By My Side

OST: Skillet — Falling Inside the Black

Вернуться в Дом удалось только через два дня. К этому времени люди Ичжоу раз десять перепроверили каждый угол, перетряхнули каждую пылинку и могли с аптечной точностью отчитаться по любому пункту, который касался безопасности Дома или мастерской. Чжань старался загрузить себя работой, но пока это ему мало помогало. Бессонница словно с цепи сорвалась, и ему уже стало казаться, что в последний раз он спал нормально несколько лет назад. Если вообще когда-то с ним такое случалось. Нужно ли говорить, что хроническая усталость и напряжение не могли пройти даром? Чжань то и дело совершал элементарные, глупейшие ошибки в расчётах, путал строчки в договорах и спасался только тем, что просил Хайкуаня перепроверять за ним всё, что делал. Вот и сейчас он снова ожидал друга в своём кабинете, а пока тот шёл, коротал время за очередным — он давно потерял им счёт — стаканом виски. Принято считать, что алкоголь помогает расслабиться, забыться и даже отключиться от текущих проблем. Однако в последнее время Чжань начал сомневаться в истинности подобного утверждения. Хотя бы потому, что ему виски не помогал вовсе. Наоборот, временами всё делалось только хуже, когда в крови бродил градус, а на языке поселялся отчётливый привкус солода. Чжань хотел и должен был уметь выбрасывать из головы то, что не имело значения для его жизни и его бизнеса. Например, всякие воспоминания о Ван Ибо, о поцелуях с ним и планах, которые так и не удалось воплотить в жизнь. Ему хотелось пройтись по своей памяти гигантским ластиком, чтобы стереть из своего прошлого те эпизоды, которые так сильно отравляли его настоящее. Вместо этого выпитый виски только подсвечивал эти самые эпизоды, выхватывал их из привычного течения жизни, как фары дальнего света — дорожное полотно, заставляя Чжаня снова и снова переживать одни и те же мучительные чувства. Чжань раз за разом вспоминал их странное знакомство, случайное и в то же время подозрительно неестественное, их разговоры, странные и нелепые отговорки Ибо и обрывочные факты, которые никак не складывались в цельную картинку. Кем был этот человек? За кого он себя выдавал? Чего он хотел от Чжаня, в конце концов? Секса? И только? Чжань сам себе отвечал, что это полная чушь и такого не могло быть. Чтобы потрахаться всласть, можно было так не заморачиваться. А этот странный человек явно пытался проникнуть как можно глубже в его жизнь, стать ближе, переступить черту внутреннего круга, в который Чжань допускал только самых близких. И Чжань, разумный, сдержанный, мудрый человек, с нуля выстроивший свою маленькую империю, внезапно позволял втираться к себе в доверие. И даже почти совершил откровенную глупость, когда сам предложил Ибо поехать с ним в убежище. Как ещё в Дом не догадался привести? Чжань сейчас старательно препарировал свои мысли и поступки и вяло удивлялся самому себе. Как он мог вообще так поступать? Почему он совершал ошибки одну за другой, а никто даже не пытался его остановить и одёрнуть? Ладно, не совсем никто. Ичжоу с Чжочэном как раз пытались. И будь их воля, Ибо уже давно общался бы по душам с демонами в аду. Почему в аду? Потому что в рай его бы точно не взяли. Нечего там делать людям, которые одним поцелуем могли выпить чужую душу. Чжань фыркнул, признав, что его не слишком трезвые мысли опять сбились с пути, потёр грудину, где уже давно обосновалась тянущая, неприятная пустота, а потом спустил босые ноги на пол и встал. В комнате, которая служила ему одновременно и маленькой гостиной, и кабинетом, висела густая дымная завеса, но