Нерешённый | Unresolved

Едва ли на свете существовала вещь, которую Рейес ненавидел сильнее людей, зря тратящих его время. А этот cabrón, развалившийся в кресле с таким видом, будто он находится у себя дома, а не на деловых переговорах в самом центре Порт-Кадары, определённо поставил пред собой задачу занять как можно больше минут его без того плотного графика.       — Очевидно, что сотрудничество «Бродяг» с «Коллективом» будет выгодно обеим сторонам, — с елейной улыбкой начал мужчина. — Поэтому, в качестве жеста доброй воли, Большой Таран поручил мне прямо сейчас перевести пять тысяч кредитов на ваш счёт. И это лишь малая часть того, что получит Шарлатан, если… когда мы придём к компромиссу.       Рейес перестал медленно расхаживать по комнате и, наконец повернувшись к говорившему, спросил:       — А что получат кроганы, за чей счёт мы собираемся нажиться?       Представитель Бродяг недовольно хмыкнул и небрежно перекинул ногу через низкий подлокотник. Неужели этот Большой Таран правда считает, что дорогой костюм в одночасье сделает из его головореза дипломата?       — Кроганы? Да какая разница? С тех пор, как Норда начала лизать клоаку Танна, Новая Тучанка мешает жить спокойно всему Элаадену. Так что пускай катятся к чёртовой матери. Мой босс предлагает вам, ребята, неплохо заработать; а всё, что от вас требуется — это стравить парочку кроганов с «Нексусом». Уверен, что такой серьёзный бизнесмен, как Шарлатан, сразу поймёт, насколько это выгодная сделка.       «В отличие от такого дурня, как ты», — невысказанным упрёком повисло в воздухе. Рейес окинул сидящего перед ним человека задумчивым взглядом.       Он не отрицал: предложение было весьма соблазнительным — если, конечно, закрыть глаза на то, что в результате этой сделки они наживают себе кучу опасных врагов. И пускай вести дела с Новой Тучанкой порой было весьма хлопотным делом, но пытаться обмануть её — та ещё самоубийственная идиотия. Тем более, Рейес не хотел давать Бродягам лишнюю возможность для шантажа Коллектива.       А ведь день начинался так хорошо. Утром его разбудил Райдер, чтобы сообщить великолепную новость: в этот раз с «Забвением» было покончено раз и навсегда. И что особенно приятно, за весь их непродолжительный разговор мальчик ни разу не послал его. Настоящий прорыв, учитывая несколько месяцев полнейшего молчания, в течение которых Рейесу приходилось судорожно выискивать крупицы информации, проливающие свет на то, чем именно в данный момент занимался человеческий Первопроходец.       — Ну, чего ты ждёшь, Видаль? — Бродяга снова ухмыльнулся. — Давай, звони своему главному.       Да, хочешь сохранять анонимность — будь готов терпеть панибратство от всяких идиотов, считающих тебя своей ровней.       — Шарлатан заключал договор с Нордой ещё до того, как «Инициатива» решила наложить руку на Кадару с Элааденом, — холодно ответил Рейес. — И предложения вроде «стравить кроганов с Нексусом» здесь неуместны. Мы не собираемся рисковать устоявшимися экономическими отношениями ради сиюминутной выгоды и сведения личных счётов.       Что ж, в его словах было куда больше правды, чем заслуживал этот парень.       Он почти наяву видел, как ворочаются мысли Бродяги, в попытках осознать, что Шарлатан не разделяет их, казалось бы, общего желания развалить Инициативу.       — Ладно. Но в нашем случае игра стоит свеч. Поэтому, я готов продемонстрировать подробный… погоди-ка. Дальше я буду говорить только с Шарлатаном.       — Послушайте, мистер… Де Врис, правильно? Боюсь, мне придётся…       Закончить мысль ему не дал резкий звонок омни-инструмента.       Его люди отлично знали, что беспокоить своего босса, когда он находиться на переговорах, можно только в случае, если небо вдруг решило упасть на землю. Бросив небрежное «извините», Рейес подошёл к окну. Он не боялся поворачиваться к своему гостю спиной: что ему может сделать один ушлый бухгалтер, тем более, когда в противоположном углу комнаты стояла Адик.       