обхватив лицо ладонями, не отрывая взгляда, любуясь красивым цветом радужки, замечая огоньки в его глазах. Они почти касались носами, но никто из них не делал первый шаг. Оба смотрели в глаза напротив, разглядывая каждую мелочь. Ваня пальцами поглаживал скулы стоящего напротив парня и счастливо улыбался. В конечном итоге, первым не выдержал Дима, сократив оставшееся расстояние, и поцеловал Ваню. — Я, по-моему, тебе кое-что задолжал? — Дима достал из пространственного кармана две бутылки пива, переведя взгляд с бутылок на заинтересованное лицо своего возлюбленного. Он потерся носом о его щеку и улыбнулся, протягивая их Ване. — Было такое, — Ваня лёгким пассом руки открыл обе бутылки и взял себе одну из них, обнимая Диму за голову свободной рукой. Тот же покрывал легкими поцелуями его шею, крепко сжимая в объятиях. — Как думаешь, — оторвавшись от парня, Дима сел рядом с Ваней, — эти двое академию в конец разнесут? — Возможно, её будут ещё несколько раз чинить до их выпуска. Даже если они и будут вместе, разрушений, как мне кажется, от этого меньше не станет, особенно, если знать Антона, — парень сделал глоток из бутылки и слез со стола, выпустив руку из трепетно сжимающих ее пальцев. — Согласен. Ну и куда ты поперся? — Дима наблюдал за парнем, который решил прогуляться по кабинету. — Да тут я, — слегка возмущенно отозвался Ваня, показывая макушку из края парты. — Нашёл что-то интересное? — с сарказмом в голосе поинтересовался Дима. Из глубины аудитории показался средний палец. — Ага, твой отрезанный член, уже потерял, к сожалению. — А ты ничего не попутал? Ваня звонко рассмеялся, и Дима не смог сдержать улыбки. Сделав несколько глотков из бутылки, он подошёл к другу, который увлечённо рассматривал в руках какую-то небольшую статуэтку, оглядывая со всех сторон. Когда он оказался ближе, то понял, что в его ладонях была фигурка огненной птицы, отливающая золотом. — Что это? — Дима приблизился к нему, заинтересованно заглядывая через плечо. — М-м? Не знаю, — Ваня задумчиво вертел фигурку, — другой вопрос, что фигурка животного могла забыть в кабинете ботании, где по идее растения изучают? — Может, забыл кто-то? — предположил парень. Эта штука не нравилась, сердцем чуял, что-то неладное. Веяло мистикой и захотелось свалить куда-нибудь подальше. — Хм, возьмём? — Нет, мы не потащим эту хуйню с собой, — хмуро произнёс Дима. От птицы веяло чем-то непонятным, и уж точно ничем хорошим. Он попытался забрать ее из рук Вани, чтобы положить с того места, откуда взял ее парень, но тот ловко увернулся, мазнул губами по носу, легонько чмокая, и отошел на шаг назад. — Почему? — Мы сюда пришли по делу или за этой гребной птицей? — Ревнуешь к золотой фигурке? — ухмыльнулся Ваня, свободной рукой проводя по груди Димы, задевая пальцем пуговицы, возвращая руку на шею. — Хуй там. От неё веет чем-то, — он растерянно взглянул на Люффи, не зная, как правильнее выразить свою мысль. — Плохим? — дополнил его Ваня. — Я бы сказал чуть по-другому. — А, то есть это тебя не смущает? — усмехнулся парень, придавив его щупальцами из магии к стене. От щупалец исходил холодок, а сами они отсвечивали тёмными искорками, — или парень некромант? — Вань, прекрати, — Дима сжал губы в тонкую полоску. Щупальца мирно проходились по его телу, лаская в некоторых местах, не причиняя боли. Нежно прошлись по бедрам, обхватили за талию, обернулись несколько раз вокруг колен, разводя ноги в стороны. — А то что? — спокойно поинтересовался у него Люффи, подойдя ближе, держа золотую птицу в руке. — А то блять больно будет, — весело усмехнулся Дима. — Боюсь, — с улыбкой сказал Ваня, щелкнул по носу и ослабил щупальца, — м-м? — Ладно, давай сюда свою птицу, — хмыкнул Дима, забирая статуэтку. — Один ноль, — прошептал Ваня, облизнул верхнюю губу и втянул Диму в долгий поцелуй.       

