Чёрная невеста

«Прощайте врагов своих ...» Была глубокая ночь, когда Наруто вернулся домой. Можно было, конечно, усмехнуться двусмысленности этой фразы, но ... не хотелось. Альфам тоже есть над чем подумать. И не всегда времени может хватить. Как, например ... Он только сделал несколько шагов и остановился, моментально забыв, о чём только что думал, какую проблему пытался разрешить. Потому что перед ним был и есть тот, о ком и были, по сути, все его помыслы, все его мысли и кому принадлежали все его поступки. Омега, полураздетый, стоял в полосе лунного света и, задумчиво смотря куда-то вдаль, пил воду из удлинённого стеклянного стакана. Наруто сглотнул. Ком никуда не ушёл, словно все его чувства разом обострились, он словно куда-то провалился, в какое-то странное безвременье, утратив способность не то, что двигаться, а и здраво размышлять. Ноги – будто налитые свинцом. Тело – словно придавлено бетонной плитой. Сердце – в капкане. И это всё – Саске. Чёрная невеста, посланная ему одному. Его ошибка, его мечта, его явь. Его награда. – Саске! – окликнул он его. Саске медленно повернулся. Он был слегка заторможен, и, возможно, ещё не до конца понимал, чт̀о было в этот тяжёлый, трудный день. Возможно, лекарства ещё не утратили срок действия? Не хотелось бы вступать с омегой ни в какие ненужные дискуссии, а хотелось ... Одно из этих «хотелось» он когда-то мысленно обозначил «на всех плоскостях». Невольно поёжился пошлым мыслям, завладевшим им в такой ответственный момент. Разве нет?!! Ну что за ... мать её, природа?!!! Ками, он, вообще, о чём?!!! Может, омеги правы, обвиняя их, альф, в том, что в определённые моменты они думают ... – Хммм ... Кашлянув, Наруто придал голосу нужную отстранённость. Чтобы не показать раньше времени, чего он реально хочет. Или кого?! Окинув тонкую фигурку очень заинтересованным взглядом (благо, альфа не зажёг верхний свет и это было незаметно), невинно уточнил: – Почему ты не спишь? Саске словно очнулся. Посмотрел на бледную руку, сжимающую стакан. Сгрызенные ногти могли бы о многом сказать, но не хотелось акцентировать внимание и усугублять проблемы. Поэтому он решил сказать полуправду. Перевёл усталый взор на гипсовый лангет и вяло ответил: – Рука ноет. А обезболивающие закончились. Вышел ... чтобы отвлечься. Наруто отбросил в сторону куртку. Подошёл вплотную. Сам не ожидал – открыл рот, чтобы что-то сказать, предложить ... как в грудь ему ткнулось тёплое, дрожащее тело. И на звон стакана никто не обратил абсолютно никакого внимания. Потому что важнее было, как сначала робко, а потом с силой пальцы здоровой, не изувеченной руки обхватили его за талию, чуть сжимая рубашку и слегка царапая обнажившуюся полоску кожи. Омега прижался к нему, доверяя, ища защиты – вот что было не менее важно. Послышался всхлип. Тихий, приглушённый. Альфа застыл, теряясь на секунду. Обратить внимание? Спросить? Но зачем? К чему? Что изменит этот ответ? И нужен ли он им? Вместо этого Наруто, аккуратно опустившись на колени перед омегой, так, чтобы не причинить вред, случайно, или по неосторожности, потревожив перевязанную руку (омега по-прежнему продолжал цепляться за него), стараясь говорить как можно мягче, предложил: – Котёнок ... Давай я ... отведу тебя обратно к себе, а? Он всмотрелся в такое родное лицо, сам себе удивляясь, как мог – хотя бы на те несчастные минуты* – заподозрить в чём-то плохом того, кто так доверчиво прижимался к нему, признавая свою слабость и не стыдясь её ... Придерживая Саске за спину одной рукой, второй осторожно, бережно отёр выступившие