Рейес непонимающе нахмурился, увидев высветившееся на дисплее имя. Он же довольно подробно объяснил Крукс, что ей делать с Фарент. Не обращая внимание на возмущённое «эй, мы ещё не закончили», он быстро перевёл звонок на свой коммуникатор.       — Да?       — У нас проблемы, босс. С Первопроходцем.       Ни один достойный пилот истребителя — не важно, бывший или нет, — не имеет привычки легко поддаваться панике, так что Рейес мог с гордостью сказать, что уже успел забыть то прекрасное чувство, когда желудок ухает куда-то вниз, а ладони становятся влажными.       Весь мир разом сузился до него и спокойного голоса Крукс.       — Доложи обстановку.        — Фарент держит его в заложниках. Вживила ему имплант, содержащий летальную дозу «Забвения». Босс, мы не можем допустить, чтобы здесь умер Первопроходец.       Дерьмо. Разумеется, они не могут позволить этому конкретному Первопроходцу так бесславно погибнуть.       Рейес глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Если он действительно хочет помочь Райдеру, то ему следует немедленно взять себя в руки и спокойно выслушать доклад Крукс.       — Где они?       — В медотсеке. Фарент требует шаттл.       — Насколько её хватит?       — Фарент, конечно, та ещё сука, но в данный момент Первопроходец нужнее ей живым. Тем не менее, я бы не рекомендовала испытывать её терпение.       Рейес невидяще уставился на далёкий, залитый солнцем пейзаж за окном, лихорадочно подсчитывая, сколько минут занимает путь до базы Драуллир.       — Как нам с ней быть, босс?       Наверняка Крукс ждала, что он прикажет дать Фарент всё, что бы она ни потребовала. Чёрт, как же не вовремя! Они только начали укрепляться на Кадаре, а обязательно последующий за смертью…       Нет. Он с лёгкостью доживёт до ста пятидесяти лет благодаря своим многочисленным улучшениям; даже если Фарент и успела сделать что-то ужасное… умирать Райдеру было не в новинку, как бы дико это ни звучало. Рейес искренне радовался тому, что его Первопроходца так просто не убьёшь, несмотря на заявления своего прошлого любовника, мол, такой «эмоционально отупленный мудила», как он, не способен в принципе испытывать светлые чувства к кому бы то ни было.       — Продолжай тянуть время. Я буду там через двадцать пять минут.       — Но… — Крукс на секунду замялась. — Да, босс.       — Если ситуация вдруг изменится, сразу сообщи мне.       Не дожидаясь ответа, Рейес быстро переключился на другую линию.       — Встреча окончена. Готовьте шаттл, — коротко приказал он пилоту.       — Эй! В чём дело?       Рейес не сразу заметил представителя Бродяг, который, с невыносимой прытью вскочив с кресла, теперь стоял в дверях, своим телом перегораживая единственный выход из комнаты.       — Шарлатану это неинтересно, — сквозь стиснутые зубы процедил Рейес. — Прочь с дороги.       Люди обычно понимают, когда надо уступить, чтобы потом не валяться со сломанной шеей в какой-нибудь канаве. Но, с другой стороны, у стоящего перед ним индивида наверняка повредился отдел мозга, отвечающий за самосохранение. Всё-таки шестьсот лет криосна — это вам не шутки.       — Ты даже не позвонил ему! Предупреждаю, Видаль, если ты собрался нас обмануть…       — Адик.       Не успел Бродяга что-либо возразить, как оказался впечатанным лицом в стену, с заломленными за спиной руками.       — Тебе это с рук не сойдёт, Видаль! — опомнившись, закричал он, но было поздно: Адик уже успела привязать его к выступающей из стены трубе, использовав в качестве верёвки провод его собственного омни-инструмента. — Бродяги ничего не забывают и не прощают!       Но Рейес уже не слушал его, быстрым шагом направляясь к посадочной площадке.

