Like Butterflies

Тета не знала, куда именно она идёт. Было слишком темно, и она боялась свернуть куда-то не туда, но предчувствие и мольба о помощи, звенящая у неё в голове, не оставляли ей выбора, пришлось просто довериться своим инстинктам. Она помчалась через весь кампус, поочерёдно чувствуя то камни, то траву, то грязь под ногами. Девушка уже успела немного привыкнуть к окружающей её обстановке, когда услышала шум воды. Тета шла вдоль ручья до тех пор, пока его журчание не заглушило все остальные звуки. Пока она не услышала кряхтение, стоны, крики и тошнотворные звуки ударов. Теперь, когда глаза привыкли к темноте, Тета побежала ещё быстрее, и наконец увидела то, что привело её сюда. Торвик прижимал Кощея к земле, избивая его снова и снова. Её друг уже не двигался, и Тета была уверена, что ещё немного и Торвик убьёт его. — Торвик! — закричала она, бросаясь вперёд и оттаскивая его от Кощея, который истекал кровью и едва дышал. Тот встал на четвереньки, чтобы откашляться. — Ты что творишь?! — Требовательно спросила она, вставая между ними. — Да он же дефектный, — выплюнул Торвик. — Поверь мне, это убийство из милосердия. Будет лучше, если я избавлю его от страданий. Его всё равно выгонят из Академии. — Ты этого не сделаешь, — прорычала она, жгучая ярость закипала в её груди. — О, ещё как сделаю. И, если ты не совсем глупая, Тета, и в тебе есть ещё хоть капля здравого смысла, ты не посмеешь мне помешать. — Нет, — прошипела она. Торвик рванул вперёд, сбивая девушку с ног, снова бросаясь на Кощея. Она вскочила, оценивая варианты развития событий. Что она могла сделать? Кощей явно не в состоянии отбиваться, а Торвик в разы сильнее её. Ей ни за что не одержать над ним победу. Она могла бы попытаться позвать кого-нибудь на помощь, но скорее всего будет уже слишком поздно. Тета надеялась, что её разум подкинет подходящее решение, но вместо этого в голове снова и снова звенело «на помощь». Кощей дёрнулся от очередного удара. — Тета, — прохрипел он, — пожалуйста. Казалось, эти слова сломали что-то внутри, и она не выдержала. Неистовая ярость заклубилась в её разуме и наполнила тело. — Я сказала, отвали от него! — Тета набросилась на Торвика, схватила его за шиворот и оттащила назад. Но на этом она не остановилась. Гнев дал ей силу дотащить его до ручья. Когда они оказались ближе к воде, Торвик осознал, что его ждёт и начал сопротивляться. Однако, Тета знала эти места гораздо лучше него, и еле держась на ногах, здоровяк принялся царапать её, когда она схватила его за шею. Она не думала, когда опускала его голову под воду. Парень кричал и молил о пощаде. Но Тета не слышала. Она заворожённо смотрела на пузырьки, поднимающиеся на поверхность. Крошечная её часть взывала к Кощею, умоляя его помешать ей, но он не стал. Было тихо. Она подняла голову и увидела пролетающую мимо бабочку, полную умиротворения. Тета наблюдала, холодно и отстранённо, как опускались его руки, а пузыри поднимались из глубины, как тело, которое она удерживала, становилось всё тяжелее и тяжелее. Но она не ослабила хватку. Так и продолжала стоять, держа Торвика. Мёртвого. Шли минуты. Внезапно порыв холодного ветра словно оживил её. Тета глубоко вздохнула, и осознание того, что она натворила, накрыло её с головой. Девушка вскрикнула и отшатнулась назад. Она споткнулась и упала, но продолжала отползать от тела, пытаясь убежать от того, что случилось. Её трясло, глаза были широко раскрыты, а сердца зашлись в бешеном ритме. — О нет, — прошептала она, в горле пересохло. — Нет, нет, нет… — Тета, — Кощей поднялся и, пошатываясь, направился к ней. — О мой бог, — Тета вдохнула, прижав ладони ко рту, руки её продолжали трястись. Она снова перевела взгляд на бездыханное тело, ища хоть какие-то признаки жизни. Но их не было. Это она забрала его жизнь. Теперь его кровь на её руках. На её коже. Вызывает зуд и прожигает до костей. — Тета, — подойдя к ней, Кощей присел на корточки и обхватил её лицо перепачканными в крови руками. — Ты должна мне помочь. — Чт- Что? — её голос дрожал сильнее, чем когда-либо. — Надо сжечь тело. Но я не смогу поднять его в одиночку. Тета всматривалась в его лицо, пытаясь найти хотя бы намёк на шутку. Глаза напротив были тёмными и абсолютно чужими. Это был совсем не тот Кощей, которого она знала, и это пугало её. — Я… Я не понимаю, — голос подвёл её прямо на середине предложения. — Я понимаю, это тяжело, но нам надо шевелиться, — он потянул её за руку, пытаясь поставить на ноги. Встать на ноги? Даже дышать получалось с трудом. Тета выдернула руку и слегка отшатнулась. — Кощей, — выдавила она. — Кощей… Я… Я… убила- Я… — Я знаю, — спокойно произнёс он. — Знаю, что убила, но всё в порядке. — Что?! — на глаза навернулись слёзы. Тета была в ужасе. Что происходит? Как такое могло произойти? Как она могла сотворить такое? — Как- Как всё может быть в порядке? — прошептала она. — Ты защищала меня, Тета. У тебя не было другого выбора. — Я… — слёзы текли по щекам. — Я же… — поразительно, что у неё не хватило смелости, чтобы произнести это, но зато хватило смелости сделать. — Послушай меня, Тета, — он взял её дрожащие руки в свои. — Я знаю, очень многое произошло, и я знаю, ты напугана. Но если нас поймают, ты отправишься в тюрьму. — Я это заслужила, — прошептала она, с ужасом смотря на фигуру позади Кощея. Он подвинулся, чтобы закрыть собой тело и осторожно дотронулся до её лица, заставляя посмотреть на него. — Тета, послушай. — Да как- как ты можешь быть так спокоен? Я не пон- — Тета, — произнёс он строго. — Если ты окажешься в тюрьме, ты больше никогда меня не увидишь. Ты этого хочешь? — … Нет. — Вот именно. А теперь слушай меня внимательно, хорошо? Прямо сейчас мне надо, чтобы ты собралась и слушала меня. Мы справимся с этим вместе. — Но- но тебя т-т-тоже могут поймать. — Мы ведь всё всегда делаем вместе. И это не исключение. Я не брошу тебя одну, так что и ты меня не бросай, хорошо? — Хорошо, — казалось, слушаться Кощея и просто следовать его примеру гораздо проще, чем самой думать, что делать. — Просто делай то, что я скажу, и всё будет хорошо. Договорились, Ти? — мягко произнёс он, и Тета кивнула. — Хорошо.

