By My Side

OST: One Ok Rock — Liar

Новые поставщики, с которыми Хаосюань пытался договориться о поставке крупной партии деталей, с самого начала показались Чжаню подозрительными. Они то и дело норовили соскочить с темы и перевести разговор на то, что никак не должно было касаться их напрямую. Чжань лениво курил и наблюдал за тем, как на лицах людей сменялись выражения, напрямую зависевшие от направления разговора. Он уже успел заметить и плохо прикрытую восхищением зависть, и неприязнь, и даже откровенную досаду. Следовало признать, что Хаосюань выбрал не самое лучшее место для того, чтобы торговаться с людьми, которые жаждали денег даже больше, чем Чжань в самом начале своего становления. А клуб "Лань" каждой своей деталью интерьера, каждым предметом мебели, каждым бокалом вина буквально кричал о том, что даже если бы каждый сантиметр здесь оклеили золотом, то это всё равно обошлось бы дешевле. Чжань взял со стола бокал и мягко покачал его в пальцах. Переговоры зашли в тупик, но в этом точно не было вины Хаосюаня. Наоборот, тот действовал более чем грамотно, задавая разумные вопросы и прощупывая потенциальных партнёров так, чтобы они не сразу заметили пристальный интерес. Хайкуань сидел чуть поодаль и не выказывал практически никакого интереса к обсуждению, погружённый в свой лэптоп. Впрочем, Чжань мог бы смело спорить на деньги, что он ловил и фиксировал каждое слово, чтобы потом проанализировать их ещё раз в более спокойной обстановке. Чтобы хоть немного себя развлечь, Чжань решил всё же вступить в разговор, перетянув часть огня на себя, но успел только пристроить нетронутый бокал с вином на стол, когда рядом с ним появился чуть раскрасневшийся, а от этого ещё более красивый Цзаньцзинь. Он прихватил с блюда, стоявшего в центре стола, кисть винограда, забросил одну ягоду в рот и раскусил с таким удовольствием, что на него тут же отвлеклись и хозяева, и гости. Но если Чжань и его друзья уже давно привыкли к подобным чудачествам Госпожи, то для их собеседников такая неприкрытая демонстрация собственного зашкаливающего эротизма стала полнейшей неожиданностью. Цзаньцзинь же, сбив людей с толку и в пыль разметав их сосредоточенность на сделке, как ни в чём не бывало улыбнулся, оторвал от грозди ещё одну ягодку, а потом неожиданно поманил к себе Чжаня. Хайкуань не мог этого не заметить, но уровень их доверия друг другу находился где-то за гранью человеческого понимания, поэтому он даже бровь не приподнял, чтобы выразить своё удивление. Наоборот, Хайкуань вообще никак не подал виду, что имеет право на эмоциональную оценку ситуации. Цзаньцзинь же, завладев вниманием Чжаня, дразнящим движением провёл по его губам сочной ягодой, а потом быстро сунул её себе в рот. — Переигрываешь, — одними губами прошептал Чжань, но Цзаньцзиня не так-то просто было сбить с толку. Он снова наклонился к Чжаню, на сей раз так близко, что издалека это можно было даже принять за поцелуй, а потом очень тихо проговорил: — Там за барной стойкой сидит человек, который тебе небезразличен. — Ибо? — Чжань едва удержался, чтобы не отшатнуться от Цзаньцзиня. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы вернуть себе контроль за лицом. — Что он делает? — Пока что просто напивается, — Цзаньцзинь очень тщательно следил, чтобы ни слова из их разговора не достигло чужих ушей. И даже чтобы мысли не возникло, что они говорят о чём-то важном, а не просто обмениваются пошлостями. — Ян приглядывает за ним, бармен тоже в курсе… — Кто там сегодня? — Чжань наконец начал соображать. В голове появилась ясность. — Юйчэнь, — выражение лица Цзаньцзиня совершенно не вязалось с тем, что он говорил. Если бы не глаза, холодные и чёрные, как полярная ночь, Цзаньцзинь запросто сошёл бы за человека с низкой планкой социальной ответственности, уже выбравшего себе объект на ближайшие несколько часов. Чтобы подыграть ему, Чжань