Пророческие сны

Что ждало нас дальше? Поля, бесконечные дороги. И всё это снова и снова. Не такая и романтичная жизнь в дороге, как мне рисовалось в детстве. В ней много пыли, пота, крови, ссаданящих следов на коже и усталости. Так ли провел эти годы Морель? Чувствовал ли он, как и я сейчас, это глубокое разочарование? Нет, хватит. Если нам вправду уготован такой путь, я пройду его до конца. — Итак, урок первый, — Матьё поправил воображаемые очки, — бесплатная пресная вода — лучшая подруга странствующего Знающего. — Гениально! —я опустила руки в ледяную воду реки. С них тут же пропала тяжесть и пыль дорог. Мы ехали до этого места не слишком долго, но было приятно осознавать, что недавние проблемы остались позади. — Если есть река, то есть и город? — Да, но до него не меньше дня пути. Много времени потеряем. Тут в округе есть пара деревушек и местечко, — я дернулась, ощущая его холодные пальцы на своей коже, — Не увлекайся, река-то с гор течет. Заболеешь еще. — А я бы, знаете, лучше в город. Там условия получше будут. А то пальцы все себе уже отморозил, а это, так-то, мой инструмент! — Иаги стоял, расставив руки в стороны и нервно стряхивал капли. — Только не начинай опять. Ни в какой город, конечно, мы не поехали. Матьё вел нас прямиком в Прэим, и, к счастью, на нашем пути было то самое местечко. Что-то вроде большой деревни с высокими домами и богатым господином во главе. Таких в Краетоне было не много, так что идея остаться там на ночь показалась мне более чем просто волнующей. Добраться до приличного местечка после всех испытаний было настоящим счастьем. Тут тебе и свежанина, и комната на ночь. Даже бадья имеется. Иаги был несказанно счастлив, хоть вода и была прохладная, чего не скажешь о Матьё, платившим за все. — Урок второй, Аури: деньги рано или поздно заканчиваются. Пора искать подработку. — Матьё бесцеремонно отвлек меня от жевания яблока после моих «ритуалов очищения» — Тоже мне, учитель. — пробурачала я себе под нос, — Еще советы будут? — Да, помнишь, я говорил, что тебе нужно сменить оружие? Я тут приценился у кузнеца, можно что-то подобрать. Пошли. — У меня нет на это денег и мокрая голова. Да не пойду я, куда ты меня тащишь? — еще более бесцеремонно у меня отобрали яблоко и потянули к выходу. — Я плачу, потом отдашь. Не выдёргивайся, ты своей зубочисткой много не заработаешь, а с Силой у тебя нелады, помнишь? Давай, пока окончательно не стемнело, вперед. Ай, — мне удалось вывернуться и стукнуть его по лбу, — Бешенная. — Опять оскорбления твои. Как Иаги ведёшь себя уже, — он хотел было возмутиться, но не успел, — Дай хоть волосы соберу, как я так пойду. — Как по мне, и так красиво, — мне что послышалось? Я развернулась и как-то тупо на него уставилась, — Что? — Ничего. Аккуратный пучок на влажные волосы, конечно, не вышел, но я хотя бы их собрала. К вечеру холодало, поэтому мой плащ с капюшоном тут был как раз. В отражении старого зеркала я заметила, как он следил за моими движениями. Морель, еще чуть-чуть и это начнет меня смущать, перестань. В детстве мы часто приходили после водных процедур на ужин. Хоть мадам Корс была и не в восторге. Просто так есть было вкуснее, даже если и не очень правильно. И не то чтобы мои длинные редкие пряди заслуживали внимания. Так, мышиный хвост-переросток. — Мадам готовы? — он шутливо поклонился. — Сейчас еще раз по лбу получишь. Кузнец жил, как оказалось, совсем неподалеку. У него был большой дом, сверху донизу набитый материалами и приспособлениями. Несмотря на открытые настежь окна, внутри стоял отчетливый запах горячего железа. — Длинный меч осилишь? — я