Чжаню даже в голову не приходило открыть окно и впустить свежий воздух. Он изредка разгонял дым рукой, как будто это могло помочь, а потом снова о нём забывал. — Босс, можно? — Хайкуань для приличия пару раз стукнул костяшками пальцев по дверному косяку, а потом вошёл, даже не дожидаясь разрешения. — Ты решил здесь газовую камеру устроить? — Вроде того, — Чжань повёл плечами в бесплодной попытке избавиться от скопившегося в мышцах напряжения. — У меня есть ещё немного бумажек для тебя… — Не сомневаюсь, — Хайкуань кивнул. Он не стал спрашивать мнения Чжаня, а просто одно за другим распахнул все окна. В комнате сразу же стало холодно и шумно. — Такой дождь хороший идёт… — Что в нём хорошего? — совершенно искренне удивился Чжань, не сумев уловить ход мыслей Хайкуаня. — Да всё, — тот явно не ожидал такого вопроса. — Просто… Мы только недавно вернулись с Цзанем… Вымокли просто до нитки. Знаешь, как подростки. Даже бельё намокло. Пока в душ, пока согрелись… — А ты знаешь толк в извращениях, — Чжаню даже думать о том, чтобы выйти сейчас под дождь, было неприятно. — В общем, мне нужно, чтобы ты сегодня просмотрел все бумаги… — А ты больше ничего у меня спросить не хочешь? — вдруг перебил его Хайкуань, и Чжань напрягся, насторожился и даже оглянулся по сторонам, словно искал подсказку, что именно он должен был спросить. — А должен? — Чжань наконец нашёл потенциальную тему для возможных вопросов, но мысленно пожелал себе ошибиться. — Ты мог бы, — Хайкуань устроился на диване со своим неизменным лэптопом и принялся открывать какие-то файлы. — По крайней мере, когда ты с ним целовался, мы все решили, что он тебе интересен. — Кто? — спросил Чжань мигом севшим голосом. — Ибо? — Уж не знаю, Ибо он на самом деле или ещё кто, но я реально думал, что вы сожрёте друг друга, — Хайкуань зачем-то тянул интригу, и Чжаню тут же захотелось взять его за грудки и встряхнуть. — Ты что-то нашёл? — Чжань инстинктивно взялся руками за горло, словно это могло помочь ему сглотнуть и не задохнуться. — Если бы, — Хайкуань усмехнулся. — Я не только никого не нашёл, но и кое-кого потерял. — То есть? — Чжань окончательно перестал что-либо понимать. — Кого ты потерял? И как? Ты можешь объяснить нормально? — Я объясню, когда ты дашь мне сказать. Сядь, — он похлопал ладонью по месту рядом с собой. — И на виски не смотри, мне нужно, чтобы ты соображал… — Быстрее! — Чжань начал терять терпение. — Смотри, — Хайкуань придвинул к дивану столик и пристроил на него лэптоп. — Ты же помнишь, что я тебе показывал? Мелкая контора по продаже канцелярки, профайлы сотрудников, клерки отдельно… И вуаля! Ничего не замечаешь? — Нет, — Чжань мельком просмотрел список. — А что я должен заметить? — Как минимум — отсутствие твоего драгоценного Ибо в этом списке. А ведь ещё пару дней назад с его профайлом было всё в полном порядке. И знаешь, я поднял кое-какие документы по верхам… Этого имени нигде нет больше. — Ты можешь нормально сказать, что ты раскопал? Я пока ничего не понимаю, — мысли Чжаня метались как напуганные шумом птицы. Он понимал, что ответ лежит на поверхности, но никак не мог за него ухватиться. Похоже, виски наконец начал действовать так, как от него ожидалось, жаль только, что не вовремя. — Смотри, профайл твоего интереса исчез, а вместе с ним из бумаг компании исчезла и вся информация о сотруднике. Если, конечно, она там вообще была. Если бы Ван Ибо просто уволили, то осталась бы персональная информация в картотеке, данные по зарплате за прошлые месяцы... Кто это вообще удаляет? — Никто, — Чжань пожал плечами. — На что ты