***

       Белыми клубами пар стелился многим выше пола. Все дело было в открытой форточке, холодный воздух из которой тихонько дул внизу, создавая волны из пара, который не хотел рассеиваться. Казалось, еще чуть-чуть и вся комната покроется инеем. Сквозняк обдувал спину, но встать и закрыть окно было безумно лень. Давно стемнело, поэтому единственным освещением в комнате был горящий экран ноутбука. Яркий свет давил на глаза, и парень то и дело устало потирал их. Техника рядом с академией работала с перебоями, поэтому обычно ею редко пользовались даже те, кто пришел в это место из миров, где царили технологии. Из динамика небольшого ноутбука доносились громкие басы. Шестикурсник всегда находил отдушину в музыке, которую иногда писал сам же, для единственного слушателя в виде собственной персоны. Паша сидел на кровати, прислонившись к стене, парил и писал дипломную работу. Комната принадлежала только ему одному, открыть её могли лишь настырные преподаватели, декан и он сам. Поэтому беспокоиться о том, что постоянно тусующиеся соседи побеспокоят его, не нужно было. Да и сам он никого не отвлекал громкой музыкой и заливистым приятным смехом. До шестого курса доучивались не все адепты: кто-то отчислялся по собственной воле, находя себя в чем-то другом, кто-то учился настолько плохо, что не мог продолжать обучение в этой академии. Паша гордился тем, что доучился до самого конца, пережил море положительных историй, случившихся с ним, познакомился с большим количеством интересных людей, а также сблизился с преподавателями по некрологии и методике проклятий. Перед глазами предстали их силуэты, до боли в сердце приятные и родные. В открытое окно, сверкая желтыми искрами, залетело огненное письмо. Паша не обернулся, лишь лениво поднял руку, ловя двумя пальцами небольшое послание. Он заинтересованно бросил взгляд на неожиданного гостя, свободная рука отложила недописанный на ноутбуке диплом и потянулась к шелковой веревочке, прочно связывающей все секреты, хранимые в этом послании. Даже если бы свиток попал в чужие руки, этот человек при всем своем желании не смог бы его открыть. Парень одобрительно присвистнул и аккуратно потянул бумажку на себя, ощущая быстро разливающуюся по всему телу теплоту. На белой, слегка истлевшей, бумаге знакомым резким почерком было написано приглашение, над которым ещё стоило бы подумать. Он отложил письмо в сторону и откинулся на подушку, довольно прикрывая глаза. Приближающаяся сессия его мало волновала. А вот наведаться в спальню к двум привлекательным профессорам было бы весьма интересно. Особенно когда ему дали полный доступ. Паша ещё раз глазами прошёлся по записке, полностью сжёг её, движением руки закрыл форточку и встал с кровати, закрыв ноутбук, не забыв перед этим сохранить файл. В комнате окончательно стало темно, лишь клубы пара прятались в его волосах. Татуировки на руках едва заметно шевелились. Парень сложил пальцы в печати и кончиками ногтей начертил руны портала, активизировавшиеся с помощью лёгкого касания спустя некоторое время. Портал был похож на изгибающееся кривое зеркало, и светился серо-сиреневым сиянием. Парень, не раздумывая, без опаски зашёл в портал и вмиг оказался в центре просторной комнаты, которая одновременно представляла собой и кухню, и гостиную. Взгляд мигом поднялся наверх, высокие потолки вились замысловатыми узорами, но на них редко кто обращал внимание. Но гораздо больший интерес представлял уголок, отведенный