отрицательно покачала головой. Не моё это. Более безопасно, но, если не справляешься — верная смерть. — Ладно, тогда хоть два возьмём. Сколько возьмешь за два коротких: серебро и сталь? — Если под заказ делать, то триста пятьдесят монет, готовые дешевле будут. — старый кузнец принялся рыться в поисках чего-то подходящего, — Только серебряный под заказ придётся, у нас такое спросом не пользуется. — Матьё, это очень дорого, не нужно. — я тревожно взяла его за рукав. Таких денег в руках мне держать не приходилось. — Выполнишь пару заказов — и все вернёшь. Ри, я же не хочу, чтобы тебя прибили при первой же возможности какие-то бандиты на тракте. — он как-то ловко перехватил своею рукою мою. А я это позволила, — Мы выезжаем в совершенно другие земли. Там много селений, много бедняков и больше существ, что ими питаются. Тот дряхлый веремей покажется доброй сказкой… — Молодые люди, а можно поинтересоваться, — скрипучий голос старика резко перебил Матьё, — Вы же те, о ком я думаю? Два меча, один в серебре… Не отвечайте, я много повидал, и знаю, чем вам это может грозить. У господина нашего, так сказать, деликатная ситуация приключилась. С которой стража его не справляется, если вы понимаете, о чем я. — мы переглянулись, — Загляните к нему, будьте добры. Он, уверен, вас не обидит. — А где найти господина? — Ищите лучший дом — не ошибетесь. Вот, нашел, — он выудил аккуратный короткий меч, — Брать будете? Серебро к утру сделаю. Я подошла к прилавку и взяла меч в руки. Новая сталь красиво отблёскивала даже при свете свечи. В меру тяжелый, чтобы быть маневренным и наносить точные удары. Хороший выбор. Я согласно кивнула. Довольный Морель быстро расплатился и, перекинувшись с кузнецом еще парой слов, вернулся ко мне. — Итак, идём на поиски красивейшего дома? — он вручил мне меч, но, к моему удивлению, не стал его отпускать, — Аури, — мы стояли посреди улицы, удерживая ножны в четыре руки. — Матьё, —я глянула на него с легкой усмешкой. — Кассия не учила тебя благодарить? Ах, или ты даже ее никогда не слушала? — его напускное разочарование почти заставило меня рассмеяться. Было в нем столько того мальчишечьего озорства, а еще эти кудрявые волосы… — Спасибо, — это я уже говорила широко улыбаясь. — Ты там таинственного господина найти хотел, — я кивнула на меч, который он так и не отпустил. — Надо же, она умеет быть вежливой, — Морель склонил голову на бок и притянул клинок ближе к себе, от чего я неловко пошатнулась вперед, — Но ты права, дела не ждут. Когда он наконец отпустил, я оказалась владелицей не только нового оружия, а и розового румянца, совсем не вписывающегося в мои планы. Ну почему, почему, почему? Дурацкий Морель, свалился же на мою голову. Действительно, лучший дом мы отыскали без труда: он раскинулся в самом центре местечка, с двумя этажами и широким балконом во всю длину. У двери лениво втыкал в стол нож, по всей видимости, стражник. — Господин Дивайн посетителей не принимает, — проговорил он, даже не поднимая на нас глаз. — Что, и так своих хватает? — Матьё опустился на стул напротив стражника, — Кузнец вот сказал, что мы ему очень нужны, — он многозначительно растянул это «очень». Только стражника, похоже, оно не слишком впечатлило. Тот лишь повторил свою фразу, добавив лишь безразличное: “ Валяй, если хочешь.» За дверью нас ждала скверная картина: в просторном помещении все было перевернуто вверх дном. Прямо у входа валялся разбитый цветочный горшок, отчего повсюду была разбросана земля. Стояла гробовая тишина. — Хозяин! — ответом на зов Матьё стала арбалетная стрела, выпущенная мне в голову. Я едва успела