намекаешь? — Да я не намекаю, я тебе прямым текстом говорю уже! — Хайкуань тяжело вздохнул. — Не тупи, Чжань, давай! Как мы и подозревали, кто-то зачем-то создал липовый профайл для твоего Ибо. — Он не мой! — возмутился Чжань, и Хайкуань тут же насмешливо вскинул бровь, мол, это всё, что ты услышал из моих слов? — Да плевать! Но я не просто так не могу найти больше ничего другого. Кто-то очень тщательно скрывает его настоящие данные. И я сейчас не уверен, что такое под силу даже верхушке нашей полиции. Я думаю, он из более серьёзных структур. И он сейчас явно завершил своё задание, раз эта личность больше не нужна. — Ибо? — Чжань нахмурился, всё ещё не позволяя себе до конца осознать, что на самом деле произошло. — Ибо, — Хайкуань кивнул. — И я теперь на тысячу процентов уверен, что он не просто так появился в мастерской. — Ты думаешь? — Чжань и сам был уверен на эту тысячу процентов, но не собирался признаваться в этом даже самому себе, не то что Хайкуаню. — И ты тоже! Чжань, соберись! — одёрнул его Хайкуань. — Не могу, — Чжань покачал головой. — Я много выпил и очень долго уже не спал. Я ничего не соображаю… — Да я вижу! — Хайкуань вздохнул. — Тогда давай по-другому сделаем. Ты сейчас ляжешь и попробуешь отдохнуть… Заснёшь или нет — неважно, но хоть протрезвеешь, а потом мы поговорим ещё раз. Сейчас от тебя толку нет. — Потом тоже не будет, — Чжань поднялся и принялся ходить по комнате. — Я не могу лежать, я не хочу. Мне нужно чем-то заняться. — Да боже упаси! — Хайкуань замахал руками. — Из тебя сейчас не работник, а сущий бракодел. Так что бумаги лучше не трогай. Меня эти твои поделки, которые я до утра правлю, только раздражают. — Я в мастерскую поеду, — решил Чжань, который и сам уже понимал, что толку от его работы не было никакого. — Не советую, — Хайкуань напрягся. — Не знаю, в курсе ты или нет, но пока ты тут сидел… твой Ибо каждый день заезжал в мастерскую и спрашивал про тебя. В последний раз даже с Бинем сцепился. — Как сцепился? Подрался, что ли? — Чжань так удивился, что пропустил очередное притяжательное местоимение. — Почти, вовремя успели растащить, — Хайкуань даже усмехнулся. — Темпераментный, что ты будешь делать. Бинь, конечно, тоже молодец, рявкнул на него, что здесь мастерская, а не ночной клуб. И что у босса — то есть у тебя — дел по горло, ему некогда дожидаться всяких там зануд на утюгах… Слово за слово — и понеслось. Пока Ичжоу подоспел, Бинь уже успел ему прописать кулаком по зубам, а потом ещё и за монтировку схватился. Пара минут — и нам бы пришлось прятать труп. — А Ибо не сопротивлялся разве? — Чжань искренне удивился. Он не мог поверить, что такой человек, как Ибо, мог просто стоять и позволять себя бить. Слабо верилось, что он даже один удар мог пропустить. — Вот и я тоже удивился. Он, конечно, руку выставил, чтобы по голове монтировкой не отхватить, но сам нападать не стал. Но знаешь, я думаю, он не просто так это сделал. Я, конечно, в этом не специалист, но Ичжоу сказал, что закрывался он очень грамотно и вообще практически в стойке стоял. Так что… я думаю, Биню очень повезло, что у твоего парня были другие цели. — Он не мой парень! — выдохнул Чжань, но Хайкуань отмахнулся от его возражения, как от назойливой мухи. — Чжань, ты не на то обращаешь внимание. Я тебе говорю, что он тебя ищет и пытается тебя увидеть. А ещё очень старается произвести впечатление… — У него всё ещё есть мой номер телефона… — Чжань, конечно, сам его заблокировал, но он едва ли смог бы заблокировать все неизвестные номера. — На звонок на который ты ему не ответишь. Ты же его номер