Близость

      Я победно улыбнулся, поймав испуганный взгляд Канды, но мой бывший парень дал волю эмоциям лишь на мгновение и вскоре переменился в лице и став похожим на среднестатистический кирпич. Так и в остальном, думаешь, вот она страсть… А-н нет, снова перед тобой кусок ледышки. Только ругаться мог виртуозно, тут он давал волю эмоциям. Вот же противный. Но любит же. Знаю, что любит. И я тоже схожу с ума от него, даже сейчас, находясь на волосок от смерти. Всегда. Не устану про себя повторять, как сильно хочу быть с ним рядом. Наверное, настала пора становиться сильным не только для защиты других, но и чтобы выжить. — Ты повлиял на мои воспоминания при помощи гипноза, верно? Я никогда не любил Билли. Но какой мотив? Хотел поссорить меня с Кандой? Поздравляю, тебе удалось. И что дальше будешь делать, Тики? Ты не сбежишь отсюда, даже если убьешь меня. Снаружи нас ждут люди из Скотланд-Ярда. — Я на удивление легко сохранял спокойствие. Внутри не осталось страха, только уверенность в том, что жертва попала в паучью сеть, сотканную моими руками. — Верно. Ты повзрослел, малыш Аллен. В чем-то превзошёл даже Неа. Выходит, воспоминания вернулись к тебе. Это весьма прискорбно, но ничего. Однажды поймешь одну единственно верную истину. Ты никому по-настоящему не нужен. Единственный человек, любивший тебя до безумия, мертв. Думаешь, этот тупица — Канда отдал бы жизнь за то, чтобы сохранить твою? Ему все равно. Как и мне, и всем, кто находится в этой комнате. Они лишь делают вид, что обеспокоены. Ах да, ведь ты олицетворение света, даже зная отношение людей, продолжишь защищать их. Я прав? И всё-таки мне кажется, что мы еще встретимся. Ты сам придешь ко мне, тьма уже закралась в твое сердце, Аллен. — Микк слегка ослабил хватку, чем я немедленно воспользовался. Резко наступив ему на ногу, заставил на мгновение потерять контроль, после чего развернулся и вырвался из захвата. Острое лезвие лишь слегка оцарапало горло, что не представляло никакой угрозы для жизни. Оказавшись в безопасности, я жестом показал Лави начинать операцию по захвату. Инспектор действовал быстро. Он обезвредил Ману, а мы с Кандой, не сговариваясь, набросились на Тики. Вдвоём нам удалось его обезоружить, после чего в кабинет ворвались сотрудники Скотланд-Ярда. Все закончилось. Миранда, не на шутку перепугавшись, расплакалась, а к ней тут же подскочила Линали, пытаясь успокоить. Роад достала чупа-чупс и, положив его в рот, невозмутимо наблюдала, как преступников выводят на улицу. Тидолл выглядел удивленным, но не более, словно для него в порядке вещей видеть подобное. Кроули стоял, прикрыв рот ладонью. Все они так много пережили. Один Канда, выдав своё коронное «тч», вышел вслед за полицейскими, даже не попрощавшись.

