Чёрная невеста

«Любое мастерство поможет в жизни» Ещё раз перечитав текст сообщения, Наруто поспешно сунул «Sony X» в карман просторных спортивных штанов с оскалом какого-то вымышленного зверя аккурат вдоль паховой области. Сверху накинул олимпийку с подобными же «клыками» на спине. Думал, когда покупал,будет прикольно. Да и Саске хотелось развеселить ... Альфа покосился в сторону крепко спящего омеги. Уже два раза отвлёк. Если секс туда зачесть. Наверное, он действительно захотел стать для Саске, если начистоту, самым лучшим альфой. На свой собственный манер, конечно, но ... Он ведь ... если говорить словами сопливой романтики ... Он ведь и в самом деле готов весь мир порвать ... за него ... И глубоко плевать, как думают и называют тех, кто не чужд мира «розовых пони, радужных соплей и слоников»! Но сначала надо узнать, что там за подарок, который ему понравится. Альфа сдержал эмоции. Негативные, если об этом. Он вообще-то не любил подобного. Даже учитывая, что рос в довольно задорном окружении. Его собственный, единокровный нии-сан ... Не случись всей этой хуйни с вышедшей на белый свет правдой об истинном облике Чёрного Жнеца*, грандиозным разоблачением и визитом в его логово, от чего его до сих пор тянет блевать, если честно ... Однако ... Если ненадолго – хотя бы ненадолго, чтобы дать воздух, чтобы продолжать дышать, двигаться, жить! ... Он бы подумал, вся эта «пафосная» sms-ка – дурацкий розыгрыш имени Менмы, только и всего. Ведь старший брат, несмотря на то,что был весь до мозга костей, полицейским, и грезил «Кайсэ» даже когда ушёл из него, любил иногда разыгрывать своего отото. Особенно в те далёкие, самые счастливые, мирные дни, когда ещё был жив альфа-отец, когда было много надежд и чаяний ... Когда семья, его, Наруто, семья, была одним целым. Счастливым целым. Так вот ... Розыгрыши Менмы, к которым он иногда подключал и сурового Гаару, наверное, уже родившегося таким, если кого и выбирал «для преданности», то это было навсегда. Поэтому охотно участвовал в проказах «нагрей мелкого», и «Нару, держи ложку, я съем свою половину, а твоя останется», а потом рёв и топот маленьких ног «ма, аники обещал не трогать мою половину, а где она?!!!». Наруто рос, и розыгрыши тоже. Пока отца не убили. А он ... встретил Саске. У которого были свои ... розыгрыши. Когда чудовище рвало и насиловало за него, пока не решило добраться до первоисточника ... если можно так назвать истерзанного омегу ... Его омегу. Его Саске. Такие вот ... розыгрыши. Но ... Наруто дотронулся до слегка оттопыренного кармана. Но ... Но не в этот раз. То, в каком состоянии он видел Саске, его крик, его растерзанный вид ... Он не забудет никогда. Как и то, каким бы мог быть его омега, тоже. Наруто никому не сказал, но звон цепей нет-нет, да вспыхивал в его мозгу, мрачно хватаясь за воспоминания и отравляя своим звоном всё то светлое, что не дало никому из них навечно сгинуть, соскользнуть в бездну. И ещё. Никогда бы не сказал подобное ... Деньги зло. Когда помогают избежать возмездия кое-каким тварям. Он едва не сплюнул, лишь бы не упоминать ненавистное имя. Но тогда ... Если это не дурацкий розыгрыш ... Тогда ... что это такое? Какого чёрта происходит? Кому и зачем это нужно, если он не просил ни о чём таком ... да и Саске, наверное, тоже?! Он снова посмотрел, как Саске мирно спит. Безмятежный – как давно он не спал так спокойно?! Умиротворённый. Ну ... если бы все мировые проблемы решались отличным сексом альф и омег, у нас было бы абсолютно счастливое гражданское общество. Впрочем, если дело касается покоя отдельно взятого омеги, Наруто готов его иметь двадцать четыре на семь ... Скептически хмыкнув, Намикадзе на цыпочках вышел из комнаты. Подумав, направился