под кухоньку. Они часто проводили там время втроем и распивали вкусное виски. При желании преподаватели и ученики могли сами готовить себе еду и есть её не в столовой, а на кухне или в комнате. Было очень удобно наслаждаться едой в тишине. Хотя такие, как Артем Михайлович, предпочитали шум и веселье, царящие в столовой во время перемен. Артем сидел на диване, лицом к большому панорамному окну. Перед ним на кофейном столике лежало много листков, исписанных разным почерком. Издали казалось, что писали на них только красными чернилами, настолько много было ошибок на пергаментах. Возможно, он устроил какому-то из курсов письменную проверку и сейчас проверял их работы. Мужчина устало потер тыльной стороной ладони лоб, оперся щекой о ладонь и с новым рвением продолжил проверять листки. В воздухе чуть выше стола висел заряженный кристалл агата, который медленно крутился над подставкой и давал достаточно освещения, чтобы хорошо видеть стол, но недостаточно, чтобы осветить всю комнату. Мягкий, тусклый янтарный свет освещал его сосредоточенное лицо, создавая какую-то интимную атмосферу в комнате. — Привет, — он оторвался от бумаг сразу, как только заметил Пашу. Артем улыбнулся, парень своим внезапным появлением спас его от скучной рутины, — не думал, что ты так быстро придешь. Я рассчитывал работы проверить к твоему приходу. — Ну так я почти ничем и не занят. Почему в темноте сидишь? — из рук в разные углы комнаты разлетелись множество разноцветных огоньков, которые зависли у потолка, освещая собой все пространство. Потолок выглядел так, как будто кто-то случайно просыпал здесь маленькие звездочки. Они не слепили глаза ярким светом, но делали комнату еще уютнее. Слегка пульсировали, переливаясь изредка красным и голубым цветом. — Я начинал проверять, когда еще светло было. Просто не заметил, как потемнело, — в свое оправдание сказал Артем и откинулся на спинку дивана, со стола тут же пропали бумаги и чернильница, а кристалл аккуратно опустился в подставку. Огоньки давали достаточно света, и в его услугах не было надобности, — не завял там еще со своей сессией? — Не-а, — Паша усмехнулся и сел рядом с Артемом, приобняв преподавателя за плечи, — я к ней не готовлюсь почти. — Почему так? — недоуменно поинтересовался мужчина. А на столе появилось два бокала и бутылка виски. Откупорив крышку, Артем разлил алкогольный напиток по бокалам. По комнате вмиг разлетелся легкий и ненавязчивый дымок, на языке уже ощущался тонкий запах горчинки. Турист разлил виски по бокалам, отсалютовав едва плескающимся виски, отдающим пряным запахом. Артем всегда предпочитал все самое лучшее. — Вот чтобы все так профессора делали, — адепт сделал шуточный тост и отпил немного виски, — Приходишь, а тут тебе и виски, и миленькие разговорчики, еще и пледиком укроют и пожалеют, — Паша уже откровенно смеялся над ситуацией. Ему нравилось подшучивать над уже любимыми преподавателями. Пусть и не всегда это удавалось сделать безнаказанно. Зато последствия были весьма и весьма приятными. — Еще одно слово, — спокойно начал Артем, взяв бокал в руки, и притворно нахмурил брови. Он поддел подбородок парня и притянул его поближе, грубо целуя, — и ты полетишь из окна. — Понял, — Паша постарался перестать смеяться, но получалось у него это плохо. На глаза наворачивались слезы, и он аккуратно смахнул их рукой, мило улыбаясь возмущенному Артему. Он решил перевести тему как можно скорее, дабы сильно не злить преподавателя, — ну