слёзы. Да он бы, чёрт, мог вообще всего омегу обнять одной рукой! Но побоялся и в этом его как-то потревожить. Он теперь много чего боялся сделать не так ... Саске улыбнулся вдруг так, что Наруто здорово повело. Он смотрел и ловил каждое слово. – Что ещё за ... котёнок? – прошептал сквозь слёзы Саске. И он тоже – наверное, впервые за тысячу лет ... Не боялся быть слабым. Ошибиться в чём-то. Что-то сделать не так. Сказать что-то не то. Поступить не так, как от тебя могут ждать. И это всё называется – не быть Учиха. А быть собой. – Ты же называл меня ... – Цветочек! – Цветочек! Почти одновременно произнёс Наруто, послушно сдаваясь и легко касаясь сладких-сладких губ. Чуть расширив глаза, Саске удивлённо спросил: – Ты всё знаешь обо мне. Тебе не противно? – Что. За. Идиотизм? Большой палец альфы очертил на спине омеги некую загадочную фигуру, компенсируя недавние прикосновения к своей. Саске, пожалуй, мог бы идентифицировать её как сердце ... но это было бы так фантастично ... что он просто ограничился тем, что снова прижался к Наруто и робко подарил ответный поцелуй. Такой же невесомый. – У тебя же снова болит ... а я задаю ненужные вопросы ... Прежде, чем Саске возразил, он легко поднялся на ноги, попутно подхватывая омегу на руки. Стараясь идти быстро и в то же время так, чтобы не задеть загипсованную руку, лишний раз не травмировать, альфа прошёл по коридору и, достигнув цели, осторожно внёс драгоценную ношу внутрь. Взгляд сразу же невольно переместился к центру. Чуть левее белело сброшенное на пол хлопковое одеяло. На низкой тумбочке продолжал гореть светильник в виде белоснежных лилий. Смятая простыня, явно указывающая, что не так уж и давно кто-то метался по постели, испытывая боль. Кто-то ... Наруто, пользуясь разницей в росте, привычно посмотрел вниз на чернеющую в полумраке макушку омеги, уютно устроившегося в его объятиях, пока они шли по коридору. Улыбнувшись, тихонько шепнул, наблюдая, как зашевелились от его дыхания короткие волосы, задорно торчащие вверх: – Потерпи немного, я поправлю постель. И он действительно это сделал. Не выпуская омегу из объятий. Вернее, Саске не позволил себя отпустить, да он и не возражал. Саске ведь ему абсолютно не мешал – своя ноша ведь не тянет, верно? А потом, когда он принялся бережно-бережно опускать невесомое тело омеги на успевшее остыть творение умелых рук мастериц «MIRRA»** , тот, наоборот, не успев оказаться на бязевой поверхности, тотчас потянулся к альфе, тоже не торопясь опустить руки. Даже ту, в лангете. – Тебе же больно! – тотчас перепугался Наруто, забегав глазами вокруг: – Да где же твои таблетки?!! А, чёрт, ты же сказал, они закончились! Увидев листок с подробной инструкцией, лежащий около вороха пустых блистеров, он заметил краешек небольшого блокнотика. Обычно в такие блокнотики записывают разную важную информацию, во всяком случае, его ма всегда так поступала. Приободрившись, Наруто потянул за краешек. И дико обрадовался, как радуются мошенники, взламывающие чужие пароли. Удерживая блокнотик перед собой в одной руке, пошарил себя по груди и, спохватившись, сунул свободную в карман брюк. Проворчав «слава ками, не успел переодеться», вытащил свой любимый сотовый и ... Саске, всё также цепляющийся за своего альфу, пользуясь вседозволенностью, внимательно наблюдал за манипуляциями того. – Наруто! – А? – не отвлекаясь от своего занятия, откликнулся тот. – Ты что делаешь? Наруто, листающий список контактов, всё время сверяясь с блокнотом, отрывисто пояснил: – Хочу пригласить сюда Шизуне-сэнсей. Раз она