к центральному входу, рассудив, что навязанный неведомый подарок доставили именно туда. Дверные створки бесшумно распахнулись, впуская в холл предрассветную прохладу. Загадочный шутник или кто там, не обманул. Едва альфа приоткрыл входную дверь, первое, на что упал его взор, была коробка. Обыкновенная четырёхугольная коробка из гофрокартона. Среднего размера, обёрнутая в блестящую бумагу, чьи отдельные полоски, попадая под полоску света слегка раскаивающегося на ветру всё ещё не выключенного фонаря, вспыхивали розово-фиолетовым огнём, добротно перевязанная золотой лентой. С красиво сложенной огромной «розочкой» такого же насыщенного золотого цвета. Со всеми положенными «праздничными» атрибутами, картонная тара таинственно и радостно сияла в лучах ярко-розового рассвета, предваряющего постепенно разгорающийся день. Как и назначено подарку. Наруто внимательно огляделся. Вокруг было тихо. Ничего подозрительного. После того, как Саске вытащили из того дома (Наруто не хотел прямо называть логово монстра бывшим именем о-супруга), Гаара снял охрану. Мудро рассудив, что нервы младшего Намикадзе итак ни к чёрту. Да и кто теперь, в здравом уме, сунется к Намикадзе?** Наруто усмехнулся, привычно погладив кольцо огненно-рыжего цвета в виде задорно скалящегося Лиса. «На одну фалангу», как пообещал Гаара. Удивляясь потом, почему, учитывая, что «спецзаказ» изготавливал лучший ювелир, девятихвостый демон всё равно не получился зловещим, как у него. Наверное, любовь? Предположил тогда Наруто, чтобы подъебнуть Собаку но. И до сих пор усмехался, как покраснел обычно непробиваемый грозный якудза ... Усмехался своим мыслям, продолжая сканировать местность. Чёрный юмор, однако. Он присел около коробки, вслушался. Никаких посторонних или странных, подозрительных шумов, навроде зловещего тиканья механизма ... Да и он, похоже, ещё цел. Если б хотели, ошмётки плоти давно бы развесились по ветвям близлежащих кустов. Ещё одна выдержка из области мрачного. Что-то он развеселился. Юморист хренов. Цокнув, Наруто всё же решил первым проверить, что за штуку ему пытаются подсунуть. Прямо здесь, чтобы не разбудить домашних раньше времени. Если всё-таки сработает механизм. Затаив дыхание, он осторожно подцепил один из краёв упаковочной бумаги, стараясь не слишком шуршать, хоть и начал распаковку подарка вне помещения. Возможно, застукай его Менма, ему бы не поздоровилось, однозначно. Во всяком случае, несмотря на звание первейшего затейника, Менма всегда был более чем осторожен к подобным вещам. Но, в конце концов, должен же он узнать, какого чёрта происходит?! Если всё кончилось, то какого рожна ему присылают подобные подарки, которые он не заказывал? Коробка оказалась прозрачная. Именно поэтому её и запаковали в хоть и глянцевую, но довольно плотную, обёртку. Но не это было главное. Дно коробки было из плотного картона. С неким своеобразным «постаментом» для, собственно, подарка. Человеческой головы. *** Гаара со вздохом повернулся к бледному, словно смерть, Наруто. Пожалуй, в подобном состоянии он видел своего бесёнка редко. Возможно, самый последний – в поместье исчадья Ада, Учиха Мадара или Чёрного, Омежьего Жнеца. Как говорил мудрый Джирайя-сама, никому не удавалось переиграть судьбу. Так или иначе, она возьмёт своё. Можно ли это отнести к младшему Намикадзе? И ещё. Когда с Наруто что-то происходило, поскольку он был младший брат Менмы ... Он, Гаара, всегда искренне считал это своим проёбом. Как говорится, это уже стало «визитной карточкой» их дружбы. Потому как Гаара именно так считал и именно этим дышал. Всё для Намикадзе. – Мои парни аккуратные, ты же знаешь. Дерьмо убрано, следы подчищены. Наруто сжал челюсти и побледнел ещё сильнее. – Я знаю, что у Мадары и Итачи, как ... действующих глав «Учиха Групп», было принято носить чокер-ожерелье. На тонком чёрном ремешке три кольца. Разве что у Мадары в виде символа красной птицы-дракона на чёрном фоне, у Итачи – с символом бесконечности вокруг п̀олого кольца.