мягко похлопал себя по коленям, приглашая Цзаньцзиня сменить место расположения, а потом тихо прошептал ему на ухо: — Он разговаривал с кем-нибудь здесь? Виделся? Передавал что-то или получал? — Нет, — Цзаньцзинь качнул головой. — Если бы я не знал, сколько стоит один напиток в нашем баре, я бы решил, что его просто бросила девушка и он заливает горе. — Он на днях выиграл гонку, он может себе позволить заливать горе даже в "Лань", — напомнил Чжань. — Хотя я думал, что он как-то разумнее распорядится этими деньгами. — Чтобы пропить все их здесь, много времени понадобится, — Цзаньцзинь усмехнулся. — Так что мне теперь делать? — Теперь… — Чжань подумал немного. — Теперь я постараюсь свернуть этот цирк, а потом спущусь. Проследите, чтобы он не ушёл… — А если он захочет? — Цзаньцзинь продолжал улыбаться и даже по плечу Чжаня погладил, чтобы ни у кого из наблюдавших не осталось сомнений в степени их взаимной заинтересованности. — Дайте мне знать. Или задержите… — Чжань нервно облизал губы, с трудом справляясь с желанием бежать отсюда вниз. — Я понял, — Цзаньцзинь ухмыльнулся, а потом добавил уже громче и чуть более капризно: — Ты скучный! А я пойду танцевать! — Я скоро присоединюсь к тебе, куколка, — Чжань позволил себе вольность и слегка шлёпнул Цзаньцзиня по бедру. Тот ослепительно улыбнулся, а Хайкуань только сдавленно кашлянул, прикрывшись своим многострадальным лэптопом. — Итак, господа, — Чжань закурил, чтобы занять чем-то паузу, и внимательным взглядом окинул всех присутствующих. Хаосюань, уловив негласный сигнал, чуть отклонился, а потом и вовсе откинулся на спинку своего кресла, устранившись из разговора и передав бразды правления в руки Чжаня. — Я внимательно выслушал ваше заманчивое предложение и тщательно проанализировал условия, на которых вы готовы расстаться с таким прекрасным товаром за такие смешные деньги. Я прекрасно отдаю себе отчёт, что вы пришли с такой выгодной сделкой ко мне, потому что вы уважаете меня и признаёте моё место в иерархии… Чжань мог говорить так ещё долго. Под маской вежливости были скрыты не только прямые упрёки, но и указания на несостоятельность предложения. Складывалось впечатление, что эти люди в глубине души считали Чжаня слепым идиотом, раз так настойчиво пытались выдать мёртвую лошадь за спящую, да ещё и по цене, которую и за племенного арабского скакуна не каждый решится запросить. Чжань задавил в зародыше желание уточнить, не создавались ли эти уникальные детали из костей единорога руками девственниц в шестой четверг тринадцатого месяца, по одной-единственной причине: он собирался довести эту сделку до кульминации, чтобы поймать нечистых на руку партнёров на горячем. Едва ли кого-то в их бизнесе могла удивить несостоявшаяся сделка. Не договорились в цене, спрос не совпал с предложением. И так до бесконечности. Чжань же собирался наглядно продемонстрировать, кому здесь на самом деле принадлежит власть. Стоило напомнить уже начавшему зарываться молодняку, что тигр ещё не настолько слаб и дряхл, чтобы не видеть, что творилось прямо у него под носом. И вести себя на его территории по-царски всё ещё недостаточно, чтобы стать царём. Царём нужно родиться. Или императором… Этот титул нравился Чжаню больше, и он не видел смысла отказывать себе в такой малости. — Я думаю, мы готовы заключить с вами эту сделку, — с холодной светской улыбкой сообщил Чжань, когда его собеседники уже извелись от нетерпения и потерялись в потоке слов, а в пепельнице набралась целая гора окурков. — Послезавтра вечером в доках вы передадите моим людям свой лучший товар, разумеется, только после того, как вся сумма окажется на ваших счетах. — Мы не сомневались! — Господин Сяо! Вы не пожалеете! — Босс Сяо, я уверен, что вы останетесь довольны этой сделкой… Чжань позволил этому базару утихнуть самостоятельно, а потом поднялся и сделал едва заметный знак своей