Музыка твоего голоса

            - Кто-то? - Лео никак не мог нормально сформулировать вопрос, часто дышал, никак не в состоянии справиться с паникой.             - Из хозяев никто не пострадал, - правильно растолковав заикания парня, ответил альфа. - Лео, - он схватил ледяную ладонь омеги, сжимая, - успокойся. Дыши. Не торопись, давай вместе... Вдооох, выыыдоох, слышишь меня? Вдооох, выыыдох.       Лео часто закивал и в такт неторопливым словам стал медленно вдыхать и вдыхать. Обручи сжавшие горло постепенно ослабевали. Становилось легче, тёплая сухая ладонь мужчины согревала и успокаивала, и наконец Леонардо смог справиться.             - Ты только сильно не волнуйся, - продолжил Грег, сворачивая с трассы на дорогу, ведущую в другую сторону от территории особняка. - Хозяева не пострадали, но Сэм... - мужчина краем глаза наблюдал за тем, как снова бледнеет лицо омеги. - Лео, он жив, - поспешил опровергнуть худшие предположения парня альфа, - но он в больнице в тяжёлом состоянии.             - Как?! - омега испуганно прижал руки к груди, где сердце снова зашлось, бешено колотясь.       С одной стороны Лео радовался тому, что со Стефаном все в порядке, но с другой... Сэм! Этот ребёнок его друг, он совсем юный и такой открытый и добрый малыш. Как с ним могло такое случиться?!       Леонардо вцепился в рукав альфы, ощутимо сжимая ледяные пальцы на ткани пиджака. Это было единственное, что сейчас позволяло юноше не впасть в новую истерику. Все его мысли были о ребенке, лежащем сейчас где-то там на операционном столе, отчаянно борясь за жизнь. Страшные картинки одна за другой калейдоскопом кружили перед глазами. Грег ободряюще улыбнулся, позволяя омеге держаться за него.             - Всё будет хорошо, милый, - мягко подбадривал мужчина, - сейчас мы едем в больницу.       Лео механически кивнул, возвращаясь на свое место и впериваясь пустым взглядом в окно, не замечая, как мелькают деревья за стеклом автомобиля. Спустя полчаса машина подъехала к длинному трехэтажному зданию, облицованному плиткой песочного цвета. Табличка у входа гласила, что это городская больница имени кого-то там. Лео было не до разглядываний металлической пластины с буквами.       Омега нервным шагом двигался по коридорам с множеством дверей следом за Грегори, стараясь не отставать от того ни на шаг, что было не просто, с учётом, что шаг мужчины был длиннее и быстрее. Лео не запомнил сколько раз и куда они повернули, все ещё находясь в прострации, пока они не оказались возле палаты интенсивной терапии.       Грег решительно дёрнул дверь на себя, и они оказались в белоснежной палате. На койке возле окна лежал Сэм с забинтованной головой и множеством синяков и ссадин на лице и руках. Рядом на стуле бледный настолько, что сливался с надетым на него белым халатом, покачиваясь, сидел Оскар, держа сына за руку. Сэмюэль то ли спал, то ли был без сознания. Белые, почти бескровные губы, синяки под глазами, дыхание его было тихим и ровным. Рядом пикали аппараты, разбавляя тишину, монотонным звуком.       Управляющий вскинул голову глядя на пришедших тусклыми, красными от слез и опухшими глазами. Он вроде бы даже не сразу понял, кто перед ним, а когда осознал, слабо моргнул:             - Ох, это вы, - бесцветным голосом произнёс мужчина. - Посмотрите, что сделали с моим мальчиком, - всхлипнул он. - Мой Сэмми, мой сынок!       Лео не выдержал и подошёл ближе, слегка коснувшись плеча мужчины:             - Мистер Оскар, как Сэм? - омега ласково провел подушечками пальцев по бледной щеке ребёнка. - Что говорит врач?             - Его жизни ничего не угрожает, - Оскар утер выступившие слезы. - Он повредил голову, но к счастью ничего серьёзного. Сейчас он спит. Врач говорит, что Сэм пробудет здесь, как минимум, ещё несколько дней и если все будет в порядке, то к концу следующей недели его выпишут.             - Оскар, - отвлек внимание управляющего Грег. - Расскажите, что произошло в особняке?       Оскар скривился от упоминания случившегося. Ему не хотелось сейчас говорить и ворошить то, что и без того тревожило. Но и отказать он не мог. Взглянув ещё раз на спящего сына, старший омега поднялся.             - Давайте выйдем, - Оскар решительно направился на выход. - Сэм только заснул. Не хочу его тревожить.       