*** – Поскольку Итачи-сан всё ещё жив-здоров и, судя по обвалу прессы, «встал у руля» компании и возглавил Клан, это была голова Мадары. И это неопровержимо доказывает его безоговорочную смерть, а где остальное, нам насрать, – цинично заметил Гаара, откупоривая ёмкость с самым крепким саке. Молча приняв стакан, Наруто в пару глотков опорожнил его и, продолжая держать опустевшую посудину, равнодушно пожал плечами: – Признаюсь, самая первая моя мысль была – унести эту ... мерзость куда подальше, пока все спят. – И ты водрузил крышку на место и отволок сиё произведение искусства мне! Радостно заключил Лидер якудза: – Хотя ... надо заметить, это была правильная идея. В утилизации дерьма мне равных нет. Наруто посмотрел. – Хорошо, когда есть безликие исполнители, правда? Но мне действительно стало намного легче. Хоть всё было залито кровью ... Я смог разглядеть фамильные черты Учиха. А по чокеру, зачем-то оставленному ... части трупа, я и опознал, кто это. Ублюдок нарвался. И он мёртв. А значит, больше никогда не затмит горизонт моему омеге. Единственное, что я думаю по этому поводу. Гаара, внимательно слушавший его, подытожил: – Значит, тебе неинтересно узнать, кто тот добрый ангел смерти? Наруто отрицательно покачал головой. Но чокер, брошенный Гаарой, поймал. Прежде, чем Гаара, чисто из любопытства, уточнил, чт̀о Наруто собирается делать с украшением покойного, Наруто вдруг задал вопрос и внимание Собаку но тотчас переключилось на новые обстоятельства. – Ты сумел достать карточку Саске? Собаку но задумался. Мёртвая голова Учиха – это одно, а вот побочные обстоятельства, как он это называл, другое. Тем более, Менма так орал! Вздохнув, Гаара решил, что у него судьба такая – всегда быть между двух огней и что-нибудь да утаивать. Уловив внимательный прищур ярких синих глаз, подтверждающе кивнул: – Ты же уже знаешь подробности махинаций лечащего врача Саске-чан. Так зачем этот вопрос? – Может, потому, что я начинаю жизнь с нуля и не хочу лажать? – Пафос, – проворчал Гаара, – когда ты был с Ли, с Васаби, с Неджи, наконец, да с каким другим омегой ... за тобой подобного не замечалось! Только и всегда Саске-чан. Несмотря на ... Он подушечой большого пальца отёр запотевший бок «Ши Цю» ****, вздохнул: – Подлинный диагноз Учиха Саске. Заметив, как вскинулся светловолосый альфа, со значением добавил: – То, что он Намикадзе, это номинально, мы это знаем. Как и то, что в первый раз ты его обманул ... – Если бы это было также с его диагнозом, – выдохнул Наруто, разом смиряясь. – Я не буду уточнять, откуда у тебя сведения, которые я, что скрывать, не хотел давать тебе ... Возможно, полетят ещё головы у моих Дьяволов ... Но Синдром реализации пограничного соулрегресса ... – Замолчи!!! – рявкнул Наруто. Тяжело дыша, разворачиваясь на голос, он резанул по примолкнувшему альфе практически невменяемым взглядом. Тем, которым награждают перед тем, как начать убивать. Именно поэтому Гаара, признав право Наруто, чуть отступил назад, кивком подтверждая это право. Право Доминанта. Право Истинного Соула. Для него был и есть только этот омега. Прекрасный, загадочный омега по имени Саске. Тот, кто много лет страдал ... неся искупление за свои, но навязанные, грехи. Разве красота – грех? Разве притягательность, неуловимая сексуальность, манящих раскосых глаз – грех?! Разве неопытность, незнание, слабость там, где тебе навязывают силу – грех?!! А когда тебя объявляют лжецом, малолетним преступником, едва ли не