стёр? — Заблокировал, — Чжань согласился. — А незнакомые я вообще не беру. — Ну вот тебе и ответ, — Хайкуань закрыл крышку лэптопа и встал. — Давай свои бумажки, я пойду поработаю. А ты всё же попробуй отдохнуть. Цзань с Яном хотят вечером в наш клуб завалиться, говорят, там группа какая-то выступать будет… Так что можешь к нам присоединиться. — Пятым колесом? — невесело усмехнулся Чжань. — Нашим другом, — Хайкуань сохранил невозмутимость. — И вообще, клуб — тоже отличное место для знакомства. Можно даже с продолжением. — Ты знаешь, о чём говоришь, — Чжань не собирался осознанно давить на больное место, но теперь уже поздно было забирать свои слова обратно. — Я знаю, — Хайкуань на долю секунды помрачнел, но потом его лицо разгладилось. — Если бы не тот клуб, я был бы сейчас как ты. Так что… Всё к лучшему. — Один — один, — Чжань вынужден был признать ничью в обмене болезненными уколами. — Ладно, если соберётесь куда, дайте мне знать. Всё лучше, чем здесь сидеть. — Договорились, — Хайкуань кивнул, и вскоре уже скрылся за дверью, а Чжань тяжело опустился на диван, повозился, а потом и вовсе лёг, кое-как пристроив длинные ноги на подлокотник. В чём-то Хайкуань был однозначно прав. В его ситуации всё действительно обернулось к лучшему, хоть и началось так, как нормальные фильмы о любви не начинаются. Чжань и сам хорошо помнил то мелкое, тощее и по-звериному наглое существо, которое сначала пыталось стащить у Хайкуаня бумажник, а потом откровенно предлагало себя за любые деньги, лишь бы хватило на дозу. Хайкуань от щедрого предложения отказался и даже мягко оттолкнул мелкого зверёныша от себя, но потом случилось то, чего никто из их компании не ожидал. Неожиданно большие чёрные глаза этого создания словно остекленели, а по грязным щекам покатились чистые, крупные слёзы. Чжань дорого дал бы, чтобы раз и навсегда развидеть, стереть это зрелище из памяти. Даже у него, привыкшего к злобе и жестокости этого мира, что-то сжалось внутри, а Хайкуань, как тогда показалось, просто утратил разум, до глубины души потрясённый чужой болью, отразившейся во взгляде и вырвавшейся наружу слезами. И даже робкая попытка Ичжоу намекнуть, что эти слёзы — только игра, чтобы разжалобить и добиться своего, ни к чему не привела. «Зверёныша» привезли в Дом, отмыли до скрипа и потом ещё долго лечили от зависимости и других сопутствующих болячек. Поначалу тот сопротивлялся, даже пару раз пытался сбежать, но Хайкуань каждый раз был начеку и успевал вернуть его обратно до того, как парень смог бы добраться до дилера и снова рухнуть в дурман и наркотические грёзы. Чжань, если честно, не был уверен, что из этой затеи вообще выйдет что-то путное. Ему не верилось, что зависимого человека, упорно отталкивающего руку помощи, что-то могло остановить и удержать от такого желанного падения в бездну. Он не верил в целебную силу ласковых разговоров Хайкуаня и его нежную заботу, но не вмешивался и своим людям запретил. Они только охраняли, кормили, приглядывали и выполняли другие распоряжения Хайкуаня, которому Чжань дал карт-бланш. Но ему, как и другим, пришлось поверить, когда после одной из сделок они вернулись в Дом практически «на щите». Только чудом удалось не оставить никого там, где нечистые на руку партнёры устроили массовый расстрел, чтобы избежать необходимости платить, но многие были ранены, и тяжело. У Чжаня от того раза осталось два шрама: на плече и на рёбрах — пуля прошла по касательной и лишь слегка задела мягкие ткани. Хайкуаню повезло куда меньше, и Чжань всерьёз опасался, что они даже не успеют довезти его до Дома. Но, видимо, любовь