***

Два месяца спустя.       «Признаться, твоя информированность немало удивила меня, малыш. Но давай расскажу, как все происходило на самом деле. Я рос обычным мальчиком и не знал, насколько жесток этот мир. Мама часто плакала, иногда пила, а порой ни с того, ни с сего срывалась на мне, избивая до синяков, либо просто крича, как сильно ненавидит. Но я изо всех сил старался угодить ей, пока не узнал от человека по имени Мана правду о своём рождении. Раньше мне казалось, что меня любят, пусть иногда ругают и наказывают. А что же теперь? Больно ли мне слышать, как зверски обошелся с мамой тот человек, которого она любила? Больно ли думать о том, что я сын насильника, имя которого никогда не узнаю? Сгусток ненависти, напоминание о причиненной боли, от которого никак не избавиться. Что я чувствовал, кроме пустоты и отторжения? Желание наказать виновников, уничтожить их, стереть с лица земли каждого, кто обидел мою семью или что-то еще? Когда мне было тринадцать, я впервые убил человека. Сначала нашел каждого из тех, кто обесчестил мать в том грязном борделе, выследил по одиночке и заколол, испытав невероятное удовлетворение, будто смог очистить имя нашей семьи. Среди жертв был мой отец, а я даже не знал, кто именно, поэтому к каждому обращался «папа», пока они визжали от боли, как резаные свиньи, отхаркивая кровь, льющуюся из их глоток. Хотелось поделиться с мамой хорошими новостями, вот только здравый смысл подсказывал, что об этом лучше молчать. Какое-то время было тяжело контролировать себя, потому что жажда испытать эмоции, возникшие во время убийств, неумолимо росла. Тут мне на помощь пришли монахи, познакомившись с которыми я открыл для себя весьма интересное увлечение. Узнав о секте, я не раздумывая вступил в неё по своей воле и, заслужив доверие участников, стал обучаться искусству гипноза, выразив желание быть полезным, а по ночам читал книги, тайно осваивая науки. Так и проходили день за днем. Естественно, меня мало интересовало то, на чем была основана религия сектантов.       Достигнув совершеннолетия, я перебрался в Лондон, поступил в колледж и нашел подработку. В целом, был обыкновенным студентом, пока судьба не свела меня с Неа, который так походил на меня и Ману, что мне сразу захотелось узнать его получше. Конечно, выяснив правду, я не признался что являюсь его племянником, зато годы работы с этим человеком стали, наверное, самыми интересными и светлыми в моей жизни. Но спокойные времена закончились, потому что в один прекрасный день я столкнулся с Тидоллом младшим. Тогда в моей голове и всплыли воспоминания о мести. Родившись монстром, я создал монстра куда более отвратительного. Мне просто нравится убивать, видеть, как жертва бьется в агонии, молит о пощаде, они все так одинаково цепляются за свою жалкую жизнь, не желают признавать неизбежное, до последнего надеяться на то, что станут особенными для убийцы, теми, кого пощадят, если они будут плакать и вызывать к себе жалость. Наверное, в такие моменты моя душа трепещет, она жаждет снова и снова видеть те слабость, боль и страх, что застывают в глазах несчастных пугливых котят, проживающих свои последние секунды в нашем мире. Но есть и обратная сторона медали.       Не существует тьмы без света, а света без тьмы. Скажете, перед вами грешник и злодей, а я отвечу, что моя личность — это лишь гиперболизированное и доведенное до ума отражение любого другого человека. Во мне есть и светлая сторона. Обыкновенный преподаватель в колледже, внимательный и понимающий, тонко чувствующий каждого студента, вникающий в его личные проблемы. Я эмпат, мне легко сопереживать людям, находить к каждому свой подход и помогать в поиске решений. Черное и белое нельзя смешивать, иначе получается мерзкая серая масса. Ты должен быть либо абсолютно зол, либо совершенно добр. А сочетать в себе два этих качества возможно только при условии, когда проводишь жирную черту между двумя противоположными сторонами. Так я считал. Но большинству из вас недоступна моя философия, люди привыкли оценивать себя и других по иным меркам, искренне полагая, что можно быть наполовину хорошим или наполовину плохим. Это что-то наподобие «я, конечно, вор, но людей не убиваю» или «помогаю бедным, но отдаю лишь то, что не нужно мне самому».       Когда я встретил Билли, сразу разглядел черноту в его сердце, такую же, как у меня. Мы были похожи, два жестоких человека, растратившие чувство жалости, но тьма слишком быстро завладела его душой, превратив в обыкновенное зло. Это разочаровывало. И по стечению обстоятельств Билли влюбился в олицетворение света, будто желая восполнить его недостаток. Тогда мой интерес снова усилился. Жить в Брумфилде я не мог из-за работы, но старался приезжать туда почаще, чтобы понаблюдать, чем обернется странная связь противоположностей, вот только все пошло не по плану…»       Я оторвался от чтения и ощутил неприятное послевкусие от пережитых событий, да и слова про олицетворение света звучали слишком бредово. О нет, они абсолютно точно не про меня. Таких дрянных мальчишек еще поискать… Мне часто задавали вопросы по поводу того, как я раскрыл серию самых чудовищных преступлений нашего времени, но ответ был весьма прост.       