а с сессией. Два предмета уже в кармане, остальные более-менее знаю. Прорвусь как-нибудь. — С чего ты это решил? — мужчина внимательно посмотрел на парня. Ему было интересно, что же такого скажет парень, ведь ни одного экзамена еще не было проведено. — С того, Артем Викторович, — бокал остался на столе, а Паша наклонился поближе к преподавателю, положив руку на его колено для опоры, — что вам будет очень сложно отказать мне. Не говоря уже про Сашу. — Ты так в этом уверен? — рукой Артем потянулся к его шее, царапая ее, оглаживая кожу на загривке. Сам же Артем Викторович изучающе и с легким интересом смотрел на Пашу, наклонив голову, пряча приподнятые уголки губ в тени. — Уверен, — произнес Паша, выдохнув ему прямо в губы. Провел языком по губе, огладил бедро и после вернулся на свое место, взяв стакан с плескавшейся на дне жидкостью, — кстати, о Саше, где он? Я думал, он давно освободился. — Если бы я знал, — Мужчина хмыкнул и залпом осушил свой бокал, вкус виски чувствовался не особо остро, так как он полностью был погружен в свои мысли. Отвел взгляд в сторону, устало потер лицо и повернулся обратно к Паше, вопросительно смотрящего на него, — он в последнее время странный какой-то. Ходит хмурый, разговаривает мало, пропадает где-то. — Я заметил. Думал у тебя спросить. Но сейчас, я так понимаю, ты тоже ничего не знаешь, так ведь? — Ага, предлагаю поймать этого мелкого гаденыша и допросить, — Артем притянул к себе Пашу и легонько мазнул губами по щеке, заговорщически подмигнув парню. Тепло разливалось по всему телу, а настроение поднималось с каждой секундой в компании Паши. — Мне нравится твоя идея, только думаю, он с этим будет не согласен, — Паша усмехнулся, и, не удержавшись, легко засмеялся. — А у нас есть свои рычаги давления, — намекающее произнес Артём, не отрывая томного взгляда от собеседника. — Какие рычаги давления? — Саша стоял неподалеку от них и явно не понимал, о чем идет речь. Он только что переместился из хранилища. Парень выглядел слегка уставшим и отчего-то грустным. Его вопросительный взгляд рассмешил сидящих напротив него парней, они переглянулись между собой и широко улыбнулись. — Да так не важно. Мы о своем. Где ты был? — поинтересовался у него некромант, протянув руку к Саше. Дизофф, будто очарованный, медленно побрел к Паше и Артему. — Александр, тащите свою очаровательную задницу к нам, — Паша допил виски и призывно похлопал по дивану. — Да так, декан к себе вызывал, — Саша зачесал пальцами волосы назад и махнул рукой куда-то в сторону, сменил официальную одежду на домашнюю, и сел на диван между Артемом и Пашей. Заметив бутылку на столе, он осуждающе покачал головой, прикрывая глаза, — опять виски без ничего пьете? — Есть такое, — парень развел руки в стороны, и под пристальным взглядом Саши на столе появилось несколько мясных блюд, — всё-всё, мы поняли, не сердись. — А декану нашему ты зачем понадобился? — поинтересовался Артем, приобнимая его за талию и утыкаясь в макушку. Паша прижался с другой стороны, легонько целуя куда-то под ухом. — Мелочи, — Саша почти расслабился в компании этих двоих, но пришлось брать себя в кучу, когда Артем задал ненужный сейчас вопрос, — скоро ведь выпускные экзамены. А я шестой курс курирую, вот он и позвал к себе посоветоваться. — А зачем ему с тобой советоваться? Вроде он мужик немолодой, все сам знает, — заинтересованно покачал головой Паша, прильнув к Саше. Мужчина в ответ лишь пожал плечами, мол, сам