психопатом ... это грех?? Тогда куда отнести деяния тех, кто сталкивал юного, беспомощного омегу в яму позора и разврата? « Менма кивком показал на «Психосущность»*****. – Я за многое буду отчитываться перед нашим отоу-сан ... И неважно, что ты теперь не менее важная шишка. Я твой брат, Наруто. Старший брат. А сделать так, чтобы ты никогда не участвовал в делах «Кайсэ», не смог. – Мы об этом уже говорили, клыки стёрли! – зло потёр мочку уха Наруто. – Именно клыки, – устало-обречённо выдохнул Менма, сжимая виски: – Открой ... там, на двадцать четвёртой странице, словно специально ... Наруто понял сразу. «24» – «НИ: СИ». Двойная смерть. – Так вышло, эта ... история и легла в основу всего. Прошлый век ... а актуальна во все века, как говорится. И говорится. Сухими языками полицейских отчётов. Слезами омега-матерей. Криками альфа-супругов. Смешанными воплями и кровью тех, кто остался. Он вспомнил ту лекцию, к которой всё время обращался Менма. То самое учебное пособие, на которое ссылался Хирузен Сарутоби. – Они не сумели его поделить. А, поскольку они оба были его истинными, они просто разорвали омегу на две части. Каждому по половине. Когда их брали, оба счастливо жили каждый со своей ... тронутой разложением, частью омеги. Воспринимая этот обрубок как своё. Он тогда не выдержал. Сорвался. – Почему? Зачем такая жестокость?!! Разве на лекции нам не твердили о драках между доминантами??Как ты сказал, за своё?? Аники сухо усмехнулся. – Потому что не это признак доминирования, малыш». Гаара спокойно ждал. Возможно, они с Менмой всегда будут знать чуть больше Наруто. Но в то же время именно они будут те, кто всегда будет стоять рядом. Наруто мучительно вздрогнул, обхватывая себя руками. Совсем, как ... Саске. Когда ему было плохо от всех этих ... терзающих потерянную душу, воспоминаний. – Он не справился с этим, – едва слышно сказал он, смотря в какую-то, одному ему понятную, точку: – К тому же ещё не просто истинность. Соулмейт. Это усиливает ощущения в разы сильнее. – Альфы, по сути, собственники, – сдержал вздох Гаара: – Не так уж много подобных случаев, но, если в центре омега ... Исход плачевен. Редко кто согласится на «тройную» пару. Если ты догадался, о чём я. У нас так устроено. Притяжение рождает преступление. Кажется, один из тезисов лекции был об этом? – Да, – вынужденно кивнул Наруто: – Я ревновал и ревную. Но убивать, рвать и калечить омегу ... Не тянуло. – И слава ками, – проворчал Гаара, подкрепляя свои расстроенные нервы не менее крепкой сигаретой. Передёрнулся нервно, представив «красочную» картину. Дал прикурить тотчас замолчавшему Наруто и добавил: – Одним из углов оказался Мадара. Чт̀о у маразматика было в мозгах ... уже не узнать, но он прямо права не заявлял, и, возможно, пытался как-то вытравить влечение, считая его аморальным, и, натворив дел ... вовремя сдох. Наруто выпустил вверх длинную-предлинную струю дыма. Так, отвлечься. Кто бы ты ни был, добрый ангел смерти, как назвал тебя Гаара ... спасибо. *** Кто бы ты ни был ... Забуза задумчиво смотрел перед собой, отрешённо прикусив какие-то, п̀оходя сорванные, травинки. Дежа вю, будь оно неладно. Он сильнее сжал челюсти, чувствуя, как в нёбо брызнула перемолотая клыками зелень. Как уже было ... Разве что ... пучок не пострадал. Не хотелось думать, двигаться, разговаривать. Возможно, именно поэтому он здесь? Поэтому ками, в своей милосердности, и привёл его сюда? Несмотря ни на какие грехи ... которые он ещё не отмыл? Да и отмоет ли? Ками ... Альфа перевёл взгляд. Наверное, так было задумано неведомыми строителями. Или служителями. Или самим ками. Чтобы дорогу к Храму находили в первую очередь те, кто в этом нуждался. Он прищурил глаза. В утешении? Он вдруг