пригнуться, и она врезалась прямо в дубовую дверь за нами. — Быстро сюда! — он дернул меня за руку, и мы очутились под прикрытием одной из колон. — Не достанете меня, черти, — пьяный мужской голос прозвучал прямо перед следующим выстрелом. Наша деревянная колонна затрещала. — Выстрел где-то с двадцати градусов. Проберись у стены. — Ты меня в жертву отдать решил или что? — я скорее шипела, чем шептала. Лезть к тому чудо-стрелку не имелось ни малейшего желания. — Да что он сделает тебе. Давай, вперед. — с этими словами он буквально пнул меня к стене, высунувшись, с другой стороны колонны. Проползая как можно ниже, я ругала Мореля и его амбиции на чем свет стоит. Стрелы засвистели чаще. Ответом на них стали маленькие ножи Матьё. Еще немного и я увидела нашего арбалетчика: покачиваясь от «дуновения» рома, он запускал стрелы одну за другой, и, на удивление, был крайне близок к своей цели. Кто бы что не говорил, даже что бы я не говорила, но ловкости мне всегда было не занимать. А прокрасться мимо пьяного мужчины, занятого перестрелкой, было даже просто. — Готово! — наверное, не надо было так орать, потому что хозяин сего дома от неожиданности чуть сам не напоролся на мой новенький клинок. — Ой, — пискнула я. — Может теперь нормально поговорим, господин Дивайн? — Матьё подоспел как раз вовремя, чтобы я не разнервничалась. На тренировках было все как-то проще. — Так вы настоящие? — речь хозяина прервала икота, — Я-то думал, опять призрак Костяйа и его братия завалились. Спать не дают мне, только глаза закрою — сразу шепчет. — А вот тут поподробнее. — Морель поставил валяющийся рядом стул и опустился на него, — Опусти меч, Ри. Видишь же, он не буйный уже. — А что, ик, подробнее. Захаживала ко мне бабёнка одна, Ивилиной звать. Только мужик у неё был. Был, да помер. Теперь не Ивилина ко мне ходит, а её благоверный без плоти. Еще друзей своих разложившихся водит. И шепчет, шепчет и смотрит. Служанка раз увидела, ик, да и слегла. Я от того их всех и разогнал отсюда. От меня проклятый не отстанет уже. А люди хоть жить нормально будут. — Призрак-мужчина? — я неуверенно взглянула на Мореля, но тот лишь пожал плечами. — Можем глянуть. Только завтра. Серебро заберем сначала. Сколько платишь? — Да хоть все забирайте. И дом, и местечко, — хозяин устало осел на пол, допивая очередной бутыль, — Если получится. А то пробовала тут одна магичка и них… ик! , не получилось. Только зря время потратил. — Жди утром. Справимся. Господин Дивайн выглядел поистине жалко в своём дорогом камзоле, измазанном едой и залитым ромом. Некогда богатое убранство дома превращалось в хлам, и все из-за одного гневающегося существа. Согласно учебнику, призраки были неупокоенными душами, которых держало что-то на земле, будь то вещь материальная, или незавершенное дело. Вполне похоже на месть любовнику жены, но… Все призраки в учебниках были в прошлом женщинами. — Он до утра хоть дотянет? — спросила я, когда за нами уже закрылась дубовая дверь. — До сегодня же дотянул. — Знаешь, мы бы могли заняться этим уже сейчас, у меня есть масло и. — договорить я не успела, буквально врезавшись в грудную клетку внезапно развернувшегося Матьё. — Мы не будем идти туда, пока ты без серебра, — он чеканил каждое слово с какой-то учительской серьезностью, — если ты боишься увидеть утром труп, то представь какого будет юнцу у входа найти там три. Мы не будем так глупо рисковать твоей жизнью. И моей. И он был прав, абсолютно прав, и я знала это. Каждый риск должен быть оправдан, на поле битвы нет места эмоциям. Только вот от чего-то они все чаще и чаще стали показываться наружу. Почему