Бремя царствования

Утро после свадьбы началось привычно — я проснулся в своих покоях, собрался, позавтракал на ходу и прибыл в зал малого совета, в котором кроме Муннина никого не было. Чуть позже пришли первые советники, вид которых вызывал жалость и смех одновременно, вчера явно кто-то перебрал с выпивкой. Внимательнее всего я вглядывался в Сверра и все-таки смог заметить то, что искал — легкая царапина от ногтя на правой щеке, значит смертная все-таки влипила ему пощёчину после нашего с Сиф ухода. Прекрасно, всё идет своим чередом. Совет собрался в полном составе только спустя пару часов — на лицах всех советников без исключения была ненависть к моему бодрому и свежему виду. Меня это позабавило, и я растянул губы в дьявольской усмешке. — Что ж — я специально звонко хлопнул в ладоши — поскольку вчера была моя свадьба сегодня я прощу вам опоздание. В следующий раз — я лишу опоздавшего права нахождения в Совете. — я услышал недовольное шушуканье и улыбнулся еще шире — Да, если кто-то думает, что на это у меня нет полномочий, советую ознакомится с уставом Малого Совета, уверен ни один из вас его в глаза не видел, но, поверьте мне, крайне занимательная вещь! Находится в библиотеке, кому интересно. — и чуть подумав добавил — Библиотека, кстати, находится на седьмом уровне дворца напротив центральной лестницы, на уровень ниже наших с братом покоев. — я смаковал все эти неприкрытые эмоции раздражения на лицах этих снобов. — Приступим к делу, господа, у нас сегодня на рассмотрении целых пятнадцать вопросов. Заседания Совета продлилась до позднего обеда, солнце уже постепенно начало опускаться к горизонту, когда я покинул зал заседания. Проходя по галерее, из которой открывался вид на тренировочное поле, я разглядел Сиф, которая измывалась над новобранцами, выглядела она как всегда прекрасно и опасно одновременно — захватывающее сочетание. За созерцанием тренировочного процесса меня застал юный посыльный, который сообщил, что Один просит меня зайти к нему в покои. Я не стал откладывать, тем более точно знал для чего меня вызывает отец. Войдя в покои я сел в кресло возле ложа и не глядя на него проговорил. — Ты звал меня. — Да. Смотрю ты уже весь в делах. Я думал ты проспишь до середины дня, обнимая свою хорошенькую жену. — Моя хорошенькая жена гоняет рекрутов до изнеможения, у меня тоже хватает государственных дел. — сухо проговорил я — Ты ведь не делил ложе с Сиф этой ночью? — сурово спросил Один. — Отец, думаю то, что происходит на нашем супружеском ложе тебя совершенно не касается! — Если Сиф будет себя вести как неверная жена — начал Один — Оставь в покое мою жену — холодно процедил я — Ты вызывал меня не для того, чтобы поделится секретами крепкого брака! Давай уже обсудим Посольство, и я пойду готовится к нему. — Надо же, ты даже помнишь про Посольство — Один уважительно покивал — Я не Тор и хорошо осведомлен о государственном устройстве. Провозгласили нового царя Девяти миров, владыки почти всех миров прибыли на пир, но необходимо нанести ответный визит. Этим всегда занимается Главный советник. Я это прекрасно знаю. — Что ж… ты прав. Есть только одно «но», в этот раз. — Слушаю — я чуть склонил голову. — В этот раз придется посетить еще два мира — Мидгард и Хельхейм. — сказать что я расстроился, это ничего не сказать. — В Мидгарде меня арестуют в лучшем случае, в худшем — убьют. — спокойно проговорил я — Но если уж убьют, то в Хельхейм я попаду напрямик, так что смогу нанести визит Богине Смерти. — Ты представитель царя Девяти миров, смертные не посмеют — я прервал его речь смехом — О! Ты давно не видел смертных! — я продолжал потешаться — еще пару лет назад, ты, я и Тор были для них бредовыми сказками. Так что не надейся на раболепие. — В таком случае в Мидгард с тобой пойдет эта Джейн. — «Эта Джейн» теперь царица, ты сам вчера венчал ее на царство, а вот ты теперь не царь, дорогой отец, а согласно законам Асгарда открытое неуважение к царице карается плетьми. Следи за словами. — Угрожаешь? — И не думал, просто напомнил тебе твои же собственные законы. — он усмехнулся — С Мидгардом, допустим, я