не знаю. — Не хочешь с нами выпить? — поинтересовался Артем. — Нет, завтра у меня пара с утра. Я же не могу как вы. Напился вечером, а утром встал и, как ни в чем не бывало, пошел на пары, — Саша распластался на диване, двигаться куда-то не очень хотелось. — Это таинственная магия, о которой знают только боевики, — усмехнулся Паша и плеснул себе еще немного виски в бокал. Саша лишь расплылся в улыбке и посмотрел особым насмешливым взглядом. — Ага, — Артем решил поддержать его легенду, — меня этому тоже боевики научили. Очень даже полезная штука. — Это как секретная техника ниндзя? — спросил Саша, что-то вспомнив из своего прошлого, задумчиво почесав подбородок. — О чем ты? — оба парня явно не поняли, что он имел в виду их возлюбленный. — А, — он осознал, что находится в совершенно другом мире, — забудьте. Паша с Артемом вопросительно переглянулись, но никто из них ничего не сказал. В академию попадают люди из разных точек пространства. Кто-то пришёл из тех миров, где магии как таковой не было вообще, а большее развитие получили технологии. «Одаренных» быстро забирали из родного мира и обучали магии там, где была возможность. А для кого-то магия была самым обычным явлением. Для тех, кто бывал в таких мирах впервые, создавался существенный контраст в голове, сложно было осознать, что это все было реальностью. Саша родился, и долгое время прожил в мире, где о магии никто не знает, там, где царствуют технологии. Он был обычным парнем тусовался вместе со всеми, смотрел аниме, сериалы, строил огромные планы на жизнь, которым так и не суждено было сбыться. Он не был готов к таким кардинальным переменам в жизни, да и до сих пор в глубине души к ним не привык. Лишь потом он узнал, что его родственники жили здесь ранее, привыкать к новому становилось значительно легче. — Как-то я устал за сегодня, — он потянулся и темно-синий джемпер задрался, оголяя нижнюю часть живота. Мужчина понимающе хмыкнул и забрал у Паши стакан с виски, сам адепт этому не возражал, потому что на некоторое время залип на тело одного из своих преподавателей. В то время как Артем допивал его виски, он заворожено и до смертельного медленно провел рукой по бедру Саши. Горячие прикосновения, пусть и невесомые, давали комфорт натруженным за день мышцам. По волшебству снимали усталость и давали лишь едва уловимое наслаждение. Сам Саша замер, с интересом наблюдая за происходящим, и не вмешивался в сам процесс. Зато не мог не вмешаться Артём, который уже поставил бокал на стол, залез рукой под лёгкую ткань джемпера, поглаживая мышцы живота. — Хочешь, мы поможем тебе расслабиться? — почти у самого уха прошептал Артём. Паша лишь хмыкнул, звякнув пряжкой ремня, и запустил руку в свободные брюки. — Хочу, — после судорожного вдоха, предвкушающе улыбаясь, сказал Саша. Иногда он очень радовался, что был одним из тех, кто обладал магией. Потому что можно было запросто перенести всех троих в спальню уже голых, не отрываясь от самого процесса. И только на холодных простынях почувствовать горячий плен рта и мокрые поцелуи на шее, которые создавали дикий контраст. Когда голову сносило напрочь, а думать не хотелось вообще. Лишь подчиняться тихим приказам, следовать за другими, и приносить удовольствие, а не только получать его. Подмять под себя такое непокорное тело, почувствовать одобрение с обеих сторон и забыться в сладких стонах, пошлых шлепках и огне двух людей, которые находились с ним рядом, здесь и сейчас.       

