Брошенные (*Или прозвище Умы)
26 июля 2020 г., 23:58
«В мою эпоху когда я жила во дворце, мы устраивали потрясающие банкеты. И вот теперь я здесь: забыта, изгнана, потеряна и почти мертва, как человек. В то время как, Тритон и его придворные веселятся» — Урсула («Русалочка»)
Брошенные
Когда-то две подруги, дочери двух злодеек-колдуний: Мэл дочь Малефисенты, Владычицы Тьмы. И Ума дочь морской ведьмы, Урсулы, были неразлучны и объединялись для совершения мелких шалостей. У Мэл были фиолетовые волосы, блестящие зелёные глаза и злобная натура. У Умы были бирюзовые волосы, глаза цвета морской бездны, и большая харизма. К счастью, для бедных и несчастных душ, живущих на Острове Потерянных, две подруги не проводили так уж много времени вместе. Поскольку жили они по разным сторонам острова и учились в конкурирующих институтах. Мэл училась в Дрэгон-Холле, а Ума в Серпент-Преп. Жизнь на Острове Потерянных, это — место куда изгнали всех злодеев, после того, как король Чудовища объединил все добрые королевства, и депортировал злодеев и их презрительных приятелей. А вернуть их назад было уже довольно сложно. С одной стороны, купол непроницаемо покрывал остров и окружавшую его воду, мешая проникнуть любому источнику магии или сети Wi-Fi. Но, с другой стороны, большинство жителей выживали на клочках Аурадонских земель и ужасном эльфийском кофе. Но жизнь летом всегда была немного хуже, когда кончался институт, потому что, тогда Мэл и Ума могли снова выйти на улицы. Они бушевали по всему острову, пугали жителей и, даже самых суровых хулиганов, и никто не осмеливался высказать ни малейшей жалобы. Из-за страха перед действительно страшным: матерями этих девушек… В жаркий июньский день, вскоре после того, как им исполнилось по десять лет, Мэл и Ума играли на причале у воды. Девочки подшучивали над экипажем Капитана Крюка, издавая тукующие звуки, чтобы напугать капитана пиратов и ещё больше заставить нервничать Сми. Они хитро посмеивались, за пустыми бочками, ведь их остроумная шутка пришла в действие. Один за другим пираты, спотыкались и падали на деревянные доски, покрытые почти невидимой грязью. Эта была идея Мэл, разлить воду из сточной трубы и мутную маслянистую пену на палубу. Она в восторге смеялась, что всё идёт так хорошо. — «А, вот и Круэлла Де Виль,» — сказала Мэл, когда увидела перед собой, выделяющуюся среди толпы пиратов, чёрно-белую шевелюру. — «За ней!» — скомандовала Мэл. Круэлла была её заклятым врагом. Она была одной из немногих с острова, кто не боялся ни Малефисенты, ни Урсулы. Для госпожи одержимой далматинцами, не составило бы и труда, не колебаясь, надрать им уши, когда они пытались сделать её своей жертвой. Две девочки было решили отомстить ей, в какой-то момент, но сначала они должны были хорошо подготовиться к этому. Они наблюдали, как она прогуливается по пирсу, в рваной пятнистой шубе на плечах, ослепляя всех, на своём пути. — Что она здесь делает? — прошептала Ума. — Баржа эльфов вот-вот прибудет, и ей это нравится; быть первой, кто увидит груз, — невнятно ответила Мэл, и прервалась, когда Круэлла подходила всё ближе и ближе к месту, где они прятались. — Она надеется, что кто-то выкинет старую шубу, — добавила Мэл. Девушки смотрели друг на друга с озорным блеском в глазах. Мэл побежала, чтобы вылить на дорогу, где шла Круэлла ведро отвратительно вонючий грязи. Но ведро весело слишком высоко для неё. — Быстрее! — прошептала Ума, и подбежала, чтобы тоже схватиться за ручку. — Я сделаю это! — воскликнула Мэл. — Теперь моя очередь! — крикнула Ума, — Ты уже сделала это с Гастоном! Мэл издала мрачное хихиканье, вспомнив, какой этот парень здоровяк: про скользил на попе по пирсу и в конце влетел в перила, с громким грохотом и огромным всплеском. И всё это произошло на глазах его детей. Ума потянула ведро к себе. — Прекрати! Отпусти его! — потребовала Мэл. — Сама отпусти! Ты обольёшь меня! — пожаловалась Ума. Обе схватились за ведро и, когда Ума сделала новый рывок, Мэл выпустила ручку из рук, опрокинув все его содержимое. Она подскользнулась и упала в собственную склийскую лужу. — Мэл! — крикнула Ума, когда её подруга про скользила вдоль