смогу решить вопрос, как быть с Хельхеймом? Не слышал, что живые могут входить и выходить по собственному желанию из владения смерти. — Хела твоя сестра, она не причинит тебя вреда. — Тётка, если я правильно понял Ангрбода была матерью как ей, так и моей матери. — поправил я его, нарочито поправляя наручи. — Да верно. — Один вновь усмехнулся — В мир смерти действительно не пройти через радужный мост, но есть один единственный разлом — через него я и запер её там, через него твоя мать — он запнулся и вздохнул — обе твои матери, если можно так сказать, навещали Хелу. — Где разлом? — мой голос не дрогнул, но только норнам известно, как трудно мне это далось. — В Фенсалире. — его ответ меня ошарашил. Фенсалир выстроили для Фригг, как дворец в котором она проживет три месяца до свадьбы с Одином, по крайней мере нам так всегда говорили. Видя моё удивление отец продолжил — Фенсалир построили и правда до нашей с Фригг свадьбы, но моя царица знала о моей дочери, так как была дружна с ее сестрой. Фригг была против заточения Хелы, но я был непреклонен. Тогда эта бойкая ванийка выставила ультиматум, что не выйдет за меня замуж, пока не сокроет ото всех проход в Хельхейм и что она и Алва смогут навещать Хелу. Мне пришлось выполнить ее условия, иначе бы война между асами и ванами не прекратилась никогда. Я мысленно восхитился характером своей матери — все миры трепетали перед беспринципностью и силой Одина, но маленькая золотоволосая женщина смогли прижать к ногтю такого громилу. Хотя у Тора с Джейн та же история. Семейное видимо. — В это посольство ты отправишься один. — вырвал меня из раздумий голос Одина — Хеймдаль проводит тебя, а Фенсалир завтра. — Завтра? — Хела в заточении боле двух тысяч лет. Она озлоблена. Нужно нанести визит ей первой. — Моими руками улаживаешь конфликт, отец? — я усмехнулся, как же это похоже на него. — Твой дар дипломатии поработает на благо Асгадра. Разговор окончен! Я небрежно отвесил поклон и покинул его покои. Пересекая коридоры дворца, я заметил знакомую спину чуть впереди. — Фандрал — он удивленно повернулся, вид у него был изрядно помятым, вчера он налегал на выпивку больше обычного. Оно и не удивительно, причина была более чем очевидной — Сиф стала замужней дамой, а значит у бедного воина теперь нет никаких шансов добиться благосклонности любимой женщины. Подумать только, не дворец, а бульварный роман. Я приблизился к нему. — Что тебе нужно, Локи? Если хочешь поглумиться — иди в Хель! — Не переживай, именно туда я завтра и отправлюсь. — его глаза расширились в неподдельном изумлении — С посольством, друг мой, не более того. Я пока еще не намерен умирать. — С посольством? — переспросил озадаченно он — То есть… мне нужно подготовить людей для сопровождения? — Нет. Я пойду в Хельхейм один. К тебе у меня другая просьба. — Какая? — настороженно спросил он — Присмотри за Сиф. — Почему я? — сдержанно спросил он — Потому что ты сделаешь это на совесть. — я хлопнул его по плечу и продолжил путь в свои покои. Остаток дня прошел крайне сумбурно. Я не особо понимал, что ждет меня в царстве смерти. На всякий случай я прочитал все имеющиеся в библиотеке свитки о Хельхейме, не сказать, что это особенно мне помогло. Ничего нового я не узнал. Из библиотеки я вышел далеко за полночь и направился было в свои покои, но решил заглянуть к Сиф. Тихо отворив дверь, я вошел в темную переднюю наших супружеских покоев и прошел в спальню. На золоте подушек разметались ее черные локоны, Сиф крепко спала. Черты ее лица стали мягче, пропала жесткость, морщинка между бровей разгладилась, а манящие губы были чуть приоткрыты. Сквозь ткань простыни, которой она была укрыта, проступали контуры её гибкого тела, взгляд неосознанно задержался на груди и по очертаниям, я понял, что Сиф спит нагая. Осознание этого факта прошлось жаром по моему телу, я отвел взгляд, вернув его к ее лицу. Я жадно запоминал ее черты. Мне не верилось, что я смогу вернутся из царства своей родственницы и мне хотелось вдоволь насмотреться на свою жену. Она была прекрасна, никаких слов не хватало описать насколько. Я не