Близость

«Я бы хотел стереть себе память, чтобы начать новую жизнь, Но именно прошлое сделало меня тем, кто я есть сейчас».

      Не всё истинно, что мы видим. Глаза обманывают, слух искажает звуки, а сердце тянется к тому, что нас привлекает, оно лжет куда чаще, чем все органы чувств вместе взятые. Чему же верить, когда ты не способен рассмотреть картину в целом, с разных сторон? Канда сидел рядом со мной, заглядывая из-за моей спины на экран монитора. Он будто назло придвинулся слишком близко, то и дело прикасался ко мне и обжигал горячим дыханием мою кожу, которая тут же покрывалась мурашками. И как прикажете работать в таких условиях? Конечно, в американских фильмах секс в кабинете выглядит очень страстным, но только в нашем случае рисковать я бы не стал, уж слишком экстремально предаваться влечению, когда в любой момент к нам может ворваться Д. Кэмпбелл. Такая ли хорошая идея была привести сюда Юу? Старательно игнорируя яростные позывы своего колотящегося сердца, я, нахмурив брови, искал информацию о Роад. В кабинет зашел Неа и поглядел на нас с нескрываемой усмешкой. — Как успехи? Когда ты заявился сюда, сказал, что нашел подозреваемого. — Детектив подошел к нам и положил на стол какие-то документы. Я бросил на них короткий взгляд, но не сразу сообразил, что в них. — Твой договор. Заполни, потом тебе нужно будет получить удостоверение. Конечно, плохо, что нет юридического образования, но это дело поправимое. Если захочешь развиваться в данном направлении и подняться выше должности помощника детектива, думаю, получить бакалавра сможешь, ты парень смышленый. А теперь перейдем к расследованию. В целом, очень даже неплохо, довольно интересный подход к получению информации, но в нашем деле нельзя полагаться на догадки, нужны факты, улики и свидетели. Какие у нас есть факты? — Во-первых, произошло убийство недалеко от лечебницы, которую я недавно посещал для поиска улик и свидетелей. Незадолго до гибели жертва получила письмо, содержание которого ее сильно напугало. Две недели назад я тоже получил письмо с угрозой. Вчера неизвестный перерезал тормозной шланг у автомобиля Канды, после чего произошла авария со взрывом, и это уже третье покушение за год, — перечислил я, стараясь ничего не упустить. Не требовалось большого ума, чтобы связать все эти случаи, однако Неа не торопился, его подход к делу немного удивлял. — Хорошо, а сам Канда получал письма с угрозами? И какого характера покушения происходили за последний год? Было в них что-то общее? — Д. Кэмпбелл вопросительно посмотрел на Юу, ожидая ответа. — Откуда мне знать, было ли в них что-то общее или нет. — Парень нахмурился и откинулся на спинку стула, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди, выражая свое недовольство. — Приходило какое-то письмо, но я его выкинул. Какой-то придурок решил пошутить, если найду его, руки ему оторву. — А помнишь, что там написано? — вмешался я, чувствуя, как волна дрожи пробежала по телу. Мы все ввязались в очень неприятное дело, но назад пути нет. Каждому из нас убийца наверняка уже вынес смертный приговор. Оставалось только раскрыть преступление прежде, чем мы попрощаемся со своими жизнями. Хотя у Канды довольно неплохо получалось справляться все это время. — Да не помню, я даже вчитываться не стал. Понял, что там чушь, и выкинул. — Юный бизнесмен с каждым вопросом злился все сильнее, это было легко прочитать на его лице, негативные эмоции на котором отпечатывались всегда довольно четко. Даже улыбка Канды напоминала, скорее, оскал. Это всегда поражало меня, с такой миловидной внешностью и мягкими чертами надо сильно постараться выглядеть устрашающе, что Канде, в общем-то, удавалось. — Эх, ну, ничего не поделаешь, — проговорил я немного раздосадованно, но даже так, почерк преступника прослеживался во всех делах, начиная с угроз и заканчивая убийством ни в чем не повинной женщины. Времени на поиски с каждой минутой становилось все меньше. — Касаемо свидетелей… Канда видел Роад Камелот неподалеку от своего дома. Я подозреваю, она может быть как-то связана с делом. Высока вероятность, что медсестра и есть тот, кого мы разыскиваем. — А мотив? — Неа принялся расхаживать по кабинету, задумавшись о чем-то своем. После его вопроса я задумался, какие причины убивать могли