Prized

      Северус обнаружил, что никогда не чувствовал себя таким беспомощным, как сейчас, когда наблюдал за Драко, который пытается найти способ доставить Пожирателей Смерти в Хогвартс. Он хотел помочь ему, но, к сожалению, не мог.       Честно говоря, он надеялся, что Лорд не будет слишком расстроен, когда Драко не справится с этой задачей. Он знал, что эта надежда была нелепой, но всё равно не мог удержаться от веры в неё.       Однако в следующий раз, когда он увидел Драко на зельях, сразу же заметил, что в нём что-то изменилось. Драко выглядел более настороженным, более сосредоточенным и почти радостным. Он наблюдал, как блондин бросил взгляд на Рона Уизли, как тот игнорировал его. Это было настолько откровенно, что Северус не мог не задаться вопросом, не происходит ли между ними что-то.       Его подозрения подтвердились, когда крестник намеренно испортил своё зелье, вызвав небольшой взрыв, который почти не причинил вреда, но создал впечатляющий беспорядок.       — Задержитесь, Мистер Малфой, — немедленно отрезал Северус. — О чём Вы думали, добавляя чемерицу к валериане? — добавил он. — Все на выход. Мистеру Малфою нужно всё убрать, так что, боюсь, я буду оценивать ваши зелья, основываясь на шагах, которые вы предприняли до этого момента.       Было несколько незначительных комментариев, но большинство студентов были рады, что их отпустили раньше, даже если это означало, что они получат более низкую оценку за свою работу.       Северус подождал, пока все не вышли и дверь за ними не закрылась, затем окружил себя и Драко защитой от посторонних глаз.       — Скажи мне, что ты не испортил это зелье, потому что устал, — сказал он своему крестнику.       Драко рассмеялся, звук был усталый, но по-настоящему веселый.       — Нет, — сказал он. — Возможно, у меня появился потенциальный союзник. Я думаю, что он может знать путь в замок, который нам нужен.       Глаза Северуса сузились.       — А он знает, для чего нужен этот путь? — спросил он.       Драко кивнул.       — Но я заставил его поклясться своей магией, что он никому, даже Дамблдору, не расскажет о том, что я ему рассказал.       Северус вспомнил студентов, с которыми Драко общался в последнее время.       — Это Уизли, не так ли? — когда блондин кивнул, Северус только вздохнул. — Он переигрывает, долго не обращая на тебя внимания, тогда как раньше он бы радостно кинул пару проклятий по любой причине. Если бы Дамблдор, действительно, смотрел на вас двоих, вы могли бы действительно попасть в беду.       — Но Дамблдор этого не делает, — сказал Драко. — Или он бы понял, что я, действительно, что-то замышляю. Если Уизли смог это выяснить, я уверен, что Дамблдор тоже сможет.       Нет, он действительно не обращал внимания ни на Драко, ни на Рона. Северус не был уверен, но ему показалось, что проклятие, которое убивало его, начало воздействовать на разум старика. Он всё больше и больше сосредотачивался на крестражах и всё меньше на том, что происходило в школе. Он полагал, что это имело смысл, так как все они должны были быть уничтожены, прежде чем Волдеморт мог быть действительно убит, но будь Северус Дамблдором, он бы уделил внимание молодому человеку, который обратился только из страха за свою жизнь.       Северус полагал, что должен быть благодарен Дамблдору за то, что тот не обращает ни на кого внимания. Это означало, что задание скорее было безнадёжным, чем невыполнимым. Во всяком случае, он полагал, что после смерти старика от проклятия они смогут найти нужную им информацию.       Они не хотели оставлять Гарри под действием ритуала так надолго.       — Думаю, если я попрошу Уизли помочь, то нужно ответить на один из его вопросов, — сказал Драко, возвращая Северуса к разговору.       — Что это был за вопрос? — спросил Снейп.       Улыбка Драко была немного грустной.       — Он хочет знать, что произойдёт со студентами, — сказал он, опуская глаза и сглатывая. — С невинными людьми. Те, кто не сражается, кто слишком напуган, чтобы попытаться дать отпор. Что с ними произойдёт? Неужели Тёмный Лорд просто убьет их всех?       Северус хотел покачать головой, хотел сказать, что Волдеморт этого не сделает, но… но некоторые из его последователей… могут. Кэрроу, Беллатрикс… никто из них не славился ни добротой, ни сдержанностью.       — Я не могу ответить на этот вопрос, — сказал он наконец. — Но я думаю, что смогу спросить его об этом при следующей встрече.       А потом его метка начала гореть.       — Например сейчас, — пробормотал он. — Меня вызывают.       Драко кивнул и тут же открыл ему дверь.       — Я уберу беспорядок. Будьте осторожны, профессор.       — В данный момент мне почти не о чем беспокоиться, — сказал Северус своему крестнику и вышел из комнаты. Он связался с Дамблдором, сказал, что его вызвали, затем направился к краю щитов и аппарировал прочь.