охране. — Я благодарю вас, — он даже наметил короткий поклон, в котором, однако не было ни грамма почтения и уважения к собеседникам. — Мои люди вас проводят. — Но мы бы… — Мы собирались ещё немного задержаться здесь! — Завсегдатаи хвалили устричный бар! — А ещё сигары! — Как вам будет угодно, — меньше всего Чжаню хотелось, чтобы эти люди задерживались в его клубе, но и выставлять их вон силой он не видел причин. — Надеюсь, вам понравится обслуживание, — Чжань снова одёрнул на себе пиджак и первым вышел из зарезервированного для переговоров зала, чтобы тут же скользнуть в другое помещение. — Что с ними делать, босс? — Ичжоу тут же оказался рядом, принимая из его рук пиджак и подав стакан с парой глотков виски. — Мы можем их выставить… — Не надо, — Чжань покачал головой. — Ещё не хватало, чтобы начались беспорядки. Скажи девочкам, чтобы позаботились о них как о самых дорогих гостях, но любую попытку переступить черту вы должны грубо пресекать. Здесь не публичный дом, поэтому следите, чтобы никто не распускал руки и не смел обижать девочек. — Будет сделано, босс, — тут же кивнул Ичжоу, и Чжань позволил себе выбросить это из головы. — Не спускайте с них глаз, — Чжань пристроил быстро опустевший стакан на край стола и поморщился. От бесконечного коктейля из алкоголя и сигарет у него уже который день противно ныл желудок. Похоже, он семимильными шагами двигался к язве, а то и какой-нибудь дряни похуже. — Каждый шаг, каждое слово… Кому звонили, с кем говорили здесь… Я уверен, что здесь полно их людей. И полиции… — Мы всех проверили, босс, — тут же поспешил заверить его Ичжоу, но Чжань только насмешливо поднял бровь. — Всех? — Чжань усмехнулся, поманил Ичжоу за собой к стеклянной стене, через которую было отлично видно, что происходило внизу у бара, и указал на знакомую им обоим фигуру. — А он здесь как оказался? — Пришёл, — Ичжоу чуть растерялся. — Он заплатил за вход… К тому же это же твой приятель, мы решили… А что, его нельзя было пускать? Тогда я скажу Чжочэну… — Не надо! — Чжань моментально пресёк зародившееся волнение, а потом сунул обе руки в волосы, чтобы взлохматить их. — Я сам с ним поговорю, а ты скажи Чжочэну, чтобы не пялился так откровенно… — Когда? — искренне удивился Ичжоу. — Он знает когда, — Чжань вздохнул, а потом не удержался и добавил. — Ичжоу, сосредоточься на том, что я тебе сказал делать. Мне здесь ничего не угрожает. — Я понял, босс, — Ичжоу, конечно, не поверил, но всё равно постарался ответить убедительно. — Вот и славно, — Чжань расстегнул несколько верхних пуговиц на своей рубашке, окончательно довершив превращение из императора в местный секс-символ. Он спешно преодолел лестницу, обошёл танцующих и сбавил шаг только у бара, чтобы Ибо не сразу догадался, как он хотел быстрее здесь оказаться. — А можно повторить? — всё ещё довольно трезвым голосом попросил Ибо у Юйчэня, но Чжань за его спиной покачал головой, а потом зашёл сбоку и присел на высокий стул. — Мне кажется, тебе уже хватит, — тихо заметил Чжань, но Ибо всё равно уловил его голос, повернулся всем телом, чудом не свалившись со стула. — Отлично выглядишь, кстати, — Чжань не удержался от крохотной шпильки, но не мог же он не заметить сильно припухшую нижнюю губу. Ему даже стало интересно, признается ли Ибо, откуда у него такое украшение, или предпочтёт опять нелепо уйти от ответа, как уже было с пулей, разорвавшей его колесо. — Что ты здесь делаешь? — глаза Ибо расширились и почернели, а рука рефлекторно скользнула по губе, тронув чуть поджившую рану. Странно только, что за оружием сразу не потянулся. Неужто даже на уровне инстинктов перестал видеть в Чжане угрозу? — Отдыхаю. Кстати, могу вернуть тебе вопрос, — Чжань улыбнулся самой очаровательной улыбкой, на которую только был способен. — Впрочем, если хочешь, я могу и сам догадаться. — Рискни, — Ибо всё ещё держался напряжённо, явно не спеша