Пророческие сны

Перед моими глазами стояла картина того, как Морель закидывает спутанное существо и сносит вниз к хозяину дома. Манаррора извивалась, пытаясь выпутаться, но тонкие нити впивались в кожу, оставляя болючие следы. Господин Дивайн отсыпал ему щедрую благодарность и монетами, и словами. Награда за поимку существа-иллюзиониста. Это то, чего должны желать воспитанники Кассии? На какую же судьбу ты меня обрекла, Елена? — Может перестанешь уже тащиться сзади и смотреть на меня как на убийцу? Я же ее не тронул. — я чуть было не влетела в спину Матьё, когда он резко остановился. — А что ты думаешь он с ней сделает? —ответом мне был лишь тяжелый вздох. Ты же все понимаешь, Морель, так в чем ты обвиняешь сейчас меня? — Послушай, — он резко развернулся, от чего наши лица вновь оказались в непозволительной близости. Но сейчас меня это уже не волновало. Я была зла на него. Зла за то, что отправил существо на верную смерть, не вывез ее за пределы местечка, хоть и мог. Зла, потому что боялась, что однажды он оставит так и меня, —Из-за манарроры никто не умер, да. Но ее иллюзии чуть не довели местных до сумасшествия. Или ты не помнишь, что Дивайн говорил про служанку и других рабочих? — я виновато опустила взгляд на свою пыльную обувь, — Она не безгрешное существо, Ри. И нам за это заплатили. —Тебе эти деньги важнее всего. — Да послушай же ты! —он, наверное, впервые говорил со мной в таком тоне. Я сжалась, но немного расслабилась, чувствуя его ладонь на щеке, — Все эти тренировки, занятия, Сила — все это нам было дано чтобы Знающие наконец очистили эти земли ото всех, кто портит людям жизнь. Мы боремся против тех, кто понимает лишь язык серебра и Силы. Они сами выбирают это, сами нам противостоят. Да, Аури, мы принимаем трудные решения. И прости, если такая жизнь — совсем не то, что ты ожидала получить за стенами усадьбы. Не я это придумал. Я сделала глубокий вдох, собираясь что-то ему ответить, но слова застряли где-то в горле, оставшись так и невымолвленными. Мне отчаянно хотелось найти в его глазах подтверждение того, что это все не правда, что он говорит это лишь чтобы меня приструнить, запугать. И чем дольше я пыталась, тем меньше верила, что получится. — Тебе придется с этим смириться. И чем раньше, тем лучше. — Пошли заберем Иаги и уедем наконец отсюда. Где-то в глубине души я была уверенна, что пойму его спустя время. Сейчас же меня злила сама мысль о том, что Матьё был прав. Прав, а я снова ошиблась. Говорят, что первый шаг на пути к изменениям — осознание необходимости этих перемен. Но его труднее всего сделать. По крайней мере, так писал какой-то человек, явно умный, иначе его книги не было бы в библиотеке Кассии. В комнате Иаги не оказалось. Мы быстро собрали свои вещи и разделили роли: Морель за лошадями, а я в единственное место, где мог застрять наш товарищ — таверну. Сегодня там было немноголюдно: рабочий день был в разгаре и бездельничали лишь новоприбывшие и пара зевак. — Доброго дня, — обратилась я к девушке, протиравшей бокалы, — не видели тут моего спутника, щупленький такой проныра? — Утром заходил. Дальше не знаю. — Его лошади тоже нет, — голос Мореля за спиной заставил меня вздрогнуть от неожиданности. — А где он? — глупо спросила я, но тут же спохватилась, — Нет, подожди. Иаги не ушел бы сам, да ведь? Куда ему идти? А всадники, они могли до него добраться? Ну не молчи, нам нужно его найти, догнать… — Я мало что могу, но это лучше, чем гадать. Пойдем, — Матьё как-то по-свойски взял меня за руку и повел к конюшням. — Я, конечно, не мастер в этом деле, но кое-чему Кассия меня научила, — он выудил из кармана небольшой пузырек и вылил содержимое у пустого стойла, где когда-то стояла лошадь Иаги. — Правду яви, путь освяти. Он провел рукой, и огненная дорожка метнулась за ворота. На то, чтобы оседлать коней ушло немного времени. Я ринулась вслед полоски пламени. Направляя коня, я не отрывалась от намеченного пути чтобы не пропустить поворот, и даже не заметила, как мы покинули местечко. Огненная полоса прервалась, уткнувшись в холодные воды реки. Я оглянулась. Мы уже были в этом месте. — Куда дальше? — в ответ Матьё лишь покачал головой. — Вода сбила след. На той стороне мы уже ничего не увидим. — Тогда поехали так. Ты же знаешь эту местность. Мы можем попробовать его нагнать, а потом… — Ри, он слишком давно уехал, на горизонте его видно уже не будет. Да, мы можем попытать удачу, а еще мы можем поехать, как и хотели в Прэим. И предупредить их об угрозе. Я спешилась и набрала в ладони уже знакомой ледяной воды. Мне необходимо было освежиться, чтобы мысли пришли в норму. — Как я могла подумать, что все будет так легко. — Ты просто хотел в это верить. Стоя сейчас на берегу с ледяными пальцами, но все еще горячей головой, чувствуя, как Морель обнимает сзади, кладет подбородок мне на макушку, я неожиданно ощутила себя спокойно, в безопасности. Забавно. Стоило Иаги исчезнуть, как я перестала нервничать. — Что ты делаешь? — Успокаиваю тебя. Помогает? В этом я, конечно, тоже не мастер, но… — я улыбнулась, поворачиваясь к нему лицом, — О, сработало. Да я прям гений. — Ты помнишь, что сказала манаррора? — задав вопрос, я ощутила, как мышцы под тканью его