быть у Роад, но ни к чему не пришел. — Мое чутье подсказывает, что ты свернул не туда. То, что девушка каким-то образом причастна к случившемуся не означает, что она убийца. Говоря о фактах, ты упустил кое-что важное. Больше десяти лет прошло с тех пор, как Уильям попал в психиатрическую лечебницу, при этом ты утверждаешь, что уже тогда преступник существовал. Сколько лет было Роад на тот момент? — Верно, этот фактор я как-то упустил. По имеющимся данным ей сейчас двадцать. Получается, в то время она училась в начальной школе. Не складывается. Но ведь теория построена на моих догадках, разве нет? Быть может, Уильям действительно страдал манией преследования, а я допустил ошибку. Дело становится все более запутанным. — Я схватился за голову, в которой творился настоящий бардак. Будь у меня хоть маленькая ниточка, зацепка, которая поможет распутать этот клубок. — Убийца умен, очень. Почему-то мне кажется, что он играет со мной, давая фору, а потом показывая, что мы все танцуем под его дудку. Для него это как развлечение. И смерть Паулы тому доказательство, с женщиной расправились весьма жестоко, словно преступник наслаждался процессом. — Я тоже так думаю. Признаться, это напоминает мне кое-что. Мой старший брат до того, как начал актерскую карьеру, работал инспектором в Скотланд-Ярде, он рассказывал, что к нему обращался один влиятельный мужчина с просьбой защитить сына. Но брат ничего не нашел, а потом мальчика признали сумасшедшим… — Неа посмотрел на меня и округлил глаза, по его лицу я понял, что у мужчины появилась идея. Похоже, мы подумали об одном и том же. — Кажется, пришло время навестить Ману. — Как ты сказал? Ману? — Я удивленно уставился на детектива. Конечно, это может быть совпадение, но у моего опекуна довольно редкое имя. Как тесен мир, порой, случается то, чего совсем не ожидаешь. — Твой брат сейчас в Дартфорде? — Верно. А ты… Тот мальчик, которого он усыновил? — Неа был ошарашен не меньше, чем я. Какое-то время мы просто молчали, никаких слов не требовалось, все и так стало понятно. — Ладно, думаю, на сегодня достаточно. Теперь мы хотя бы знаем, в каком направлении двигаться. Завтра же выезжаем в Дартфорд.

***

      Покинув агентство, я долго бродил по улицам, чувствуя приятную осеннюю прохладу. Совсем недавно моя жизнь самого обыкновенного студента превратилась в сценарий остросюжетного фильма. Казалось, вот-вот из-за декораций бумажного города выйдет режиссер и скажет: «Стоп, снято». Но этого не происходило. На фоне последних событий думать об учебе совсем не хотелось, поэтому я ее окончательно запустил. Наверное, когда все закончится, я сильно об этом пожалею, но не сейчас. Снова взваливаю на себя непосильную ношу, ответственность, от которой проще откреститься. Что-то подсказывает мне, шесть лет назад я тоже влез не в свое дело.       Листья кружили на ветру, плавно падая прямо под ноги. Их танец длился лишь несколько секунд, после чего они, замирая, оставались неподвижно лежать на земле и ожидать, когда люди начнут топтать их своими ботинками. Когда очередной листочек приземлился передо мной, я присел на корточки, поднял его и начал разглядывать, крутя из стороны в сторону. Время застыло для меня, как жизнь этого пожелтевшего листочка. Наверное, хорошо порой ни о чем не думать и наслаждаться каждым мгновением. Я ощутил легкое прикосновение холодных рук к своей шее. Канда? Он ведь уехал на работу сразу же, как мы вышли из агентства. Оборачиваться не хотелось, чтобы не разрушать хрупкую иллюзию, выстроенную в моей голове. До встречи с Юу кем я был? Правильным мальчиком с утерянным прошлым, смотрящим на мир сквозь розовые очки. Улыбки прохожих? Счастливые лица? Нет, далеко не все так прекрасно. Наш мир не состоит только из черного и белого, здесь множество красок, как ярких и сочных, так и блеклых, темных. Они словно мажорные и минорные аккорды, казалось бы, разница в полтона, но звучание меняется колоссально.       