Blue

К выходным я уже вставал с постели, даже делал кое-какие легкие дела по дому. Несмотря на протесты Синего, я вытирал пыль, чистил картошку, выносил мусор. Ещё я дразнил шпица. Я стоял на кухне, подносил упаковку с кормом к его тарелочке, и делал вид, что насыпаю. Шпиц оживлялся и подбегал к миске. Но поняв, что в тарелке пусто, он поднимал на меня чёрные круглые глазёнки и недовольно урчал. Так я его разводил, пока в квартиру не влетел Синий. Я застыдился и тут же насыпал корма до верха. Ёнтан осторожно подошёл опять к блюду и тявкнул на меня с явной угрозой «я тебе еще нассу в кроссовки!» Синий был радостнее и взъерошеннее обычного. —Я все разузнал! — выпалил он. Новость касалась меня, — тебе положена накопительная невыплаченная часть пенсии бабушки. Только надо заявление подать в течение 6 месяцев, у меня уже есть список документов. — Я об этом совсем не подумал. —Но ты ведь не уйдёшь, когда получишь деньги? — забеспокоился Синий. Я даже не сразу смог понять, что на это ответить. — Давай жить вместе? — не ослаблял он напор, — аренда пополам. Купим ещё одну нормальную кровать вместо раскладушки. —А ты уже все продумал, я смотрю, — сказал я ехидно. —Дешевле просто, — тихо добавил он. —Только из-за того, что дешевле? —Да, — подтвердил Синий и покрылся розовыми пятнами. —А как же твой ревнивый парень? —Глупости! Это как ревновать к столбу. Я поговорю с ним. —Я столб, значит?..А может тебе с рыжим съехаться? — поинтересовался я. —Рано! — сердито ответил Синий. Я улыбнулся на его сморщенный нос. Хотя все это было неожиданно, внутри я соглашался с ним. Я чувствовал, что мы уживались. Меня подкупал характер Синего — такой мать Тереза с волосами Мальвины. В бытовом плане мы тоже ладили. Смущало только одно, что будут говорить про меня на районе. Но тут же в голове зажигалась неоновая вывеска «а не насрать ли мне?». Я различал, что было важно, а что нет. Не всегда признавался в этом, но различал. Когда я попал в трудное положение, рука не потянулась звонить ни Джихану, ни его друзьям. Наверное это что-то значило. —Ладно, — кивнул я месячным глазам, — но при одном условии, если Рыжий меня будет доставать, я за себя не отвечаю. Синий с готовностью согласился. —Ну что, Ёнтанос, — посмотрел я на пса, — теперь твоя территория — это моя территория. Шпиц высокомерно зафыркал и в знак протеста удалился на пуфик. На следующей неделе мы вместе с Синим поехали выбирать мне кровать. Я планировал сделать это один, но Синий владел невероятным даром меня уговаривать. Мы бродили по торговому центру, ложились на разные матрасы. Синий изображал как я сплю, храплю (хотя я не храпел), я улыбался его театральному представлению. После многочасовых скитаний по магазинам мебели, мы нашли ту единственную, которая подходила и по удобству и по размерам. Стоило отпраздновать. Мы приземлись поесть. Синий, несмотря на хрупкое, по сравнению со мной, телосложение заказал огромную порцию Макдональдса, включая пирог и мороженое. —Гулять так гулять! -заулыбался своей квадратной улыбкой. —И как в тебя все помещается? Ешь как слон, а выглядишь как оленёнок, — заметил я. Синему понравилось сравнение. Он съел свою порцию и выпучил на меня большие умоляющие глаза Бэйби. Я выучил уже этот взгляд, за ним шла просьба. —Что? —В кинотеатре классный фильм идет, пойдём смотреть? — пробормотал он. Я засмеялся. —А лицо зачем такое? Синий пожал плечами и снова задел. Я удивлялся