***

— Итак, — Фарент наконец оторвалась от своего омни-инструмента и небрежно откинула пульт дистанционного управления медицинским устройством в сторону, — теперь мне достаточно сказать одно слово, чтобы активировать имплант. Кстати, он также начинает работать, если я теряю сознание. Так что без глупостей.       Отлично. Ровно в тот момент, когда Райдер решил попытаться вырвать устройство из её рук с помощью биотики. Правда, у него это вряд ли бы получилось, но лучше так, чем продолжать пассивно сидеть, наблюдая за происходящим.       — Все всё слышали? — не дождавшись какой-либо реакции на свои слова, рявкнула Фарент.       — Не глухие, — в один голос огрызнулись стоящие у стены Драк с Ветрой.       Райдер зябко передёрнул плечами и бросил тоскливый взгляд на зажатый в руке Фарент пистолет. По тому, как она держала его, можно было с лёгкостью сказать, что раньше ей не доводилось обращаться с огнестрельным оружием. Но это не значит, что ей не удастся пристрелить его, тем более с расстояния нескольких шагов. Будь сейчас на нём броня…       Но она грудой лежала в дальнем углу комнаты, так что Райдер сидел в одном лишь облегающем нательном комбинезоне. Чёрт, в таком виде можно хоть сейчас отправляться танцовщиком в «Тартар». Эй, морячок, нравится, что ты видишь? Пятьдесят кредитов — и та симпатичная комната на вечер полностью в нашем распоряжении.       Фарент бросила взгляд на свой омни-инструмент и, подбежав к дверям, крикнула двум охранникам, стоящим в коридоре:       — Вы! Позовите свою начальницу, я хочу с ней поговорить.       Меньше чем через минуту на пороге комнаты появилась Крукс. Быстро посмотрев на Райдера, словно желая убедиться, что он всё ещё цел, она полностью сосредоточила своё внимание на азари.       — Что случилось? — наконец спросила Крукс. Она никогда не производила впечатление душевного человека, но сейчас тоном её голоса можно было хоть алмаз резать.       — Ты говорила мне десять минут пятнадцать минут назад!       — Приношу извинения. Возникли непредвиденные трудности, которые мы, разумеется, в данный момент пытаемся решить.       — Какие ещё «трудности»?       — Наши шаттлы не оснащены системой радиолокационного опознавания, которая требуется для обхода планетарной обороны. Поэтому нам необходимо согласовать твой отъезд с ангарской администрацией. Ты же не хочешь, чтобы по тебе запустили ракетой ровно в тот момент, когда твой челнок выйдет за пределы стратосферы?       Райдеру стоило больших трудов сохранить невозмутимое выражение лица. На Кадаре не существовало никакой противокорабельной обороны, за исключением разве что крупнейших жилых центров, и идентификация осуществлялась посредством прямого контакта с авиадиспетчерской службой. Очевидно, Крукс рассудила, что безвылазно сидящая в своей лаборатории Фарент не знает подобных тонкостей.       Получается, "Коллектив" решил тянуть время. Но зачем? Райдер надеялся, что Крукс всё же оценивает его мыслительные способности достаточно высоко, чтобы позволить Фарент просто уйти.       Плечи азари немного расслабились.       — Хорошо. Только быстрее. И поставь на борт кое-какие припасы.       — Конечно. Что-нибудь ещё?       Фарент опустила подбородок и критично осмотрела свою измятую научную форму:       — Мне нужна броня. Ах, кстати… — Она снова начала рассказывать печальную историю об изменениях в управлении имплантом, но эта информация, казалось, не произвела на Крукс никакого впечатления.       Наверное, Райдеру стоило пересмотреть своё отношение к «Коллективу». Если отбросить сомнительные методы, их кодекс поведения на рабочем месте был просто образцом профессиональности.       — Ладно, пока свободна, — от того, с каким энтузиазмом Фарент размахивала пистолетом, у Райдера начала кружиться голова. — Нет, стой.       Крукс покорно замерла на месте.       — Десять минут, — нарочито ласково пропела Фарент. — Если по истечению этого срока мне не будет известно о каком-либо существенном прогрессе, то я запущу имплант. Сначала совсем чуть-чуть, но с непривычки этого говнюка будет плющить не по-детски. За каждые пять минут просрочки доза будет немного увеличиваться, пока его мозг не превратится в кашу. Понятно?       Само собой, на лице Крукс не дёрнулся ни один мускул.       — Я сделаю всё, зависящее от меня.       — Будто у тебя есть выбор.       Наконец женщина ушла, и в заставленной медицинским оборудованием комнате снова зависла гнетущая тишина.       