я больше не смотрю на других волком? Почему меня вообще волнует судьба этого пьянющего мужика? Матьё злился на меня за это. Я бы, и сама злилась. Не так нас воспитывали. Обессилено я ткнулась лбом в его грудную клетку. Не знаю, был ли этот порыв признанием собственной неправоты, или криком о помощи, но Мореля это, по-моему мнению, должно было удивить. Но удивилась уже я, ощущая, как его рука медленно поднялась и прошлась по моим влажным еще волосам. Я уже говорила, что мое сердце почти выпрыгнуло из тела? Нет? Тогда говорю. — Идем, нас ждет первый полноценный сон со времен самого Крэксгэнда. — его голос звучал уже мягко у самого моего уха. Как тогда в лесу, ограждая меня от остального мира. Я уснула, стоило лишь коснуться кровати. И снился мне хороший, добрый сон о цветущих садах и месте, где Сила бьет ключом. Но потом картинка сменилась воспоминанием из прошлого: я, Елена, статный мужчина, исчезающая дверь в стене. Мой личный ночной кошмар, вечные поиски деталей. Пытаясь всмотреться, я совершенно ничего не находила, и тут же просыпалась. Как и сейчас. И встала я довольно поздно, судя по заправленным постелям рядом. У моей кровати меня дожидался новый серебряный меч. Спутанные со вчерашнего дня волосы превратились в нерасчёсываемые клоки. От чего пришлось повозиться. Справившись с ними и еще некоторыми деталями моего внешнего вида, я выглянула наружу. На этот раз я обнаружила уже двух курящих парней у входа. Какие молодцы. — Фу, надымили. — Спящая красавица проснулась, — Матьё выпустил дым мне в лицо, от чего я закашлялась. Надо же такой дрянью травиться, —А так и не скажешь, что эта дама умоляла меня вчера броситься на защиту господина Дивайна с голыми руками. — Не паясничай, Морель. И, спасибо, — я кивком указала на болтающиеся на боку мечи. — Лишь бы дама улыбалась, — он приподнял воображаемую шляпу и поспешил ретироваться. Позер. — Долго до Прэима? — за время в местечке Иаги знатно посвежел, побрился, и был теперь больше похож на человека. — Не знаю. Матьё ведет нас кратчайшим путём, но мы буквально идем в самую северную точку Краетона. Подготовь лошадей и наши вещи. Выезжаем сразу, как закончим тут. Иаги нервничал, напоминая мне о возможной погоне. Но черных всадников подозрительно давно не было видно. Так или иначе, решать проблемы придется по мере их поступления — пора разобраться с Дивайном. У хозяина все осталось на своих местах: верный страж у двери, беспорядок внутри и даже арбалетные стрелы вместо «доброе утро». Благо мы были уже подготовлены. — О, молодые вернулись! —господин Дивайн пошатываясь шел в нашу сторону. —А я уже гадал, обманули ли. Костяй которые сутки даже вздремнуть не дал. — А сейчас-то он где? — А черт-с его знает! —где-то сверху послышался звон посуды, — Ха, вернулся. Буянит опять, пень трухлявый. — Призрак, двигающий предметы? — Костяй для меня становился все большей загадкой, не прописанной в книгах. — Вряд ли. Он же не так давно умер. Хозяин, ты сам-то хоть раз его видел? — Что, и ты меня полоумным считаешь? Видал, конечно. Страшный такой, в слизи весь. У самого даже ног нет, по воздуху плывет. Друзья его, нечисть всякая, и вовсе бесформенные. И тянут ко мне лапища свои все, и тянут… И ничто его не берет! Ни огонь, ни сталь — все мимо пролетает, а морда эта только смеётся, и пискляво еще так. — Ты поняла? —я отрицательно покачала головой, — Хозяин, как нам на второй этаж попасть? — За поворотом лестница. Только не пустит он вас туда. Чего, думаешь, я тут околачиваюсь. —А это мы еще посмотрим. Когда мы чуть отошли от Дивайна, я дернула Матьё за рукав, привлекая внимание. — Ничего