причала, покачиваясь, пока не достигла его конца. — На помощь! Помоги мне! — кричала Мэл, пытаясь ухватиться за деревянные доски, когда мчалась к морю, — Я не умею плавать! Ирония была в том, что эта была её собственная идея, и она попалась в собственную ловушку. Для Умы это было слишком забавно: видеть как её фиолетовая подруга, скользит по доскам, как мокрая рыба, бьющая хвостом. И вместо того, чтобы бежать на помощь своей подруге, морская колдунья осталась там смеяться. Мэл прошмыгнула во весь опор, перед бандой пиратов и озадаченной Круэллы Де Виль и исчезла в воде. Это вызвало ещё больший приступ смеха у Умы. — Мэл! — крикнула она, подбегая к концу причала. — Мэл! Где ты? Ты в порядке? — Она вытянула шею, ища хоть какой-то признак своей подруги в этом бурлящем море. У неё почти остановилось сердце, потому что фиолетовые волосы Мэл нигде не виднелись среди волн. Возможно, Малефисенте бы это показалось забавным, что Мэл упала в воду, но ей бы не было смешно, если бы её единственная дочь исчезла навсегда. — Мэл! Где ты? — крикнула Ума, уже немного отчаявшись. Ума почувствовала, что кто-то похлопал её по плечу и, обернувшись, она увидела свою подругу, стоявшую совершенно сухой. — Ты не упала! — воскликнула она с облегчением. — Я успела ухватиться за лестницу, — сказала Мэл. — Слава богу, ты в порядке! — Да, я в порядке, — ответила подруга со сладкой улыбкой, но вдруг нахмурилась; — Но ты не спеши! — крикнула она и, прежде чем Ума успела моргнуть, Мэл схватила ведро, (огромное и полное вонючих креветок), которое было у неё за спиной, и опрокинула его на голову Уме. Как раз вовремя, Мэл добралась до причала, чтобы увидеть, как гоблины сбрасывают последний пакет с баржи. Она хоть и была в ярости на свою подругу, но смеялась над своей плохой выходкой, решив, что Уме тоже немного не повезло. А Ума всё кричала и кричала... К сожалению, эта слизь с креветками так и не смылась с волос Умы, как бы она ни мыла их. Но хуже всего было то, что "криветка" прозвище, которое она получила в тот роковой день, имело успех, и, начиная с того дня, за её спиной, разумеется, все звали её Ума криветка. За исключением Мэл, конечно, она называла её так в лицо. От детского сада до подросткового возраста. Враждебность между двумя подругами со временем становилась сильнее и умножилась, особенно во время игры "Супер Зловещие," в которую они играли на вечеринке. По случаю их тринадцатого Дня Рождения, который они праздновали в одну и ту же ночь. И каким-то образом Мэл всегда выигрывала. Но Ума знала, что когда-нибудь настанет день, когда она победит её в своей собственной игре. И этот день когда-нибудь настанет.. ***
Три года спустя этот день так и не наступил. И уже тем более не наступил после того, как блестящий черный лимузин подъехал к Острову Потерянных. Ума никогда прежде не видела такой машины. Единственным средством передвижения на острове были эльфийские рикши, старые скейтборды и ржавые велосипеды. Было ясно, что лимузин - это больше, чем просто автомобиль; он был с роскошной короной на капоте, а салон был украшен мягкими кожаными сиденьями и наполнен сладкой газировкой и сладкими вкусняшками, чтобы перекусить. Что эта машина делала там, посреди забытого остова в окружении злодеев? Молодая морская ведьма пробиралась вперёд распихивая всех локтями, пока не достигла зияющей толпы, чтобы лучше видеть то, что происходит. Ей было шестнадцать лет, она была невысокой для своего возраста, но компенсировала это своей поразительной фигурой. Её бирюзовые волосы, собранные в каскад и длинные косички, опускались по её спине. Она любила кожаные лоскутные платья и пинетки украшенные рыболовными сетями и ракушками. На самом деле, Ума была одной из самых красивых девушек на острове, правда у неё не было интереса к рыбалке, как у парней из её шайки. Но сюда она пришла потому что должна была поймать большую рыбу, прямо сейчас для ресторана её матери, где она работала. Группа людей состоящая из негодяев, задир и головорезов (а точнее: население острова) издавали "охи" и "ахи," при виде этой замечательной машины. Никто не знал, зачем и для чего он здесь, но прежде чем в толпе начались беспорядки двери