назначена теперь твоим лечащим ... И опешил, когда получил довольно ощутимый удар по руке. Любимый «Sony X» отлетел куда-то в сторону, наверное, в очередной раз получая по своим электронным мозгам. Любимый мобильник, с которым были связаны столь яркие, незабываемые воспоминания, что он явно предпочитал его новенькому тёмно-фиолетовому «Sharp», и даже мелодию звонка потарался восстановить. Ту самую, «Мальчик-лис». – Он же недавно из ремонта, – сокрушённо цокнул Наруто и тотчас спохватился: – Блять, я ж ... С тобой всё в порядке?!! Он испуганно хлопнулся на колени перед омегой, принялся осторожно ощупывать его руки, особенно бережно дотрагиваясь до той, что в лангете. И которой, собственно ... – Зачем ты задействовал эту! – заорал Наруто, судорожно оглядываясь в поисках отброшенного в сторону блокнота: – Ты же мог меня прибить здоровой! – Я тебя сейчас прибью обеими!! – влёгкую переорал его Саске, слегка оттолкнув альфу от себя. Да так, что тот опять шлёпнулся на ... Словом, ошеломлённый альфа-супруг притих и молча смотрел на разгневанного омега-супруга. Который действительно разозлился. Но почему?! Вот что не так?!! – Саске, – тихонечко решил взять инициативу в свои руки Наруто, после довольно долгого молчания. Он приподнялся и повторил: – Саске. Что я сделал не так? Вопрос был настолько непривычен и настолько не в стиле альфы, что Саске тотчас смягчился. Рука опять заныла, но из гордости признаваться не хотелось. – Ты стал набирать номер моего лечащего омеголога, – решил он пояснить. Наруто покосился на сиротливо валяющийся вверх обложкой блокнот. – Но там ведь написано – «круглосуточно». – Это значит, если экстренный случай. Например, как тогда, когда у меня был гормональный дисбаланс, или когда чуть не случился выкидыш. Отвечая, Саске вдруг понял, что больше не испытывает ни чувства вины, ни сердце не сжимается, потому что ... Он посмотрел на замеревшего в ожидании альфу. – Никто не виноват, что я выж ... словом, удесятерил прописанную дозу. Не смог потерпеть до утра. – Это их работа и ... – Знаю, VIP, – усмехнулся Саске. Чёрные глаза омеги вдруг как-то опасно блеснули. Словно он задумал что-то такое ... Наруто облизнул губы, строго напоминая себе, что он ведь ... не такой, не такой альфа, который ... – Может, – Саске осторожно положил руки перед собой, стараясь теперь не сильно напрягать ту самую, в лангете: – Ты мне заменишь рекомендации Шизуне-сэнсей? ... Думает членом. Да какая, в самом-то деле, разница?! – Значит, ты не возражаешь против моего лечения? – хрипло уточнил Наруто, придвигаясь поближе. Или такой? Суровая отповедь самому себе благополучно переросла в игривые нотки, особенно когда Наруто, со вздохом оперевшись руками по обе стороны от сидящего, поджав ноги, омеги, невесомыми поцелуями очертил выступившие в разрезе ночной рубашки ключицы того. Провокационно и не без намёка на продолжение. – И отвлечёшь, – закончил свою мысль Саске, ловя своими губами губы альфы. Потревоженная рука ныла, всё сильнее и сильнее, но он бы согласился её отрубить нахрен, чем признаться в этом. Тем более, учитывая, что Наруто стал таким ... таким ... таким ... Не сдержав стона, где боль смешалась с удовольствием, Саске запрокинул голову назад, пытаясь разобраться в этом своеобразном коктейле. Пока не решил. А какого чёрта?!! Пока с изумлением не почувствовал ... – На ... Нарутт ... ооо ... Еле сумел выдавить из себя этот полустон, полувсхлип, омега. – Ты что делаешь? Почему-то шёпотом. – Отвлекаю. Лукаво сообщил Наруто, на секунду выпуская изо рта член омеги. – Доверься мне. Снова