прислушался, и некоторое время так и застыл, с каким-то странным вниманием слушая, как вздыхает и шепчет что-то листва, как шелестит трава от порыва ветра, словно приминаемая чьим-то невидимым прикосновением босых ступней, как поскрипывают стволы деревьев, чьи кроны заботливо укрывали строения божьего дома от глаз неверующих. Ну или праздношатающихся ... один за другим, вопросы зашевелились в мозгу, словно спущенные с цепи дикие псы, вычленяя самый главный. С каких пор он стал верующим?! Сердце вдруг сжалось и забилось быстро-быстро, словно отвечая на странный вопрос. С каких пор?!! Забуза прислушался к чему-то новому, что зарождалось в его, казалось бы, давным-давно равнодушной и оледеневшей душе. Может, с тех пор, шепнуло что-то внутри него ... что он и сам не заметил, как стал другим? И захотел разделить это чувство ... с ещё одной потерянной душой? Закрытые ко всему миру и слегка оттаявшие с недавних пор глаза сощурились. Он смотрел на кусты экзотических растений, разросшихся вокруг ступеней Храма, и вспоминал ... ... Как впервые наткнулся на это место. Наверное, пусть он и слишком нагрешил в прошлой жизни, но ему всё же дали шанс в этой, несмотря на всё тот же путь, которым он долгое время шёл ... что, когда альфа дошёл до критичной точки невозврата, будто кто-то, более снисходительный к грехам неразумных, показал дорогу сюда, в этот Храм?? Почему, когда балансировал между отчаянием и лютым желанием всё крушить и всех убивать ... когда сел в машину и просто принялся гнать тачку до дымящихся шин, визга тормозов, мелькающего шоссе и отчаянно сигналящих водителей встречных машин ... Почему ему показали дорогу сюда?!! « ... Он сам не знал, почему решил туда зайти. Просто вышел из больницы, где долго беседовал с лечащим врачом Тен-Тен. Просто завёл мотор ... Но, когда колёса тёмно-вишнёвой «Тойоты», взвизгнули в очередной раз ... когда он в последний момент вывернул руль, уйдя от столкновения с огромным грузовым автомобилем ... он съехал с трассы ... и, буквально вывалившись из кабины, долго брёл, сам не осознавая, куда и зачем. Пока не увидел Храм. Он помнил всё так явственно, словно увидел его только что. Как и охватившие его в тот момент чувства. Едва рассеянный взор выбитого из колеи альфы вдруг выхватил очертания божьего храма, что-то неясное шевельнулось в груди, словно шепнуло, мол, иди. Там твоё спасение. Серые глаза с непонятной, зарождающейся надеждой, чуть расширились, жадно оглядывая строгие очертания прибежища заблудших душ. Таких, как он. Он, хладнокровно отправлявший к праотцам «клиентов» за нехилые бабки, чья рука ни разу! Не дрогнула, когда он, сквозь прицел держа «на мушке» потенциальную жертву, убивал наповал, никогда не промахиваясь и не сожалея. Даже когда однажды ему пришлось пристрелить беременного омегу. А теперь он расплачивался. Говоря словами той, кто сумел пробудить его ожесточившееся от одиночества сердце ... Искупление. Или расплата за все грехи? Мера наказания ... Снова остаться одному в этом мире. Нет, нет! Только ... не для неё ... Ведь ... если он не разбился нахрен, а оказался здесь ... Может, ещё не всё потеряно?! Б̀ольше того, что мелькнуло в его воспоминаниях, похожих на сожаления о никчёмности своего нынешнего существования ... не хотелось ворошить. Итак паршиво. Ведь он ... когда не дал погибнуть Тен-Тен ... там, под колёсами его недавно купленной на последний гонорар «ласточки» ... и когда, сам не понимая, отчего, постановил, что, раз спас, то теперь отвечает за эту спасённую им жизнь ... Ещё тогда потянулся к ней. Неосознанно. Вопреки всему. Даже тому, что между ними было двадцать лет разницы. И невзирая на то, что он ... ... Помимо погибшего от неудачных родов, вместе с их так и не рождённым