Легкий аромат пряного пунша и свежих булочек донесся до меня из пекарни неподалеку. Желудок громко заурчал. Сколько же я не ел? Должно быть, еще с прошлого дня, а время уже близилось к вечеру. Выходит, около суток. Зайдя внутрь, я заказал побольше разнообразной выпечки и начал уплетать за обе щеки. Наверное, еще никогда мне не было настолько вкусно. — Эй, привет. Что ты здесь делаешь? — За мой столик присел знакомый рыжеволосый фотограф. И как он только умудряется оказываться в тех же местах, где я? Должно быть, это судьба. — Тоже нравятся здешние булочки? Очень советую с корицей, если не пробовал. Тесто просто нежнейшее, пышное, легкое… — Привет, Лави, — закатив глаза, прервал я друга, не желая и дальше слушать восхваление выпечки. Не перестаю удивляться, как человек может быть настолько веселым, беззаботным и легким в общении. Наверное, он полная противоположность вечно угрюмого и замкнутого Канды. — А ты часто здесь бываешь? — Почти каждый день. Хорошо, что не разжирел. Как твои успехи? Как Юу? — Парень немного напрягся, упомянув имя своего босса. Видимо, их взаимоотношения совсем не на том уровне, как мне показалось на первый взгляд. Быть может, Лави чувствовал себя так комфортно в чужом доме из-за своей непомерной наглости? — С ним все в порядке. Он работает. — Мой голос дрогнул, стоило заговорить о Канде. Проведя весь день в размышлениях, я так и не решился задать себе самый главный вопрос, тревоживший меня уже далеко не первый день. Какие чувства я испытываю к этому странному человеку? Уже не отторжение и, конечно, не любовь, но что-то гораздо более глубокое, чем симпатия. Привязанность, привычка чувствовать кожей чужие холодные руки, от прикосновений которых тело плавилось. Я будто слеплен из глины, мягкой и податливой, приобретающей нужную форму. — По правде говоря, меня сильно беспокоит его состояние. — Он сам не свой, знаю. Поговори с ним об убийстве и скажи, что сейчас слишком опасно выходить из дома. — Лави нахмурился и как ни в чем не бывало взял мой стакан с пуншем и сделал несколько глотков. — Ладно, думаю, мне пора. Рад был повидаться, но у меня много дел.       Попрощавшись с фотографом, я какое-то время просто смотрел в окно, попивая свой пунш, и думал о том, чем занять себя вечером. Без Канды мои будни становились какими-то пустыми, бессмысленными, словно в груди появлялась огромная дыра, которую хотелось чем-то заполнить. Даже с набитым желудком это гадкое ощущение не проходило ни на миг. Решив не терзать себя размышлениями, я собрался уходить, но прямо передо мной возник человек в бесформенной толстовке с капюшоном. Он всучил мне в руки конверт и скрылся в толпе. Аккуратно вытащив письмо, находящееся внутри, я прочел: «До встречи в Б. Спроси у М. Есть те, кто остался жив. Они помнят о судном дне. Б.»       Перечитав письмо несколько раз, я ничего не понял и пришел к тому, что пока не нужно забивать себе голову и следует сначала добраться до дома, а поразмыслить над значением строк в более спокойной обстановке. На улице уже стемнело, стоило поторопиться, пока преследователь не устроил мне очередную засаду. Расплатившись, я поспешил в сторону автобусной остановки, вот только сегодня, наверное, удача отвернулась от меня. Простояв в ожидании около тридцати минут, я залез в телефон и узнал из новостей, что по дороге к общежитию случилась страшная авария, в которой погибло пять человек. Никаких данных о жертвах пока не сообщалось. Получается, добраться до дома общественным транспортом не получится. Тяжело вздохнув, я поплелся пешком, но не успел пройти и десяти метров, как на душе появилась смутная тревога. Снова достав телефон, я дрожащими руками отыскал номер Канды. Страх поглотил меня, щекоча расшатанные нервы. Нажав на кнопку вызова, я слушал длинные гудки. Никто не ответил, только монотонный женский голос автоответчика оповестил о возможности оставить голосовое сообщение. Набирая злосчастный номер снова и снова, я чувствовал, как слезы подступают к горлу, беспокойство усиливалось, превращаясь в настоящую панику. Мысли были лишь о том, чтобы с Юу ничего не случилось. Когда в очередной раз на мой звонок не ответили, я от злости швырнул смартфон в ближайшую клумбу и сел прямо на холодный асфальт. Стоило дойти до места происшествия, но не было сил. Я боялся, что среди погибших окажется тот, кого мне совсем не хотелось терять. Вдруг неподалеку засигналила машина. Вздрогнув от неожиданности, я поднял голову и увидел, как из автомобиля выходит Канда, живой и почти невредимый. Он подошел ко мне и потянул на себя, грубо схватив за руку. — Совсем крышу снесло, мояши? Если собрался жить