не только грела, но и возвращала к жизни тех, кто был ей особенно предан. Доктор, которому Чжань заплатил просто заоблачную сумму, сделал всё возможное, чтобы извлечь пулю, которая застряла у Хайкуаня в груди, только чудом не задев сердце. Но на этом его роль в исцелении Хайкуаня закончилась. Неласковый «зверёныш», маленький злобный дьявол, как его называли между собой обитатели Дома, вмиг превратился в самую заботливую и внимательную на свете сиделку и сестру милосердия. Он не отходил от постели Хайкуаня ни на шаг и никого к нему не подпускал. Сам менял повязки, давал лекарства и даже с ложечки кормил, когда Хайкуань пришёл в себя. Чжань своими ушами слышал сначала горячие мольбы и уговоры очнуться, открыть глаза и не оставлять его здесь одного, а потом ласковые и страстные обещания, которые сыпались из маленького дикаря как из рога изобилия. Остальным, правда, пришлось мириться с другой стороной этого существа, и именно тогда у Цзаньцзиня, маленького злобного дьявола, появилось прозвище Госпожа. Даже Чжань не мог не согласиться, что бразды правления в Доме фактически перешли в руки бывшего наркомана, и никто даже не заметил, как это случилось. Свою роль сыграла и тревога за Хайкуаня, и потребность зализать собственные раны, и острая необходимость решить насущные проблемы. Чжань приложил все усилия, чтобы дать своим уже бывшим партнёрам понять, что так дела не делаются. И что таким методам в его бизнесе места нет. А когда он разобрался наконец и снова смог обратить внимание на ситуацию в Доме, уже поздно было что-то менять. Хайкуань, если бы мог, целыми днями носил бы Цзаньцзиня на руках просто так. Или хотя бы руки ему целовал. Но Цзаньцзинь, убедившись, что Хайкуаню больше ничего не угрожает, успокоился и даже попытался оттолкнуть его от себя. Ничего не вышло, и теперь уже Хайкуань не собирался отходить от объекта своей любви ни на шаг. Постепенно все привыкли, что Хайкуань везде таскает Цзаньцзиня с собой, а временами даже превращает деловые встречи в романтические свидания. Пару раз Чжань слышал какие-то возражения, но делал вид, что не понимает, о чём речь. Для него Цзаньцзинь, выходивший его друга и позволивший ему самому решать другие проблемы, моментально стал человеком самого близкого круга, тем, к кому не страшно повернуться спиной, даже если весь мир горит… Дверь едва слышно приоткрылась, и в комнату кто-то вошёл, но Чжань поспешил прикрыть глаза и притвориться спящим. Сейчас у него не было желания что-то кому-то объяснять. Незваный гость первым делом закрыл все окна, оставив только одно в режиме проветривания, а потом бережно укрыл Чжаня пледом. — Спи-спи, — едва слышно прошептал Цзаньцзинь, и Чжань едва не выдал себя, готовый ответить, что он не спит. — Всё будет хорошо. Чжань стоило огромного труда сдержать едкий смешок, рвавшийся изнутри. Хорошо? У таких, как он, хорошо быть не могло. И на днях Чжань в очередной раз в этом убедился. Впрочем, виски наконец сделал своё чёрное дело, и вскоре Чжань смог наконец ненадолго забыться сном. Наверное, он мог бы проспать до самого утра, но его разбудил неожиданно весёлый голос Цзияна: — Сюань сказал, что ты с нами… Чжань? — Цзиян замер на пороге и смутился, когда увидел Чжаня на диване, укрытого пледом. — Ты спал? Прости! — он даже побледнел немного от волнения. К этому времени уже весь Дом был в курсе проблем Чжаня со сном. — Я тебя разбудил? — похоже, Цзиян всерьёз испугался и вцепился в дверной косяк, чтобы хоть как-то удержаться на ногах. — Нормально всё, — Чжань сел на диване и потянулся. Отдохнувшим он себя не