Со своего места Райдер видел ничего, происходящего за окном: только нагромождение крыш и высокий свод пещеры, освещённый тусклой подсветкой. Поэтому всё, что ему оставалось — это смотреть на мельтешение Фарент. Не самое интересное зрелище, честно говоря.       Если бы он только мог поговорить с СЭМом или хотя бы написать что-либо на омни-инструменте… Но в последний раз, когда он попытался это провернуть, ему едва не всадили пулю промеж глаз. Так что не следует лишний раз искушать судьбу.       А время неумолимо приближалось к назначенному Фарент сроку.       Что, чёрт возьми, происходило снаружи? А на «Буре»? Наверняка экипаж на стенку лезет от беспокойства, после того, как датчик, вмонтированный в его броню, перестал передавать показания. Возможно, они вычислили место последнего сигнала и… нет. Его команде лучше не видеть, что с ним произойдёт, реши Фарент осуществить свою угрозу.       Интересно, на что «Забвение» вообще похоже? Никогда не находившемуся под воздействием чего-то сильнее виски или обезболивающего Райдеру было трудно это представить. Он попытался вспомнить, что доктор Накамото рассказывал ему о данном наркотике, но на ум приходили только многочисленные кадарские притоны и лежащие на грязных матрасах люди, способные только мычать в ответ на задаваемые вопросы. Весьма сомнительное удовольствие, даже учитывая то «райское наслаждение», которое, по слухам, испытывали все, употребляющие «Забвение».       Если бы он только мог расспросить об этом СЭМ. Но единственный способ поговорить, не требующий ни устной, ни письменной речи…       Погодите-ка.       Как, чёрт возьми, он сразу об этом не подумал? Помнится, ещё в детстве они с Сарой специально изучили азбуку Морзе на случай, если им вдруг будет запрещено говорить или использовать свои омни-инструменты. Он может попробовать постучать указательным пальцем или…       «Скотт, — Райдер едва не свалился со стула от резко прозвучавшего по своему частному каналу голосу, — не мог бы ты мысленно произнести «быстрая коричневая лисица прыгает через ленивую собаку»? Как можно медленнее и разборчивее, пожалуйста».       Сердце Райдера забилось быстрее.       «Быстрая коричневая лисица прыгает через ленивую собаку», — подумал он.       «Записано. Обработка. Пожалуйста, ещё раз».       «Быстрая коричневая лиса прыгает через ленивую собаку».       Быстрая… коричневая… лисица…       «Достаточно, Скотт, — остановил его ИИ. — Я могу тебя понять».       Райдер глубоко вздохнул, силясь унять головокружение. Фарент бросила на него раздражённый взгляд, но, не заметив ничего подозрительного, снова развернулась к окну.       СЭМ? Ты меня слышишь?       «Нет, но после семи тысяч часов сканирования головного мозга и дополнительного обучения нейронной сети, я теперь могу расшифровывать простые слова по синаптической активности. Понимаю, этот метод общения является недопустимым с этической точки зрения. Поэтому подпрограмма будет отключена сразу после того, как в ней отпадёт столь острая необходимость».       Чёрт возьми. В любой другой ситуации Райдер не был бы в восторге от такой новости, но сейчас…       Ты гений.       «По человеческим меркам мои когнитивные способности действительно превышают стандартные».       Забавно, СЭМ. Что произойдёт, если…       «Пожалуйста, помедленнее, Скотт».       Райдер постарался взять себя в руки.       Что произойдёт, если Фарент активирует имплант?       «Имея под контролем жизненно важные органы, я оцениваю вероятность смерти от сорока до пятидесяти процентов. «Забвение» не нейротоксично, поэтому травма головного мозга не так вероятна, как утверждает мисс Фарент. Однако общий системный сбой неизбежен. Возможно, мне не удастся нейтрализовать циркулирующее в крови вещество до того, как произойдут необратимые повреждения. Также ты потеряешь контроль над своими физиологическими функциями. Есть риск возникновения осложнений, требующих немедленной госпитализации».       Значит, ему уготована незавидная участь обосраться, а затем выблевать все съеденные им ранее энергетические батончики на потеху публике? Неприятно, конечно, но не смертельно, в отличие от тех сорока-пятидесяти процентов, которые давал ему СЭМ. Хотя и это не самые плохие шансы, учитывая, что имплант содержит столько «Забвения», сколько бы хватило на умерщвление десятка обычных человек.       Ты можешь его отключить?       «Гипотетически я могу попытаться вывести его из строя с помощью электрического импульса, но это вряд ли сработает, к тому же есть крайне большой риск привлечь к себе нежелательное внимание мисс Фарент».       