Невинная для демонов

— В кресло? — не понимаю. — Но меня осматривали. И не один раз. — А теперь осмотрю я, — даже не повышает он голос, а как будто каблуком своих кожаных фирменных ботинок давит на голову. — Садись в кресло. — Но вы не врач, — делаю отчаянную попытку избежать позора, но тут ошейник на шее сжимается, и я тут же хватаюсь за горло, ловя ртом воздух еле удерживая себя на ногах. — Я твой хозяин. Садись в кресло! Внутри вспышкой возникает желание подчиниться, сделать все так, как хочет этот черноволосый демон и даже больше. И хоть мозгом я понимаю, что это магия, что я могу бороться… Тело предает и я, чеканя шаг, иду к гинекологическому креслу. Там уже постелена салфетка и я просто неуклюже забираюсь с коленями на вверх, думая, что он прекрасно видит, как я стою к нему задницей и переворачиваюсь. Сажусь удобнее, прикрываю глаза и из последних моральных и физических сил, стискиваю колени. Не хочу. Не хочу открываться перед ним. Не хочу быть его рабыней. Да и вообще ничьей. Когда после третьего давления ошейника, я ноги так и не развожу, то сразу слышу, как он поднимается, шорох одежды и свет закрывает огромная тень. Распахиваю глаза и цепенею. Стараюсь смотреть на его пиджак, плотно сидящий на могучих плечах. Кажется, что он вот вот лопнет и передо мной предстанет Лазарь во всей своей пугающей, уродливой красоте. Длинные пальцы захватывают лодыжки кандалами и разводят в сторону. Болезненно. Резко. И я вскрикиваю и делаю стратегическую ошибку, случайно переведя взгляд. И я хочу отвернуться, закрыться от происходящего, но он не дает. Пробирается в самое нутро через глаза, сводит с ума своим острым мужским запахом, заставляет отчаянно колотиться сердце, отнимая даже желание прикрыть грудь. — Зачем… — спрашиваю, облизываю пересохшие губы, чтобы хоть как-то остаться на плаву по реке сознания, которая стремительно несет меня в бездну. — Зачем меня снова осматривать. — Хочу убедиться, — снова низкий рокот, как нож по душе. — Что ты целка. Спрашивать, почему он мне не доверяет, даже не собираюсь. Это его дело. Он закрепляет мои ноги на подставках и проводит по своей ладони пальцем второй руки, создавая на глазах прозрачный покров наподобие перчаток. Это удивительно, но я не подаю вида, просто смотрю, как он на мгновение задумался и посмотрел на мои губы. Внезапно покров с его руки исчезает, словно его и не было, а он подносит указательный палец к моему рту. — Что? — не понимаю. Гинекологический гель не подвезли? Кризис? — Облизывай. Не делай себе хуже. Извращенец, не иначе. Ладно. Открываю рот, в который тут же грубо толкается немаленького размера палец, осматривает им полость, проводит по зубам, давит на щеки и замирает на языке. — Теперь соси. Я уверен, что твои богатенькие друзья научили этому.