Эгоист

Три дня спустя. Благовещенск. Больница. Время 13:54       «Ярко», — это была первая мысль, когда Мишель открыла глаза. Секунду помедлив, она закрыла их, затем, прилагая усилие, открыла вновь и прищурено посмотрела на потолок.       «Больно», — девушка перевела взгляд на руки, потом на капельницу, и снова на руки. Тело ломило, сознание было будто бы затуманенным, сосредоточится на чем-то конкретном не получалось, как и понять, откуда берется плохое предчувствие.       «Точно...», — в голове стали всплывать обрывки воспоминаний, девушка пыталась сложить их в одну картину, понять, когда и как это началось. Мишель никак не могла вспомнить момент, когда все пошло под откос, но ей было бы интересно застать конец всего этого. Ей словно предоставляли выбор: закончить начатое — что было бы иронично и глупо — или начать жизнь с чистого листа — что настолько же нереально, как и первое. Сейчас, в личной палате, ей, накрытой покрывалом и, казалось бы, мирно лежащей в койке, остается лишь вспоминать о посещаемых ее в той зловещей камере мыслях о смерти. Это также могло стать одним из вариантов выбора — но, увы, поздно: дверь палаты открылась и по комнате пронесся стук каблуков, владелица которых села на стул рядом с кроватью. Узнать Лиду можно было даже не открывая глаз, только по шагам.       — Хорошо, что ты пришла в себя.       Слышать голос женщины впервые за долгое время было непривычно. Мишель прищурилась, повернув голову в ее сторону.       — Советую тебе поесть, — Лида достала из тумбы йогурт и ложку. Мишель лишь окинула ее равнодушным взглядом. — Поднимайся, твой организм истощен и сейчас все, чем я могу помочь — это накормить тебя. Поэтому ты либо добровольно это сделаешь, либо я отдам приказ и все равно добьюсь своего.       Спорить было бесполезно, для Мишель проще побороть боль в мышцах и привстать, чем нарываться на очередное недовольство.       — Давайте сюда свой йогурт, — девушка протянула руку, но Лида уже поднесла ложку к ее рту. Мишель послушно начала есть. — Сколько прошло времени?       — Вас передали два дня назад, все это время ты спала.       — Остальные? — словно вспомнив важную деталь, она всполошилась.       — Тише, — Лида прикоснулась к ее плечу, удерживая девушку на кровати. — Они тоже здесь.       Миша оттолкнула руку женщины:       — Что с Алекс?       Ее собеседница отставила йогурт в сторону, тяжело выдохнула, поднимаясь с места, и направилась в сторону окна.       — Сломаны пястные кости правой руки, гипс наложили уже в нашей больнице, спустя одиннадцать дней после травмы. Запястье руки вывихнуто, полному восстановлению уже не подлежит, — она осмотрела двор сквозь жалюзи, после чего плотно их закрыла. — Не могу сказать, как это повлияет на стрельбу, но за винтовку лучше не браться. Если прогадает с силой удара в следующий раз, все усугубится.       Лиде, ставшей для Алекс почти что матерью, говорить о той сейчас было по-своему сложно.       — В сравнении с Митей, Алекс легко отделалась, — женщина вернулась на свое место. — Парню хоть первую помощь оказали.       — Сдох бы он, если б не оказали, — в голове мелькнуло короткое воспоминание; Миша прикрыла глаза. — Он пальнул в него даже не думая.       — Мишель, — Лида привлекла к себе ее внимание жестом. В ответ девушка медленно кивнула головой, внимательно рассматривая движения. — Остальные в порядке, травмы несерьезные.       Мишель заметно напряглась, когда женщина убрала руку, и еще раз кивнула в знак согласия. Лида коснулась взглядом часов на руке и развернулась в сторону выхода.       — Это последнее поручение, — не оборачиваясь, она подводила их диалог к прощанию. — Доведи его до конца.       — Будет сделано.       