Куски и заметки

      Трап уже был поднят, закупоривая эту мышеловку, и я утянул спутника за первые попавшиеся портьеры. Туман заклубился в ногах, динамики изображали набирающий мощь рёв двигателей.       — Если это какой-то дурацкий трюк, чтобы остаться со мной наедине…       — Котик, я не собираюсь насиловать тебя, пока ты сам об этом не попросишь. — Устало отмахнулся я и помассировал виски. И это меня называют озабоченным! — Ни разу не трахнул никого против воли — без прямого на то приказа, конечно.       С тех пор, как я умял его крыло, меня стали посещать чужие кошмары, будто для полного счастья не хватало своих. Его сны были тёмными, липкими и обильно приправленными эпилептическими вспышками света, криками и оглушительным грохотом автоматных очередей. Если он был солдатом, то лучше меня понимает, что значит приказ. И даже с приказом знакомые лица очень отрезвляли — может, поэтому со временем я стал так плохо их запоминать.       В зале грянули аплодисменты. Противный писк свербел в центре головы и неуклонно нарастал. Внезапно пришло воспоминание об обстоятельствах, в которых я слышал подобный звук, пусть тогда он был настолько сильнее, что чуть не взрывал голову.       — Это очень-очень плохо. — Буркнул я вполголоса и наконец поймал ускользающую мысль. — Есть телефон?       — Давно не постил фоток в Синстаграме? — Ехидно спросил Хаск.       — Не смеши, мои соцсети ведут специально обученные люди, у них целые архивы фоток на все случаи жизни. Я сам порой столько нового оттуда узнавал! Вот только не был там давным-давно. А ты был? И как я поживаю? — Продолжая нести чушь, я выхватил из его лап аппарат и, не позволив себе ни на секунду задуматься, дробно набрал цифры, которые не смог бы назвать даже под пытками. В эфир отправились два коротких слова: «outade frige». Одновременно свободная рука скользнула в портал и выхватила оттуда гризи. Сообщение отметилось, как доставленное, а потом связь пропала, портал замерцал и с взвизгом свернулся в точку. Я бы сказал, что сейчас мы провалимся в преисподнюю, но мы уже были здесь! Неизвестно, сможет ли чем-то помочь пистолет, но его рукоять сразу придала мне уверенности.       Рядом распахнулась неприметная дверь, пробежал взмыленный официант, и я метнулся вперед, дёрнув за собой ошеломленного Хаска. Мы оказались в подсобных помещениях, и я по запаху рванул в сторону кухни.       — Кто прислал приглашение?       — Мой знакомый, у него пара игорных домов.       — Точно он? Вы разговаривали?       — Да говорили мы! Я был уверен, что это будут маленькие посиделки старых друзей, сыграем, помянем старые деньки — вместе раскручивались.       — Конкурент, значит. — Подытожил я. От него решили под шумок избавиться?       Мы промчались по коридорам, я без особой надежды высматривал какой-нибудь запасной выход — но ничего похожего не попадалось. Спустившись по лестнице, мы оказались по моим прикидкам уже ниже уровня земли. Кухня была рядом, до нас долетали отзвуки разговоров и грохот посуды, когда я приметил большую железную дверь холодильного отсека, и с облегчением захлопнул её за нами. Это оказалось внушительное помещение, всё уставленное стеллажами с коробками и свёртками. Вынимающий душу писк стал тише.       Мельком осмотревшись, я выглянул наружу через маленькое запотевшее оконце.       — Здесь мы пока в безопасности. Устраивайся.       — Что за хуйню вы с Валентино там устроили? — С неприязнью спросил Хаск, плюхнувшись на первый попавшийся ящик. В его лапах возникла бутылка, к которой он с удовольствием и приложился. Я потупился и, запинаясь, медленно выдавил:       — Видишь ли, я сказал ему, что встречаюсь кое с кем в отеле. Ну и, кажется, он подумал…       — Подумал что?       — Ну… — Завилял я. — Он встретил нас, и подумал, что я встречаюсь с тобой, дурашка. Вот и решил потретировать, показать свою власть.       