ребёнком, Хаку и умершей от непонятной болезни матери-омеги. Единственные, кого он впускал в свою запутанную жизнь. Кроме неё. Забуза на несколько минут прикрыл глаза, сложив перед собой ладони в покаянном жесте. Прислушиваясь к себе. Пока не услышал тихое пение какой-то птицы. Разумеется, когда он тотчас открыл глаза и оглянулся по сторонам, он сумел заметить только небольшую юркую тень, взмах крыльев, маленькое тельце, вспорхнувшее в сторону разросшихся вокруг Храма деревьев. Птичка быстро-быстро пролетела перед ним, успев сделать полукруг, летя вперёд, будто показывая человеку дорогу к Храму и даже не сомневаясь, что он сделает единственно правильный выбор. Примет верное решение. Альфа колебался недолго. Сначала стоял, в раздумье, смотря перед собой, перекатывая во рту бездумно сорванные травинки. Всё вспоминал разговор. Из-за которого он второй раз в жизни сорвался ... ... – Момочи-сан! Мерно пикали приборы, поддерживающие жизнь в хрупком, исхудавшем теле. Он приходил сюда, как на работу, несмотря на то, что и видел-то омегу через стекло. Но, благодаря щедро оплаченным счетам, и, возможно, тому, что он единственный доминант, никто не смел его прогонять, когда он оставался дежурить на ночь. Смотрел и сам не знал, на что надеялся. Господин Танака Ихара, худощавый альфа, недавно закончивший обход, сделал знак: – Мне надо сказать Вам, Момочи-сан, кое- что важное ... Забуза, стоявший почти вплотную, насторожился. В те последние дни, когда он приезжал к Тен, с учётом отлучек по делам, то есть раза два-три в неделю, его не покидало стойкое ощущение, что вокруг них происходит что- то странное. Толком объяснить себе, чт̀о именно, альфа не брался, ведь он, если можно так сказать, никогда не верил во всю эту мистическую чушь и, особенно после смерти Хаку с младенцем в утробе, тем более. Прагматик до мозга костей. Но ... Наверное, в тот день, когда он позволил себе снова начать жить, ну или попытаться, что-то действительно сместилось в его мировоззрении. Или это были шутки подсознания? Однако факт оставался фактом. Каким бы толстокожим Момочи не был, он не смог не почувствовать эту странность. Почему о-медсёстры, встречая его, всё время прячут глаза? А альфа-врачи вообще отводят взгляд и стараются побыстрее скрыться в своих кабинетах, оправдываясь какими-то делами?! Он никак не мог понять, что происходит, и даже не знал, если набраться смелости и попробовать прямо спросить Ихару-сэнсэя, то, как вкратце описать свои ощущения? Мол, мне тут почудилось что-то нехорошее, не могли бы Вы пояснить мне мои причуды? Минимум ему покрутят пальцем у виска, максимум напомнят, что итак пошли ему на встречу и много каких инструкций нарушили, учитывая, что больная ему не омега-супруга, вообще никто. Объяснения, мол, это моя любимая, засуньте себе ... И вот сейчас, направившись к всё ещё ждущему его Танака, и на ходу обернувшись, до Момочи вдруг дошло. Что ему показалось странным, после многих-многих странных дней ... Щёки Тен-Тен, мертвенно-бледной Тен-Тен ... покрывал лёгкий румянец! Он остановился так резко, что едва не навернулся, за секунду до столкновения обогнув стол, с каким-то пикающим аппаратом. Наверное, сыграла на руку его профессия. Просто из области чёрного юмора, не иначе. Но когда Момочи подошёл к доктору, его охватил страх. Беспричинный страх, что всё ему померещилось, и ему хотят сказать ... Вздохнув, альфа сжал руки, лежащие на коленях, в кулаки. Как он только сдержался тогда и всех, на хуй, не перебил?! Наплевав на мораль, на то, что, как ни крути, эти ... в белых халатах, как могли, сражались за жизнь его последней омеги ... до последнего. – Видите ли ... Мы ничего не говорили Вам, поскольку Вы не являлись официальным опекуном