на улице, надо было сначала спросить разрешения у меня. — На лице Юу отразилось негодование. Я же попытался вырваться, возмущенно твердя, что выкинул телефон из-за того, что волновался за одного очень вредного хамоватого придурка. Наверное, мне тоже не всегда просто проявлять теплоту по отношению к нему. Хотелось спрятать свои чувства в закромах души и хранить их там, пока не угаснут. Меня шатало от состояния, когда готов кричать о влюбленности, до желания задушить в себе даже малейший намек на симпатию. К счастью, Канда позволил мне отыскать смартфон в несчастной клумбе прежде, чем я чуть ли не силой оказался посажен в новую тачку молодого бизнесмена. — Почему не отвечал на звонки? — пробормотал я охрипшим голосом, стараясь не смотреть в сторону Юу. Наверное, картина сидящего на асфальте паренька выглядела довольно комично. — Откуда у тебя мой номер? Впрочем, можешь не отвечать — Канда нажал на газ и помчал по направлению к вилле, наплевав на правила дорожного движения. Пару раз я думал, мы разобьёмся, но когда вдалеке замелькал знакомый дом, с моих губ сорвался облегченный вздох. Как только парень затормозил, его лицо скривилось в привычном недовольстве. — Кажется, ты начал забывать, где твое место. Может, тебе просто не хватает меня…       Юу даже не потрудился перебраться в дом, он медленно расстегнул мою ширинку и спустил джинсы и боксеры высвобождая член, который от чужих прикосновений начал быстро твердеть. Нескольких ловких движений холодных рук оказалось достаточно, чтобы возбудить меня. Хотя не могу сказать, что заниматься чем-то подобным в автомобиле входило в мои планы. Убедившись, что я уже достаточно готов к продолжению, Канда отыскал в бардачке еще не открытую упаковку с лубрикантом и, выдавив щедрую порцию геля, приподнял меня свободной рукой. Признаться, мне больше хотелось самому войти в Юу, испытать наконец-то, какого быть внутри него, насколько он узкий, но как только один палец проскользнул в анус, я был не против продолжить и так. Приятно ощущать, как парень двигается во мне, внимательно смотря при этом в мои глаза. Я медленно начал насаживаться на палец, наблюдая за изменяющимся выражением лица брюнета, и, прикусив губу, ждал продолжения, однако парень медлил. Не оставалось другого варианта, кроме как самому перейти к активным действиям. Я убрал руку Юу и уверенно расстегнул ширинку на его джинсах, но тут на мою голову легла чужая ладонь. — Ты ведь уже готов сделать это, мояши? — Хищно улыбнувшись, Канда надавил сильнее, вынудив меня опустить голову и чуть не уткнуться губами в розоватую влажную головку. Я застыл, пребывая в легком ступоре и не зная, как поступить. Внутри меня был какой-то барьер, не позволявший опуститься до минета, но в эту минуту голос Юу звучал как никогда мягко, ему было трудно не подчиниться, поэтому во мне снова началось противоборство двух желаний. — Противно или боишься? — Ни то, ни другое, — произнес я, сделав над собой усилие, лизнул головку и тут же обхватил ее губами. Стараясь не задевать чувствительную кожу зубами, я медленно опустил голову вниз, чтобы полностью захватить ртом возбужденный орган, вот только его размеры не позволяли это сделать, и даже так, брюнету, кажется, всё нравилось. К огромному удивлению, в этом не было ничего неприятного и отталкивающего. Напротив, услышав тяжелое дыхание своего партнера, я едва сдержал счастливую улыбку и принялся ласкать языком уздечку, затем спустился ниже, дойдя почти до мошонки, и, снова вернувшись к головке, повторно взял ее в рот, пытаясь в этот раз расслабить горло, чтобы Канда мог проникнуть как можно глубже. Мне даже начало нравиться играть с пенисом и параллельно следить за реакцией Юу, которая стоило того. Такой расслабленный и возбужденный он сводил меня с ума, его стоны, громкое дыхание заставляли сердце биться чаще. Канда сильный, но сейчас рядом со мной он слишком уязвим, это только добавляло ему шарма. Когда мне показалось, что Юу близок к кульминации я остановился лишь для того, чтобы продолжить то, что мы собирались сделать изначально. Парень недовольно проворчал что-то, но не растерялся и притянул меня ближе, усаживая на себя и шепча мне на ушко какие-то ругательства. В машине было тесно и неудобно, и все-таки давно мне не было так хорошо, как сейчас.