Сможешь взломать её омни-инструмент?       «Единственный способ получить к нему доступ — это социальная инженерия. Мисс Фарент должна установить бэкдор, с помощью которого я перехвачу управление над устройством».       Он так и предполагал. К тому же, Фарент явно не выглядела так, словно собиралась в ближайшее время переходить по подозрительным ссылкам, неожиданно пришедшим ей на электронную почту.       Что будет со мной, когда она уйдёт?       «Омни-инструмент мисс Фарент не связан напрямую с имплантом, так что либо она лжёт о переключателе мертвеца, либо полагается на автоматический сигнал, который будет отправлен только в случае падения её жизненных показателей. Из этого следует вывод, что как только она окажется на достаточно большом расстоянии от нас, сигнал просто не дойдёт и, как следствие, не сможет активировать устройство».       Не то, чтобы Райдеру стало намного легче от этих слов, но знание того, что имплант автоматически не сработает, как только Фарент покинет планету, не могло не обнадёживать. Но, тем не менее, в его организме по-прежнему остаётся достаточно наркотика, чтобы свалить взрослого эйроха.       «Не стоит преувеличивать: данного вещества хватит только на крайне молодую особь, весом не более… прости, это был не вопрос?»       Итак, попробуем систематизировать полученную информацию. Первое: ни омни-инструмент Фарент, ни имплант отключить не удастся. Второе: как только азари окажется вне досягаемости, смертоносный имплант превратится в обычное нерабочее медицинское устройство, которое можно с лёгкостью извлечь самостоятельно.       Тогда нам остаётся просто ждать?       «На данный момент такая стратегия кажется мне наиболее удачной».       Просто сидеть и ждать, верно? Ничегонеделание не было сильной стороной Райдера, но… он попробует.       «Скотт, восемь минут из десяти, которые мисс Фарент дала Крукс на организацию шаттла, прошли».       Чего она там мешкает? Можешь ли ты…       — Бля, — смачно выругалась Фарент.       Когда Райдер поднял глаза, азари стояла, буквально вжавшись лицом в пластиковое окно, напряженно рассматривая происходящее снаружи. Идеальный момент, чтобы выхватить у неё пистолет и… но, к сожалению, Фарент уже успела повернуться обратно.       — Кто-то идёт, — разбито простонала она. — Вот дерьмо! Где, чёрт возьми, шаттл? Почему это происходит именно со мной?!       Видя, что Фарент находится на грани нервного срыва, Райдер попытался снова урезонить её:       — Всё ещё можно исправить, — как можно более спокойно начал он. — Достаточно только…       — Заткнись! — тут же взвилась Фарент. — У тебя осталась минута, Нексус. Моли Богиню, чтобы «Коллектив» ценил твоё здравомыслие больше, чем я. Ты нужен мне живым — и неважно, в состоянии овоща или нет.       — Клянусь, я вырву твой позвоночник голыми руками! — тихо прорычал Драк.       Не помогло.       — Давай рассуждать логически. — Райдер надеялся, что его голос звучит достаточно убедительно. — Сейчас ты находишься в весьма непростой ситуации и твоё желание спастись полностью…       — Время, — Фарент демонстративно постучала пальцем по омни-инструменту, — я тебя предупреждала.       — Нет, подожди!       — До свидания, Первопроходец.       — Не надо! — воскликнула Ветра. — Прислушайтесь.       Во внезапно наступившей тишине стали отчётливо слышны приближающиеся к двери шаги. И голоса. Наверное, Фарент всё же успела запустить свой имплант, потому что Райдер мог поклясться, что один из этих голосов принадлежал…       Дверь открылась.

***

Он жив.       Одно бесконечно долгое мгновение Рейес просто стоял, не в силах отвести взгляд от сидящего в центре комнаты человека.       Когда он в последний раз видел что-нибудь столь же прекрасное, как лицо Райдера, когда тот повернулся на стуле, чтобы посмотреть на вошедших? Бледное, но по-прежнему обременённое интеллектом, оно лучше всяких слов показывало, что Фарент проявила чудеса выдержки и пока не стала осуществлять свою угрозу. Райдер поражённо уставился на него, но, быстро взяв себя в руки, отвёл взгляд, не желая показывать, что они друг друга знают. У него никогда не получалось хорошо скрывать свои эмоции, но Рейес хотел расцеловать его за одну лишь попытку это сделать. А потом ещё раз, уже без всякой на то причины. Хотя, к тому моменту Райдер наверняка оправится от первоначального изумления и как следует даст ему в челюсть.       Не волнуйся, Скотт. Я вытащу тебя из этого дерьма. Обещаю.       