N

      Яна сидела возле отеля, прокручивая ситуацию в голове. Она понимала, во что её недосказанность могла в конечном итоге вылиться, но в данный момент она была не готова поднимать эту тему. Девушка засобиралась домой, но заметила, как к отелю подъехало такси, из которого вышла новая знакомая Наталья. У Яны возникли вопросы, на которые она сама же и ответила. — Что сломило тебя настолько, что ты позвала меня? — Ты хоть иногда можешь молчать? — М-м, не расскажешь? — Наталья медленно приближалась к Норе, параллельно раздеваясь. — Не расскажу. — Виски, музыка, смятая постель. Женщина? Боже, только не говори, что это та юная особа. — Ты можешь просто заткнуться и перейти к делу? — А как же предварительные ласки? — Предварительные ласки закончились в прошлой жизни.       Нора пошла навстречу к Наталье, скинула с неё остатки одежды и прижала к стене. Она была похожа на животного, который поддался своим инстинктам. Нора кусала женщину, царапала, дёргала за волосы, но той это как будто нравилось. Получив свою долю наслаждения, Наталья отодвинула от себя подругу и заглянула в её глаза. — Чего пожелаете? — Будь грубой. И сделай мне больно так, чтобы я больше ни о чём не думала. — Мне нравится. — улыбнулась рыжеволосая и принялась сдирать с Норы одежду.       Нора сидела на кровати, поджав к себе ноги и закутавшись в одеяло. Наталья расхаживала по номеру голой, попивая шампанское, которое пару минут назад принесли в номер. — На шее много синяков будет, готовь бадлоны. — Замажу. — Только не говори, что ты влюбилась в неё. — Тебе-то какое дело? — Нора, мне не всё равно на тебя. — Да? — женщина подняла взгляд, — А когда ты в Москву уезжала, тебе тоже не всё равно было? — Не начинай. Так что, эта девчонка действительно свела тебя с ума? — Слушай, Наташа, если я позволила тебе залезть в трусы, это не значит, что я разрешаю лезть в мою голову. — Позволила? Нора, да ты меня буквально туда запихнула. Господи, пять лет прошло, а ты всё ещё сидишь на мне, как на игле. — Ты ничего не поняла? Раньше я другими пыталась заткнуть брешь в сердце, которую оставила ты. Теперь я тобой латаю дыры. Но если честно, паршиво получается, поэтому едь домой, пожалуйста. — Она всё равно не будет с тобой. Слишком уж молоденькая.       Когда за старой знакомой захлопнулась дверь, Нора выдохнула. Когда-то она действительно была зависима от этой женщины. Их расставание, да и отношения в целом, было достаточно болезненным, после чего Нора пыталась найти утешение в других женщинах, лишь бы затуманить свой разум. Ничего не помогало. Тогда женщина срывалась в Москву и обнаруживала себя в объятиях бывшей любовницы. Наталье это всегда льстило. И это, пожалуй, был максимум её чувств.       Нора настолько была поглощена сердечными муками, что не замечала никого и ничего вокруг. В то время она чуть не лишилась работы, да и с сыном отношения испортились. В момент, когда Нора оказалась на краю бездны — разум до неё достучался, она услышала крики помощи, которые исходили из неё же. Чтобы справиться с положением дел, пришлось даже обращаться к психологу. Нора справилась. Потребовалось два года от момента разрыва до момента полного освобождения. Три года женщина не вспоминала этого персонажа своей жизни.       В номере всё ещё стоял запах духов Яны, а в голове Норы, словно отдельные кадры киноплёнки, мелькала улыбка девушки. Женщина решила прибраться, но в какой-то момент на глаза попалась толстовка ученицы. Видимо, забыла в спешке. Нора надела её на голое тело и легла спать лишь с одной мыслью: пускай с восходом солнца все чувства умрут.       Наталья больше не задевала ни единую струну Нориной души. А вот Яна, кажется, солировала.       Девушке не хотелось возвращаться домой посреди ночи, тем более пьяной и зарёванной, поэтому она гуляла по никогда не спящей Москве. К пяти утра Яна продрогла, из-за чего пришлось свернуть к дому. Она надеялась, что все домочадцы спят, но когда Яна зашла в квартиру, на кухне горел свет. За столом сидел Дима и поглощал бутерброды. Увидев растрёпанную сестру с красными глазами, парень подскочил. — Малышка, что случилось? Тебя кто-то обидел? — Дим, всё хорошо. Я устала. — она села на пол в прихожей. — Так, вставай и пошли в комнату.       