***

      Сквозь тишину я слышал, как с прерывистой периодичностью капает вода, эти монотонные звуки действовали на нервы. В помещении было холодно и сыро, голова раскалывалась от боли и хотелось съесть хотя бы крошку хлеба. Сколько времени я уже заперт в темном подвале без воды и пищи? День сейчас или ночь? Как долго меня будут держать здесь? Тысячи вопросов крутились в голове, но ответа на поступало. Вдруг дверь отворилась, в камеру вошёл высокий мужчина, которого я уже совершенно точно видел. Тот самый монах, проводящий странный ритуал, свидетелем которого мне довелось стать. — Здравствуй, Аллен, мы уже беседовали с твоим другом. Не бойся, мальчикам твоего возраста еще можно помочь, совсем скоро ты станешь одним из нас. Мы вас вылечим. — Мужчина мягко улыбнулся, в то время как в моей душе зарождалась настоящая ярость. Да как этот грязный ублюдок смеет говорить такое своим ртом? — Главное, не волнуйся. Кастрация не так страшна, как кажется на первый взгляд. — Да тебе самому надо лечиться! Псих. — Я плюнул в монаха, но не попал. Силы окончательно покинули мое тело. Монах бросил на меня презрительный взгляд, словно я был ничтожной и грязной крысой, мусором, которому место в покойной яме. — Думаешь, вы все такие чистенькие? Да ты в разы хуже, ублюдок! — Знаешь, почему ты оказался здесь? — Сектант продолжал гадко улыбаться, обнажая кривые желтые зубы и наслаждаясь моей беззащитностью. Мне не хотелось знать, в чем причина моего заточения, сумасшедшим не нужны мотивы, они совершают мерзкие поступки, даже не осознавая последствия. Таких людей надо изолировать от общества, а не меня. Не дождавшись ответа, мужчина продолжил, — Ты ведь любил Анну? Она была одной из немногих, кто терпел твои мерзкие выходки, но даже выдержка этой женщины оказалась не бесконечной. Перед смертью она рассказала про твои отношения с молодым человеком. Анна была неизлечимо больна, ей уже ничем не помочь, но у вас, мальчики, есть шанс. Вместе мы справимся с недугом. — Иди к черту! — Я поднялся на ноги и кинулся на монаха с кулаками, однако тот с легкостью отбросил меня в сторону, словно я был не тяжелее пушинки. В тот момент ко мне пришло осознание, что терять нечего. Даже смерть не так страшила, как необходимость подчиниться. Анна погибла предательницей, но меня ждет иная участь. Я умру борцом за свободу и свое право любить. — Ничего, Аллен, еще посмотрим, что ты скажешь, когда поймешь, что такое истинное благословение и отсутствие пороков. Чистота тела начинается с чистоты мыслей. — Мужчина зашагал к выходу и перед самой дверью резко обернулся. — Сладких снов, мой хороший. Скоро тебя ждет новая жизнь…       Я проснулся в холодном поту. Жуткие воспоминания из прошлого всплыли вновь, да еще так невовремя. Посмотрев на спящего рядом Канду, я облегченно вздохнул и обнял парня, вырывая из царства Морфея. Его затянутый поволокой взгляд оценивающе пробежался по моему телу. Мне стало немного неуютно от пристального внимания, однако после дурного сна такая мелочь не очень-то беспокоила. Хотелось прижаться к кому-то, на миг почувствовать себя ребенком, вернуть детство, которое у меня отняли. И все-таки я должен быть сильным, даже когда страшно и больно, когда кажется, что такую ношу мне не потянуть. — Какого хрена проснулся? Что за телячьи нежности посреди ночи? — недовольно пробубнил Канда, отрывая от себя мою тушку. Да уж, обидно. Раздражает, когда он ведет себя как кретин. Ах да, он же всегда себя так ведет. Как я мог забыть? Между прочим, не я заварил всю эту кашу. — Что-то не