Рейес переключил своё внимание на стоящую у окна азари. Одну руку она держала на пистолете, другую же угрожающе занесла над омни-инструментом. После того, как в комнату зашли Крукс с Адик, дверь с громким скрежетом закрылась, отгораживая их от любопытных охранников, стоящих в коридоре.       — А это ещё кто? — недовольно поинтересовалась Фарент.       «Твой самый худший ночной кошмар».       — Пилот шаттла, который ты заказывала, — сдержано ответил Рейес.       Что ж, это даже было отчасти правдой. Теперь Райдер может им гордиться.       Рейес не сдержался и снова посмотрел на Первопроходца. Судя по лихорадочному блеску глаз, он всё ещё не мог понять, что, чёрт возьми, здесь происходит.       Райдер без своей привычной брони выглядел… странно. Рейес прекрасно знал, что Райдер может быть каким угодно, только не беззащитным, но всё же таким уязвимым, как в одном лишь нательном комбинезоне, он его ещё никогда не видел.       — А это?.. — Фарент кивнула в сторону Адик.       — Моё сопровождение. Кадара, знаешь, весьма опасное место.       В ту же секунду Фарент наставила на него пистолет.       — Ты не похож на пилота.       Интересно, что натолкнуло её на эту мысль? Слишком свежая рубашка? Начищенные сапоги? С некоторых пор пилотам стало запрещено носить пиджаки? Или во всём виновата манера держаться, свойственная человеку, привыкшему скорее раздавать приказы, чем подчиняться им?       Он вскинул руки в примирительном жесте.       — Не все из нас любят носить стандартную лётную форму.       Фарент усмехнулась:       — Сраным шаттлом я и сама могу управлять. Лучше скажите, как там обстоят дела с системой опознавания?       Крукс успела в общих чертах обрисовать ему ситуацию: Фарент держит управление над перепрограммированным имплантом, а Крукс, в свою очередь, держит её за дуру, пытаясь растянуть время.       — Да, шаттл теперь в безопасности. Он ждёт тебя на выходе из пещеры.       — Наконец-то. Пошли. Давай, поднимайся. — Фарент махнула пистолетом в сторону Райдера. Небрежность, с которой она обращалась с огнестрельным оружием, очевидно исходила от банального неумения с ним обращаться. Адик, вероятно, в два счёта скрутит эту тщедушную азари… но, если бы всё было так просто, то Райдер наверняка бы сам уже это сделал. Получается, им остаётся только выполнить требования Фарент, чтобы не подвергать Первопроходца ещё большей опасности.       Именно это Рейес и приехал проконтролировать. Плюс дополнительно убедиться, что Райдер жив-здоров, а потом, как только это дерьмо закончится, выслушать от него пару ласковых. И пускай Крукс пыталась убедить его — не нарушая субординации, само собой, — что они держат ситуацию под контролем и его присутствие здесь вовсе не обязательно, Рейес просто не мог доверить решение данного вопроса кому-либо, кроме себя. Он же обещал Райдеру, что никто на Кадаре его и пальцем не тронет, верно?       Но судьбе в лице Фарент было глубоко плевать, что и кому он там обещал. Но Рейес не собирался так это оставлять. Даже если он позволит Фарент сейчас уйти… в Элее не так много мест, где может спрятаться бывшая Отверженная с довольно характерной фиолетовой кожей.       — Следуйте за мной, — сказал он.

***

Всю дорогу от медосека до выхода из пещеры Райдер не спускал взгляд с идущего впереди Рейеса. Бессильная ярость, перемешанная с искреннем недоумением, была достаточно сильной, чтобы полностью вытеснить невесёлые мысли о своём бедственном положении.       «Какого хрена он здесь делает?» — невысказанный вопрос бился в его голове не хуже галорна в клетке.       Рейес должен был оставаться в тени, как настоящий кукловод, дёргающий за ниточки происходящего из безопасного укрытия. Но вот он здесь — как всегда прекрасный и самоуверенный, даже несмотря на упирающееся между лопаток дуло пистолета. Хотя, здесь Райдер немного преувеличивает: Фарент шла замыкающей, и фактически под её прицелом мог оказаться каждый из них. Он всегда считал Рейеса слишком осторожным для таких широких жестов, как выход на публику с риском для жизни. Прямо как на Меридиане. Но если тогда его присутствие можно было объяснить логически, то теперь… Зачем? О чём он только думал? Что, если Фарент случайно нажмёт на курок? Что, если она решит, будто ей всё же нужен пилот? Что если…       «Скотт. Пожалуйста, попробуй контролировать частоту дыхания. У тебя наблюдается гипервентиляция», — сказал СЭМ.       