Тен-Тен-чан, просто сообщили, что она находится в коме. В искусственной коме, если точнее, и это была вынужденная мера, поскольку началось внутреннее кровотечение, и это было сделано, чтобы спасти её жизнь. Но, как показало время, эта вынужденная мера практически ничего не дала пациентке. Мы ничего не говорили Вам, наблюдали, чтобы не подавать ложных надежд. Вели записи – практически ежесекундные. Собирали консилиум. Сравнивали показания. – И что всё это значит? Если дело в деньгах ... У меня их достаточно. Не для кого копить. Поэтому я готов отдать всё и даже больше, только делайте своё дело и ... – ... к сожалению, тут дело не в деньгах. Танака почтительно поклонился. И, выпрямившись, спокойно продолжил добивать. – Учитывая всё мной сказанное, поскольку в динамике шансы пациентки незначительно, но укрепились ... Я беру на себя смелость сказать ... Возможно ... Со дня на день ... Тен-Тен-чан выйдет из комы. Помнится, Момочи тогда не сразу воспринял новость; стоял, переваривая услышанное. Он, прожжённый, циничный, закалённый убийца, делающий своё дело так, как обычные среднестатистические офисные работники выполняют рутинные расчёты, готовя какой- нибудь статистический отчёт, на секунду растерялся. Стоял, чуть приоткрыв рот, дыша через раз, только машинально поглаживая грудь с правой стороны, где сквозь ткань джинсовой рубашки ощущался грубый рубец давнишней, плохо сшитой неумелыми руками раны. Пуля давным- давно была вынута, кожа затянулась, и кости срослись ... а фантомные боли остались. Как и страх потерять нечто важное, что у него было в этой грёбанной жизни. Последнее, что было. Стоя тогда в холодном, до блеска начищенном коридоре реанимационной палаты, Момочи вдруг с иронией осознал, что судьба весьма циничная шутница. Забуза усмехнулся, рассматривая сбитые в кровь костяшки. Да, пришлось потрудиться. Впрочем, он давно привык к грязи, работа такая ... Но это того стоило. В тот момент, когда ты привыкаешь к одиночеству, и даже смиряешься, что и помирать-то будешь либо в старости где-нибудь в приюте для таких же полоумных стариков, знать не знающих, что за фрукт испускает дух рядом, либо, забившись куда-нибудь, чтобы тебя не нашли и твои кости мирно сгнили нахер, никому не нужные и никем не потревоженные ... ... Так вот, именно тогда тебе посылают дар небес. Такое же отчаявшееся, одинокое существо. И когда ты понимаешь, что, похоже, ты уже и не один, в один миг всё складывается иначе. И ты снова один ... Наверное, только дикая, отчаянная надежда, что, раз Тен не совсем мертва, оставила и его в этом мире». А ещё не менее дикое, поистине животное желание восстановить справедливость. На свой манер. Очнувшись от дум, Забуза выплюнул травяное месиво, отряхнулся и решительно направился в сторону Храма. Там, оставив обувь, он прошёл немного вперёд и остановился. Он не ожидал чего-то особенного, не думал, что, наверное, присущие многим воспоминания о том, как он малолеткой стоял в подобном месте с матерью-омегой, внезапно оживут и он проникнется таинством и волшебством ... Но ничего искусственно возрождать и не потребовалось. Чувства вернулись сами. Так, будто он никуда и не уходил, а жил всё это время в ладу с самим собой, как ни странно. Тихо журчала вода; поднимаясь по бамбуковому желобу, выливалась из него и перетекала в другой желоб. Под тяжестью жидкости вторая бамбуковая трубка наклонялась и со стуком ударяла по камню. Вода выливалась, и пустой бамбуковый желоб вновь поднимался ... Звенела музыка ветра, словно в такт пению струй воды небольшого сиси- о -доси, устроенного посреди сада при Храме, и от этого на душе Момочи и вправду стало так мирно и спокойно, как не было уже очень долго. Он как будто решил некую загадку, терзавшую его беспрерывно всё это время.