устраивает? Мне приснился кошмар, связанный с прошлым. Помнишь, я несколько раз падал в обморок? Это происходило, когда ко мне возвращались воспоминания. И сейчас снова… — Сделав паузу, я подумал, стоит ли рассказывать обо всем Юу, особенно сейчас, когда тот так разозлился из-за простых объятий. Вопросительно взглянув на парня, я убедился, что он не против выслушать, и продолжил, — В общем, мне кажется, в приюте произошло что-то ужасное. Память возвращалась ко мне отдельными отрывками, сначала была сцена в библиотеке, где я читал «Ромео и Джульетту», там пел какой-то мальчик, имя которого вспомнить никак не получается, затем ту же песню я слышал в другом видении, кажется, о дне, когда мы познакомились с тем пареньком. Сейчас бы вспомнить слова… В полуночной тишине демон снов пришел ко мне, а дальше… — Рассказал он свой секрет и велел хранить завет, — произнес Канда будто на автомате, мои глаза расширились. Откуда он знает? Неужели солгал, когда сказал, что в приюте был не он? — А дальше? — Я нервно сглотнул. Быть может, если Юу повторит текст полностью, это поможет вернуть утраченные воспоминания, такой шанс нельзя упускать. Парень не ответил. Включив ночник, он поднялся, взял с письменного стола блокнот и ручку и что-то настрочил, затем вырвал листок и протянул мне. Передо мной был полный текст песенки мальчика из приюта.

В полуночной тишине Демон снов пришел ко мне, Рассказал он свой секрет И велел хранить завет. Дух пророчил мне судьбу Через год лежать в гробу, А причиной станет вдруг Самый верный близкий друг. С той поры я нелюдим, Страхом вечным одержим. Но злой рок в заветный час Поневоле сводит нас. И пророчество сбылось, Пламя мести разрослось. Через Стикс дорога в Ад, Темнота и жуткий смрад. Горя в дьявольском огне, Люди молят сатане. И, услышав его глас, Смерть придет забрать всех нас.

      Я несколько раз перечитал строки песенки, в памяти начало всплывать лицо, казавшееся знакомым. Черты его были расплывчаты, но в них проглядывалось явное сходство с человеком, сидящим напротив. Где-то на задворках сознания проскользнуло имя того паренька, но практически сразу вылетело из головы. Как зовут его? Блейк, Блейд… Нет, не то… — Вали спать, у меня вообще-то много работы.       Юу улегся обратно, повернувшись ко мне спиной и оставив в недоумении. Нужно обязательно спросить, откуда он знает слова песни из моих снов. Ее мотив напоминал колыбельную, но жуткий смысл, заложенный в строках пугал и отталкивал. Погружаясь в объятия Морфея я будто снова услышал мужской голос, напевающий такие знакомые слова.       С утра, только лишь открыв глаза, я почувствовал себя отдохнувшим. Кошмары больше не снились. День обещал быть очень продуктивным и наполненным событиями. К двум часам после полудня мы должны подъехать на Чаринг-Кросс, чтобы оттуда направиться в Дартфорд, но прежде мне хотелось встретиться с Тидоллом. Набирая номер, который он мне оставил, как контактный, несколько раз я слышал только длинные гудки, но на третий раз мне все-таки ответили. К счастью, бизнесмен вместо телефонного разговора согласился пересечься со мной в кафе. Собравшись на встречу со своим «будущим свекром», я убедился, что выгляжу куда лучше, чем в день нашего знакомства, хотелось все-таки немного сгладить первое впечатление о себе, но все оказалось хуже, чем я предполагал. Уже шагая по Лондонскому Сити, я чувствовал себя не в своей тарелке, мимо проносились автомобили, проходили люди в строгих костюмах с дипломатами в руках, все куда-то спешили, кто-то договаривался о