Дима проводил Яну в комнату, принёс воды, снял верхнюю одежду, накрыл сестру одеялом. Сам сел рядом и положил руку на голову девушке. — Ничего не хочешь рассказать? — Ты можешь купить мне на сегодня билет? На поезд или на самолёт — без разницы. — Хочешь, я морду кому-нибудь набью? — Меня никто не обижал. Я сама, наверное, кого-то обидела. Не знаю. Дим, со мной всё — будет хорошо. Просто не сегодня. — Она хоть того стоит? — Она стоит всего, братик. — Тогда спокойной ночи. Я посмотрю билеты.       Дима поцеловал Яну в нос, после чего удалился. Ему было больно видеть сестру такой разбитой. Она лежала свернувшись в клубок, смотря в одну точку. Он догадался, что Яна наконец испытала свои первые серьёзные чувства, и хотел бы чем-нибудь помочь, но только, что сделаешь в такой ситуации? Ему оставалось лишь найти подходящий билет и ещё раз предложить свою помощь.       После нескольких часов сна, Яна написала Норе, что поедет в Петербург своим ходом, но в больницу придёт не раньше следующего понедельника. В ответ получила холодное: ок.       В Петербурге Яна целыми днями лежала на кровати и смотрела в потолок. Она не делилась событиями с Антоном, который искренне хотел ей помочь и вывести из этого пассивного состояния. Друг предпринял пару попыток узнать новости и взбодрить девушку, но когда всё это не увенчалось успехом, он понял, что девушке лучше побыть сейчас одной.       В понедельник Яна появилась на отделении и сразу столкнулась с Норой. Они поздоровались ради приличия и разошлись. Между ними даже не чувствовалось напряжение. Пустота — вот, что было между ними.       Яна продолжала ходить на операции, но больше не вызывалась сама. Пропал энтузиазм. Спустя неделю её даже пугало такое положение дел: неужели единственной мотивацией стать достойным хирургом, было уважение и внимание Норы? Яна озвучила эти мысли своему другу, но тот уверял, что сейчас просто такой период — вегетативный. Когда страсти внутри Яны притормозят, она вновь начнёт бегать по операционным.       Яна сидела во дворе больницы. Несмотря на то, что март был по-зимнему прохладным, девушка накинула лишь спортивную кофту поверх костюма. — Эй, ты не слишком легко оделась? — рядом подсела старая знакомая. — Геля? — Ты заболеешь, подруга. — Зараза к заразе не пристаёт. — О, всё плохо? Что случилось? — Волшебную таблеточку ведь ещё не изобрели? Ну, чтобы выпил — и отрезало. — Нора? — Увы и ах. — Яна развела руками. — Не знаю, что у вас произошло. Да и не хочу лезть. По больнице разные слухи ходят. Нет, вряд ли вас подозревают в романе. Хотя, я уже ничему не удивлюсь. Но, говорят, что вы что-то не поделили. Кто-то склоняется к тому, что Нора не выдерживает конкуренции, кто-то вещает о том, что ты сдулась…хотела, хотела всем чего-то доказать и забила. — Ты отпустила меня? — Что? Ты о чём? — Ну-у…чувства остались? — Я их подавляю. Пока успешно. Но лучше всё-таки ещё с тобой не видеться. — И как же их подавлять? — Я знаю только один выход: обрубить все пути к человеку. — Думаешь, мне надо уйти? — Ян, в этом деле советчиков нет. У тебя на весах сложный выбор: чувства или профессия. Не делай глупостей поспешных.       Неожиданно к девушкам подошла Нора. Взгляд её не сулил ничего хорошего. — Не расскажешь, почему я должна бегать по всей больнице тебя искать? У нас операция. — Но…я…можно было позвонить? — Ты не берёшь трубки! — произнесла женщина слегка повышенным тоном. Она схватила студентку за руку и повела в здание. — Я понимаю, приятная компания, но ты сюда пришла не с молодыми девушками развлекаться. — Я отдыхала. После двух операций имею право. В конце концов, можно было какого-нибудь хирурга на операцию взять. — Ты мне будешь указывать, как работать? Это им учиться надо? Если тебе ничего не надо — мы никого не держим.       