***

       — Я никуда не пойду, — где-то из-под подушки раздался грустный голос Саши, и Антону захотелось придушить его этой же подушкой. Практически с самого начала дня его друг был не в настроении, уныло листал страницы учебников, пялил пустым взглядом в стену, думая о чем-то своем и портил настроение окружающим. Антон вздохнул: если Саша начинал вредничать, то можно было сразу выпрыгивать из окна или вешаться, так как он делал это чересчур виртуозно. Уже на протяжении получаса он безуспешно уговаривал пойти друга с ним на берег. Некроманты с третьего курса собирались устроить свою небольшую тусовку перед зачётом. Для них это уже стало небольшой традицией. Боевиков с собой они никогда не брали, и так на волоске ходили, боялись попасться, а с шумными боевиками незаметно пробраться к заветному местечку не удалось бы. В этот день их поджидало нечто особенное, многие с нетерпением потирали ладошки. К тому же, собирались такой большой толпой они нечасто, но каждая такая тусовка была особенной, уходить с нее никому не хотелось. — Да Саня, заебал. Пошли давай. Харе тут лежать и киснуть. Лучше тебе от этого не станет. Да и к тому же, неужели тебе не хочется получить себе фамильяра? — Антон попробовал надавить на слабое место, и у него это получилось, потому что темно-русая макушка показалась из-под общего вороха подушек и одеял. Его друг, немного кряхтя, приподнялся на локтях и повернул голову в его сторону. Но стоило Черемисину шагнуть ближе, Саша со стоном упал обратно, уткнувшись лицом в подушку, закрывая затылок руками. — Все равно не пойду, — заявил парень, но в этот раз за одеялами не прятался. Он пошевелил ногами под одеялом и попытался лягнуть Антона. Антон вдохнул полной грудью, постарался успокоиться и не убить его на месте, и выдохнул, что-то тихо про себя прошептав. Что именно, Саша не услышал, но на его спину опустилось что-то тяжелое и прошлось по ней, раздался легкий хруст костей. Понять, что это костяной дракон, много труда не составило. Таких зверушек держать у себя в комнате было только во вкусе Антона. А вот с тем, чтобы согнать со спины тяжелого питомца возникли трудности: во-первых, тот весил ого-го сколько и был довольно тяжёлым, а во-вторых, был усилен ещё и магически. Дракон опустил свою лапу на голову Саши и щёлкнул зубами в опасной близости от ушей, потоптался слегка по спине и дружелюбно стукнул хвостом по пояснице. — Ну, вы долго ещё? Как бабы собираетесь, — в комнату ворвался Ваня. Он был недоволен и возмущен тем, что ему приходится ждать друзей так долго. Он никогда не славился терпением, а общение с Медалистом убило напрочь зачатки этой черты в нем, — что у вас вообще происходит? — Содик не хочет никуда идти, а я заебался его уговаривать, — со скрещенными на груди руками произнёс Антон. Такая сцена происходила у них не в первый раз и уже успела довести Антона до белого каления. Рано утром, перед парами, Саша обычно не желал просыпаться и жутко упрямился, чем выводил из себя не только соседа по комнате, но и остальных некромантов, наслышанных об утренних представлениях. Изо дня в день приходилось прикладывать неимоверное количество сил для того, чтобы Сода окончательно не вылетел из академии за плохую успеваемость и опоздания. Черемисин перевел взгляд на подошедшего приятеля, умоляюще взглянув на него, прося помощи. — Содик, это что еще такое? — Даже если бы я и хотел, то не могу. Меня раздавил дракон Антона, — в свое оправдание сказал Саша. Он попытался поерзать под драконом, но ничего не вышло, питомец прижал его еще сильнее, разлегшись на чужой спине. — Он не тяжёлый, не ври, — Антон обиженно фыркнул. — Давайте так, Тоха отзывает дракона, а ты идёшь с нами, — предложил Ваня, пощекотав друга за пятку, выглядывающую из-под края одеяла. Саша в ответ лишь захихикал, еле-еле брыкаясь, сопротивляясь весу питомца. Он слабо отмахнулся от Люффи и уткнулся обратно в подушку, обнимая ее снизу руками. — Ладно, — Саше ничего не оставалось, как сдаться. — Матэз, а ну