Чёрт побери. Если что-то случится, если Рейес каким-либо образом пострадает, Райдер себе это никогда не простит. Он эту кашу заварил — сам и будет её расхлёбывать.       Ему срочно нужен план Б.       СЭМ, ты ведь можешь активировать имплант?       «Да, но…»       Ты можешь увеличить мои шансы на выживание?       Последовало непродолжительное молчание. Когда СЭМ заговорил снова, Райдеру показалось, будто по каким-то причинам ИИ не хотел делиться с ним этой информацией.       «Я могу сократить твой мозговой кровоток до минимального приемлемого уровня, тем самым уменьшив количество вещества, доставляемого через гематоэнцефалический барьер, пока я пытаюсь нейтрализовать остальное с помощью твоих эндокринных имплантатов. Однако сейчас я не могу предварительно оценить, сколько времени займёт нейтрализация. Недостаток кислорода вызывает необратимое повреждение мозга только через десять-пятнадцать минут. Вероятность смерти будет низкой, но ты рискуешь впасть в кому или получить другие неврологические нарушения. Скотт, я крайне не рекомендую такой вариант действий».       Остановить приток крови к мозгу? Спасибо, но нет.       Это единственный вариант?       «Я провёл 1 154 моделирования данной ситуации. И почти каждый из этих вариантов имеет нежелательные последствия, различающиеся между собой только по степени тяжести».       Спустя ещё пару вечностей они, наконец, вышли за пределы пещеры. После ставшего уже привычным полумрака, глаза Райдера разом заслезились от слишком яркого полуденного солнца.       Снаружи, как и было обещано, их ждал шаттл — очередной чёрно-белый кадьяк без опознавательных знаков, способный летать на скромных сверхсветовых скоростях. Райдер чуть заметно улыбнулся, мысленно радуясь тому, что его мучения скоро кончатся. Фарент улетит и, скорее всего, надолго заляжет на дно, в то время как остальные наконец смогут с облегчением выдохнуть. А потом он, пытаясь скрыть своё смущение, накричит на Рейеса, обвиняя того в излишней безрассудности, невзирая на то, что, чёрт возьми, его неожиданное появление было более чем приятно.       Добравшись до шаттла, Рейес открыл дверь в кабину пилота. Фарент подозрительно заглянула внутрь.       — Чудесно, — довольно сказала она. А затем резко наставила пистолет на Райдера. — Залезай.       Что?       — Это было не то, о чём мы… — начал Райдер.       — Думаете, меня так просто обмануть? — Фарент обвела всех присутствующих язвительным взглядом. — Я более чем уверенна, что никто из вас даже не думал предупреждать администрацию о моём отлёте. Бьюсь об заклад, что, как только я выйду на орбиту, по мне долбанут баллистической ракетой. А вот если на борту будет Первопроходец, то мои шансы уйти отсюда живой резко возрастают, верно? Чего застыл, говнюк? Ждёшь особого приглашения?       «Ты не можешь позволить ей это сделать. Она сразу же убьёт тебя, когда вы окажетесь в шаттле», — отметил и без того очевидное СЭМ.       Разумеется. Но какой у него был выбор? Либо он рискнёт с Фарент в шаттле чуть позже, либо он превратится в пускающего слюни овоща прямо сейчас.       Райдер сделал неуверенный шаг вперёд.

***

— Стой, — неожиданно выкрикнул Рейес.       Райдер запнулся и недоверчиво посмотрел на него. В его невероятно синих, словно земное небо, глазах плескалась очевидная паника. Райдер прекрасно понимал, что, как только шаттл покинет Кадару, его шансы на выживание приблизятся к нулю. Он был слишком опасен для Фарент, чтобы она оставила его в живых.       — Ну что ещё? — Голос Фарент, как и она сама, дрожал от едва сдерживаемого напряжения. Она даже перехватила пистолет двумя руками, чтобы его не трясло.       А ведь день начинался так хорошо. Он отлично выспался, а утром его разбудил некий Первопроходец, очаровательные поддразнивания которого, казалось, звучали прямо у самого уха, будто…       — Тебе не нужно его брать, — твёрдо сказал Рейес.       Фарент глумливо покачала головой:       — Да что ты говоришь. Эй, Нексус, я не собираюсь торчать здесь целый день.       — Тебе не нужно его брать, потому что ты можешь взять меня.       Глаза Райдера расширились. Адик издала звук, средний между болезненным шипением и проклятием.       — Ты? — Фарент одарила его испепеляющим взглядом. — Да челнок прикажут разнести ещё до того, как мы выйдем на орбиту!       — Уверяю тебя, именно так и будет, — сдержанно пояснил Рейес. — Только если ты не возьмёшь с собой Шарлатана.       