Кровавый меч

Спенсер рванул в сторону Элизабет. Та еще еле держалась в сознании.       — Рванул в сторону сержанта? Она слишком далеко, этого расстояния мне хватит чтобы догнать его. — размышлял Николас. — Еще каких-то пару секунд, и ты получишь по голове, дурень. — Вдруг Шейн бросил свой меч под ноги Мартинесу.       — Ты думаешь это тебе хоть чем-то поможет? — грозно говорил Лейтенант 1-ого. В ответ офицер просто промолчал, лишь на секунду обернувшись. Это сильно разозлило Николаса, и тот стал двигаться еще быстрее прежнего. Мартинес был уже буквально в двух шагах от Спенсера, как вдруг Шейн перевел центр тяжести назад.       — У тебя потрясающая скорость Нико. Тем не менее, даже тебе не удастся нейтрализовать инерцию. — парень выставил локоть лицом Николаса. Тот даже не успел среагировать, и буквально сам влетел в него. Лейтенант на секунду был оглушен этим ударом. Спенсер развернулся к нему лицом, и взмахом ноги выбил его колбу высоко в воздух.       — Давай! — кричал Спенсер.       Мартинес увидел перед собой Элизабет, натягивающая тетиву.       — Она довольна большая. Попасть не составит большого труда. — спокойно раздумывала девушка.       Вдруг прозвучал свист летящей стрелы.       — Обломись и съеби-ка нахуй. Я не приму поражение. — Лейтенант ловко поймал стрелу в прыжке.       — Чт?.. Неужели он даже быстрее стрелы? — глаза Элизабет были наполнены отчаянием, как вдруг, за спиной Николаса она увидела подобравшего меч Спенсера.       — Сейчас я не делал лишних движений, Нико. Вдох Не сделал ни одного, в отличии от вынужденных твоих. — объект буквально падал ему под руки, и одним взмахом меча он уничтожил его.       — Ого, он слишком близко приблизился к своему максимуму. — говорил человек рядом с королем.       — Хм? — удивился король.       — Его пульс 193. Я удивлен что он продолжает и продолжает бежать, несмотря на то, что у него уже нет сил.       — Победила команда F. — гордо произнес король Джереми.       — Моих... Вынужденных движений?!...— никак не мог признать свое поражение Мартинес.       — Ага. Вдох Ты проиграл только потому что тебе пришлось останавливать стрелу Элизабет. Если бы ты мог остановить ее прямо перед столкновением с колбой, ты бы сразу же защитил колбу и от меня. Но поскольку сержант Коллин стреляла из полу-сидячего положения в цель, возвышенную аж на целых 6 метров, чтобы остановить выстрел, тебе нужно было приблизиться к Элизабет до точки, в которой высота полета стрелы была бы тебе по зубам, иначе бы ты не дотянулся. Я выбрал бежать в сторону Элизабет, чтобы сразу же после удара твое внимание примкнула бы она, и я бы мог спокойно завершить все из тени. Глубокий вдох Я выбросил меч, потому что не знал, какой удар с клинком в руках совершить с разворота в чертовы 180 градусов. А оставил я его в ожидаемом месте падения объекта, поскольку сломать его голыми руками мне бы не удалось, уж больно она прочная. Ну и наконец, если бы ты не так сильно повышал скорость, а просто бы сражался на истощения, ты бы победил. Но ты решил бежать все быстрее и быстрее, тем самым еще сильнее увеличивал расстояние до полной остановки, и подставился под удар. — спокойно объяснял Спенсер.       — Тоесть, ты хочешь сказать что воспользовался всем что только было? От приманки из товарища, до моей же скорости? — недопонимал Николас.       — Ага. Ты сильно вдохновил меня своим эгоизмом, так что и я не стал надеяться на товарища, хотя она сыграла довольно важную роль. За это тебе большое спасибо, Элиз!       — Д...Да... Неважно. Всё равно всё это сделал ты. Я лишь помогла тебе воплотить твои идеи. — улыбчиво отвечала немного покрасневшая Элизабет.       — Жуть... Он буквально посчитал меня слабым звеном, но мне даже не обидно... Он сделал все восхитительно. — думала про себя сержант Коллин.       — Отвратительно. — высокомерно и грубо говорил красноволосый мужчина, спустившийся к Спенсеру.       — Эааа?! — удивились Николас и Элизабет.       — Ты говоришь, что не делал лишних движений. Тем не менее, то что ты бросил меч — уже лишнее движение. Если бы вдруг Николас выпнул твой клинок к чертям собачьим, твой план бы с крахом провалился. К тому же, нанеся удар с мечом в руках, ты бы не тратил время чтобы его поднять и так далее, а просто бы сломал объект. Проще говоря, ты и сам допускал много ошибок. — агрессивно произнес король Будье. Высокий, с хорошим телосложением, мужчина своим взглядом мог навести страх в кого угодно, но кажется Шейна это не беспокоило.       — Тцц... И не поспоришь. — отвечал Спенсер.       — Тем не менее, ты идешь со мной. — уже более спокойно говорил уверенный в себе Джереми.       — Чего?       — Ну да, сейчас тебе мало чего понятно. Кхм-кхм... Я объявляю команду F досрочными победителями первой группы. Ну же, овации нашим победителям, так хорошо показать себя на колизее надо еще суметь. — улыбаясь прокричал король, после чего все принялись осыпать команду F аплодисментами. — Так вот, о чем это мы. Просто пошли за мно... Обернувшись король увидел лежавшего без сознания Шейна.       — Ну да... Это было ожидаемо. Натан!       — Слушаю, господин Будье. — вновь глаза мужчины обрели зеленый цвет.       — Будешь нести свой горе-талант. Мне в лом тащить его самому.       — Ладненько. Он еще себя окупит.