замка Малефисенты открылись и Иви, Карлос и Джей вышли из него со своими чемоданами, а за ними последовали из родители. — Принеси золото домой! - крикнул Джафар. — Я хочу щенка! - выкрикнула Круэлла Де Виль. — Принца! - крикнула Злая Королева. Ума повернулась к парню слева от неё: — Что происходит? - спросила она. — Они уходят? Парень злобно кивнул, едва скрывая испытываемую им зависть. — Ходят слухи, что они уезжают в Аурадон. — В Аурадон? Но почему? - воскликнула Ума, заинтригованная и ужаснувшаяся. — Чтобы пойти в институт, или что-то в этом роде. Их выбрали в Академию Аурадона. Карлос, Джей и Иви сели в машину. — Кто-то ещё уходит? - спросила Ума, как раз когда четвёртый человек проходил через ворота замка. Эта была Мэл, которая с сердитым лицом отдала рюкзак водителю. Очевидно, она тоже была выбрана. Ума увидела, как Мэл посмотрела на балкон, на котором стояла Малефисента, поднимавшая посох на прощанье. Её зелёные глаза сверкали. А через мгновение фиолетовая голова Мэл скрылась в лимузине. Вместо того, чтобы испытывать радость при виде унылых и злобных лиц четырёх дитей-злодеев, Ума почувствовала лишь немного.. зависти. Почему они не выбрали её, чтобы покинуть Остров Потерянных и жить в Аурадоне? Она не была достаточно злой? Или в ней было слишком мало особенного? Почему они оставили её здесь, как гоблина в мусорной куче? Почему они выбрали Мэл вместо неё? Ума должна была найти выход с Острова Потерянных. Если Мэл и её банда будит жить в Аурадоне, то это то место где она должна быть. А не на острове день за днём в "Рыбном баре" Урсулы, где подают рыбные пироги и тушёное мясо и объедки со стола аурадонцев. Ума была особенной: она была дочерью морской ведьмы и эта сила, которой она обладала! Ей нельзя было просто так сидеть в этой тюрьме! Но ничего нельзя сделать. Проходили недели и они были не простыми. Не было выхода с Острова Потерянных. Как бы она не хотела сбежать, это было просто невозможно.***
Но однажды, а точнее через несколько месяцев..., в один день ни чем не отличавшимся от других, произошло невиданное. Ума была в своём любимом салоне красоты Curl Up & Dye, и косилась на телик, сидя под феном для волос. Коронация. — Я бы хотела быть там, — со вздохом проговорила парикмахер, когда прекрасный принц Бен наклонил голову, чтобы принять корону и обязанности, которые переходили ему с ней. — Ммм.. — буркнула Ума, оставшись равнодушна к пышности и славе из Аурадона. В отличии от молодой Диззи, внучки-злючки, которая подметала волосы на полу и не могла отвезти глаз от экрана. В этот миг, Фея-Крёстная протянула свою палочку, но вдруг кто-то схватил её, и огромный взрыв сотряс весь остров. — Что это было? — закричала Ума, вскочив со стула выскочила наружу: как раз во время, чтобы увидеть тёмную форму, поднимающуюся в небо и летящую, как душа дьявола. — Магия! Купол снят! — услышала она чей-то крик. — Малефисента сбежала! Как и остальные жители острова, Ума знала, что это её шанс: Пора уходить! Пришло время бежать с Острова Потернных, навсегда! Однако, был только один способ добраться до материка, поэтому всё население вышло на берег. Ума последовала за толпой, которая бежала к причалам, чтобы найти лодку это - единственный выход. И в тот момент, когда она успела взабратся на последнюю лодку гоблинов (а они уже прошли несколько миль вглубь моря), купол снова закрылся. Они повернулись к невидимой стене. Что? Как? Ума прижалась носом к невидимому барьеру и издала пронзительный крик от досады. Она всё ещё была в ловушке под куполом, полной колдунов и колдуний. После этого дня измученная Ума долго воображала, как она и её друзья празднуют свою победу: танцуют в замке, в то время как неподалёку взрываются фейверки. И это будет! Как у Мэл и её банды. Как только они покинут остров. Уме трудно было это признать, но она не могла сделать это в одиночку. Как там говорилось в поговорке? "Никто из нас не остров?" Никто не должен жить в одном месте вечно, по крайне мере, если бы у него была возможность выбирать. В этот самый момент, Ума по-настоящему задумалась о том, чтобы собрать настоящую банду. Ни один друг не позволит другому остаться на Острове Потерянных.