Воцарившаяся тишина была достаточно плотной, чтобы разрезать её ножом и подать на тарелке. Сюрприз, как вы и заказывали, сэр. Наверное то, что, спустя годы лжи и всяческих увиливаний, именно правда погубит его, было по-своему поэтично.       Взгляд Фарент метался между ним и Первопроходцем.       — Шарлатан? — наконец неверяще выдавила она. — Этого… этого… Ты лжёшь! Шарлатан — просто дурацкая страшилка, выдуманная «Коллективом». Чёртов призрак. Ты пытаешься обмануть меня, тянешь время, пока…       — Крукс, — спокойно перебил её Рейес, — подтверди мои слова.       Даже не смотря на неё, он знал, каких трудов стоило Крукс подчиниться этому приказу.       — Да, босс, — на одном дыхании произнесла она. — Это чистая правда. Он… именно тот, за кого себя выдаёт.       Фарент изумлённо уставилась на него.       — Босс, — слова Адик нарушали все виды служебных кодексов. — Она убьёт тебя.       — А мне кажется, что нет. Правда ведь, Аренна? — обратился Рейес к азари. Если он сейчас даст слабину, то весь этот спектакль обернётся провалом. — Ты не настолько глупа, чтобы не осознавать моей ценности в качестве заложника. На Элаадене найдётся много желающих озолотить тебя в том случае, если ты доставишь им мою скромную персону. Всё, что тебе нужно сделать, это взять с собой меня, а не Первопроходца.       И это тоже отчасти правда. Рейес успел нажить себе много врагов, часть из которых действительно обосновалась на Элаадене. К счастью, некоторые из них были достаточно жадными, чтобы потом обменять его на солидный выкуп. Или его будут пытать, в расчёте выведать какие-нибудь секреты Коллектива. Но даже если и так, по сравнению с Райдером, его шансы выжить были просто космическими — по крайней мере, в теории.       Фарент всё ещё смотрела на него с открытым ртом.       Затем она с надрывом рассмеялась.       — Шарлатан. Блядь! Вы, ребята… неважно. Я даже не буду спрашивать. Хорошо, Первопроходец может остаться. А ты садись в шаттл, живо. Эй! — Она небрежно махнула Адик. — Свяжи его. По рукам и ногам. И без резких движений, я ведь ещё могу…       — Нет, — неожиданно возразил Райдер.       Когда Рейес обернулся, то он сразу же поймал устремлённый на него взгляд Райдера. Чёрт, между ними осталось так много недосказанности, что…       Рейес криво усмехнулся. Конечно, до его фирменной лихой улыбки недотягивало, но пусть лучше Райдер запомнит это, чем его испуганную физиономию.       — Знаешь, — понизив голос до заговорщицкого шёпота, сказал он, — рано или поздно нам всем приходится расплачиваться за свои решения, верно?       Его попытка произнести прощальные слова была встречена вспышкой негодования. Да, видимо зря он ожидал от Райдера чего-нибудь более трогательного, чем его излюбленное «да пошёл ты». Пусть он злится на него, пусть ненавидит — ему уже было на это всё равно, главное, что мальчик жив и в состоянии это делать.       — Ладно, помиловались на дорожку — и хватит, — Фарент нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. — Полезай в шаттл.       — СЭМ, сделай это, — коротко приказал Райдер.       Что он задумал? Неужели…       — Скотт, не надо, — с трудом выдавил из разом пересохшего горла Рейес.       — Сделай это, — повторил Райдер, мысленно ужасаясь собственной решимости. — Сделай это сейчас. Мне плевать, какие там последствия. Я приказываю тебе…       На середине предложения с его лица разом схлынули все краски.       — Дерьмо. Больно. — только и успел прохрипеть он, прежде чем упасть на землю детской игрушкой, у которой неожиданно кончился заряд.       Турианка из команды Райдера бросилась к нему, выкрикивая его имя. Где-то взревел кроган.       — Блядь! — в ужасе завизжала Фарент. — Я ничего не делала! Этот идиот убил себя сам!       Рейес замер, пытаясь понять, что это было. Так, секундочку. Сейчас он, как обычно, соберётся и, трезво оценив происходящее, придумает, что делать дальше.       Но он не может. Тошнотворная паника, нахлынувшая после осознания столь простого факта, разом выбила весь воздух из его лёгких. Он просто не может этого понять. Да и вообще, как можно принять факт, что его Первопроходец безжизненно лежит на земле?       Подобную ситуацию он не мог представить себе и в кошмарном сне. Никаких мыслей, никаких планов и никаких рассуждений. Просто… словно не раскрылся запасной парашют. И время будто бы нарочно тянулось невыносимо медленно, чтобы он мог как следует насладиться последними секундами до встречи с поверхностью.       — Босс! — крикнула Адик.       Огромным усилием воли Рейес заставил себя обернуться, чтобы увидеть нацеленный на себя пистолет Фарент.