***

      Северус опустился на колени, как только вошёл в кабинет Волан-Де-Морта.       — Мой господин звал меня? — спросил он, мельком заметив, что Люпин присутствует в комнате, спокойно стоя рядом с Тёмным Лордом. Неужели Ремус вот-вот станет настоящим Пожирателем Смерти? Почему он… ох. Вероятно, он беспокоился о Гарри, как и все остальные.       — Я так и сделаю, — тихо сказал Волдеморт. — Встань, Северус. У меня есть сведения, которые ты должен передать Дамблдору, чтобы он не слишком тебя подозревал. Мы собираемся сделать два рейда в ближайшие ночи. Один на Хогсмид, который он будет ожидать, так как он будет знать, что я хочу вернуть Гарри. Другой будет… в другом месте. Я не говорю тебе, где он находится, не потому, что не доверяю, а потому, что хочу, чтобы старик сам догадался.       Северус склонил голову в изящном кивке.       — Вы хотите, чтобы я сказал ему, что происходит и, что Вы не дали мне информацию о втором рейде, верно?       Кивок Реддла был резким.       — Точно. — затем он откинулся на спинку стула. — А теперь сядь, Северус, и расскажи мне, что ты узнал о Гарри. Он… — Волдеморт сглотнул, и Снейп понял, что он, действительно, нервничает. — Он кажется тебе здоровым?       Северус только пожал плечами.       — Как и следовало ожидать, — честно ответил он. — Мальчика держат в рамках ритуала, а это значит, что он ведет себя именно так, как обычно. Он хорошо ест, разговаривает с Грейнджер и Уизли, позволяет младшей Уизли висеть на нем.       — Что он делает? — спросил Люпин, и Северус вздрогнул, услышав в его голосе лёгкое рычание.       Волдеморт резко взмахнул рукой, и Люпин замер.       — А успехи Драко? — спросил Лорд, игнорируя явное раздражение оборотня от того, что его заставили замолчать.       Северус поколебался, и глаза Волдеморта сузились от этого. Северус склонил голову и вздохнул.       — Драко думает, что у него может быть союзник, — сказал он наконец. — Кто-то, кто поможет ему провести Пожирателей Смерти в школу. Но его союзник… колеблется, потому что боится того, что случится с детьми, если Пожиратели Смерти вторгнутся.       — Дети? — Волдеморт усмехнулся. — Пожалуй, они же все будут сражаться за свои жизни, за свой драгоценный свет.       — Он не беспокоится о тех, кто достаточно взрослый, чтобы противостоять Вам, — мягко перебил Снейп, надеясь, что его не проклянут за то, что он вмешался. — Он беспокоится о самых маленьких. Первый курс. Он обеспокоен тем, что дети, которые не сражаются, могут погибнуть.       Том тупо уставился на Северуса, как будто не мог понять, о чём тот спрашивает.       — Зачем мне причинять им боль? — спросил он, и в голосе прозвучало искреннее замешательство. — Северус, дети волшебного мира — это его будущее. Без них мы не сможем восстановить наше общество.       — Даже грязнокровки? — тихо спросил Северус.       Волдеморт издал раздражённый звук.       — Даже они, — сказал он. Лорд отвёл взгляд, и на его лице появилось странное выражение.       — Гарри был бы признателен за такое решение, — заметил Северус.       Глаза Волдеморта сузились, а рука потянулась к волшебной палочке.       — Но Гарри здесь нет, не так ли, Северус? И не пытайся успокоить меня, рассказывая, что хотел бы мальчик.       — Прошу прощения, Милорд, — сказал Северус и низко поклонился.       — Если Вы не возражаете, мы можем вернуться к тому, что Вы сказали о девчушке Уизли? — мягко спросил Люпин. Несмотря на то, что его голос звучал так, словно он пытался сохранить самообладание, в словах всё ещё слышалось низкое рычание.       — Люпин, до полнолуния еще далеко, — сказал Северус. — Да что с тобой такое?       