Женщина не видела выражение лица Мишель, но хорошо его представляла. Так и не набравшись храбрости оглянуться и посмотреть ей в глаза, Лида коснулась ручки и открыла дверь — но сзади раздалось:       — Спасибо, Лида. До свидания.       — И тебе за службу спасибо.       Женщина вышла в пустой коридор и первое, на что она обратила внимание — камера перед палатой и еще две по обе стороны.       Любовь к всегда успокаивавшему ее кофе напомнила о себе, заставляя женщину спустится на первый этаж, к одному из аппаратов. Остановившись напротив него, ей захотелось улыбнуться, но по привычке она даже не моргнула глазом, только взяла заранее приготовленный кофе с молоком — он абсолютно точно предназначался ей.       — Ты такой нерешительный.       — Я его не себе брал, — сегодня даже голос Терня, доносящийся из ближайшей палаты, почти не раздражал. — Кажется, ты пьешь именно такой.       — Угадал, — Лида осмотрелась по сторонам, зашла за аппарат, в слепую зону, и прислонилась к стене, по ту сторону которой стоял мужчина. — Что ты здесь делаешь?       — Подумал, что больница будет последним местом, где я смогу увидеть тебя.       — Тебе до этого не должно быть дела.       Дверь палаты открыли; в небольшой щели показалось лицо мужчины.       — Пришел запечатлеть свою победу, ничего больше. Не обольщайся.       На его удивление, в первый раз за все время их знакомства на лице женщины проскользнула едва заметная улыбка.       — Позаботься о моем отделе.       Женщина поднесла к губам стаканчик и, выпив залпом кофе, выбросила его в урну. Виктор наблюдал за каждым ее движением, после чего взглядом проводил ее удаляющуюся фигуру. Выждав время, он вышел из палаты и остановился возле аппарата — словно зная, что его ждет сладкий американо. Он взял его и размешал сахар.       — Спасибо, Лида.       Ночь того же дня. Время 3:55       В этот раз стрелки часов шли слишком медленно. Часто поглядывая на настенные часы, Мишель тихо расстегивала сумку. Достав из нее несколько папок, она открыла одну из них и прошлась глазами по плану больницы, где было несколько красных пометок. Проведя пальцем по карте, девушка обозначила нужную ей палату. Дальше Мишель достала файлы с паспортами, куда были вложены билеты. Раскрыв каждый, она проверила новые имена и фотографии, посмотрела рейс и разложила их по разным папкам. Отыскав лист с указаниями, Мишель дважды его прочла, затем достала из сумки ключи от квартиры и машины, снова нервно посмотрела на время и быстро сложила все вещи обратно.       Лида шла на крайние меры, отключая питание во всей больнице. Это был весьма отчаянный шаг с ее стороны, но, по всей видимости, другого варианта сделать все так, чтобы никто не пострадал, не было.       Прижавшись к двери, девушка внимательно следила за временем. Она приоткрыла дверь и стала выжидать. Когда стрелка сделала еще один круг, свет во всей больнице погас, и Мишель включила секундомер. Девушка рванула по темному коридору направо, а затем вниз по лестнице. Послышались голоса медсестер, пытающихся понять причину отключения, началась небольшая паника. Но ничто из этого не мешало Мишель двигаться вперед — до тех пор, пока где-то очень близко не раздался громкий топот.       «Черт», — пронеслось в голове Мишель.       Девушка зашла в первую попавшуюся палату, где мирно спали пациенты. Кто-то прошёл мимо по коридору. Прислушавшись к тишине, она снова вышла и продолжила путь. Избегая врачей, добежала до нужного отделения и, попав в правильный коридор, она быстро изучила номера палат.       «32», «35», «38»…       «Здесь»       Мишель остановилась напротив одной из дверей и медленно ее приоткрыла. На мгновение она замерла в дверном проеме — что-то мешало двигаться дальше. По телу пробежала дрожь. Взгляд приковался к полумраку, где на краю кровати, спустив ноги на пол, без движения сидел человек.       — Алекс? — Мишель еле выдавила из себя ее имя, однако осталась незамеченной. — Алекс!       Мишель глянула на наручные часы и сделала несколько шагов к кровати. Встав напротив Алекс, она попыталась заглянуть ей в глаза, но их взгляд был направлен в пол. Эта картина пугала. Будто перед Мишель сидел незнакомый человек.       — Нужно уходить.       Но ответа по-прежнему не было. Мишель наклонилась над девушкой, взяла за руку и, немного приподняв ее голову, смогла посмотреть ей в глаза — и на несколько секунд замерла от шока. Собравшись с духом, она достала из руки Алекс капельницу, помогла подняться и потащила ее к выходу. Та не сопротивлялась и послушно следовала за Мишель. Она не оглядывалась по сторонам, не пыталась узнать, что происходит. Казалось, девушка совсем не испытывала интереса к происходящему.       — Что делать?! — продолжались крики где-то неподалеку. — Аварийное обеспечение тоже отключено, аппараты не работают! Мы не можем оказать помощь людям на искусственной вентиляции легких!       — Отправьте к генераторам рабочих! Все медсестры — позаботьтесь о больных!       — Срочно врача в двадцать седьмую палату!       Алекс пыталась абстрагироваться от воплей, что эхом раздавались по больнице, но все попытки были тщетны. Девушки быстро спустились по лестнице на первый этаж. Мишель остановилась, держа девушку позади себя, и стала выглядывать, разведывая обстановку — и они снова двинулись вперед.       — Срочно нужна помощь в операционке!       Когда девушки оказались на подземной парковке, не доходя до машины, Алекс вырвала свою руку из руки Мишель и попыталась прикрыть уши. Ее ноги предательски подкосились и девушка упала бы на пол, если бы кто-то вовремя не подхватил ее сзади.       — Порядок? — обратился к ней мужчина с темными волосами.       Алекс его не расслышала, потому что ее уши были крепко закрыты руками, но прочитала по губам и одобрительно кивнула.       — Быстрее — время, — Мишель подошла к машине, рядом с которой стояли двое парней, села за руль и стала ее заводить. Она снова крикнула девушке, пытаясь докричаться до нее: — Алекс!       Но Алекс не обращала на нее внимания. Раскрыв уши и придя в себя, девушка неподвижно стояла, рассматривая парней перед ней. В один миг ее лицо побледнело. Она переводила взгляд с одного на другого и остановилась на мужчине, который все еще слегка ее поддерживал. Выглядел он не так уж плохо: пара заживающих ссадин и синяк под левым глазом.       Лев, чьи волосы были светло-русого оттенка, с трудом оторвал от нее взгляд и сел на заднее сидение машины. Из-за сломанного носа под глазами виднелись отеки. Макс отпустил девушку, убедившись, что она стоит сама, и тоже сел в машину на переднее сидение. Перед ней остался стоять коротко стриженный шатен, совсем еще зеленый парень.       — Алекс, на это нет времени! Садись в машину! — нервничая, кричала Миша, выглядывая из авто.       Но сейчас все внимание Алекс было сосредоточено на том парне. Тот тоже смотрел в ее сторону, облокотившись на капот из-за простреленной ноги. Здесь, в полумраке, он смотрел ей прямо в глаза, — и у нее создалось ощущение, что он был единственным, кто мог ее понять.       — Я убью его, — холодно бросила Алекс, наблюдая за реакцией парня.       Мишель застыла от шока, а два парня в машине опустили глаза. И только шатен даже не моргнул.       — Пожалуйста! Они запустят генератор через полторы минуты! — пытаясь перевести тему, снова крикнула Миша.       — Я убью его, — так же холодно повторила Алекс.       — Обсудим это в машине! — Мишель смотрела на наручные часы, мысленно просчитывая, успеют ли они выехать из зоны видимости камер видеонаблюдения, когда те включатся. — Я прошу тебя!       