кыш, — простой командой он согнал дракона и Саша смог наконец-то встать с кровати. Он недовольно уставился на довольно улыбающихся друзей. Антон и Ваня дали друг другу «пять» рукой, а Люффи игриво подмигнул ему. — Все, теперь не отвертишься, — усмехнулся Антон и оглянулся на своего питомца, устроившегося на полюбившуюся лежанку около кровати, свернувшегося калачиком. — Мы ждём вас в коридоре, Ваше Величество, постарайтесь переодеться побыстрее, — рассмеялся Ваня и вышел из комнаты, вслед за ним вышел и Антон, который скрепя сердцем, снова разбудил дракона и поманил его за собой. Сегодня Матэз будет звездой вечеринки. — Как ты думаешь, наша принцесса не сбежит, пока мы дали ей время переодеться? — Не думаю, принцессе сложно будет сбегать по стенам академии, да ещё и в платье, — усмехнулся Ваня. — Стырит все простыни на этаже, смастерит себе волшебную лестницу и сбежит с принцем, — захихикал Черемисин, обмениваясь довольными взглядами с другом. Смеяться над Сашей было сплошное удовольствие, хоть потом Саша сполна отыгрывался. В этом и крылась настоящая дружба. — Очень смешно, — Саша вышел из комнаты, недоуменно уставившись на ржущих во весь голос друзей. Он начал было закрывать дверь, как от сквозняка она сама с громким стуком захлопнулась. Саша испуганно отскочил в сторону, а Антон сотворил магический замок, — далеко нам идти? — Ага, наши прям у кромки океана устроились. Нам, кстати, мешать никто не будет. Говорят, Темыч сегодня занят, чтобы следить за нами. Во всяком случае, его никто не видел. Ну, это охуенно, в этот раз без проблем обойдется, — казалось, что Люффи говорил сам с собой. Они шли достаточно тихо, и разговаривали вполголоса, на всякий случай. Хоть Артема Викторовича и не было поблизости, нарваться на неприятности не составляло труда, особенно в темное время суток. Выйти из академии у них получилось достаточно быстро, на пути ни одного преподавателя им, к счастью, не попалось. Крыло общежития находилось очень близко с учебными кабинетами. Для преподов это было очень удобно, так легче было следить за шалостями адептов. Выходили ребята через окно и брешь в сигналке, которая была на здании. Об этой дыре знали многие ученики, и очень охотно ей пользовались, когда надо было улизнуть после комендантского часа. Но до нее нужно было незаметно пробраться через парочку этажей, все-таки жили они, к сожалению, не на первом. — А чем Артём Викторович может быть занят? — шепотом и с диким интересом в глазах поинтересовался Саша. Он был на ножах с профессором и старался узнать про него как можно больше, чтобы при удобном случае можно было надавить. Не публично, конечно же, а наедине. Они уже порядком истрепали друг другу нервы. — Да так. Появилась у него недавно одна проблема с шестого курса, которая очень любит надоедать, притом не только ему. Этот парень сразу до двух профессоров докапывается, — Ваня последним спрыгнул с окна и быстро отряхнулся от пыли, — н-да и правда, без Темыча как-то скучно, проходишь себе, даже не скрываешься. — Это да, но мне кажется радоваться надо, а не грустить. А тот парень, боевик или некромант? — поинтересовался Антон. Через некоторое время парни покинули пределы академии и устремились по тропинке навстречу заветному местечку. Кем бы ни был этот парень, Саша был ему благодарен. Уж что-что, а с Артемом Викторовичем он встречаться сейчас не намерен. Накапает опять родителям и Диме о недостойном поведении, и будут ждать Сашу мозговыносящие каникулы. Хотя наверняка сам же так и проводил свои студенческие годы. — Боевик вроде, — Ваня задумчиво почесал нос и обернулся посмотреть на друга. — Смелый, однако, — Саша пусть и не особо следил за ходом повествования, но храбрости неизвестного ему боевика удивился. Нечасто встретишь людей, которые осмелятся что-то высказать профессорам. — Кстати, Вань, а с каких пор ты начал с Медалистом так часто зависать? — спросил Антон то, что у него уже давно вертелось на языке. Удобный случай представился именно сейчас, так как