Музыка твоего голоса

      Мистер Хорс прожигал Лео взглядом полным укоризны. Но Леонардо не отступал, упрашивая врача согласиться. В результате бета сдался, коротко кивнув и прежде чем уйти, он добавил:             - Хорошо. Будь по Вашему. Я займусь оформлением выписки, а Вы собирайте вещи и напишите отказ от лечения стационарно.             - Спасибо, доктор Хорс, - крикнул омега в спину удаляющемуся мужчине, осторожно обнимая пока ещё плоский живот.       Наскоро одевшись, Леонардо подписал необходимые бумаги. Взгляд упал на тонкий обруч колечка на пальце и внутри все содрогнулось. Это последний подарок от Грега.       Воспоминания о погибшем альфе вновь взволновали юношу. Накатили слезы, и по ощущениям даже подскочило давление. Но Лео вовремя вспомнил о том, что в нем растёт новая жизнь, кусочек него самого, его будущий малыш. И только это смогло остановить подступившую истерику.       Малыш не виноват, что его папа идиот. Лео обязан подарить уже зародившемуся человечку максимально счастливую жизнь, в том числе и пока он находится в нем. Поэтому лучшее, что может сделать омега - думать о себе и ребенке.       Возможно, кто-то посчитает его циником, но это тоже не имеет значения. Теперь Лео несёт ответственность не только за себя, но и за своего малыша. Впереди у него ещё будет много времени, чтобы оплакать погибшего альфу. В его сердце всегда будет место, занятое только хорошими воспоминаниями о Греге. Позже, он обязательно найдёт его могилу и будет приходить, чтобы поделиться мыслями с другом, так и не ставшим его возлюбленным.       У Лео нет возможности обнять Грега, сказать насколько он для него дорог. Но омега может помнить его, может быть рассказы дедушки не врут и альфа увидит его оттуда с небес, может быть даже простит... Хотя ангелы и не могут злиться или ненавидеть.       Открыв шкафчик, Лео приготовился к зрелищу грязного и измазанного в крови костюма. Но вместо этого там были аккуратно сложенный комплект вещей из его так сказать внерабочего гардероба. Тонкая хлопчатая рубашка, вязаный жилет светло-коричневого цвета, песочные брюки и утеплённый кардиган. Внизу стояли ботинки из кожи, один из подарков Грега, как, впрочем, и все одежда.       Лео бережно провел по чётко уложенной кучке одежды ладонью прежде, чем надеть все это на себя. Омега присматривающий за ним куда-то запропастился, но это было даже к лучшему. Меньше вопросов, меньше проблем. Лео было наплевать кто и как доставил его сюда, с чьего кошелька оплачивается лечение и уход. А то, что палата была платной и так ясно. Во-первых, она одиночная, во вторых в ней свой санузел, телевизор и небольшой холодильник. Тем не менее это последнее, о чем сейчас переживал Леонардо, он просто хотел поскорее уйти.       Несмотря на внешнее спокойствие, в глубине омеги царила мгла. И эта мгла не была статичной, она двигалась медленно, закручиваясь в водоворот, пока ещё совсем незначительный, но такой, который позже сможет затянуть в себя что угодно, превращая в кучу ненужного хлама. Лео словно отключился от внешнего мира. На автомате он забрал документы и попрощавшись, покинул здание клиники.       Юноша бесцельно брел по дороге. Самым важным было просто уйти как можно дальше от этого здания. Скорее всего, семья Рене и является его благодетелями, оплачивающими счета. Однако Леонардо не желает быть связан с ними. Когда-нибудь у него появится возможность вернуть долг за его лечение, в этом он не сомневался.       А в мире ничего не изменилось. Так же поют птицы, гуляют люди, светит солнце. Что-то поменялось только в Лео, вся эта радость стала от него далека, да и не важна ему попросту. Ему все равно на жизнь остальных, они лишь вызывают лёгкое раздражение. Все живут как прежде, нет только Грега...       Омега тряхнул головой. Всё, хватит. Он же дал себе слово, что все это обдумает позже. Сейчас нужно было решить, что делать дальше.       