одежды напряглись. — Мы же, кажется, уже обсудили её. — Она сказала, что нам стоит разобраться с нашими отношениями, — произнося это я даже не была уверенна на что рассчитывала. Что он мне сейчас скажет, что был так же влюблен в меня все это время, как и я в него? Это бы было для тебя слишком большой удачей, Ри. Так не бывает. А хотелось бы. — И что не так с нашими отношениями? —он слегка улыбнулся и щёлкнул меня указательным пальцем по носу, — Ты моя самая прекрасная проблема в жизни. Давай не будем терять время на ерунду. И я конечно же ничего ему не сказала. Как обычно. Позволила ему отстраниться, сама сделала то же. Впереди вновь замаячила цель. Не моя, но на благо королевства. Приятно было проходить этот путь рука об руку с Морелем. Но дико хотелось вернуться на свой. Сейчас мы стали двигаться куда быстрее, не останавливались до самой ночи, перекусывали на ходу. Казалось, что вот-вот доберемся, что Прэим буквально в двух шагах. Такой темп позволил мне потеряться во времени и ночь застала нас в пути. Имея опыт в ночном путешествии, я не допускала и мысли о том, чтобы пропустить привал. Поэтому мы обустроились на обочине. Это было довольно незащищенное открытое место. На просторной равнине мы были как на ладони. В округе не было даже где взять древесины на костер — одни цветы да трава. — Темно, хоть глаз выколи. — я огляделась по сторонам и с трудом смогла различить очертания теней. Нужно было напоить и привязать лошадей, а еще хоть как-то устроить ночлег. — А так? — Морель щелкнул пальцами и его руку объяло красноватое пламя. — Лучше, но не очень практично. — в свете ярких искорок было видно, как Матьё закатил глаза. Я ему слегка завидовала. У него был дар стихии, применимый и в быту, и на полу битвы. Что-то, что делало его особенным среди многих, пользующихся лишь обычными доступными проявлениями Силы. Мадам Корс говорила, что мой дар тоже особенный. Тем не менее, я все еще не научилась им пользоваться, и проявление его основывалось лишь на желании Великой Силы, но никак не на моём собственном. Наверное, поэтому я и бунтовала на всех занятиях: ребенок с огромным потенциалом и связанными руками. Что может быть хуже. Для оборудования мини-лагеря на двоих у нас было пару покрывал и наши сумки вместо подушек — не густо, но хоть что-то. Зато справились со всем мы довольно быстро и уже через несколько минут я скрутилась калачиком под своим плащом. Сейчас остро ощущалось отсутствие костра. В это время года как раз начинало холодать, ночи были длиннее, от чего земля быстро остывала, едва успев нагреться. — Ты там так кони не двинешь? Дрожишь как заяц под дождем. — Надеюсь, что нет. Я еще не успела открутить Иаги голову за побег. — Матьё усмехнулся, накрывая меня своим плащом, — Эй, если ты сам, по-твоему выражаясь, кони двинешь, я не скоро да Прэима доберусь. — Я? Не беспокойся малышка, я же как дракон. По моим венам течет лава, все дела. — он гордо стал, подсветив свое лицо, и выглядел прямо как статуя у озера в усадьбе. Я даже почти купилась, от чего вытаращилась на него из-под своего укрытия. Но тут он засмеялся. — Дай мне что-то, я в тебя кину. Матеус Морель, какого черта ты вообще такой весёлый? — Это все ты меня смешишь, — он поднял руки будто бы в жесте «сдаюсь», — Закрывай глазки, тебя завтра ждет очередной долгий переезд. — Угу, а ты сюда давай, — я похлопала по покрывалу возле себя, зарываясь носом под плащ в попытках спрятать своё смущение. — Только если обещаешь не приставать, Аури, —мне не было видно, но почему-то подсознание нарисовало картинку, как он пригрозил мне пальцем, —Знаешь, мы ведь к завтрашней ночи можем быть уже в Прэиме, если поторопимся. Тебе точно там понравится. — Почему? —мне очень хотелось спать, от чего глаза слезились и постоянно тянуло зевнуть. Но Прэим был моей детской мечтой, сказкой, в которую я стремилась попасть. Меня так волновало то, что ждет за стенами столицы, мне так хотелось узнать о ней как можно больше. — Там полным-полно двухэтажных домиков с милыми цветочными балкончиками, — сквозь несколько слоев теплой ткани я почувствовала его руку, притягивающую меня ближе, — На центральных улицах люди продают фрукты, выпечку, побрякушки, — его тихий шепот звучал где-то совсем рядом, от чего по телу пробежали мурашки, — А в замке есть зимний сад с цветами из Сшиодана. В Прэиме действительно очень красиво. В эту беззвездную ночь, лежа на сырой земле без какого-либо крова, я чувствовала себя самым счастливым человеком на земле. Я слушала истории о лучшем городе королевства, в который скоро попаду. И заснула в объятиях того, в кого была влюблена. Мне снился сон. Пение птиц, сладкий поцелуй. Мне снился свет, образ ландышей и лотоса. Бесконечная свежесть и легкий ветерок. Но он меня вовсе не манил. Мне снилась тьма. Она отталкивала меня, скрываясь вдалеке. От чего-то мне захотелось ее догнать, но она исчезла прямо перед носом. Мне снилось, что я осталась одна. На разбитой брусчатке, посыпанной пеплом. Хорошо, что это был только сон. Я дернулась от внезапно сбившегося дыхания и распахнула глаза. Первые лучи солнца уже осветили землю. Лошади щипали траву на том месте, где мы их и оставили. Кончик моего носа слегка прикасался к шее Матьё.