деловой встрече по телефону, кто-то курил с коллегами, обсуждая планы на вечер, а кто-то забегал в кофейню взять эспрессо, чтобы не свалиться без сил посреди рабочего дня. Я же, как бельмо на глазу, медленно шел вдоль бесчисленных бизнес-центров на Лондон Уолл, озираясь по сторонам и надеясь, что не пропустил нужный поворот, и теряясь среди однотипных стеклянных высоток, которые, казалось, вот-вот рухнут от дуновения ветра. Наконец-то добравшись до назначенного места, я вздохнул с облегчением. Оставалось только дождаться мистера Тидолла, который вот-вот должен был подойти. Бизнесмен подъехал минут через десять, одетый с иголочки, как и в прошлый раз. Начищенные до блеска лаковые туфли сверкали на солнце аки бриллианты, идеально ровные стрелки на брюках, ни одной лишней складочки, костюм идеально подогнан по фигуре. Мне стало стыдно стоять перед столь аккуратным мужчиной в своих когда-то белых, а теперь уже пожелтевших от времени кедах. Благо, хоть рубашку додумался надеть. — Добрый день, Аллен. Пойдемте, у меня мало времени. — Фрой проследовал в ресторан, мне лишь оставалось вяло волочиться за ним и чувствовать себя униженным. Произвел впечатление, ничего не скажешь. Усевшись за один из столиков у стены, Тидолл заказал легкий салат и чай. Я же ограничился кофе, прикидывая, во сколько он мне обойдется. Как только напитки принесли, мне стало куда легче вести диалог. Мысли о еде затмили ощущение неловкости, преследовавшее меня с самого начала встречи. — Я ценю Ваше время, поэтому перейду сразу к делу. Вы знаете, что произошло с Вашим сыном? — Сказал, как отрезал. Наверное, было опрометчиво сходу раскрывать все карты, но с таким деловым человеком тянуть резину тоже неправильно. — Понятия не имею, о чем Вы, юноша. — Фрой глотнул чаю, на лице его не дрогнул ни один мускул. Не каждый обладал столь завидной выдержкой. — Кто-то совершил покушение на моего мальчика, мне бы хотелось найти этого негодяя и наказать по всей строгости закона. — О нет, сейчас идет речь не о Канде. Я говорю о Уильяме, Вашем настоящем сыне. — Не верится, что я это произнес. До последнего думал, что не хватит смелости. Впервые Тидолла перекосило от моих слов, видимо, не такая уж и хорошая у него выдержка, как могло показаться на первый взгляд. — Откуда ты знаешь? — Фрой поставил чашку и принялся нервно постукивать подушечками пальцев по столу. Похоже, я задел слишком личную тему и все-таки был слишком резок. Стоило как-то исправить ситуацию. — Простите. Не стоило… — Я хотел уже уйти, но бизнесмен жестом попросил меня остаться. По его взгляду стало ясно, что он готов поговорить. Вернувшись на место, я понимающе посмотрел на мужчину, пытаясь хотя бы так оказать поддержку. — Все в порядке. Если Юу доверяет тебе, то и я доверяю. Это произошло много лет назад. Билли всегда был довольно замкнутым мальчиком… — Тидолл сделал паузу, погружаясь в воспоминания, а я ощутил, как на лбу выступил холодный пот. Билли… Это имя пробудило во мне странные чувства. Руки затряслись, перед глазами всплыла кровавая картинка: посреди зала лежал худощавый темноволосый мальчик, который был удивительно похож на Канду. Вокруг него столпились люди в балахонах. Откуда-то послышался громкий крик, оглушающий барабанные перепонки. Это кричал я. -… Эй, Аллен, с тобой все в порядке? — А? Что произошло? — Я очнулся. Людей в ресторане было немного, но они все смотрели на меня: кто-то с изумлением, а кто-то с недовольством. Постепенно осознание произошедшего достигло моего мозга. — Как зовут Вашего сына, говорите? Билли?