Без сомнений нужно вернуться в особняк, хотя все внутри противилось. Лео не мог оставить там свои вещи, документы и скопленные сбережения. Поэтому ему все равно придётся туда пойти. Не помня как, он добрел до остановки, сел в автобус, идущий в нужную сторону, вышел на пустынной трассе и направился вглубь перелеска, за которым и находился дом семьи Рене.       Возле особняка царила тишина. О произошедшем недавно не напоминало ничего, кроме скудной чёрной ленты, повязанной возле одного из деревьев. Лео отвернулся, эта лента пролегла в его сознании гибкой змеей, как напоминание о его грехах.       Осторожно проникнув в особняк, Лео тут же устремился в свою комнату. К счастью никого не было рядом. Вообще складывалось чувство, что в доме никого нет. И если Рене старший мог умчаться в командировку, младший в свадебное путешествие, Сэм лежал в больнице, то где Оскар и остальная прислуга? Словно только этого и ждали, на кухне грохнули кастрюлями, и Лео не дожидаясь встречи с кем бы то ни было, умчался наверх.       Всё в том же тумане, омега запихал в старенький чемодан все, что смог туда уместить. Всё это тоже куплено Грегом. Он словно знал, что омеге вскоре это пригодится. Только он надеялся, что Лео будет носить эти вещи в их счастливой семейной жизни, а, не убегая тайком из дома господ. Леонардо присел возле изрядно опустошённого шкафа и сунул руку между полом и дном мебели. Там были спрятаны деньги, которые в виде жалования доплачивал ему Стефан. Лео некуда было их тратить и поэтому он копил, на всякий случай пряча от чужих глаз и рук. Оторвав пакет, в который завернул все, что накопил, Лео направился к столу. В верхнем ящике к своему облегчению он обнаружил все ещё лежащую там вольную.       От переизбытка эмоций, голова омеги закружилась и он присел на кровать, часто и глубоко дыша. Не зная, чего ждёт, Лео все никак не мог заставить себя подняться. Головокружение давно прошло и вещи стояли у ног, только бери и иди. Только вот куда? Куда идти одинокому, беременному омеге?       Где его родители, Лео не представлял. Они не объявлялись, а Леонардо уже не помнил ни город, ни адрес по которому жил до "Белой перчатки". Друзей у него тоже не было. Николас неизвестно где, да и ни к чему ему создавать лишние проблемы, а Грега... Омега от обиды закусил губу. Снова и снова он возвращается к мысли о том, что кроме Грегори, по сути, у него никого и не было.       В какой-то миг омега вспомнил кое-что. Сначала это казалось ужасной нелепицей, неуместным движением и наглостью. Но других вариантов у него в любом случае нет. Часть денег Лео гордо оставил на своём столе с запиской благодарности за оплаченные счета. А того, что осталось было маловато, чтобы протянуть 9 месяцев беременности. Да и потом, не понятно, как жить с грудным ребёнком?       Леонардо так же тихо покинул дом, озираясь и постоянно замирая от посторонних звуков. Все, кого он встретил - это пара охранников, которые часто патрулировали местность, работая посменно. Леонардо они знали, но никак не отреагировали. Видимо в подробности их не посвящали, да и они не стремились вникать в проблемы хозяев. Платят хорошо и вовремя, а остальное в параллель.       Альфы проводили омегу скучающим взглядом и вновь вернулись к обсуждению прошедшего спортивного матча. Лео выдохнул облегчённо, лишь когда вновь сидел в автобусе. В городе он нашёл ближайший телефон-автомат и набрал номер с изрядно помятой визитки.       После нескольких долгих гудков, трубку все же сняли.             - Сверс на проводе, - раздался хрипловатый, по-деловому чёткий голос. - Слушаю Вас, говорите.       Омега протяжно выдохнул, прежде чем заговорить:             - Здравствуйте... Э... Вильям?       В трубке хмыкнули, но все же ответили:             - Да, это Вильям Сверс. С кем имею честь?             - Это Леонардо, - омега стушевался, - я работаю... Работал у мистера Рене. Вы ещё подвезли меня тогда. Помните?       Больше всего сейчас Лео опасался, что Вильям не вспомнит какого-то мальчишку, ставшего случайным попутчиком. Но ещё больше он боялся, что тот попросту положит трубку. Ведь ему совершенно нет нужды решать чужие проблемы.