Крыша

- Баки, ты свободен в эти выходные? - с порога выпалил Питер, заходя в квартиру после очередного рабочего дня. Тот рассеянно поднял голову от блокнота: в течении пары дней предстояла операция по извлечению одного из политических деятелей страны восточного блока. Объект отравили на родине, но власти не давали разрешения на его перевозку, что стало чрезвычайно важным для демократической повестки мира. Операцию необходимо было провести ювелирно, в идеале, оставаясь строго в рамках закона, оставляя её скорее вопросом дипломатии, чем военной силы. В команду Баки вошли квалифицированные дипломаты, биохимики и его обычная группа огневой поддержки. Исходя из разведданных, ситуация грозила затянуться. Он устало тёр виски, раз за разом пересматривая план операции и гадая, в какой момент от безоговорочного следования указам, игнорируя все существующие законы и права человека, перешёл к роли руководителя операции извлечения, спасающего мировую демократию. Впрочем, его русский и умение находить общий язык с силовиками фигурирующих в операции стран объективно давали ему неоспоримое преимущество. Именно потому, сейчас он в который раз пересматривал план операции, продумывая и перепроверяя контрольные моменты и возможные точки бифуркации. - В эти выходные? Да, я ничего особого не планировал. У тебя есть идеи? - дата выезда была все ещё непонятна, пускай режим готовности и подразумевал “в любой момент”. - Язакончилмодельруки! - Питер сверкал глазами, ожидая реакции. Он только что не пританцовывал на месте от возбуждения. - Эм, прости, что? - все ещё не способный оторвать глаз от блокнота, спросил Баки. - Я. Закончил. Модель. Нервных. Окончаний. Твоего. Протеза. - четко выговорил Питер. - Там все сошлось, Баки! Кажется, я теперь понимаю, почему она сбоит. И, кажется, это реально очень круто, потому что я понял, как можно иннервировать протез. Придумал формулу. Разработал схему. Черт, я не знаю - это все только самое начало и это все очень сложно…. - Питер, не разуваясь, носился перед Баки по комнате, жестикулируя, почти неосознанно перепрыгивая кресла и журнальный столик, когда те возникали на его пути. - Когда я начинал, я ведь хотел только ускорить время рекалибровки. А потом мне рассказали, что рисунок нервных окончаний в теле меняется с возрастом, я нашёл у Тони протоколы для учёта плавающих переменных, Нед со Сью раскопали пару статей о скорости восстановления нервных окончаний, мы с Шури прикинули "коэффициент суперсолдата" - выделил пальцами он - для этой константы…. Уф…. Короче, кажется все можно просчитать и предусмотреть именно под тебя. Питер замолчал и остановился посреди комнаты, сфокусировав взгляд где-то на его плече. В два шага преодолел полкомнаты, уселся на пол возле ног Баки и обхватил его за колени. Глядел неотрывно лучистыми глазами снизу вверх: - Баки. Кажется, благодаря тебе, мы сможем делать чувствительные протезы для всех! Баки медленно моргнул, переводя взгляд: - Будем праздновать? - Э? - обескураженно поднял бровь Питер. - На этих выходных. Будем праздновать? Питер смутился и аккуратно перетек на ближайшее кресло. - Ну…нет, прям праздновать ещё нечего, честно говоря. Это пока гипотеза - она требует огромной доработки и тестирования. Я хотел спросить, мог бы ты опять прийти в лабу в субботу. Это не так долго, как в прошлый раз….. но нужно будет подключиться к блоку контроллеров на твоём предплечье, чтобы считывать сигналы от ЦНС. Это же не будет проблемой? - парень смотрел с осторожной надеждой, закусив губу. - Заказывай пропуск - дёрнул уголком губ Баки. Питер достал телефон и замер глядя на него, будто давая возможность изменить решение. Больше ничего не дождавшись, кивнул и застучал по экрану. Через несколько минут молчания, легко подскочив и пожелав спокойной ночи, забрал с коврика в прихожей свой рюкзак и направился к себе. Баки поднял голову: - Пит? Прости, я сейчас немного не тут, но буду рад помочь тебе разобраться. И, знаешь - он словил глазами взгляд парня - очень благодарен за то, что ты делаешь. Субботним утром - то есть ближе к обеду - они уже привычно подъехали к Башне со стороны 57ой. Баки на мгновение задумался, что однажды стоит всё же посмотреть на мемориал Старка. Впрочем, точно не сегодня. Лаборатория встретила ещё большим хаосом и тихим гулом работающих машин. Под ногами на этот раз оказался ошарашивающе мягкий длинноворсный ковер в самом центре помещения с разбросанными по нему подушками самых невообразимых цветов. - На сегодня это наше рабочее место - чуть смущённо улыбнулся Питер. Он, наступив на задники, сбросил кроссовки и развернул один за другим несколько экранов. - Размещайся поудобнее. Дождавшись, пока Баки сядет, Питер подтянул к себе несколько мультяшного вида ручек с мягко поблескивающими, почти незаметными, детекторами на концах. На мгновение замер с вопросительным видом. Мужчина прикрыл глаза, пряча улыбку, и нажал на несколько пластин на рёбрах и в основании локтя, открывая доступ к контроллеру. Лёгкое ощущение холодка подступающей паники боролось с разрастающиеся внутри теплом: Питер явно приложил все усилия для того, чтобы лаборатория выглядела максимально комфортной. Пожалуй, стоило намекнуть парню, что он немного перебрал и подошёл очень близко к той грани, за которой тут появятся котята в коробке и воздушные шарики. Питер подтолкнул под его локоть несколько подушек (круглая, с изображением щита капитана Америки иронично оказалась сверху) и подключил три мультяшных детектора к контрольной шине. - Скажи пожалуйста, если почувствуешь дискомфорт…. И, э, если комфорт почувствуешь, тоже скажи… или если будут какие-то изменения в ощущениях…. Но если не будут - ты тоже скажи - окончательно запутался Питер, алея щеками. Баки фыркнул немного нервно: - Я понял, парень. Буду держать тебя в курсе любых изменений. Или не изменений. Или могу говорить вообще не замолкая. Или может включим музыку? Следующие три часа напряжённую тишину нарушали только короткие односложные комментарии Баки, бормотание Старка и Джарвиса и инструментальный кавер на альбом самых известных хитов AC/DC. Ближе к вечеру Питер вынырнул из разворачивающихся перед ним диаграмм и, найдя Баки рассматривающим из окна панораму Манхэттена, смущённо предложил ему ехать домой. Парень выглядел чуть уставшим, но будто подсвечивал лабораторию тихим восторгом: - Я тут ещё немного задержусь и приеду часа через два, когда все досчитается. Мы почти закончили, Баки, почти!... Ближе к полуночи, заглянув ещё раз в пустующую комнату Питера, Баки недовольно хмыкнул. Вернувшись к себе, он, с поправкой на сегодняшний день в лаборатории, рассчитал дозу транквилизаторов и выставил будильник на утро: ему было что сказать Питеру. Сейчас он, наконец, чувствовал внутреннее разрешение и готовность сделать то, что собирался.