доверять своим глазам. — Мне кажется... — Чжань немного подержал паузу, а потом с прежней сладкой улыбкой продолжил: — Мне кажется, ты заливаешь горе, потому что тебя бросила какая-то сучка. Это она тебя так разукрасила? Я угадал? — Вроде того, — Ибо, похоже, отлично переносил алкоголь, потому что даже после всего выпитого соображал быстро. — Но я всё равно хотел извиниться… — За что? За то, что назвал её сучкой? Или за то, что солгал? — попытался угадать Чжань. — У меня были причины, — Ибо с тоской скользнул взглядом по витрине, на которой были выставлены бутылки с лучшим элитным алкоголем. — Поделиться не хочешь? — Чжань не мог бы сейчас сказать внятно, что именно подтолкнуло его задать этот вопрос. — А что толку? — Ибо опустил голову и принялся гипнотизировать взглядом барную стойку. — Или это что-то изменит? — Смотря чем ты хочешь со мной поделиться, — Чжань жестом подозвал Юйчэня и попросил подать ему пепельницу. — Может, ты хочешь мне рассказать, что ты не тот, за кого себя выдаёшь? Может, ты работаешь не в фирме, торгующей канцеляркой, а в здании напротив? — Нет! — Ибо вздрогнул. — Ладно, — Чжань решил не давить. — Давай начнём издалека, — он закурил, но успел только один раз затянуться, когда пальцы Ибо вытащили из его руки сигарету. — Мои давно закончились, — Ибо с удовольствием затянулся и выпустил удивительно ровное колечко дыма. — Мог бы и попросить, — Чжань не стал закуривать новую, решив понаблюдать за тем, какую тактику выберет Ибо дальше. — Скажи мне вот что… — Что? — Ибо вскинулся с такой готовностью, словно собирался затянуть этот разговор любой ценой, а потому был готов говорить о чём угодно. — Как тебя зовут на самом деле? Ибо — это что? Псевдоним? Кодовое имя? Вторая личность? Кого я целовал? — последний вопрос явно был лишним, но Чжань уже не мог себя удержать. Ему важно было это узнать. Важнее всего остального. — Меня зовут Ибо, — низким и неожиданно хриплым голосом выговорил его собеседник, и Чжань с удивлением вскинул бровь. — Я не лгал тебе в этом. — А в чём лгал? — Чжань не мог не ухватиться за эту формулировку. Тем более они оба знали, что между ними было достаточно лжи. — Я не лгал тебе намеренно, — Ибо попытался выкрутиться, но Чжань просто не мог позволить так легко отвлечь себя и сбить с толку. — Достаточно того, что ты мне лгал, — Чжань вздохнул, задумчиво обводя пальцем край тяжёлой стеклянной пепельницы. — А ты мне? — Ибо не мог долго быть жертвой, поэтому в одну секунду их положение друг относительно друга переменилось, и теперь уже он нападал, а Чжань вынужден был обороняться и лихорадочно искать аргументы. — Я же сучка, — он парировал быстрее, чем успел обдумать отдалённые последствия такой своей реакции. — Много ты видел честных сучек? — такой ответ не делал ему чести, но сейчас это звучало почти как шифр. Тайный язык, который понимали только они вдвоём. — Чжань, я не это имел в виду, — тут же попытался оправдаться Ибо, но Чжань уже отмахнулся, мол, сейчас уже не важно. — Проехали, — впрочем, Чжань мысленно дал себе обещание наглядно продемонстрировать Ибо, что с ним не стоило так разговаривать, что бы тот ни имел в виду. — Ладно, — Чжань легко поднялся и улыбнулся Юйчэню, — я тогда пойду. Будь осторожен со своими знакомствами… — Подожди, — Ибо схватил его за запястье и потянул к себе, чтобы обхватить обеими руками и прижать к себе с такой силой, чтобы у Чжаня не осталось ни единого сомнения насчёт природы его порыва. — Не уходи, Чжань! — Убери руки, — попросил Чжань, но вырываться из объятий не стал, положившись на здравый смысл Ибо. К тому же здесь неподалёку толпилась его охрана, которая, случись что, от Ибо даже мокрого места не оставила бы. — Если я отпущу тебя, ты тут же сбежишь, — честно поделился своим мнением Ибо. — Но если ты пообещаешь… — Проверь, — Чжань не собирался легкомысленно обещать то, что не мог выполнить. — Мне