Алекс продолжала:       — С вами или без вас, но я это сделаю.       Мишель уже начинала паниковать, как вдруг раздалось короткое:       — Хорошо, — Митя, еле оттолкнулся от капота и, прохромав пару метров, медленно сел в машину.       Простояв еще несколько секунд секунд, Алекс села вслед за ним.       Ловко выезжая с парковки, Мишель подбавила газу, и машина быстро оказалась на дороге, оставляя больницу позади.       — А сейчас что? — первым заговорил Макс. — Домой?       Лев подался с заднего сидения чуть вперед:       — Скорее всего, — он по старой привычке потянулся поправить очки, которых на нем сейчас не было. — Квартиру опечатали. Когда заметят наше исчезновение, первым делом проверят ее.       — Не домой, — отрезала Мишель, переключая передачу.       Алекс мало волновало происходящее. Уставившись в окно, она наблюдала за множеством мерцающих огней ночного города. Девушка перевела взгляд на шатена: он рассматривал свои руки, изредка обращая внимание на разговоры остальных. Только они вдвоем сидели молча.       — Болит? — девушка показала на ногу.       — Нет, — парень тоже посмотрел на рану, — уже не болит, — и отвернулся к окну.       Митя видел знакомые улицы и уже понимал, куда они направляются.       — Выходим. — Машина остановилась рядом с пятиэтажками. Из всей команды это место было знакомо только двум людям.       — И где мы? — Макс рассматривал здание, пока все остальные выходили.       — Открывай, — Мишель протянула ключи Мите.       Тот кивнул и завел всех за собой в подъезд. Они поднялись на нужный этаж, и парень провернул ключ в замке одной из дверей.       — Лида выделила нам квартиру? — Лев стал осмотриваться. — Пустовато здесь.       — Это моя квартира, — Митя уже разулся и зашел в единственную комнату, закрыл тяжелые темные шторы и словил на себе удивленные взгляды двух парней.       — Вот в чем было дело, — Мишель подошла ближе и достала из сумки папки.       Алекс скользнула глазами по стене, на которой были закреплены переплетенные цветными нитями фотографии и листы с тестами, сняла висящий сбоку портретный снимок темноволосого мужчины и прикрепила его в центр.       — Ну что ж, — она опустила руки и уставилась на фото. — Вот так.       — Когда Лида думала, как все провернуть, — Митя достал из-под кровати еще несколько больших сумок, расстегнул их и взял одежду, — я рассказал ей об этом месте.       Ребята стали переодеваться, снимая с себя медицинские халаты.       — Хоть где-то я пригодился, — он помрачнел.       — Вот, — Мишель кинула на кровать файлы с документами и, достав из заднего кармана штанов резинку, завязала длинные кучерявые волосы.       Лев посмотрел на документы и протер глаза.       — Прости. Держи, — Митя протянул Лёве оставленные Лидой для него очки.       — Спасибо.       Надев их, тот принялся просматривать их новые имена, после чего обратил внимание на билеты на самолет.       — Мы на регистрацию не опоздаем? — спросил он у Мишель.       — Скоро выезжаем, — она накинула на себя свитер.       — Разные страны, — Алекс взглянула на билеты, покрутила их у себя в руках и снова отдала Лёве.       Они переглянулись.       — Не все, — он поправил очки. — Вы с Мишель полетите вдвоем, мы с парнями — отдельно.       Миша достала карты и документы из других файлов и положила все на кровать, чтобы каждый мог взять.       — Лида открыла нам новые счета и перевела на них наши деньги.       — Вот уж заморочилась, — прокомментировал Макс, забирая все, что предназначалось ему. — Оружие будет?       — Оно тебе не понадобится.       Митя застегнул толстовку.       — Лида сказала залечь на пару лет, так что даже не рыпайтесь.       — Все готовы? — Мишель убедилась, что каждый взял свои документы. — На дорожку сидеть не будем. Выезжаем.