Люффи постоянно вертелся с кучей разных людей, не только с ними. Да и на предыдущие попытки он вяло как-то отвечал, не давая нормального ответа. Ваня сначала резко остановился, обернулся и вопросительно уставился на Черемисина, смотрящего на него таким же заинтересованным взглядом. — А ты только заметил? — хмыкнул Ваня. На самом деле, он давно ожидал такого вопроса от друга. Даже слепой бы заметил, как тепло они друг на друга смотрят. — Нет. У вас что-то есть? — Чего? — от удивления парень, идущий впереди и ведущий их по лесу, поперхнулся и закашлялся, одновременно смеясь при этом, — чел, это бред полный, мы сдружились потому, что очень часто вас с Данилом разнимаем. Вот и все. — А-а, ясно. Я просто поинтересовался, — Антон рассмеялся, — не горячись так, братишка. Оставшуюся часть пути они прошли молча. Повсюду был слышен тихий стрекот насекомых, шелест листьев, потревоженных прохладным летним ветерком. Один из них сорвался и упал на макушку Вани. Саша быстро смахнул его на землю, хоть с листком Ваня выглядел еще милее. Вокруг стоял приятный хвойный запах упавших на землю иголок. По меркам Соды, они уже должны были выйти в поле, которое вело к синей кромке солёной воды, но почему-то именно сейчас уперлись в колючие заросли терновника. — Все? Пришли что ли? — поинтересовался Саша, на что оба впереди идущих парня заговорщически подмигнули удивленному другу. Они остановились прямо перед густыми кустами с темно-синими плодами и Антон и Ваня произнесли почти в один голос: — Scientia potentia est! * Терновник зашуршал приветливо, тонкие ветви едва слышно заскрипели, листья закачались и зашуршали, напоминая отдаленно шум спокойного океана. Внезапно, из ниоткуда вылезла рука. Она немного путалась в ветвях, несколько маленьких листочков благоговейно опустились на таинственное нечто. Раскрытой ладонью она приглашала пойти вместе с ней. Саша испуганно отошел на шаг назад, глаза его удивленно расширились, а сердце забилось быстрее от волнения. Парень не очень хотел касаться руки и неосознанно спрятал руки в карманы. При этом он не знал, чья она. В голове вмиг пронеслась тысяча мыслей и догадок, каким же образом сюда попало это существо. Но оба друга, даже не смотря на Сашу, спокойно и по очереди приняли предложение незнакомой руки и исчезли в кустах, как будто растворились в воздухе. Сода недоуменно помотал головой и нервно хмыкнул, без особого желания подходя поближе. Идея провести вечер таким образом всё меньше казалась ему удачной, как никогда сильно захотелось обратно. Ему не было страшно, лишь немного волнительно. Таинственная рука ждала, зная, что рядом с ней находится еще один человек. — Scientia potentia est, — несколько слов были произнесены на выдохе, неуверенно и подрагивающим голосом, но даже такой пароль рука приняла и призывно высунулась из кустов сильнее. Саша расслабленно выдохнул и уже смелее протянул свою руку вперед. На ощупь конечность была холодной как лед и мертвенно-бледной. Рука бела как мрамор, на ней разве что инея не хватало. Она уж точно не принадлежала кому-то живому или мёртвому. Холодом обдало все тело. Как только Саша коснулся руки, то оказался посреди просторного поля. Парень с интересом начал оглядываться по сторонам, не видя перед собой больше густой и жуткий куст. Ветер нежно обдувал Сашино лицо и колыхал траву, играясь с ней словно с другом. В метрах пятидесяти от парня, танцующим вихрем на берегу горели огни костров. Отдаленно слышались веселые разговоры сокурсников. Саше не хотелось быть вместе с ними. Он никогда не чувствовал себя в их компании в своей тарелке, становилось не по себе, а желание уйти куда подальше было невыносимым. Вот они, настоящие некроманты, жуткие и таинственные, отталкивающие от себя одним своим присутствием. Но здесь, наверное, он бы остался. — Мы думали, ты так там и останешься, — потрепал его по голове Ваня. — Ну что Сода, готов фамильяра призывать? — Антон по-дружески похлопал по плечу и повел его вместе с Ваней в сторону океана.