мне объяснить не хочешь? — Обычные призраки не гремят посудой, а еще не появляются без ног. А про компанию «друзей» я вообще молчу. Где бы он их откопал? Я бы уже подумал, что бедолагу чем-то травят, если бы сам шум не слышал. — Так что это, иллюзия? — Она самая. Осталось понять кто ее шлет. И почему господину закрыт вход на верхний этаж. Ступая по лестнице, я ощущала, как дрожат деревянные панели под ногами. Взгляд Матьё сам по себе будто бы говорил: «ты все еще думаешь, что это призрак?» На втором этаже было на удивление чище. Где-то валялись разбитые вазы, парочка сбитых подсвечников, но в целом выглядело прилично. Я хотела что-то сказать, но резкий порыв ветра чуть не сбил меня с ног, а вместе с ним будто бы из ниоткуда появилось нечто. — Прочь! — Костяй даже не разомкнул губ, но страшный хриплый крик раздался так громко, что захотелось сжаться до немыслимо маленьких размеров. Но у меня был меч и Матьё, а у него лишь бесформенная прозрачная слизь вокруг. Серебро быстро рассекло воздух, пройдя сквозь дымчатое нечто. И оно исчезло. — Это что, всё? — я неуверенно покосилась на Матьё. Тот только покачал головой. Мы медленно двинулись вперед. По обе руки от нас располагались все возможные комнаты, кладовые. Все совершенно пустующее. В дальнем зале за закрытой дверью еле слышно играла музыка. Не знаешь, где искать — иди на звук, верно? Может и нет, но мы пошли. В роскошно обставленном помещении не было ни намека на беспорядок. Напротив же, тут будто ежедневно производилась уборка, даже растения в углу зацвели. Занятно. — Вам меня не одолеть! — с новым порывом ветра донеслись слова того же жуткого голоса, музыка заиграла громче, — Прочь, бегите прочь! — А это мы еще посмотрим, — Матьё подошел к граммофону и замахнулся, — Ану выходи, вредитель! — перед ним вмиг выстроилась призрачная преграда, но стоило серебряному мечу пройти сквозь нее — тут же испарилась. — Не трожь оркестр! — взвизгнуло что-то позади. — Дилетант! — Я сказал тебе, выходи. В углу за шкафом что-то зашуршало. Я осторожно заглянула туда. — Надо было вам сюда забрести. Жила себе, почти никому не мешала… — сначала мы увидели ящерице подобную голову с двумя парами глаз, потом невысокое туловище и длинный толстый хвост, — Ну, чего вылупились? — Так ты манаррора, — Матьё заметно расслабился, но меч в ножны убирать не стал, — Знаешь, что за зверь, Ри? Ящерка обычная, питается негативными эмоциями, управляет воздухом. — И любит классическую музыку. Так что не такая уж и обычная, попрошу, —ящерица приподняла вверх указательный коготь. — Зачем людей изводишь? «Призраков» им насылаешь… Откуда ты вообще узнала, как Костяй выглядел? — Женушка его фото в медальоне носила, от я и подглядела. И ничего я плохого не делаю, в городе даже спокойнее со мной стало. Подумаешь, господин с катушек слетел. Зато пирушек своих не затевает и не буянит по ночам. Я ж тут не просто так поселилась. — Это дела людские. Не вам, существам, решать такое. Давай-ка перебирайся отсюда. — Так от чего же. Со мной всем лучше, говорю же. Теперь только один человек по ночам не спит, не все местечко. — От того, — Морель перехватил поудобнее меч, — Хватит трепаться. Мне твои иллюзии ни по чем. — Матьё, она же не опасна. Знающие не должны убивать существ, которые не могут даже обороняться. — Вот, слушай подружку. Вам бы между собой отношения выяснить, прежде чем в чужие дела лезть. — манаррора развалилась на диванчике. Её, казалось, вовсе ничего не беспокоило. Продлилось это недолго, ровно до того, как серебряная сеть упала на маленькое тельце. Ящерка зашипела. — Сказал же, довольно болтать.