***

Они сожгли тело. Выбрали отдалённое место где-то в сельской местности в нескольких милях от Академии. У Теты болели руки и ноги. А Кощей был весь в крови и синяках. Оставалось всего пару часов до рассвета. Тета стояла у огня, глядя, как дым поднимается в небо, и слёзы текли по её щекам. Кощей протянул руки, стоя по другую сторону от костра, и девушка, обойдя его, кинулась к нему в объятия. Он крепко прижал её, осторожно целуя в висок. Тета всегда будет благодарна ему за то, как он отреагировал. Она никогда не видела, чтобы Кощей настолько контролировал ситуацию, но была безмерно рада, что он делал это сейчас. Если бы не он, её бы уже давно нашли сидящей на берегу в нескольких метрах от мёртвого тела. — Кощей… — слова были пронизаны болью и чувством вины, и он обнял её крепче. — Шшш… я знаю, — прошептал он. — А теперь, Тета, слушай. Она подняла голову, и Кощей положил руку ей на щеку. — Я знаю, что это тяжело, но ничего ещё не кончено. Всё только начинается. Другие заметят пропажу Торвика и начнут задавать вопросы. Поэтому сейчас мы вернёмся в общежитие, приведём себя в порядок и продумаем нашу историю. Тета понятия не имела, как он может быть таким собранным. Словно, он делал это и раньше. — Хорошо? — Хорошо, — прошептала она. — Чт- Что, если нас поймают? — Не поймают, — сурово ответил Кощей. — Если будешь слушаться меня. — Я буду, — кивнула Тета, поворачиваясь, чтобы взглянуть на пламя костра. — Вот и хорошо.