Крыша

Баки ненавидел такие дни. Утро начиналось с упоительно расслабленного поиска "этого малыша Паркера, черт возьми, куда можно было деваться в Нью-Йорке" - они вяло переругивались с командой по внутренней связи, Баки вяло попивал кофе, глядя на залив. А потом все полетело к чертовой матери. Какой-то очередной свихнувшийся парень взял в заложники школьный автобус и причитал в трубку, требуя разговора только с Зимним Солдатом, который "единственный может понять, что значит кровь на моих руках, пролитая не по моей воле". Баки ненавидел эти переговоры. Прижимая телефонную трубку плечом, он ловил в мушку прицела голову террориста, борясь с желанием застрелить его тут же. Сдерживало только утверждение штатных психологов, что вред, нанесенный детской психике разбрызганными по салону мозгами куда превысит вред от обычного похищения. И как же он злился своей правоте, когда оказалось что похищение было просто обманным маневром для маскировки ограбления банка с использованием инопланетного оружия, и пришлось в одно ухо координировать действия команды, а в другое - убалтывать психа. Когда того наконец-то удалось выкурить - Баки уже мчался на перехват грабителям, сумевшим-таки уйти с добычей. Он чертовски устал. Он мог преследовать преступников сутками. Мог бархатным сочувствующим голосом вести переговоры - но зачем же всё одновременно. И теперь, когда все закончилось, мечтал только о том, чтобы добраться в конце-концов до кровати. В его окнах горел свет. Парнишка еще не спал. Забавное чувство. Баки проскользнул в душ прямо с порога, на ходу снимая с себя одежду. Дверь в ванну не закрылась из-за разгруза, валяющегося на пороге. - Мистер Барнс? - услышал он взволнованный голос Питера, - это вы? - уже ближе. - Да, парень. Просто был тяжелый день. - Мистер Барнс...Баки. Я позвонил мисс Поттс. И был у тети. И оказалось, что все в порядке, и я надеюсь, что вам сняли задание на мои поиски - я просил мисс Поттс извиниться перед директором Фьюри. И ещё - не знаю, зачем вам эта информация - но я купил самых вкусных булочек в Квинсе и ещё сока манго-морковь с чили, вы такого, наверное никогда не пробовали. Баки вышел, вытирая волосы и расшвыривая ногами элементы одежды. Даже после душа на полотенце оставались разводы гари. Питер стоял в нескольких шагах от двери, перекатываясь с пятки на носок, в забавной розовой футболке. - Завтра, парень. Давай всё завтра, - и скользнул в спальню, плотно прикрывая за собой дверь. На сегодня его эмоциональный потенциал исчерпался и выслушивание подростков в планы вечер не вписывалось. И только закрыв глаза под одеялом понял, что от Питера пахло ванилью и выпечкой - до боли знакомый запах откуда-то из давнего, давнего прошлого. Так пахло на кухне дома, когда мама с сестрами пекли булочки к воскресному завтраку "Джеймс, не трогай сахарную пудру!". Проваливаясь в сон, Баки улыбался.