Лео улыбнулся. Впервые этот строгий и временами заносчивый мужчина, скупой хоть на какие-то эмоции, проявлял столько заботы к своему ребёнку. Маска строгого руководителя больше не сковывала его лицо, и на нем тут же проступили едва заметные морщинки усталости и нервозности. Оскара было искренне жаль, так же как и самого Сэмюэля, который попал в такую передрягу.       Когда все трое оказались в пустом коридоре, управляющий ещё раз осмотрелся по сторонам и, убедившись, что они одни заговорил:             - В мистера Рене сегодня стреляли, - понижая голос до еле слышного, произнёс старший омега. - Случайно рядом с ним оказался Сэм и попал на линию выстрела. К счастью его лишь задело по касательной, но он упал, ударившись лицом о камин. Он случайно закрыл собой хозяина, но пострадал сам, - Оскар снова заплакал, утирая слезы носовым платком.       Лео с Грегом переглянулись. В желудке неприятно засосало. Сэму просто не повезло и повезло одновременно. Он оказался не в то время и не в том месте, но при этом смог отделаться лишь терпимыми ранами. Грегори вновь обратился к управляющему:             - Преступника задержали?             - Нет, - покачал головой совсем раскисший мужчина.             - А как же служба безопасности особняка? - нахмурился альфа. - Где была охрана?             - Ворота были заблокированы и они не смогли сразу пуститься в погоню. Время было упущено и стрелявшему удалось скрыться. Нашли только гильзу, - пояснил Оскар, - это все, что мне известно.             - А где сейчас господин Рене? - вклинился в разговор Леонардо.             - Он сейчас в офисе. Там проходит собрание службы безопасности… Ох - округлил глаза Оскар, - я совсем забыл. Вам, мистер Грегори, тоже приказано явиться туда. Простите, совсем вылетело из головы.       Грег недовольно сжал челюсть:             - Я не могу оставить Лео одного, - отрицательно покачал мужчина головой. - Сначала я должен доставить его домой и убедиться в его безопасности.             - Простите, но ничего не выйдет, - категорично отрезал Оскар. - Собрание начнётся меньше чем через час. Вам хватит времени, только чтобы добраться туда. Не волнуйтесь, - добавил он чуть мягче, - позже за нами приедет водитель мистера Лия.       Грег вновь вознамерился противиться, но Лео остановил его, мягко касаясь руки альфы:             - Грегори, - позвал он, - поезжай. Не волнуйся за меня, - омега успокаивающе улыбнулся. - Ты же слышал, нас обоих заберут и отвезут в особняк. Не стоит сейчас противиться приказу. Это твоя работа. Я буду ждать тебя в особняке.             - Хорошо, - после нескольких минут безмолвной битвы глазами сдался альфа, - я позвоню тебе, как только освобожусь. Леонардо, пожалуйста, держи телефон при себе.             - Конечно. Как скажешь, - омега широко улыбнулся, хоть и не к месту. Но такая забота о его скромной персоне вызывала тёплые чувства к альфе.       Грег порывисто прижал юношу к себе, не обращая внимания на недоумевающего Оскара, тронул губами макушку и ушёл, не оборачиваясь, оставляя вокруг Лео кокон из нежности, тепла и защищённости.       Оскар и Лео вернулись в палату. Омега занял свое место возле постели сына, а Лео притулился на диванчике у противоположной стены. Палата была одноместной и наверняка платной. Кто являлся спонсором было нетрудно догадаться, ведь Сэм спас хозяина и о нем должным образом теперь заботились.       Прошло добрых 3-4 часа. Сэм так и не проснулся за это время. Лео, утомлённый таким количеством событий, задремал, прислонившись головой к стене. Он был истощен морально и физически. Его словно выжали до капли. Глаза закрылись сами собой, и он не смог бороться со сном.       Аромат кофе теперь смешался ещё и с запахом персиков, создавая какофонию в утомленной голове омеги. Леонардо совсем запутался и уже не понимал, правильно ли он поступает, и что делать дальше. Лео окончательно уснул. Ему снилась небольшая поляна, на которой играл маленький пухлощекий мальчик. Он притянул Лео к себе, усаживая рядом и с удовольствием накручивая на пальчик чёлку омеги, весело улыбаясь. При этом Лео испытывал к этому малышу нечто такое, что даже не мог описать словами или дать хоть какое-то название. Новое чувство, которое он не испытывал раньше, растеклось в душе тёплым озером.       Розовощекий мальчуган задорно хохотал пока ещё беззубым ртом, тянул к омеге руки и морщил маленький носик, просясь на ручки. Лео не отказал, подхватил ребёнка на руки, улыбаясь в ответ от всего сердца. Отпускать этот тёплый мягкий комок никуда не хотелось, наоборот, хотелось качать, целовать и любоваться.