Вернув воспоминания, я узнал много полезной информации, начиная с того, что кто-то управлял моими видениями, внедряя в голову фальшивые фрагменты о любви к Билли, после чего оставалось лишь проанализировать, кто находился рядом в те моменты, когда я терял сознание, и таким образом удалось установить закономерность. Расхождения проявлялись только в присутствии Неа и Тики. После чего последовала встреча с Линали, благодаря которой открылась правда о двойнике, оставалось лишь узнать личность человека скрывавшегося за внешностью юной мисс Ли. Как уже говорилось ранее, мне удалось отыскать пластического хирурга и допросить его. Но одного понять я не мог никак. Мотив. Его попросту не было. Возможно, мне бы и не довелось понять, для чего Тики и Неа совершают свои злодеяния. И в день допроса озарение снизошло до меня. Ещё во время своего первого визита в агентство я заметил, как сильно похожи эти двое, при том, что детектив был родным братом моего приёмного отца. Но это далеко не все. Черты лица Анны на удивление сильно напоминали Д. Кэмпбелла. Дальше оставалось лишь навести справки, чтобы пазл окончательно сложился. Рассказ Фроя о его жестоком отце окончательно убедил меня в своей правоте. Вот только прямых доказательств не было. Пришлось поставить все на свою последнюю операцию. Созвонившись с Лави, я попросил установить в агентстве скрытые камеры, а на телефоне — прослушивающее устройство. После чего позвонил Микку и сказал, что узнал правду о Линали, поэтому собираюсь рассказать всем участникам расследования. К тому же, уточнил о связи Анны и Неа, вскользь упомянув о ребенке, который и являлся главным подозреваемым. Тогда преступник понял как опасно оставлять меня в живых и совершил роковую ошибку. Во время телефонного разговора я упомянул, что останусь на ночь в офисе в качестве безопасности, а сам, накидав на диван подушек и накрыв их одеялом, оставил включённой настольную лампу и поехал в Скотланд-Ярд, где начал ждать появления убийцы. Тот пришёл в агентство в два часа ночи, держа в руках тот самый топорик, которым рубил своих жертв. Теперь, когда у меня были на руках запись с камер и наш телефонный разговор, оставалось только красиво преподнести правду публике.       Что касается подмены, здесь все не так однозначно. Не могу сказать точно, сколько времени Тики скрывался под личиной Неа, но в одном уверен наверняка, в Дартфорд с нами ездил Микк. Мана абсолютно точно отреагировал бы иначе, встретив брата, которого не видел много лет, да еще и был с ним в ссоре, при этом с Тики вёл себя вполне естественно. Выходит, мой опекун был с ним в сговоре. К тому же, удивительно, но за последние недели расследования мне ни разу не доводилось видеть Тики и Неа вместе. Тогда я и начал присматриваться к Д. Кэмпбеллу и все больше убеждался, что передо мной не он, а преподаватель, который, как оказалось, внезапно взял отпуск за свой счет, о чем мне поведали на кафедре.       Судьба Неа беспокоила меня так же сильно, как и поимка преступников, нам удалось его найти спустя пару дней после ареста Маны и Тики. К счастью, мы успели вовремя, детектив был очень плох, но еще жив. Его держали в подвале дома моего опекуна, регулярно накачивая наркотиками. Признаться, не уверен, сможет ли он вернуться к нормальной жизни после такого мощного воздействия запрещенных веществ на организм. Возможно, после выписки Д. Кэмпбеллу придется пройти курс лечения в наркологическом диспансере. Впрочем, пока что рано об этом думать.       На данный момент я главный и единственный детектив в агентстве, пусть и не совсем официально. Учёбу бросать не хотелось, поэтому с факультета рекламы я перевелся на юридический, а после получения специальности собираюсь освоить новую профессию, чтобы однажды получить лицензию. Опыт у меня уже имеется, способности, видимо, тоже. Но это будет потом, а сейчас… Оставалась одна нерешенная проблема. Я так и не смог помириться с Юу после нашей встречи. Да и не знал, хочу ли. Еще недавно мне казалось, что понимаю его, но слова, брошенные Тики отпечатались в сознании. Разве Канда ушёл от меня, если бы любил? Ведь у меня такого желания не появлялось никогда, во всяком случае, с момента принятия своих чувств, а он продолжает убегать. Так стоит ли и дальше безрезультатно биться в глухую стену, надеясь услышать ответ? Сквозь тишину раздался телефонный звонок. Даже не взглянув на экран, я ответил. — Кхм… Добрый день, Аллен. С того раза так толком и не поблагодарил тебя, — раздался голос мистера Тидолла. Он будто стал мягче. Все-таки бизнесмен — добрый человек. К моему большому удивлению, после разоблачения убийцы Фрой и Алистер стали приятелями, даже