задумываясь прикоснулся к её щеке, Сиф только рвано выдохнула, и я отдернул руку. Непозволительная слабость для меня. Она всегда была моей слабостью, пожалуй, единственной. Сиф зашевелилась, и я как вор устремился вон из покоев. Лишь только небесное светило озарило небосклон, положив начало новому дню, я стоял у дверей Фенсалира, ожидая Хеймдаля. Страж на удивление был одет не в парадный золотой доспех, в котором он всегда несет караул у врат, а в неприметную черную броню, сокрытую серой хламидой с капюшоном. — Приветствую тебя, мой принц! — даже тихий его голос отдавался где-то в груди — Здравствуй, Хеймдаль! Странно видеть тебя не при параде. — я усмехнулся оглядев себя. Я напротив был одет в парадный доспех и камзол, на голове возвышался рогатый шлем, отражая лучи восходящего солнца. — Ты слишком вооружен для мирного посольства — усмехнулся страж — Всего пара кинжалов в рукавах — небрежно бросил я — Ты знаешь, я с ними никогда не расстаюсь. — И еще два за голенищем сапог — улыбаясь добавил Хеймдаль — С ними я тоже не расстаюсь — недовольно проворчал я, трудно общаться с тем, кто видит всё. — Что ж — он тяжело выдохнул — пора. Мы направились по коридорам Фенсалира, которые я знал с детства. Фригг часто брала меня с собой, чаще чем Тора. Я поймал себя на мысли, что неосознанно жду что сейчас вот-вот мама выйдет из-за поворота тихо шурша платьем и загадочно улыбаясь. Но я точно знал, что этого не случиться. Внутри всё сжалось от невыносимой боли и тоски. Я покачал головой, даже не подозревал, что Фенсалир настолько сильно напомнит мне о матери. Мы всё шли и шли, затем спустились по неприметной лестнице и шли уже, судя по ощущениям, под дворцом Асгарда. Вскоре я ощутил мощные колебания магии, разлом был близко. Пройдя еще с четверть часа, я увидел впереди едва заметное колебание воздуха и легкий белесый свет. — Пришли, Локи. — озвучил Хеймдаль — Я не знаю, что ждет тебя по ту сторону. Хельхейм — мир столь темный и в нем столько темной и могущественной магии, что мой взор не способен увидеть там что-либо. — Это называет заклинание сокрытия. — самодовольно улыбнулся я. — Возможно и так. Но мало кому удавалось укрыть заклинанием целый мир! — Не поспоришь — это его замечание внесло только больше нервозности. Действительно если ее мощи хватает сокрыть весь свой мир и поддерживать заклинание целых две тысячи лет… Во имя норн, что я встречу по ту сторону? — Локи, — я обернулся к стражу моста — ты не обязан туда идти! — Боюсь это не так. — я усмехнулся. — Нет, это именно так! — раздраженно перебил меня он — Приказ о посольстве отдал Один, а должен был отдать Тор. Теперь царь девяти миров Тор и только он может давать тебе поручения как своему советнику. — я почувствовал, что Хеймдаль что-то таит. — Выкладывай! — я проговорил это слишком резко и сразу поднял руки в извиняющемся жесте — Давай, Хеймдаль, говори как есть. Я же вижу, что есть что сказать. — Ты не знаешь что из себя представляет Хель, Локи! Она сумасбродна, ненасытна, жестока и неуправляема. Ее сила столь велика, что даже Ангрбода отказалась от нее, отдав Одину на воспитание. Твой поход туда — самоубийство! — Но мать же посещала Хель? — И пропадала месяца на три… Одним норнам известно, что там происходило! — Фригг была не из робкого десятка! — О, поверь мне, я знаю! Однажды я сошелся с ней в бою. — я удивленно вскинул бровь — О да, Бёр отправил меня в Железный лес сообщить ей о решении Бёра и Ньёрда о том, что ее выдают замуж. Скажем так, будущая царица была не в восторге! Меня смогла защитить только магия самого Биврёста! Эта женщина могла победить один на один кого угодно! — Но не справилась с темным эльфом — шепотом проговорил я. — С проклятым темным эльфом, Локи! И их было двое. — он положил мне руку на плечо — На счет царства Хель, подумай еще раз, стоит ли туда идти? — Стоит, мой дорогой Хеймдаль! — уверено ответил я и расплылся в улыбке, чем не мало озадачил стража моста — У меня почти не осталось родни, а Богиня Смерти как никак моя тётка! Пора устроить семейный ужин! — и улыбаясь самой озорной из своих улыбок, я шагнул в разлом.