шепнул. Но таким соблазнительно-развратным тоном, что от расслабленности не осталось и следа. А боль ... Она куда-то ушла ... Вернее, она была, но ... где-то там, за гранью. И всё то отвратительное, мерзкое, страшное, давящее на него и практически разрушившее его жизнь, ушло. Просочилось чёрным, клубящимся жижей, дымом, исчезло в невидимом пространстве, растворилось в невесомости, провалилось в бесконечность, умелось прочь. А здесь и сейчас ... Только они. Альфа и омега. Снова и всегда. Ахнув, Саске почувствовал, как его накрывает первый оргазм. Первый, но не последний. Тот сон ... приснившийся ему перед тем, как всё началось ... мечтал ли он об этом? Сон, превратившийся в явь. *** Близко. До невозможности близко. И так ... сладко. Саске не помнил, сколько раз за ночь он кончил; Наруто брал его так, что, казалось, это их последний раз, и они расстаются навсегда. И в тоже время – как будто первый раз. До невозможности нежно. Входя в изгибающееся в экстазе тело по самые яйца, так, что, казалось, глубже невозможно, и каждый раз сам себя и, опровергая, заставляя Саске кричать от избытка чувств. Бережно поддерживая блестящее от спермы тело, когда глаза Саске закатывались, и дыхание слышалось прерывисто, будто воздух вышибало из лёгких. Впрочем, Саске, одновременно плавясь и уносясь на волнах экстаза, и вправду ощущал себя словно в выжженной пустыне. Несмотря на некоторую ограниченность в движениях из-за травмы, он смело использовал здоровую левую руку. Впиваясь пальцами в мощные плечи любимого, и судорожно вдыхая воздух, глоточек за глотком, пока Наруто вбивался в него, снова и снова делая своим. Утверждая своё. Своё право. Ведь теперь это было именно так. Именно то, что так хотел омега и чего ему не доставало все эти годы ... Принадлежать тому, кто дарован был ему самой милосердной судьбой, самой жизнью, а не тем, от кого маленький, дрожащий омега прятался на дереве ... в том домике для птиц ... Когда шестилетний Саске мастерил тот домик, он хотел сделать его дворцом, искренне веря, что такое чудо конечно же понравится соловушке и также искренне недоумевая, почему птица улетела ... А единственное, для чего сгодился розовый мини-дворец ... Это спрятать его от ... – Забудь, – шепнул альфа, в перерыве между толчками, нежно собирая выступившие слезинки: – И плачь только от наслаждения. И Саске, скрестив дрожащие ноги за спиной Наруто, ни на секунду не усомнился в этом. Ему было так сладко ... так хорошо ... До боли, до трепета, до стонов, когда сорванный голос отказался служить измученному, но не сдающемуся хозяину. И только когда рассвет коснулся взмокших волос черноволосого жреца любви, он позволил себе разжать пальцы славно послужившей ему руки и, наконец, откинуться на спину, затихая. Зная, что его поймают. Зная, что поддержат. С последним рыком излившись, Наруто скользнул следом, успевая бережно устроить засыпающего парня на своём плече. – Спи, мой хороший ... Брови альфы на секунду нахмурились, когда, вернувшись в настоящее, он вспомнил про своё враньё. И про бархатную коробочку, которую омега так и не взял. Но они ведь успеют вернуться к этому, верно? Во всяком случае ... Ко второй проблеме из списка. Ему было так хорошо и спокойно сейчас, наблюдать за спящим омегой, сторожить его сон и умиляться, как тихо-тихо дышит тот во сне, и, похоже, он реально сумел немного помочь ему с этой разболевшейся рукой ...