иногда выбирались пропустить по стаканчику вместе. Наверное, здорово, когда мнение о человеке меняется в лучшую сторону. — Здравствуйте. Рад слышать Вас. И не стоит благодарности. Правда, должно быть, шокировала, стоило преподнести её иначе. — Я прикусил губу, подавляя желание спросить о Канде. Хотелось узнать, как он, все ли с ним в порядке, чем планирует заняться, разобравшись с несостоявшимся преступником, не раз покушавшимся на его жизнь, но моей силе воли можно только позавидовать. — По поводу моего сына… Если он тебе нравится, я не против. У него непростой характер, но Юу верный. Он ушёл неделю назад, оставив мне издательство. Если встретишь его, передай, что я всегда рад ему. — Фрой будто прочитал мои мысли. Хотя тут, скорее, дело в другом. Наверняка он звонил, чтобы сказать мне это. Что ж, пожалуй, его слова лучше любой благодарности. — Спасибо, мистер Тидолл. Обязательно передам. Если будут проблемы, обращайтесь.       Попрощавшись с Фроем, я улыбнулся, на душе стало легко и спокойно. Моя жизнь круто изменилась с того дня, как Канда ворвался в неё, заставив пройти все круги ада. И все-таки только теперь могу сказать наверняка, что совершенно неважно, кто мои родители, почему они бросили меня. Я знаю, кто я такой. Меня зовут Аллен Уолкер.       Погрузившись в размышления, я едва не позабыл о письме, которое мне передал Лави из тюрьмы. Оно лежало на письменном столе, демонстрируя аккуратный, почти каллиграфический почерк заключенного. Наверное, Тики не очень-то вписывается в интерьер тюремной камеры со своими аристократическими чертами и манерами. Впрочем, даже несмотря на это, ему там самое место. Найдя строчку, на которой остановился, я продолжил читать послание. «Конечно, ты догадался, о ком идет речь. Билли все глубже погружался во тьму, получив отказ. Наверное, в тот момент он окончательно потерял себя. Его расшатанная психика не выдержала напряжения. Он пришел к моей матери и солгал, что встречается с тобой. Это услышал тот самый монах, который создал секту, а дальше ты и сам все знаешь. Анну убили. Вас двоих должны были подвергнуть кастрации, а сопротивление «оперируемых» подавляли с помощью сильного гипноза. По чудесному стечению обстоятельств в тот день я вернулся в Брумфилд и, узнав новости из секты, поспешил на собрание. У меня был выбор спасти только одного из вас. Ты нравился мне куда больше стоявшего рядом богатенького мальчишки, переполненного ненавистью, поэтому решение спасти тебя было обдуманным. Однако нас вскоре догнали. Если бы не пожар, боюсь все могло закончиться намного хуже. Я связался с Маной, который приехал со мной, и попросил приютить тебя, а сам отправился искать Билли, но опоздал. Тот лежал в луже крови, но был все еще в сознании. Он даже не плакал, просто с ненавистью разглядывал обезображенный труп монаха. Я сразу понял что произошло. Первое убийство, как первый секс. Сначала не понимаешь, в чем кайф, даже испытываешь толику страха вперемешку с отвращением, а потом начинаешь испытывать удовольствие от процесса.       Разбираться с тобой времени не было, но Мана рассказал мне, что какой-то мальчишка вытащил тебя и перенес на безопасное расстояние, подальше от суматохи и объятого пламенем места, потом он даже напросился поехать в больницу, если так можно выразиться. А точнее, добился этого угрозами. Когда мы выбрались из горящего здания, то сразу отправились к моему знакомому пластическому хирургу. Сначала я просто попросил его обработать раны мальчишки, так как не хотел привлекать к себе внимание, к тому же, непросто объяснить, что произошло с парнем. Друг любезно согласился помочь, а позднее сделал Билли операцию по смене пола. Конечно, за хорошее вознаграждение. Восстановление заняло длительное время, а чтобы добиться сходства с Линали пришлось за короткий срок несколько раз ложиться под нож, что могло негативно повлиять на здоровье мальчишки. Зато результат оправдал все риски и затраты. Билли надеялся, что в образе красивой девушки он понравится тебе, даже изучил поведение Ли и, вжившись в роль, сам начал меняться. Но он все еще оставался убийцей. Монстр внутри него пробудился, как только на горизонте замаячил Канда. Билли не сразу понял, какие отношения между вами, а я не хотел говорить. Однако, заподозрив неладное, он начал следить за тобой. Уже тогда мне показалось, что мальчик окончательно сошел с ума. Он буквально помешался на тебе. Сделал вид, что уезжает в США, а сам продолжал строить козни. Если он и раньше пытался убить Канду, перед этим доведя до суицида собственную мать, то теперь его ненависть окончательно вышла из-под контроля. Я не мог оставить его и освободил от столь жалкого существования. Билли был единственной преградой, мешавшей мне убить тебя, малыш. И я собирался покончить с тобой, но опоздал.       Однажды ты придешь ко мне, Аллен. Тьма уже зародилась в твоем сердце. И когда она станет неуправляемой, мы обязательно встретимся.