нужно поговорить с тобой, — выдохнул Ибо ему в губы, прежде чем прижаться к ним в поцелуе. — Пожалуйста… Хочешь, я сниму отдельную комнату… — Не хочу, — Чжань представил себе, как это будет выглядеть, и фыркнул. Вот только девушкой лёгкого поведения он себя ещё не ощущал. Ибо буквально новые грани в нём открывал. На языке отчётливо ощущался привкус крови, и Чжань вдруг ощутил себя пьяным и немного безумным. — Ты на машине? — Да, — Ибо кивнул. — Но я немного перебрал… — Я сяду за руль, — Чжань резко выдохнул, решившись. — Расплатись и жди меня внизу. — И ты придёшь? — Ибо так искренне удивился, что Чжань на секунду даже обиделся на такое откровенное недоверие, но потом взял себя в руки и даже вытащил из кармана брюк ключи. — Считай это моей гарантией, — он мягко втолкнул связку Ибо в ладонь. — Хорошо, — Ибо снова притянул его к себе, чтобы поцеловать, а потом положил на стойку несколько крупных купюр, правда, порядком потрёпанных, словно до этого Ибо мял их в кулаке или использовал вместо носового платка. — Я буду тебя ждать… Чжань кивнул, высвободился из объятий и неторопливо направился к лестнице. Сейчас ему нужно было воспользоваться этим коротким затишьем, чтобы найти убедительные аргументы для Ичжоу, а также для всех тех, кто может оказаться против. — Что ты ему сказал? — Цзаньцзинь не находил себе места от нетерпения и наматывал круги по просторной комнате, время от времени натыкаясь на кресла и углы большого стола. — А что? — Чжань старался выгадать немного времени, чтобы найти менее откровенный ответ, но не лгать слишком уж сильно. — Он просто с таким лицом ушёл… Кстати, у тебя на губах кровь, — заметил всегда чрезвычайно наблюдательный Цзиян, а Чжочэн, который тоже реагировал излишне бурно, хоть и пытался это скрыть, тут же выдвинулся вперёд: — Босс! — Это не моя кровь, — Чжань облизал губы. — Я заглянул, чтобы предупредить, что уезжаю сейчас… Вернусь завтра. Может быть, послезавтра, пока не знаю. — Хорошо, босс, куда мы? — тут же отреагировал Ичжоу, но Чжань остудил его порыв: — Я уезжаю один. — Но как? — похоже, эта мысль никак не могла уместиться в сознании начальника охраны, сколько бы раз Чжань её ни озвучивал. — Это невозможно! — поддержал своего непосредственного командира Чжочэн, но Чжань только глаза закатил, всем своим видом дав понять, что это не обсуждается. — Ты хочешь побыть с ним? — Цзаньцзинь сейчас как будто насквозь его видел. — Если ты уверен… — Я не уверен, — признался Чжань. — Но я всё равно хочу это сделать. Я мог бы уехать, не предупредив, но я хочу, чтобы вы знали. — Я против, босс! — тут же завёл свою шарманку Чжочэн. — Он мне не нравится. — Это уже не мои проблемы, — Чжань отмахнулся, подцепил со спинки кресла пиджак, а потом посмотрел на Хаосюаня: — Ты сегодня отработал на отлично. Я надеюсь, что за те два дня, что у нас есть до сделки, ты проконтролируешь нашу подготовку… — Ты же уверен, что сделка сорвётся, — не понял Хаосюань. — К чему мне готовиться? — Безусловно, — Чжань кивнул. — Более того, я собираюсь сам её сорвать. Но ты помнишь, чем это для нас закончилось в прошлый раз. И Хайкуань помнит. — Я тоже, — Цзаньцзинь помрачнел и нахмурился. — Поэтому во избежание повторения этого кошмара мы просто обязаны подготовиться лучше. Возьми это на себя. Куань? — Чжань взглянул на друга, чтобы убедиться, что у того не было возражений. — У меня есть работа… — Хайкуань выразительно приподнял бровь, дав понять, что ему скучать не придётся. — Хорошо, — Чжань кивнул. — Если я что-то узнаю, я дам тебе знать. И ты тоже держи меня в курсе, если что-то появится. Он сказал, что это его настоящее имя. Если вдруг тебе это понадобится. Это же ценная информация, не так ли? — И ты ему веришь, босс? — не выдержал Чжочэн. — Что ты вообще в нём нашёл? Я думал, он собирается сожрать твоё лицо! — Заткнись! — прошипел Ичжоу, а Чжань только усмехнулся, подошёл