Похоже, можно и возгордиться своими медицинскими и просто супружескими, навыками, так ведь? Тихонечко хмыкнув, он снова нахмурился. Мадара. Этот скот ... Как дополнительно сообщил Гаара, теперь как бы калека. Сидит в инвалидной коляске, под неусыпной охраной и внимательной заботой Итачи-сана. Первый думает, что не ответит за зло. Второй носится с ублюдком, превратившем в Ад существование отото. А не с самим братиком, потерявшим родных. Как можно было не дать своё тепло, ласку тому, кого природа наградила слабой, омежьей сущностью! Как бы Саске ни хорохорился, он был, есть и остаётся омегой! Которого альфа должен холить, лелеять и защищать! А этот старший брат ... Потемневшие глаза сузились. Когда-нибудь ... Он ещё спросит с них. С обоих. А пока ... пусть живёт выродок. И один, и второй. Главное, чтобы Мадара исчез, растворился где угодно, хоть в воздухе, хоть в космосе, но не дышал в сторону Саске своим смрадом. А что касается Итачи ... Да хрен с ним. Наруто уставился в потолок. К месту или не к месту, вдруг вспомнился один разговор ... Когда они с Гаарой выпивали в его горном поместье. Символично или нет, но Гаара, чтобы как-то обелить себя от упрёков, что он многое что утаивал, рассказал ему про Неджи. Хьюга Неджи ... Безупречный, всегда одетый «с иголочки». По последней моде. Тот самый омега, про которого Марико-сан, лучшая подруга его ма, однажды – в начале их с Саске истории – сказала. На таких омег надо молиться. Он, признаться, усмехнулся, услышав это впервые. Где тот Храм? Никогда не знаешь, как жестока расплата за пренебрежение к подобным знакам! Ведь мы не вольны над своей судьбой, и не всегда можем предположить, как именно она расставит по местам все свои подарки, как заставит платить за все ошибки, даже самые, на первый взгляд, незначительные. Хьюга Неджи ... Как ни крути, три года он спал с этим омегой. И он почти собрался сделать ему предложение, просто потому, что ему было удобно, и просто потому, что было так принято и от него, возможно, ждали подобного. Однако ... Судьба в очередной раз расстроила все планы. Когда подарила ему вечную муку и вечную любовь – Учиха Саске. Но, тем не менее ... Наруто нахмурился, неосознанно прижимая к себе тихо дышащего омегу. Если подвести итог и перестать, наконец, всё время себя спрашивать, как это произошло, он может заявить о самом главном своём открытии. Даже если это никакая и не тайна. Он, наверное, никогда не сможет полностью постичь омег. И ещё больше – наверное, теперь он не узнает, какие истинные причины двигали Хьюга, который оказался тем самым «кротом» в «Кайсэ» ... « ... Осушив одну из бутылок выпивки, Гаара сказал тогда: – Я столько видел боли, Наруто, что хотел оградить тебя от неё. Хотя сейчас я вдруг понял, как проебался в очередной раз. Тот, кто стоял за многими неприглядными событиями ... Ведь это был твой Неджи, Наруто. Учитывая, что вы всё же были вместе три года ... Я решил, что тебе будет неприятно узнать о нём подобное. А поскольку там, наверху, всё же проявили здравый смысл и возобновили расследование ... Это уже и неважно». Воспоминания вихрем кружились, наслаиваясь одно на другое, показывая прошлое, намекая на настоящее и вскользь – приоткрывая будущее. Бесстрастно напоминая их первую встречу с Неджи. Он тогда спонтанно решил перекусить в первом же кафе, выйдя из университета, где преподавал Менма. Старший брат попросил прослушать его лекцию, на которой он будет «обкатывать» новую тему. Просидев битых полтора часа, погордившись аники и, учитывая, что он умудрился проспать и не позавтракал, Наруто ощутил зверский голод. Так молодой альфа и оказался в кафе при университете, но «тогдашний» он не был бы собой, если бы не принялся искать очередной