Яна испугалась тона своей наставницы, потому решила закрыть разговор. А ещё она решила не уточнять, что на телефоне никаких пропущенных нет. Вероятно, Нора видела в окно девушек, из-за чего и пришла в бешенство. Но разве ей не всё равно?       Около недели Яна раздумывала над тем, чтобы поменять отделение. Но её останавливало то, что в этой больнице больше ничего не интересовало, кроме, разве что, отделения Эда. Но переходить в пластику у Яны пока не было в мыслях. К тому же, она месяц назад ходила в учебный отдел и просила, чтобы в этот раз пропустить ротацию. Было бы весьма странно идти и просить об обратном.       Очередной рабочий день подошёл к концу. Яна спускалась по лестнице, когда заметила в холле Артура. После инцидента на даче ребята больше не разговаривали. Сначала Яне было неудобно, а теперь она и вовсе пыталась вычеркнуть эту семью из своей жизни. Но пройти мимо было бы весьма неприлично. — Привет, Артур. Какими судьбами? — К маме зашёл. Но рад, что тебя удалось выцепить. Хотелось бы поговорить. — Я…тороплюсь. — замешкалась девушка. — Я отниму у тебя не больше десяти минут. Вызову такси. Ян, пожалуйста. — Ладно. Только пойдём на улицу, на лавочку. — Что у вас с мамой происходит? Я думал, вы всё обсудили, у вас наладилось. Вы же в Москву вместе поехали. — У нас всё нормально. — Ян, ты прикалываешься? Мама сама не своя. Постоянно срывается на всех. Курит опять. Ну и ты как бы тоже, мне не пишешь. Явно что-то не так. — Всё хорошо, Артур. У меня просто времени нет. — Серьёзно? За почти целый месяц не можешь найти пять секунд, чтобы написать одно слово? Ян, она тебя чем-то обидела? Или ты её? Пойми, я как минимум не хочу терять нашу с тобой дружбу. Как максимум, я за вас переживаю. За обеих. — Артур, со мной всё в порядке. — Тогда что произошло в Москве, если от одного упоминания твоего имени, мама бледнеет и вспоминает самые искусные маты? — Может у неё спросишь? — Она ещё более гордая, чем ты. Я думал, ты хоть поумнее будешь. — Ну ничего, может Наталья умная. — вырвалось у Яны. Естественно, она не собиралась говорить Артуру о взаимоотношениях его матери и какой-то женщины, но всё случилось слишком быстро. — Что? Какая Наталья? — осторожно спросил Артур. — Что? Не бери в голову. Я глупость сказала. Думаю, тебе нужно с мамой разговаривать. С моей стороны всё хорошо. — Нет, нет. Только не говори, что…блять! Умоляю, скажи, что это была не та Наталья? Я прошу тебя! — Артур, успокойся. Какая та? Я вообще никого не знаю. — Блять, Яна, что? Что ты такого могла сделать, что мама вновь в эту хуйню пустилась? Сука! А я ведь ещё и не знал ничего. Пиздец.       Молодой человек резко встал и пошёл в больницу. Он даже не попрощался с Яной. Девушка сначала хотела пойти за ним, но решила не вмешиваться. Кажется, она и так уже наговорила лишнего. Её это всё не касается.       Пятница была в своём репертуаре. Последний рабочий день, все стремятся закончить дела и уйти пораньше, но либо пациент начнёт умирать, либо привезут парочку экстренных операций, либо что-нибудь ещё придумается.       Яна сидела в ординаторской без эмоций и сил. Прошло уже три операции, студентка только-только закончила с документацией и собиралась уходить, но неожиданное появление заведующей с новостью о срочной операции нарушило все планы.       Как часто бывает в таких ситуациях — операция ещё и затянулась на несколько часов. Обычно Нора оставалась до конца, но в это раз, едва закончив сшивать подкожно-жировую клетчатку, она убежала.       Минут двадцать потребовалось Яне на то, чтобы закончить операцию, убрать инструменты и помочь переложить пациента на каталку. Единственное чего ей хотелось в данный момент — душ.       Зайдя в раздевалку, девушка отметила, что в душевой тихо, потому, решив, что там никого нет, резко дёрнула ручку.       