своей сговорчивости — в кино мы тоже пошли. Фильм шел долго. Я, признаться, на половине стал засыпать. Взглянул на рядом сидящего Синего, умилился как тот смотрел на экран, не отрывая глаз, намертво прижимая к сердцу ведерко с попкорном. За мимикой Синего наблюдать было гораздо интереснее, чем за якобы «гениальным» фильмом. Его глаза то широко раскрывались, то сужались в зависимости от сюжета. Огромные ресницы порхали в мерцающем свете экрана как мотыльки. Рот почти весь фильм висел открытым. Иногда Синий закусывал нижнюю губу или в порыве сильных эмоций прикрывал рот рукой. —Вот это фильм! — эмоционально произнес Синий, когда эта муть наконец-то закончилась, — тебе понравилось? —Нормально, — ответил я вспоминая как пол фильма пялился на Синего. Мы спускались по эскалатору и внизу я увидел До Джихана. Я не пересекался с До полгода.Он стоял со своей девушкой. Слышал по трубам, Джи Су была той еще тираншей, держала Джихана, когда-то грозу района, на коротком поводке. Ни шагу влево, ни шагу вправо. До изрядно потолстел на цепи, стал похож на добродетельного семьянина. —Какие люди! —Какими судьбами? — добродушно заулыбался Джихан, скользя взглядом по мне и по выглядывающему из-за моей спины Синему. Я представил, как зазвучит «мы с Синим кровать купили, поужинали и посмотрели фильм». Я замялся, а говорить что-то нужно было. —У меня проблемы с жильем были, вот, теперь снимаю у Синего, — наконец произнёс я. До удивленно посмотрел на нас обоих, но в ответ только сказал: —А мы микроволновку искали. —Нашли? — тупо спросил я. —Нашли, — так же тупо ответил До. Джи Су потянула своего парня за рукав. —Нам пора, — сказала она колючим голосом. Джихан не сопротивлялся. Как говорят «на любую силу найдётся другая сила». Когда мы вернулись домой, я под предлогом «купить молока» вышел на улицу и позвонил бывшему другу. Слишком холодно он отреагировал на смену моего круга общения. Может стремался Джи Су. —Рад был тебя увидеть, — начал я несмело. —Я тоже. Зря не позвонил. —Не хотел по пустякам беспокоить, у тебя у самого жизнь бурлит. —Да, ждём ребенка. —Поздравляю! — ответил я искренне. —Пока это праздником не чувствуется, — ухмыльнулся До, — мне Джи Су и её родители весь мозг вынесли. —Но выглядишь ты довольным, сытым, — засмеялся я. До тоже прыснул смехом в трубку. —Как же ты с Синим пересекся? — наконец Джихан заговорил на интересующую меня тему. —Так получилось. Странно, что я у него снимаю? —Да нет, почему же. Мы подозревали. —Что подозревали? — До замялся. —Да, ладно, скажи уже! — занервничал я. —Помнишь Лису? —Ну! —Она плату с брата моего не взяла тогда. Сказала, что ничего не было. Меня накрыло непередаваемое уебищное ощущение — когда ты врал всем, все знали, что ты врал и не останавливали. —Я просто напился! — сказал я, пытаясь собрать ошмётки гордости. —Возможно. Но ты начал пить, чтобы с ней переспать… Что ты от меня пытаешься узнать, Гук? —Я и сам не знаю. На этом разговор закончился. Я вернулся домой. Синий уже лежал в кровати. Я постоял над его худым телом, наполовину укрытым пледом, который он только что выбрал себе в магазине, послушал его ровное мерное дыхание. Его идеальная кожа светилась в мягком свете луны и казалась воздушной. Я лёг на свое место, свистнул шпицу, чтобы тот запрыгнул ко мне на грудь. Запрыгнув ко мне на грудь, я обнял маленький ворчащий комочек, и, сказав себе «разберусь завтра», уснул со щенком на руках.