Музыка твоего голоса

      Сознание возвращалось по крупицам. Сначала вернулась боль, затем звуки в виде тихого шуршания, далее запахи, едва уловимые, поскольку разбитый нос дышать отказывался напрочь, а потом и зрение. Лео медленно приоткрыл глаза, вновь закрывая их. Белизна стен и яркий дневной свет из окна резанули чувствительные глаза. С третьей попытки щурясь и жмурясь, омега наконец смог рассмотреть место, где он находится. Просторная палата, запах лекарств и белоснежные стены. Это было похоже на то место, где Лео в последний раз видел Сэма. Большое окно с короткими белыми занавесками было слегка приоткрыто, впуская прохладный ветерок, колыхающий тонкую органзу штор.             - Вы очнулись?       Юноша повернул голову на звонкий молодой голос, встречаясь с золотистыми глазами молоденького юноши, судя по всему омеги. Незнакомец отложил в сторону журнал, который видимо листал до этого, и привстал дежурно улыбаясь. Мальчишка резво вскочил и унесся прочь из палаты.       Лео не понимал, кто это и просто ждал, что будет дальше. Вскоре дверь в палату открылась, и на пороге возник пожилой бета в белом халате и узких прямоугольных очках на кончике острого почти соколиного носа.             - Здравствуйте, Леонардо, - густым баритоном произнёс мужчина. - Меня зовут мистер Хорс и я Ваш лечащий врач, - доктор достал фонарик и приоткрыл омежьи глаза, освещая зрачки, чтобы проверить их реакцию. - Как вы себя чувствуете? - ощупывая и осматривая парня со всех сторон, спросил он.             - Всё нормально, доктор, - слабым севшим голосом ответил Лео. - Скажите, а где… где Грег?       Леонардо все ещё надеялся на то, что он обманулся и Грегори жив. Ведь имеет он право надеяться на это? Может же Грегори лежать где-то в соседней палате? И он сможет увидеть его нежную улыбку, услышать привычное "милый", сказанное мягким голосом. Сможет дотронуться до него, ощутив тепло тела.       Врач непонимающе смотрел на Леонардо в полном недоумении, о каком Греге идёт речь.             - Высокий, темноволосый альфа, - поспешил объяснить Леонардо, - он был там со мной. Где он? Его ранили? - омега попытался встать, но был возвращён на место жёсткой рукой доктора.             - Не волнуйтесь так, - сурово взглянул из-под густых бровей бета, - Вам сейчас нужен покой и отдых. Всё остальное обсудим позже. Я ещё зайду к Вам, - врач отвёл глаза и стремительно покинул палату.       В душе омеги что-то оборвалось. То, что врач не ответил на его вопрос о Греге, могло значить лишь то, что самые страшные предположения Леонардо оправдались и его жених мёртв. Его Грег погиб! Он умер, защищая ничтожную омежью жизнь. Как же больно. Такой разрывающей на части душевной боли, Лео не испытывал ещё никогда в своей жизни.       Да, он рос без родителей, но, по крайней мере, он знал, что они живы. Когда умер его дедушка Леонардо воспринял это как естественность, поскольку тот был уже очень старым и постоянно подготавливал внука к своему уходу, смягчая боль утраты. Но Грег совсем другое дело - это единственный человек, который был для Лео надёжной опорой, защитой, другом. Как пережить эту потерю? Как теперь он сможет жить дальше, зная, что из-за него пострадал невинный человек. Грегори совсем ещё молодой мужчина, у него впереди была ещё долгая жизнь, а Лео забрал её, обменял на свою, сам того не желая. Он так преданно любил омегу, которого выбрал.       А что сам Лео? Лео только сейчас осознал, что тоже любил этого альфу. Не так как Стефана, другой любовью - дружеской, братской, родственной, но ведь любил же, и очень сильно. Лео уже дал их союзу шанс на нормальную жизнь, на семью и на возможные чувства. Ведь Леонардо полюбил бы его, если бы только смог. А что теперь? Теперь он окончательно потерян, одинок и закован в пустоту. Его никто не ждёт, никто не любит, никто не жалеет. Его Грег мёртв и вместе с ним умерло что-то очень важное внутри Лео - скончалась вера, которая теплилась только благодаря альфе усердно её раздувающему веером заботы и нежности.       Лео винил себя. Если бы только он не пошёл на улицу, если бы не звал на помощь, то Грег остался бы жив. Ему бы не пришлось спасать Леонардо, жертвуя собой. Теперь Леонардо на всю жизнь останется с этим чувством вины, скарабеем грызущей его изнутри.       Но почему Стефан поступил так? Ведь они с Грегом в ближайшее время должны были покинуть особняк. Сообщение пришло с его телефона, иначе Леонардо и не подумал бы куда-то идти. Неужели он причастен ко всему этому? Нет, Лео отказывается в это верить. Но факты вещь упрямая. После их последнего разговора Стефан был ужасно зол, к тому же именно он приказал Лео выйти в то место. Получается он настолько жесток? Именно так он хотел отомстить?       