объект любовного интереса. Так вот Неджи ... Да, расставшись с Менмой и забредя в то кафе, он как раз флиртовал с каким-то омегой, так мило краснеющим от той ахинеи, что приходила на ум. Но едва заметил, как скептически на него посмотрел омега, сидящий через пару столиков от них, враз утратил весь свой боевой пыл. И снова загорелся. Потому что сразу же обратил внимание на раскусившего его шатена и враз решил, что омега будет его и только его. Ведь у него, у Намикадзе Наруто, хороший вкус. Наруто усмехнулся. О да. Он считал предателем Саске, искренне навесив на омегу все грехи мира ... А предал Неджи. « Выслушав покаянную речь Гаары, много что повидавший Наруто грустно усмехнулся: – От чего ты хотел оградить меня, Гаар? Не марать светлый образ моего бывшего? Полно, Гаар. Мне на него давно плевать. Ты зря переживал. Неджи, он ... Он сделал всё, что мог. И это, как ты сам сказал, действительно неважно. Понимаешь?» Наруто, как тот Наруто, из воспоминаний, усмехнулся. Недавно наезжал на Гаару? Что его парни проебались, упустив Саске, когда омега сбежал из-под стражи? Он тихонечко вздохнул, расслабляясь, как только сквозь напряжённые думы его тела коснулось тепло родного человечка, снова и снова напоминая о себе, и намекая, что это всё не сон, а самая настоящая явь. Всё кончено, так или иначе ... И, даже учитывая, что личный кошмар Саске умудрился выжить и, возможно, в недалёком будущем попытается как-то навредить ... – Попробуй, – шепнул Наруто, ласково и нежно-нежно проводя рукой по бедру Саске, нахально пользуясь тем, что тот крепко спит: – В тот раз ты имел дело с малышом. Ты уничтожил единственных, кто мог бы разобраться в твоём истинном обличье зверя. И даже когда тот, над кем ты издевался, пришёл закрыть ваши счета ... Ты радовался своему преимуществу как альфы. Знаешь, зря ... Наверное, тебе бы тоже не помешало послушать лекции моего нии-сана. Тогда бы ты многое что узнал бы о природе омег. Истинных омег, если точнее. Сказал – и поморщился. Подобно фальшивой ноте в слаженном хоре, «нии-сан» резануло ухо, словно само по себе несущее добрый, исконно почтительный, дружелюбный посыл, в подобной интерпретации оно превратилось вдруг в нечто чужеродное. Как если бы было тем, чего не должно было бы быть. Но Наруто, слишком погружённый в свои размышления и выводы, не обратил на этот небольшой диссонанс никакого внимания. Слишком отвлекало его присутствие тепла рядом. Живого, родного. Любимого. Кого мог потерять и, все молитвы об этом – не потерял. И слишком сладко ему было недавнее воссоединение с Саске. Когда, наконец, они смогли прекратить отвергать то, что было известно давным-давно. Более древнее, чем матушка земля и более действенное, чем сама природа, так снисходительно относящаяся к своим неразумным отпрыскам ... То, что они были и есть предназначены друг для друга. Здесь, в прошлом, в будущем – разве это важно? И что уж, то, как ему удалось отвлечь омегу от болей в сломанной руке ... наверное, можно же позволить себе немножко погордиться этим? Он итак много чего испортил в их с Саске отношениях ... Оба постарались. И уже, право слово, неважно, чей взнос более весомый. Так почему бы и нет?! А Неджи ... Ками, только ками позволено судить тех, кто оступился. До тех пор, пока их дороги никогда не пересекутся, ему, как он когда-то сказал, плевать. И то, что такие, как Хьюга, как та же Кагуя, или её учитель, Цунаде ... потеряли работу, бывшую смыслом их жизни, можно зачесть небольшой, но карой за все грехи? За каждым поступком ведь есть выбор. Что ж, каждый из этой