Тики Микк.

      Я откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Вся моя жизнь была сплошным обманом, но это не меняло того факта, что меньше всего мне хотелось стать подобным Тики. Его уверенность слегка напрягала, и все же я способен самостоятельно принимать решения. Если судьбой мне предначертано превратиться в подобие убийцы, то я сделаю все, чтобы этого не допустить. Никто не вправе распоряжаться чужой жизнью, мы сами выбираем свой путь. И в этом мире остался лишь один человек, за которым мне хочется следовать. Где же он сейчас? Вспоминает ли меня? И снова мои думы прервала вибрация телефона. В этот раз звонил Лави. — Привет! Срочно вызывай такси и приезжай в Хитроу. Я отправился туда по работе и увидел Юу у стойки регистрации. Не знаю, успеешь ли добраться, даже не могу сказать, во сколько у него вылет, но час у тебя точно есть. Он, кажется, не очень торопился. Сейчас пробок быть не должно, торопись. — Инспектор говорил так быстро, что я не сразу понял, что происходит, осознание пришло ко мне лишь спустя несколько секунд. Подорвавшись, я накинул куртку и выскочил на улицу. Ещё недавно в мыслях были вопросы по поводу того, стоит ли пытаться вернуть Канду, но теперь, когда он вот-вот улетит из Лондона, все сомнения отпали. Не отпущу, пока не увижу и снова не спрошу его, в чем причина. Пусть он пошлет меня ко всем чертям, пусть ударит. Не важно.

***

      Поймав машину и расположившись на заднем сидении, я думал лишь о том, чтобы успеть вовремя. Мой внутренний мир рушился. В какой-то момент в голове проскочила безумная идея купить билет и полететь следом, если опоздаю. Но знать бы еще, в какой город или даже страну. Прибыв в аэропорт, я бросил на переднее сидение несколько купюр и, не забрав сдачу, поспешил внутрь. Остановившись перед табло, на котором указывались все отправления, я начал с того, который был через десять минут. Конечно, пройти через пункт досмотра без билета мне не удалось. Оставалось только надеяться, что Канда не сидит в самолете и не прошёл зону таможенного контроля. — Молодой человек, могу я чем-то помочь? Если опоздали на самолёт, можете ознакомиться с расписанием следующих рейсов. — Ко мне подошла невысокая девушка. По всей видимости, сотрудница аэропорта. Дежурная улыбка, аккуратная униформа и напускная вежливость. Когда-то и я был таким же. Точь-в-точь. — Дело не в этом. Очень важный человек может сейчас улететь, а я даже не знаю, куда и насколько. Мы поссорились, он даже не предупредил, что взял билет. — Врать не хотелось. Снова придумывать бредовую легенду и играть идиотскую роль мне надоело. Пусть даже шансов нет получить информацию, выложив правду, но хотя бы иногда стоило быть собой, чтобы не потерять истинное лицо среди множества масок. — Очень жаль, но предоставить информацию о пассажирах не могу… — А мне предоставите? — раздался позади знакомый голос. Лави появился как нельзя кстати. Показав удостоверение, он задорно подмигнул мне и прошёл вместе с девушкой к стойке регистрации. Выяснив необходимую информацию, парень вернулся, улыбаясь во все тридцать два зуба. — Надо было сразу так сделать, но я был слишком занят. Посадки на рейс еще не было, если досмотр Юу еще не проходил, есть шанс встретить его в левой части зала. Удачи. Ах да, твой мальчик летит в Японию, в Токио. И ещё, никому не слова о том, что я помог тебе. Вообще-то это превышение полномочий, запрещено в личных целях использовать полученную информацию. Девушке я наплел, что ты детектив, который расследует очень серьезное дело и, конечно, все строго конфиденциально. В общем-то, почти правду сказал. — Спасибо. Не знаю, как благодарить