...

7 августа. Около 8 часов вечера.       Спенсер пытался открыть глаза.       — Наконец-то. Прошло уже больше суток. Твой сон меня мягко говоря уже заебал. — говорил уставший король.       — Вы, как я посмотрю, довольна эксцентричная личность, для короля то. — протирая глаза говорил Шейн. — У меня все тело ноет, это же не вы из меня отбивную сделали?       — Идиот что-ли? Мне нужно было, чтобы ты как можно быстрее пришел в себя. Причинять тебе вред, пока ты восстанавливал силы, было не в моих интересах.       — А что сейчас собственно в ваших интересах?       — Первым делом, из-за выходок Николаса, учить тебя владеть мечом придется именно мне.       — Из-за Нико?       — В твоей рекомендации было написано, что ты хотел бы подучиться владению клинком. Тебя стоило бы отнести к другой команде, но этот дурачок решил посвоевольничать.       — Что вы имеете ввиду?       — Он определил тебя в команду F только по тому, что ты будешь с ним в группе, а конкретно с этой командой у команды А был бы матч. Так что он просто злоупотребил возможностями.       — Не вините его. Я, как оказалось, тоже был заинтересован в этом.       — Я не собираюсь его наказывать или что-то еще, просто ставлю тебя перед фактом.       — Вот оно что. Спенсер решил осмотреться. Они были вдвоем в длинном темном помещении, похожем на какой-то бальный зал.       — Так зачем я вам? Где остальные из команды F?       — Остальные не нужны. Меня заинтересовал именно ты. Я хочу воспитать в тебе гениального рыцаря.       — Зачем вам это?       — Блять... Многовато ты конечно вопросов задаешь. Что ж, хорошо, я отвечу. Как сказал Николас, ты не поддерживал прошлого короля Рубрума, хотя родом отсюда, да?       — Вы о многом его расспросили как я погляжу. Да. Я ненавидел его методы и его самого.       — Ха-ха. Я тоже! — c огромной улыбкой на лице произнес Джереми Будье.       — Что?..       — Мне не нравились его порядки, поэтому... — король опустил, затем поднял свою голову к верху. — Я убил своего отца. Модест Будье был убит моими руками. Его глаза так и говорили, какой он жестокий садист. Но это не сильно пошатнуло хладнокровие офицера.       — Так к чему вы это? — спросил Шейн.       — Правители других стран Альберты такие же деды, у которых в приоритете собственное благополучие. Я не хочу чтобы ты их сверг. Я просто хочу создать из тебя рыцаря, для которого жалкие указы этих высокопоставленных ублюдков и пустого места не стоят.       — Я понял.       — И что, ты согласен?       — Прежде чем я отвечу, могу я задать последний вопрос?       — Ты уже бесишь, но раз последний, то вперед.       — Что такого во мне вы увидели?       — Ты слишком нестандартен для этого мира.       — М?       — Ты не ощущаешь на себе воздействие иерархии. Тебе плевать на кровь человека, стоящего против тебя. Тебе плевать на его звание. Твои желания и принципы стоят для тебя в приоритете. Можно сказать, ты понравился мне характером. Если ты сможешь принять любые эмоции: отчаяние, эйфорию, гнев, радость, ярость и так далее, то я уверяю тебя, ты станешь следующим гением.       — Я приму этот ответ. Делайте со мной что хотите. Если я стану сильнее, я согласен. — Мне плевать чего от меня ожидают окружающие.. Я хочу заткнуть рот всем высокомерным гениям. Я спущу на землю любого идиота, который возомнил себя подобным богу. Андре Нидлей, Олег Ершов, Николас Мартинес и в особенности Белла Спенсер. Я приближусь к силе любого из них. А после и сброшу их со звания гениев. А кто такой гений? Человек со врожденным талантом? Человек достигший все тяжким трудом? Ха-ха... Нееет. У каждого человека есть что-то, в чем он лучше других. И если он осознает свои сильные стороны, то усилиями будет развивать свои слабые стороны, восполняя свой талант. Гений, это человек реализовавший свой талант, и закрывший свои слабости. Тот, кто привносит в этот мир что-то новое, или повторяет успех другого гения. Таков гений, к которому стремиться Шейн Спенсер. 24 августа 1748 года.       — Алан... — жалобным голосом говорила девушка с белыми волосами.       — Чего тебе? — отвечал лейтенант 7-ого отряда Рубрума.       — Когда уже Шейн вернеться? — с грустью в голосе спрашивала Элизабет.       — Я то откуда знаю. Не думаю что он задержится на долго, завтра уже все уезжают.       — Блин. Досадно. А я хотела еще погулять с ним...       — Ты что, уже охмурить его успела?       — Нет... Скорее наоборот.       — Хм... Эти двое сидели в комнате команды F с уже собранными вещами. Времени было около 3 часов дня. Наступила неловкая тишина, как вдруг ее прервал скрип двери.       — Наконец-то... Ше...! — не успела поприветствовать офицера Элизабет, как картина, вставшая перед ней, повергла ее в шок. Все тело Спенсера было забито шрамами и завёрнутыми ранами. Его пустой взгляд сразу же смотрел в душу Коллин. Она почувствовала невероятное давление от одного лишь молчания Шейна.       — Что... Что с тобой случилось?... — на глазах девушки наворачивались слезы.       — О чем ты? — безэмоционально отвечал Спенсер.       — В тебе что, не осталось души? — спрашивал Лоран.       — Хм? А... Кажется я еще не сильно адаптировался к обществу. Я больше двух недель был почти в одиночестве, простите. — улыбнулся Шейн.       — Так значит... Ты просто не в настроении? — протирая глаза, говорила Элизабет.       — Ха-ха, ну да, можно сказать и так.       — Шейн! — надулась Коллин.       — А? Чего?       — Пошли погуляем, у нас осталось меньше суток.       — Ха... И правда, времени мало... Прости... Я хочу встретиться с Нико, так что давай в другой раз.       — А другой раз... Он вообще будет?       — Ну да, ха-ха, не одной же программой ограничивается жизнь.       — Тогда дай мне слово?       — А?       — Дай мне слово, что если вдруг будешь в Кастелье, то навестишь меня.       — Конечно! — Шейн казался гораздо более эмоциональным.       — Держи... — девушка протянула бумажку.       — А, это что?       — Мой адрес, дурень. — А не слишком ли она настойчивая... — думал Алан, слышавший весь этот разговор.       — Ладно, я пойду к Нико.       — Ага, удачи! — попрощалась девушка. Спенсер вышел из комнаты. Спустя пару секунд молчания, Лоран решил его прервать.       — Больно много ты стала выражать эмоции. — говорил лейтенант.       — Ну так, я впервые в кого то влюбляюсь, понятное дело у меня эмоции бурлят.       — Понятно... Шейн шел по улочкам Каптума.