В омежьей душе наступило такое опустошение и равнодушие, что его больше не волновало то, что происходит вокруг. Он не плакал. Не получалось. Он лежал и смотрел в одну точку на ровном светлом потолке, игнорируя снующих вокруг медсестёр и врачей, полностью пропуская мимо суету омеги рядом, который пытался уговорить его поесть. Лео больше ничего не волновало. Он был вычерпан до самого дна. Организм по привычке продолжал выполнять какие-то функции, видимо от сильнейших побоев и падения его все ещё тошнило, но даже это он смог подавить.       У Лео нет возможности попросить у Грега прощения и рассказать о том, насколько он важен, и какое место занимает в душе Леонардо. Он не может поменяться с ним местами. Не может многое открыть, поведать о том, сколько всего важного для него сделал Грегори, как помогал ему просто своей радушной улыбкой. Он должен с ним проститься.             - Сколько я спал? – грубым, сиплым от долгого молчания голосом, спросил Лео у вздрогнувшего от неожиданности омеги.       Мальчишке на вид было лет 15. Огненно - рыжие волосы, крупные конопушки, рассыпавшиеся по широкому носу и щекам, золотые глаза. Он не был красавцем, но и уродом его нельзя было назвать. Скорее он был индивидуальным. И он был не виноват, но жутко раздражал своим постоянным присутствием и опекой, будто бы Лео немощный старик или инвалид.             - Эм... Вы проспали два дня, - звонко ответил мальчуган.       Что? Сколько? Два дня? Как такое может быть? Неужели Лео так долго был в отключке? Но, по крайней мере, это объясняет затекшие конечности и спину. Леонардо подскочил, но тут же упал обратно. В животе сильно кольнуло и он обвил его руками, скручиваясь от спазма.             - Ой, - ойкнул мальчуган, бледнея, - Вам плохо? Подождите, - засуетился он. Омежка подпрыгнул на стуле и выскочил из палаты.       Через несколько минут возле постели постанывающего Лео, стоял мистер Хорс, осторожно ощупывая живот пациента. Мальчишку-сиделку выставили за дверь, как и при предыдущих осмотрах, на этом настоял сам Леонардо.       Закончив осмотр, Хорс недовольно покачал головой.             - Леонардо, когда Вы поступили в нашу клинику, был проведён полный осмотр. Вы в курсе, что станете папой? Вам необходимо беречь свое здоровье. Минимум волнений лучшее, что Вы сейчас можете дать малышу. Стрессы вредны для будущего ребенка, - вещал врач.       После слов о будущем отцовстве, Лео больше ничего не слышал. Он как рыба, выброшенная на берег, открывал и закрывал рот в тщетной попытке усвоить сказанное.             - Папой? - переспросил омега, - В-вы... Я... Не может быть.             - Так значит, Вы не знали? - приподнял доктор кустистые брови. - Ну это не так уж удивительно, срок ещё небольшой, мы смогли выяснить это только после проверки анализов. На таких ранних сроках очень важно беречь себя и свое здоровье. Будьте предельно осторожны, это нужно для правильного формирования плода. Вам и так пришлось не сладко, велика угроза выкидыша. Вы слышите меня? - Хорс склонился ниже, чтобы заглянуть в огромные наполненные слезами глаза.       Лео медленно сфокусировался на мужчине напротив. На его лице неожиданно появилась улыбка, а по щеке стекла прозрачная слезинка.             - Да, да доктор, - затараторил омега, - я понял. Я буду очень осторожен. Спасибо Вам большое! - под влиянием эмоций юноша обнял ошарашенного врача. - Спасибо большое, - спохватившись, отстранился Леонардо.             - Вам не меня нужно благодарить, - хохотнул бета - скажите спасибо Вашему альфе. Я так понимаю отец ребёнка тоже ещё не в курсе? Может быть, кому-то позвонить?       Лишь на долю секунды всплыла шальная мысль рассказать все Стефану, но Лео тут же отмел её. Рене ни в коем случае не должен узнать об этом ребенке. Лео отрицательно покачал головой.             - Что ж отдыхайте, - Хорс засунул руки в карманы халата и направился к двери.       - Доктор, - остановил его омега, - скажите, а кто-то ещё знает о моем положении? - отводя глаза, спросил Лео.             - Да Вы что! - возмутился бета. - Это врачебная тайна.             - А... Могу я попросить Вас никому не говорить об этом? - умоляюще взглянул на мужчину омега.             - Хм, - вздохнул врач, - конечно же, без Вашего разрешения никто об этом не узнает. Но Вам необходимо наблюдаться. Вы получили ряд травм и какими будут последствия, неизвестно. Ушибы мягких тканей, лёгкое сотрясение и множество гематом - это не шутки. Ваш ребёнок лишь чудом спасся.             - Я обязательно встану на учёт, - покивал Лео с готовностью. - Если со мной все в порядке, то могу я выписаться и закончить лечение дома?