своеобразной «троицы» в тот или иной момент своей жизни его сделал. У каждого было своё оправдание, возможно, для них существенное и неотвратимое. Но, опять же ... как он, альфа Саске, и решил, до тех пор, пока их дороги и судьбы не пересекаются с их с Саске ... они для него перестанут существовать. А если ещё проще .... В таком случае ... пусть ступают с миром. Туда, где никогда не произнесут их имена. И где мы никогда не услышим о них. Ведь правда, Саске? Он покосился в неведомо какой раз на своего Цветочка, и вздохнул. Занесло ... Наруто вздохнул, заставив себя отвлечься. Правда, в текущей ситуации только воспоминания об их с Саске недавней близости были наполнены уютом. Они, эти воспоминания ... Ну да ... Ведь не всегда радужные. Тот омега ... Из которого пытались сделать ручное, покорное подобие младшего Учиха ... «Безымянный Саске» столько всего натерпелся ... и физически и морально, побоев, изнасилований, пыток, издевательств и непрестанных угроз, что, к сожалению, после тщательного обследования в Медицинском Центре «Kaie Hospital» , вердикт был однозначен. К сожалению, он безумен. А как он мог выглядеть до операции, навсегда перекроившей его лицо ... Теперь уже и не выяснишь. К тому же никто его и не искал. У бедняжки вообще не было родных. Наруто помнил, как ма решительно объявила, что их семья будет оплачивать счета за лечение и хоть какое восстановление бедняги, и пусть его разум рассеялся окончательно, превратив того в живой ходячий овощ, не реагирующий ни на что и ни на кого ... он не останется один на один в этом враждебном мире, расплачиваясь за чужие грехи. У них с Менмой действительно святая мать. Омега. Он чуть сильнее сжал в объятиях спящего Саске. Чуткое ухо альфы уловило равномерное тиканье напольных «Saa Time»***, украшавших гостиную. Он отыскал взглядом более мелкую копию огромной продукции часового завода. Такие же часы, только более компактные, с подсвеченным светодиодами циферблатом, бесшумно показывали время, сменяя секунды на минуты и потихоньку двигаясь вперёд. Наверное, несмотря ни на какие преграды, что-то хорошее действительно вошло в их с Саске жизнь. Когда альфа переступил порог родного дома ... напольные часы только-только отбили свой мрачный ритм. И он только сейчас вспомнил ... Два часа ночи. Час быка, как любил говорить покойный дед, обстоятельно поясняя маленьким внуками «часовой расклад». Тёмное время. Когда погиб отец-альфа, Минато-сан. Когда доведённый до отчаяния Саске покусился на жизнь своего чёртового старшего брата. И когда он, Наруто, вернулся домой, и увидел своего омегу. И понял самую важную истину. Это так просто – альфа-самец, прирождённый лидер ... но во всех своих жизнях крепко-накрепко связанный со своей половинкой. Как Инь и Ян. И, самое главное и важное. Они с Саске сумели выбраться из замкнутого круга. Теперь они просто вместе ... Улыбаясь, Наруто, цитируя сам себя, расслабленно покосился на лежащего рядом, тихонечко подул на макушку прижимавшегося к нему омеги. После убойного секса, конечно, волосы Саске были влажные, и прилипали к вспотевшей коже, но ... Эти несколько прядок задорно торчали вверх, неподвластные никаким коллизиям. Хихикнув, альфа снова подул, так, чтобы попробовать присоединить эти самые прядочки к своим собратьям, чёрной волной лежащие на груди спящей Принцессы. Ожидаемо ничего не получилось. Словно подтверждая, что будут бороться за своё бесспорное право торчать вверх назло любым парикмахерским потугам, короткие пряди преспокойно выпрямились, устремляясь куда-то вверх. Ну и славно ... Большим