тебя. С меня бутылка вина и ужин! — Обрадовавшись, я поспешил в указанную сторону, то и дело озираясь по сторонам. И вдруг на эскалаторе мелькнула длинная чёрная шевелюра. Я поспешил туда, но прямо перед входом наткнулся на целую толпу молодых людей, преградивших путь. Как всегда, когда тебе кажется, что все стало получаться, сама вселенная будто начинает потешаться и ставить тебе подножки. Пока я обходил толпу, человек с эскалатора куда-то пропал. — Мояши? — Мое сердце остановилось. Голос звучал совсем рядом, откуда-то справа. Повернув голову, я встретился взглядом с человеком, ради которого приехал сюда, чтобы увидеть в последний раз. — Зачем ты здесь? — Ну ты и дубина, Канда. Решил сбежать и даже не попрощался! — Подойдя ближе к парню, я резко замахнулся и ударил его в живот. Тот не ожидал такой реакции и отступил на пару шагов. Придя в себя, он нахмурился и стиснул зубы, по всей видимости, закипая от злости. Но мне стало все равно. — Эй, ты совсем страх потерял? — ответил Юу в своей гоповатой манере, которая все еще плохо сочеталась с его милым лицом. Может, поведением он пытался компенсировать женственность? Надо будет как-нибудь съязвить на эту тему, когда будет подходящее настроение. — Это ты страх потерял, Канда. Открой свой чертов рот и скажи, какого хрена происходит! Если не нравлюсь, просто говори мне это в лицо, смазливый придурок! — Теперь уже меня переполняла злоба. Ненавижу, когда недоговаривают, словно ты сам должен прочитать мысли человека и догадаться, какая ерунда творится в его больной головушке. Парень, похоже, совсем сломался, увидев меня столь разгневанным. Он тупо уставился перед собой расширив глаза и, скорее всего, пытаясь переварить брошенные в его адрес слова. Слегка поумерив пыл, я продолжил, — В тот день, два месяца назад, Тики сказал, что на самом деле никто никому не нужен. Мне показалось, что это бред, потому что я не сомневался в тебе, но со временем начал находить этой фразе все больше подтверждений. И теперь, вспоминая, как Тики говорил, что ты не любишь меня, порой размышляю, был ли он так уж неправ. — А как ты сам думаешь, мелкий? — Юу шагнул вперед и взглянул на меня сверху вниз. Даже сейчас строит из себя гордеца. Кое-что в этом мире совсем не меняется. Порой мне хотелось спустить с небес на землю самодовольного и крикливого ублюдка, не ставящего ни во что окружающих людей. Если бы не знал, что в глубине души он совсем неплохой, непременно осуществил задуманное. — Я надеялся, ты мне скажешь. — Мой брат — шизофреник и убийца. Мать тоже страдала психическим расстройством и покончила с собой. Я сам убивал людей и легко сделаю это снова, в любой момент, потому что мне плевать на их жизни. Неужели так сильно хочешь быть со мной, что примчался сюда и даже не подумал своей головой о последствиях? — Канда сделал еще шаг, его губы растянулись в знакомой кровожадной улыбке. Вот почему нельзя хотя бы иногда быть милым? Даже обычные человеческие эмоции проявляет криво. С таким характером лучше быть отшельником и поселиться в лесу, чтобы никого не пугать. А то пройдешь мимо, подумаешь, что парень симпатичный, и тут он как оскалится, можно сразу в штаны наложить. Словно прочитав мои мысли, Юу вдруг изменился в лице, на котором теперь сияла самая обыкновенная улыбка, такая мягкая и красивая, что на мгновение я решил, что попал в рай. Вдруг парень усмехнулся. — Говорил же, что ты сам захочешь быть моим, Уолкер.       Отвечать этому придурку не хотелось, поэтому я просто притянул его к себе и поцеловал. Что-то мне подсказывало, Тики все-таки ошибался. Когда сам живешь во тьме, ты не можешь знать наверняка, как выглядит свет.