Словно наконец наступило равновесие. Почти победа вчистую. Вот только ... Альфа вдруг вспомнил последние слова Танака Ихары. «– ... поскольку в динамике шансы пациентки незначительно, но укрепились ... Я беру на себя смелость сказать ... Возможно ... Со дня на день ... Тен-Тен-чан выйдет из комы. Однако ... Сделав паузу, дав возможность Забузе осознать, что может случиться, с циничностью медика, постоянно видящего смерть, он добавил: – ... Если этого не произойдёт, то есть никаких изменений в состоянии пациентки более не будет, по нашим законам, омега Такахаши Тен-Тен признаётся официально умирающей, и согласно ... параграфа ... ****** мы будем вынуждены отключить Такахаши Тен-Тен от приборов. Поймите меня правильно, Момочи-сан. При нынешнем положении дел, если так и будет, мы считаем, что её мозг, возможно, отмирает и продолжать искусственно удерживать Вашу омегу на аппаратах нецелесообразно. И, учитывая инструкции при подобном исходе, невзирая на Ваши взносы, мы вынуждены будем пойти на подобный шаг. Я заранее предупредил Вас, как её представителя, но не опекуна и а-супруга, чтобы не было юридических недопониманий в подобном случае». Забуза снова усмехнулся. На разбитых костяшках есть немного засохшей крови и того врача. Ну, может, он и не прав был ... Но врезал от души, едва Ихара закрыл свой поганый рот. Выйдет-не выйдет ... А приговор уже озвучил, сука. Не сдержался он, это так. Разве это справедливо? И, вообще, какая она, справедливость? Под визг горящих шин; в широко распахнутых испуганных глазах, в которых ты нашёл себя сразу и безоговорочно, или на слегка потёртых ступенях одного древнего Храма? Никто не мог знать все ответы. Или это было неважно? А важно совсем ... совсем другое? Но что? Сердце снова забилось, в этот раз сильнее, будто решив напомнить о себе или дать подсказку. Наверное, когда-то в старину это бы назвали знак свыше. Забуза поднял голову: – Я сделал то, что посчитал сделать нужным. Но ... но сейчас я не знаю ... Правильно или нет? Впрочем ... мне уже всё равно. Может, я и бездушная тварь, но ... Словно признав своё поражение, желая выразить смирение, он медленно опустился на колени, опуская глаза вниз. Губы дрогнули и он, решившись, неистово, так, будто это было действительно важное, самое важное в его жизни, взмолился: – Пожалуйста ... Ками ... Только один шанс ... хотя бы для неё ... Пожалуйста!! Я заплачу любую цену, назначенную тобой, но прошу ... Прошу ... Я сгорю в Аду за содеянное. Но, пожалуйста, Ками ... Хотя бы её спаси ... Мы так и не научились быть милосердными и терпимыми, но мы совершали самопожертвование ради спасения друг друга. * Чёрный, или Чёрный Омежий Жнец –Люцифер по-Японски. Абсолютно вымышлено, если говорить о «демонологии». Все совпадения случайны. ** Надолго или нет, Намикадзе Наруто теперь сайко коммон, второй после босса (Старший консультант или второй по значимости у якудза чел (после босса или кумитё). Если кто забыл. *** Абсолютный вымысел! В каноне Итачи носил просто украшение с тремя колечками, Мадара вообще расхаживал либо в латах, либо в чёрной рубашке с высоким воротом. Образы украшений вымышлены. Все совпадения случайны. **** Сорт крепкого саке. Брэнд вымышленный. Все совпадения случайны. ***** Учебная криминалистическая литература, раздел «криминалистическая характеристика убийств, подраздел «описания «пар по сущности». НИ-КА-КО-ГО отношения к реальной криминалистической литературе не имеет. Все возможные (и невозможные) совпадения в данной истории АБСОЛЮТНО вымышлены! ****** Жестоко, но относительно омег, не имеющих официальных опекунов, законы так и работали. Вообще и в частности. Разумеется, это вымышлено! Все совпадения случайны.