Ремус зарычал гораздо громче, и волосы на затылке Снейпа встали дыбом. Он говорил… почти как Грейбек, на самом деле, и разве это не было ужасно? Когда Ремус сделал шаг вперёд, плавно и неторопливо, Северус сделал шаг назад. Он никогда не видел его таким, двигающимся с такой хищной целью.       — Что со мной, Северус? — спросил Люпин всё ещё низким басом, больше похожим на рычание. — Как ты можешь спрашивать меня об этом, когда мой крестник — единственная ниточка, связывающая меня с прошлым, застрял в Хогвартсе под ритуалом, в то время как ты сидишь здесь и обсуждаешь жизни других детей? — его глаза были скорее золотистыми, чем янтарными, и они пригвоздили Северуса к месту, когда он шагнул вперед, так что он практически дышал тем же воздухом, что и Снейп.       Северусу удалось сделать шаг назад.       — Милорд, — начал он.       — Я задал тебе вопрос! — рявкнул Люпин. Его рука рванулась вперед, и Северус обнаружил, что его запястье зажато в железной хватке. Оборотень, несмотря на то, что он выглядел хрупким, на самом деле был намного сильнее. — Что эта девчонка Уизли делает с Гарри?       — Я думаю, они встречаются, — отрезал Северус, надеясь, что его голос не дрожит так сильно, как он думал. Он ничего не мог с собой поделать. Он был практически прижат оборотнем, и Волдеморт, казалось, не склонен вмешиваться.       Оборотень издал вопль. Громкий, животный и достаточно злой, чтобы колени Северуса превратились в желе. Он удерживал их на месте одной лишь силой воли.       — Ты позволяешь им насиловать его! — прорычал Ремус, когда его вой стих.       Эти слова прозвучали как удар.       — Я ничего такого не делаю! — прорычал в ответ Северус. — Милорд, пожалуйста, заставьте эту дворняжку отпустить меня!       — Я мог бы это сделать, — лениво сказал Волдеморт, и когда Снейп взглянул на него, он крутил свою палочку, выглядя скучающим. — Но, честно говоря, я думаю, что вам двоим, вероятно, следует решить эту проблему. В конце концов, вы оба заботитесь о Гарри, не так ли?       В голосе Лорда звучала злая насмешка, и в этот момент Северус ненавидел своего повелителя больше всего на свете. Ненависть усилилась, когда Волдеморт встал и вышел из кабинета.       — Ведите себя прилично, вы двое! — сказал Темный Лорд с порога. — Если кто-то из вас не выживет, я буду очень разочарован.       Северус открыл рот, чтобы возразить, но прежде чем он успел что-то сказать, дверь захлопнулась, оставив его в комнате с полубезумным оборотнем. Он попытался отстраниться от Люпина, но всё ещё не мог освободить запястье. А потом почувствовал, как по комнате разлетается тяжесть заклинаний, и услышал зловещий щелчок замка.       Он застрял, и продолжающееся рычание Люпина было ужасающим. И вообще, с какой стати Волдеморт позволил Вервольфу околачиваться вокруг Грейбека? Разве он не знал, что Люпин, достаточно, опасен даже, когда не присоединяется к стае чудовищ?       — Кроме того, — сказал Волдеморт через дверь. — Когда Гарри выйдет из-под ритуала, я думаю, ему понадобятся оба. Так что вам двоим не кажется, что вы должны попытаться поладить?       Рычание Люпина прекратилось, и глаза постепенно приобрели нормальный, более спокойный янтарный оттенок. Он нахмурился и отпустил руку Северуса, словно та была ядовитой.       — Извини, — пробормотал он.       Снейп только вздохнул и ущипнул себя за переносицу. Он чувствовал, что у него начинает болеть голова, и не знал, что с этим делать.       — Неважно, — наконец пробормотал он.       Они застряли здесь, и он не думал, что Волдеморт будет склонен изменить своё решение, пока они действительно не помирятся.