У меня всегда была слабость к сильным и могущественным мужчинам, Валентино наверняка ожидал, что я окручу Аластора; он сразу же оценил, что это можно будет использовать — эта тактика была так хорошо отработана! Впервые заявившись в отель по мою душу, он мгновенно учуял на мне его запах и лишний раз утвердился в этой мысли. Вот и причина, почему босс не забрал меня из отеля ещё тогда — он ведь собирался, и вряд ли Радио-демон с принцессой смогли бы ему помешать.       Хаск был рыбой гораздо меньшего размера. Теперь Валентино решит, что я выбрал крылатого кота из врождённой вредности или от жалости, пригрев после стычки в холле — и будет недоволен.       Бармен молча смотрел на меня. Я окончательно смутился и зачастил:       — Я, правда, не хотел. Лучше тебе знать, это может подставить тебя под удар. Теперь, если я буду отрицать, получится, что я тебя выгораживаю, понимаешь? Это сделает только хуже.       — Ёбаный ты в ро-от! — Простонал Хаск. — Зачем ты это сказал?       — Да он никогда бы не поверил, что я живу в каком-то грёбаном целибате — с переезда в отель и потрахаться-то успел всего пару раз! Ой, да я бы и сам мог так подумать, ты же практически пригласил меня на свидание.       — Да? А ты мигом выкатил воз условий.       — Брось, я бы сделал это для тебя и просто так! — Я обезоруживающе улыбнулся. — Ты же милашка и ставишь мне выпивку, к тому же мне нравится развлекаться — просто я привык продаваться подороже. Ладно тебе, во всём есть свои плюсы, встречаться — это значит иметь кое-какие привилегии! Я такой же розовый и мягкий внутри, как и снаружи. — Я высунул язычок и облизнулся. — А если тебе больше по душе девушки, я позабочусь, чтобы мой демоняшка не показывался тебе на глаза.       — Чего?! — Окончательно подавился бармен. — Блядь, хватит, с чего ты вообще взял…       — А ещё, котик, после хорошего секса отлично спится. — Изящно нанёс последний удар я, пока он пытался подобрать слова.       Пол тяжело вздрогнул под ногами, и свет погас. Хаск отвлёкся и тревожно запрядал ушами, наконец почувствовав опасность:       — Все здание будто впихнули в портал. Даже Люцифер не способен на такое!       — Кто знает, на что способен Люцифер. Все связи обрублены, тоже это чувствуешь? Похоже на чистку, только локальную. Ты видел часы, пока мы добирались сюда? — В казино никогда не было отражающих поверхностей, окон и, главное, часов, это оставалось неизменным и в жизни, и в смерти. Почему никто еще не додумался организовать казино в убежище во время Истребления? Сверху разверзаются врата Рая, творится Содом и Гоморра, а снизу проходит чинный светский раут с блэкджеком и шлюхами, плавно переходящий в оргию — это было бы как минимум иронично!       — Видел, было полно времени.       Я продолжил напряженно думать. Моргнув, включилось блёкло-красное аварийное освещение.       — Как называется это сборище, что было на приглашении?       — Очарованный ангел.       — Очарованный или пленённый? Что, если кто-то и правда притащил ангела? — Вот что значил для меня этот звук. Зря я пообещал Хаску парочку голов — если каша заварится, тут не поможет и станковый пулемет. — Как бы там ни было, сейчас наверху поднимется паника, гости кинутся жрать друг друга. Сильнейшие вырвутся, на то они и сильнейшие.       — Что ты несешь? Как можно «притащить ангела»?!       Дверь начисто отсекла звуки, но мои обострённые чувства работали лучше слуха и зрения. Помещения рядом опустели, угрожающая тишина укутала нас ватным одеялом. Хаск открыл было рот, и я шикнул на него — мерзкий писк в голове и так не давал толком сосредоточиться. Было страшновато тянуться дальше, но я сильно волновался — где эти знакомые вибрации?       В молчании прошло некоторое время, потом я не без облегчения улыбнулся и приоткрыл дверь.