— Так значит вы не будете присутствовать на остальных сражениях? — спросил Спенсер. — Не вижу нужды. Необходимого человека я уже нашел, цель достигнута. Пусть остальные крутятся сами. — отвечал Будье. — А что насчет людей. Численность зрителей же наверняка сократится. — Ну... Пришлось дать большинству выходной. Для нас это как праздник. — Ясно...

— А тут довольно тихо... У людей все еще выходные. — размышлял Шейн. — Кажется дошел.       Спенсер дошел до дома Николаса. Постучав в дверь, ему сразу же открыл его столь знакомый друг.       — Ээ... Привет? — неуверенно произнес Мартинес.       — Спокойнее. Я пришел просто поговорить. Не стоит уделять время всяким церемониям.       — Вот как. Ну и что?       — У тебя ведь первый приоритет стать следующим капитаном в Рубруме, верно?       — Ну, вроде того.       — Извини меня. За то, что сказал 6 лет назад.       — Нет, я понимаю, ты просто взвесил шансы. Все нормально.       — И все же. Ты исполнил свое обещание.       — Ты на удивление тоже много чего наобещал и выполнил.       — Я рад, что нам теперь нет нужды ссориться.       — Конечно. Я тоже.

— Я обязательно стану капитаном... В новом Рубруме, который тебе понравиться. Ты меня понял, плакса?! — Постарайся уж. И не зови меня так больше. Я не пророню больше не одной слезы.

Спенсер ушел дальше бродить по улицам.       — Когда-то же мне придется стать скитальцем, стоит привыкать быть одному сейчас. — задумался Спенсер, гуляя в полной тишине, так знакомого ему города. — Я рад, что здесь больше никто не плачет. Завтра же офицер отправится обратно в Хельсингейт, но еще никто не знал, что с ним вернется и новый Шейн Спенсер. Тот, кого глупым ребенком уже не назовешь.       — Ну так что, он оправдал себя? — спрашивал Натан.       — Более чем. Он крайне интересная личность.— отвечал Будье.       — Ты и сам даже не представляешь насколько... Джереми... 25 августа 1748 года. 9:37 Карета направлявшаяся из Рубрума в Хельсингейт, и перевозившая с собой рыцарей по обмену.       — Шейн Спенсер, верно? — с улыбкой до ушей спросил зеленоглазый мужчина.       — Да, что-то не так? — отвечал Спенсер с пустым взглядом.       — Нет. Все отлично. — положив голову на ладонь ответил Натан, с теперь уже красными глазами.

Лучше некуда, когда передо мной бесчеловечное искусственное создание, пока еще с душой, которую оно скоро потеряет.