Операция выдалась весьма кровавой, по этой причине Нора сегодня тоже решила воспользоваться душем. Она закончила мыться, но, выключив воду, продолжала неподвижно стоять. За последние дни навалилось много всякого, у женщины просто не оставалось никаких сил. Она стояла и наслаждалась бегущими каплями, которые щекотали от головы до ступней.       В момент, когда распахнулась дверь, женщина даже не успела дёрнуться, но зеркальная поверхность душевой кабинки позволила увидеть, что за спиной родные глаза. Обнимая себя за плечи, Нора опустила веки и прошептала хриплым голосом: — Яна, не смотри на меня так. Это тяжело. — А мне тяжело не смотреть.       Все мысли из головы Яны улетучились по щелчку, как только перед ней предстала сея картина. Нора резко обернулась и отметила, что преданный взгляд девчонки устремлён ровно в её глаза. Сначала это удивило, но позже вроде как и расстроило. — Что, моё дряблое тело ты представляла себе несколько иначе? — она произнесла это будто с какой-то издёвкой, мол «я же всегда тебе говорила».       Яна нащупала рукой полотенце и, не разрывая зрительного контакта, подошла к женщина, чтобы отдать его. — Несмотря на то, что я считала вас одной из умнейших женщин, с которыми мне доводилось общаться, вы к тому же ещё и великая дура! — со злостью произнесла девушка.       Она стремительно вышла из душевой, захлопывая за собой дверь. Оказавшись в раздевалке наедине с собой, позволила тихо опуститься на пол и немного всхлипнуть. — Великая дура! — эхом отозвалась женщина.       Нора быстро завернулась в полотенце и побежала за студенткой. Эти слова отрезвили её разум. Что если дело не в возрасте, старости, а в том, что Яна просто напросто испугалась. В конце концов, нужно было просто поговорить и расставить все точки.       Яна не ожидала, что её наставница появится так быстро, поэтому, смахнув непрошеные слёзы, она подскочила. — Яна, почему ты убежала? — Вы принимали душ. — Боже, я не об этом. — одной рукой она прикрыла глаза, а второй придерживала полотенце. — В Москве. Что произошло? — А, вы об этом. Впрочем, уже ведь не важно. — С чего ты взяла? — Я поступила глупо, не отрицаю, но вы быстро сориентировались и нашли мне замену. — Что? — Я видела Наталью, которая приехала к вашему отелю. — Если бы ты знала, насколько отчаянным был этот шаг, ты бы никогда не использовала его против меня. И ты бы сделала всё, чтобы не допустить эту женщину до моего номера. — Нора резко поменялась в лице, став отстранённой. — Что я не знаю? — Впрочем, уже ведь неважно? — она улыбнулась одним уголком, — Ты хотела в душ? Прошу, он свободен. — женщина указала рукой на дверь. — Вы правы.       Яна проследовала в душ. В мысли закралось какое-то чувство вины: что это за такие обстоятельства, да и недавняя реакция Артура тоже вносила смуту. Она поступила очень по-детски, сбежав, не объясняя, и, кажется, это имело серьёзные последствия. Яна быстро справилась с душем, оделась и побежала на отделение, в надежде застать Нору на рабочем месте.       Нора никуда не спешила, в кабинете нашлась «так кстати» бутылка виски. Домой не хотелось от слова «совсем». С Артуром, который был обеспокоен появлением Натальи в жизни матери, вроде объяснилась, но осадок от того, что сын лезет в личную жизнь — остался. К тому же, теперь стало ясно, что информацию слила Яна. И зачем ей это? Ко всем этим событиям на работе тоже плюсом хватало проблем. Хотелось просто куда-то спрятаться.       Яна появилась в кабинете весьма неожиданно. — Вы правы, мы должны поговорить. — Виски будешь? — отрешённо спросила Нора. — Вы же за рулём. — Такси ещё никто не отменял. — Нет, я не буду виски. Нора Даяновна, послушайте!       Яна приблизилась к женщине, присела рядом и взяла её за руки. — Я поступила очень глупо, сбежав, ничего не объясняя. Просто…я об этом вообще ни с кем не разговаривала, я хотела пережить сама. А тут, как-то всё быстро и стремительно навалилось… — Я разве была настойчивой? — Дело не в этом. Нора Даяновна. Мне тяжело затрагивать эту тему. Всё не так однозначно… — Может уже скажешь? — У меня ВИЧ. — выдохнула девушка.