Только моё солнце

В лицо попали неприятные солнечные лучи, от которых юноша поморщился. Сон медленно начал отступать, реальность постепенно сваливалась на сознание. Подросток открыл глаза, не сразу сфокусировав зрение на человеке, что лежал рядом. Когда до парня наконец дошло, он чуть дёрнулся в сторону, но стена за спиной и звякнувшая тихо цепь поумерили пыл. Шоё внимательно изучал такие спокойные, гладкие черты лица спящего брюнета. Удивительно, каким сейчас нежным он выглядел… Кажется, уголки глаз вновь становились мокрыми. На автомате рыжеволосый потянул руку к лицу, чтобы растереть глаза, но дотянуться так и не смог. Цепь удерживала руки за спиной, давая им очень мало пространства для манипуляций. Тобио открыл глаза через минут пять, когда и на его лицо начали попадать лучи солнца за окном. Хината не плакал уже, но глаза были красными, а щёки влажными. Тёмные брови на мгновение сошлись, но связующий быстро постарался вернуть лицу спокойный вид. Рука вылезла из-под одеяла и осторожно погладила по щекам рыжеволосого. Шоё сделал глубокий вдох и закрыл глаза. Нельзя было отстраняться. Рука перебралась в пряди волос, Хината пытался успокоиться. - Открой глаза, - ребёнок лишь благодаря огромной силе воли смог приоткрыть веки. Голубой цвет встретился с ярко-карим. Они не разрывали зрительный контакт пару минут, пока Тобио методично гладил и перебирал чужие волосы, - Искры сейчас в глазах, но слишком слабые, почти погасшие… - шёпотом, больше себе под нос пробормотал сеттер. Кагеяма уже когда-то говорил о каких-то искрах, но Хината так и не понял, о чём он вообще говорит… - Полежи ещё немного здесь, я перевяжу твои ноги и отнесу в гараж, - брюнет поднялся с кровати и побрёл босиком из комнаты. Шоё проводил его взглядом и шумно выдохнул, когда Кагеяма вышел за дверь. Правда, связующий довольно быстро вернулся с аптечкой. На глаза десятого номера вдруг бросилась ватка на виске Тобио, которая была на месте удара. За ночь она неплохо так потрепалась. Кагеяма сел на край кровати, отстегнул ноги рыжеволосого и начал осторожно разматывать ступни. Вообще, перебинтовать нужно было ещё вчера ночью, но у Шоё слишком сильно болели колени, да и в принципе всё затёкшее тело. Когда его положили на кровать, он начал тихо ныть от нового положения конечностей. Пришлось просто помазать и забинтовать болящие колени, дать снотворного Хинате и лечь с ним спать. Девятый номер как можно аккуратнее старался снять бинты. Потом осторожно осмотрел ожоги. Хината лежал тихо, внимательно следя за каждым чужим движением. Убедившись, что ноги потихоньку начинают восстанавливаться, Тобио предельно размеренно помазал мазью повреждённые конечности, а потом забинтовал в чистые бинты. После этого он перебинтовал колени. Сеттер собирался уже отнести аптечку обратно, но взгляд зацепился за шею. Точнее, за синяк, что выглядывал из-под ошейника. Не сильно церемонясь, чем немного напугал Шоё, брюнет подтянул ребёнка к себе, ослабил ошейник, рассматривая синяки. После этого взгляд метнулся под футболку к ключицам. Задрав одежду, брюнет пробежался по всем синякам на животе и спине пленника. Чёрт, он и забыл про то, что избил его, а после потерял контроль во время секса и оставил ещё больше следов на теле. Довольно громко цыкнув, Кагеяма начал мазать ещё и эти синяки. Хината сидел рядом и не дышал, было слишком страшно. Наконец, Тобио закончил, теперь уж точно. Он потрепал чуть рыжие волосы, заметив, как сильно Шоё был напряжён всё это время. Немного подумав, брюнет всё же решил отнести ребёнка обратно в гараж. - Ты голоден? – подросток на кровати чуть дёрнулся, возвращаясь в реальность, а после покачал головой в знак отрицания, - Отлично. Насильно кормить завтраком не буду, - Кагеяма подхватил Хинату на руки и понёс сначала вон из комнаты, а потом и вовсе на улицу. Утром было ещё не так тепло, как днём, поэтому десятый номер немного поёжился. Зайдя в гараж, связующий сразу же отнёс ношу на футон, а после прицепил заведённые назад руки к цепи, что крепилась к стене. Шоё опустился на бок здоровой руки, поглядывая за Кагеямой. Тобио несколько секунд постоял, будто хотел сказать или сделать ещё что-то, но после всё же махнул рукой и вышел. Спать совсем не хотелось, но рассматривать такой приевшийся гараж тоже, так что рыжеволосый прикрыл глаза, погружаясь куда-то глубоко в себя, стараясь забыть о внешней и внутренней боли.