и снисходительно потрепал Чжочэна по щеке: — Это называется поцелуи. Ты ещё узнаешь, когда подрастёшь. И, конечно, если найдёшь кого-нибудь столь неприхотливого… — Босс! — возмущённо увернулся Чжочэн, но Чжань уже потерял к нему интерес. — Всё, я спешу! — Чжань поморщился, и Чжочэн просто не решился сказать ещё хоть слово. — Надеюсь, вы проявите благоразумие. — Ты тоже, — Хаосюань понимающе улыбнулся. — Но если мы тебе понадобимся… — Я знаю, в любое время, — Чжань кивнул, перекинул пиджак через руку и вышел из вип-комнаты, оставив друзей переваривать его решение и оценивать последствия со своей точки зрения. В глубине души Чжань понимал, что намеренно оттягивает момент, после которого точка невозврата уже будет считаться пройденной. Сейчас он всё ещё мог соскочить, и в то же время ему чертовски хотелось прибавить шагу, а то и броситься бегом по лестнице, чтобы как можно скорее убедиться, что Ибо сдержал своё слово и дождался его. Оказавшись на парковке, принадлежащей клубу, Чжань зябко повёл плечами и огляделся по сторонам, понимая, что не видит ни печально знакомой ему Тойоты, ни вызывающе агрессивного Ниссана. — Чжань, — от массивного чёрного внедорожника отделилась фигура, и Чжань не удержался, удивлённо приподнял бровь: — А это что? Тоже у мамы взял погонять? — Купил, — Ибо улыбнулся. — Это «Тойота Тундра». Не могу же я ездить на «утюге». А что, твои помощники тебе не рассказали? Я приезжал на днях, чтобы проверить давление в шинах. — Я был занят, — Чжань усмехнулся, а потом протянул руку. — Ключи? — Возвращаю, — Ибо тут же положил на ладонь Чжаня его связку, а Чжань закатил глаза: — От этого монстра! И садись уже, нам ехать часа два… — Ты хочешь пригласить меня в загородный отель? — Ибо как будто ещё немного опьянел, отчего стал казаться младше и легкомысленнее. — Кто тебе сказал про отель? — Чжань поморщился. Он не слишком любил подобные машины, потому что попытки забраться в них в официальном костюме получались не так чтобы слишком уж грациозными. — А куда мы тогда направляемся? — Ибо явно впервые оказался на пассажирском сидении этой машины, поэтому тут же начал возиться, пытаясь отрегулировать положение кресла. Но он тут же замер и переменился в лице, стоило ему услышать ответ Чжаня: — Ты сказал, что хочешь кое-что мне рассказать. Поэтому мы едем домой. — Домой? — Ибо даже повторил, как будто ослышался. — К тебе домой? А как же друзья? Или ты тоже мне лгал? — Я не лгал, — Чжань покачал головой. — В городе я живу с друзьями. А там у меня есть свой дом… Для меня одного. Моё убежище. — То есть своих любовников ты возишь туда? — Ибо словно не мог определиться, радоваться ему или расстраиваться. — Не вожу, — Чжань криво ухмыльнулся, уверенно тронулся с места и направил большую и не слишком маневренную на первый взгляд «тойоту» в транспортный поток. — Ты первый. — Но я даже не твой любовник… — начал было Ибо, но не закончил, прикусил язык и отвёл глаза, уставившись в окно. Чжань прислушивался к его тяжёлому дыханию и понятия не имел, что ответить. Его одновременно тянуло и огрызнуться, заявив, что он не заставляет, и игриво предложить изменить ситуацию. В отдалённой перспективе оба варианта казались ему одинаково безумными и опасными. — Останови, — вдруг хрипло попросил Ибо, и Чжань вздрогнул от неожиданности, не готовый к тому, что Ибо может говорить и таким надрывным тоном. — Что-то случилось? — Чжань моментально перестроился, чтобы остановить машину в специально выделенном кармане. — Просто… Нет, ничего! — Ибо яростно терзал карабин ремня безопасности, а когда тот поддался, всем телом потянулся к Чжаню, обхватил его руками за плечи и привлёк к себе. Чжань был готов к любой банальности или даже пошлому комплименту, к тому, что Ибо просто не может больше терпеть, но то, что он услышал, выбило почву из-под ног: — Я боялся, что больше никогда не смогу тебя поцеловать.