пальцем руки Наруто ласково провёл по оголившемуся предплечью. Покосился в сторону давным-давно снятой ночнушки, подозревая, что восстановлению она явно не подлежит и давая себе обещание купить омеге все ночнушки мира, которые тот пожелает. Когда выспится. Он приготовился терпеливо ждать, притихнув и не шевелясь, чтобы не разбудить. Пусть у самого сна, как говорится – ни в одном глазу. Пусть даже его, Наруто, мышцы совершенно одеревенеют от однообразной позы и вообще застынут так, что придётся потрудиться, чтобы как-то двигаться, после пробуждения «Спящей красавицы» ... Он хихикнул, вспоминая предыдущие нежные прозвища своего мальчика. Цветочек. Малыш. Принцесса ... Да кто угодно, главное ... Он его! Наруто снова уткнулся в предплечье омеги, медленно ведя носом к шее, с наслаждением вдыхая обожаемый запах того ... Тонкий, почти незаметный морозный аромат снежной камелии, нежное дыхание личжи или «глаза дракона», усиленные ароматом едва распустившейся чёрно-алой розы с росой на бархатных лепестках ... Снежная камелия. Та самая, цветущая под снегом. Аромат которой может почувствовать только тот, кого изберёт это сердце. Идеальное сочетание для его запаха сильного альфы – свежий хвойный аромат сосны и красного апельсина. Его омега-соулмейт. Саске ... Продолжая обнимать омегу, Наруто чуть развернул правую руку, которой он обнимал своего партнёра, запястьем к себе. Любуясь, как переливы рассвета окрашивают его расцветающий Знак соулмейта. Перо яркого, насыщенного, ало-золотого цвета. Он мог и не смотреть, он знал. На левой, Богом хранимой руке омеги, пылал всеми огнями чёрный Феникс. Тот, кто дал Саске силы противостоять Мадаре. Тот, кто направил его, Наруто, в тот пр̀оклятый дом. Чтобы вместе с группой Менмы успеть спасти ... Его родную душу. Его родного, неповторимого Саске ... Какой-то посторонний шум привлёк внимание Наруто, размышлявшего над перипетиями судеб и мировыми глубинами философии. Ах да ... Его многострадальный «Sony X», здорово так хряпнувшийся об пол, но, видимо, несмотря на этот казус, оставшийся целеньким,и, судя по звукам песни той самой популярной группы, настойчиво вибрировал, энергично требуя ответить. Затаив дыхание, альфа принялся осторожно вставать, попутно высвобождаясь из таких родных и уютных объятий. Он, конечно, мог и наплевать на звонившего в такую рань, но вдруг Гаара что хотел ему сообщить, или Менма, снова сваливший в «Кайсэ» ... Хотя им там работы ... Ноги коснулись пола. Наруто оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что не разбудил и не потревожил. К счастью, нет. Саске продолжал спать, только, оказавшись вне объятий, тотчас свернулся клубком, посапывая. Умилительная картина. – А ещё возмущался, почему котёнок, – хмыкнул Наруто, выпрямляясь и потягиваясь. И давая себе слово как-нибудь переубедить омегу, что и «котёнок» вполне себе хорошее, ласковое прозвище. Ведь «Цветочек» же прижился! Он настойчивый, к слову, так что ... Брови альфы сошлись на переносице. Оказывается, ему прислали сообщение. Помедлив, Наруто открыл текст. И, чертыхнувшись про себя, принялся быстро искать разбросанную одежду. – Вам подарок. Выйдите наружу, Вам понравится. ... «Прощайте врагов своих ... но вначале отплатите им за всё!» * Если кто не понял скрытого смысла – это о том дне, когда он увидел «измену» Саске. ** Самый популярный магазин постельного белья, имеющий собственное производство. Брэнд вымышленный. Все совпадения случайны. *** Марка часов, как ручных, так и огромных напольных. И стандартное: Брэнд вымышленный. Все совпадения случайны!