Механическая колыбельная

За стенкой послышалось девчоночье хихиканье. Краблетт раздражённо перевернулся на другой бок и накрылся одеялом с головой. Это не помогло — через минуту под ним стало невыносимо душно, и фер его с досадой сбросил. Он проворочался так полночи: то жарко, то холодно, то вот, хихикают, хотя давным-давно уже должны бы спать. Может, ему даже примерещилось в полудрёме, наконец-то начавшей заволакивать сознание, но какая разница теперь… Мешало всё — даже лавандовый запах из мешочка под подушкой, который должен был, наоборот, навевать сон. А когда с кровати напротив раздался оглушительный храп Сая, Краблетт не выдержал и решительно встал. Наспех натянув штаны и рубашку, он прокрался мимо остальных, сладко сопящих, в отличие от него, детей к окну и тихонько открыл его. Перекинув обе ноги через подоконник, Краблетт бесшумно выбрался на покатый козырёк под окнами, а оттуда уже легко влез на крышу. Порыв ветра взъерошил его светлые волосы и окончательно прогнал сон. Мальчишка поднялся по скату немного выше, цепляясь за шершавые доски руками и босыми ступнями. Вокруг, за оградой, на своем непонятном языке перешёптывались деревья. Самые нахальные из них уже гнули стволы и тянули хваткие ветки к маленькому нарушителю устоявшегося порядка, но он не боялся — всё равно не достанут. Их деревья были не агрессивными, скорее — озорными, как приютская ребятня. Махнув им в ответ рукой, Краблетт ухватился за конёк крыши и перегнулся на другую сторону. Отсюда просматривалась вся восточная часть двора с огородом и теплицами. Мальчишки забирались сюда нередко — чтобы первыми увидеть, когда вернутся тётушка Вальда с Клаусом из загадочного для младших Города. Но сейчас весь дом спал, ворота были крепко заперты, а двор пуст и погружён во мрак, разбавленный только бледным свечением тонкого месяца. Хотя вдруг краем глаза Краблетт уловил какое-то движение. Внизу будто промелькнула тень — от ограды и прямиком к дому. Слишком быстро, слишком бесшумно для неуклюжего Клауса. Да и даже для тётушкиного помощника, встававшего, по обыкновению, затемно, было ещё слишком рано. «Эге, не только мне сегодня не спится», — хмыкнул про себя Краблетт, невольно приподняв длинные уши. Недолго думая, он сполз обратно на козырек, оттуда — на навес над верандой. Тень шмыгнула куда-то туда, намереваясь воспользоваться, вероятно, задней дверью. Наверное, это Лида доконал своим храпом Сай. Или Милдреда — тот тоже, кажется, ворочался. Карблетт поторопился, чтобы не упустить своего товарища по несчастью, перевалился поспешно через край навеса и, повиснув на мгновение на руках, спрыгнул на землю. И застыл на месте. Тот, кого он увидел, оказался вовсе не Лидом и не Милдредом. Ночной гость был щуплым и маленьким, меньше самого Краблетта, он мог бы сойти за ребенка. Потерявшегося, в обтрепавшейся одежке, не знавшей заботливых рук тётушки… Но это был не ребенок. Мимолетный взгляд с хрупкой фигурки перетягивал и неизбежно приковывал к себе вытянутый, непропорционально огромный, увенчанный раскидистыми рогами череп. И сквозь пустые провалы его глазниц на фера смотрел он, Хозяин Леса.