чувствовал, скорее ещё более разбитым и потасканным. — Я собирался с вами, так что всё равно пришлось бы вставать… — Но ты так мало спишь, — Цзиян всё ещё нервничал, и Чжаню пришлось призвать на помощь всё своё красноречие, чтобы убедить его успокоиться и не переживать так бурно. — Ничего, — Чжань махнул рукой. — Сейчас приму душ — и будет нормально. Вы уже решили, куда вы хотите? — Да, — Цзиян кивнул. — Мы решили, что "Лань" — это отличное место, чтобы провести вечер. Там такой устричный бар… — Ян, ты рекламируешь мне мой же клуб, — Чжань усмехнулся. — "Лань" так "Лань", мне сейчас, в общем-то, всё равно. Ты мне лучше скажи, полчаса у меня есть? — Есть… — Цзиян сверился со своим телефоном, — минут сорок ещё. Сюань хотел вытащить кого-то ещё в клуб, то ли партию деталей обсудить, то ли ещё что… Но мы с Цзанем будем танцевать. И есть. — Не сомневаюсь, — Чжань усмехнулся. В том, что Цзаньцзинь будет есть практически всё время, он даже в мыслях усомниться не мог. С тех пор, как тот избавился от зависимости, он начал поглощать еду просто в космических объёмах. Куда потом девалась эта еда, никто так и не выяснил, потому что за всё это время Цзаньцзинь не поправился ни на грамм и без одежды выглядел как жертва концентрационного лагеря для евреев. Цзиян дразнил его за это ведьмой, но всегда заботился, чтобы в машине хотя бы шоколадка была, если они куда-то выезжали вместе. — Тогда встречаемся внизу в гостиной, — Цзиян виновато улыбнулся. — И прости меня ещё раз, пожалуйста. Я правда не знал, что ты спишь. — Да в порядке всё, — Чжань криво улыбнулся. — Я буду готов ко времени. Когда дверь за Цзияном закрылась, Чжань позволил себе несколько минут безделья и две подряд сигареты, отчего практически выветрившийся запах табака снова распространился по кабинету. Ни в какой клуб ему не хотелось, но и от сидения в Доме взаперти толку было мало. Он уже достаточно времени провёл в изоляции, пытаясь справиться с обуревавшими его чувствами, но так ни к чему и не пришёл. Стоило сменить тактику и попробовать зайти с другой стороны. К тому же он был нужен друзьям, которые взвалили на свои плечи управление бизнесом, мастерской, клубами, Домом и всем остальным, что Чжань успел утащить под своё крыло. Пора было хоть немного их разгрузить и заняться своими прямыми обязанностями. Контрастный душ, некоторое количество косметики, а также дорогой дизайнерский костюм сделали своё дело. Из большого зеркала в спальне на него смотрел молодой император, хозяин огромного бизнеса и просто человек, наделённый чудовищной властью. Чжань ещё раз поправил и без того безупречно сидевший пиджак, зачем-то сунул в карман ключи от своего домика на побережье, а потом уверенно вышел и спустился по широкой лестнице вниз. — Ого! — одобрительно присвистнул Хайкуань, а Цзаньцзинь одобрительно поднял вверх большие пальцы. — Супер, босс, — расплылся в улыбке Чжочэн. — Ты очень… — Секси, — подсказал Цзиян, спустившись по лестнице вслед за Чжанем и тут же прильнув к боку Хаосюаня. — А мы точно не можем просто развлечься? Обязательно тащить туда этих… Мы же потанцевать хотели. И покушать… — Мы быстро, — Хаосюань ласково тронул губами его висок. — А потом я с удовольствием посмотрю, как ты танцуешь. — И в устричный бар сходим? — кокетливо спросил Цзиян, хоть и так уже было понятно, что Хаосюань исполнит любой его каприз. — Сходим, — согласился Хаосюань. — Как мы можем просидеть целый вечер в "Лань" и не сходить в твой любимый устричный бар? — Мы готовы, Ичжоу, — Чжань улыбнулся, не отказав себе в удовольствии понаблюдать за этой идиллией. — Можем выезжать.