Простая арифметика

В Тадфилде лежал снег. Азирафаэль и Дейрдре украшали рождественскую елку – это была важная и ответственная миссия. В то же время Артур, Кроули, Кармин, Адам, ТиДжей и школьные друзья Адама – Пеппер, Брайан и Уэнслидейл играли в оборону снежной крепости. Дети против взрослых. Дети, в силу своего численного преимущества и неуемной энергии, побеждали с большим отрывом. И пусть снега выпало совсем немного, зато энтузиазма было хоть отбавляй! Они приехали накануне. До Рождества оставалось еще целых два дня, но желание Янгов увидеться пораньше вполне совпало с желанием вновь образованного семейства Азирафаэля выехать за город. Так что все были довольны. Особенно дети. И Кроули. Он искренне улыбался, смеялся, без умолку рассказывал совершенно безобидные шутки и вел себя абсолютно естественно. С самого момента прибытия он снял свои стильные солнцезащитные очки, немало поразив окружающих диковинными глазами, которые Адам нашел просто потрясающими, и больше очки не надевал. Азирафаэль развешивал шары и гирлянды, периодически посматривал в окно на улицу, и улыбался. - А он изменился с вашего последнего визита, - отметила Дейрдре. – Стал спокойнее, увереннее и выглядит очень счастливым. И любит тебя. - Да? Она рассмеялась. - Ты не уверен? - Конечно, уверен, что за вопрос, - смутился Азирафаэль. – Не то, чтобы мне это было так уж важно, просто Тони не любит говорить о своих чувствах. Он бессознательно покрутил свое новое, парное с Кроули, кольцо на безымянном пальце левой руки. - Скажи ему об этом. - О чем? - О том, что хочешь услышать. - Это не обязательно. - Для тебя это важно. Он может просто не знать. - У нас все случилось как-то… странно. Не как у всех. С другого конца. - Идеального рецепта не существует, - Дейрдре отложила сделанные Адамом фонарики. – У вас все получилось. Это главное. Противостояние за окнами скоро закончилось, и вся ватага ввалилась в дом, весело обсуждая, кто, как, кому и куда забросил крученый трехочковый, только не мяч, конечно же, а мастерски слепленный снежок. Друзья Адама засобирались домой, но долго не могли расстаться с Кроули, очень уж он им понравился. Пришло время обеда, затем чаепития и ужина. Рождественская ель была наряжена и красовалась в гостиной, сияя электрической гирляндой, а по дому до сих пор распространялся аромат домашнего яблочного пирога. Адам и ТиДжей лениво развалились на диване, постоянно показывая друг другу экраны своих телефонов и хихикали о чем-то своем. Азирафаэль посмотрел на Кроули, и их глаза встретились. За последние три дня им так и не удалось побыть друг с другом наедине. Даже банально поговорить. Обо всем своем, личном. Все их время, вместе или по отдельности, было занято делами, работой, ТиДжеем, сборами к Янгам, в общем, обычной суетой жизни. По правде говоря, они даже не определились, где теперь будут жить. Азирафаэль не жаловался. Пусть у них, действительно, все произошло как-то шиворот навыворот, но ведь они вместе, правильно? И теперь всегда будут. А со всем остальным как-нибудь разберутся. - Иди, - тихо шепнула ему сзади на ухо Кармин. – Я заберу ТиДжея к себе. Устрою им сегодня с Адамом ночь предрождественских ужасов. Азирафаэль повернулся, благодарно улыбнулся ей и кивнул. Кроули скосил взгляд, быстро смекнул в чем дело и вальяжно потянулся. - Как-то я, наверное, готов уже пойти наверх. Свежий воздух сказывается с непривычки. Ангел? - Да, ты прав. Иди, я догоню. ТиДжей запротестовал, но Кармин быстро переключила его внимание на себя и сказала, что у них сегодня особая программа и ложиться спать вовсе необязательно. Дейрдре с Артуром долго уговаривать тоже не пришлось. Все прекрасно все понимали. В комнате было темно. Азирафаэль прикрыл за собой дверь и недоверчиво вгляделся в темноту, пытаясь понять, где Кроули. Поиски длились недолго, сбоку послышался шорох, а затем щелкнул дверной замок. С этого момента можно было ожидать чего угодно. Или не ожидать ничего, потому что предугадывать поведение Кроули – все равно, что гадать на кофейной гуще в чашке с чаем, глядя туда сквозь непрозрачный стеклянный шар. Или предсказывать погоду в Лондоне. Что по сути – одно и тоже. Кажется, они хотели поговорить? Вот это вряд ли. Кроули не дал Азирафаэлю опомниться, он крепко прижал его к себе, обхватил ладонями голову и принялся целовать так… как потерявшийся в пустыне путник стремиться утолить жажду. Не то, чтобы кто-то был против. Мир снова схлопнулся до чувственных наслаждений, оставляя где-то на задворках мысли о чужом доме, присутствии других людей, не слишком хорошей, скорее всего, звукоизоляции. Но об этом можно было подумать и потом. Все нервные окончания на теле Азирафаэля просто вопили о том, как отчаянно им требовалось внимание его персонального рыжего счастья. Ведь Кроули теперь точно «его», и не просто по определению, а по закону. И у него есть все права. И очень приятные обязанности. Сильное желание отозвалось дрожью в теле и Азирафаэль перехватил руки Кроули, потащил его к кровати. Одним движением он стянул с него через голову свитер и майку, по ходу благодаря всех святых, что тот решил не облачаться в костюм от Prada, с тем же рвением избавился от остальной одежды и охотно позволил Кроули проделать с ним все тоже самое. - Я хочу тебя. Безо всяких изысков, в самой примитивной позе, без подготовки, - на одном дыхании выдал Азирафаэль. - Ангел… - Сейчас! Кроули перевернул его на живот, уткнулся лицом в волосы. - Все, что пожелаешь, - прошептал он. Без подготовки, конечно же не обошлось, но радовало и то, что сам Кроули был в крайней степени нетерпелив. Его безумное желание чувствовалось сквозь кожу, проникало внутрь каждой клеточки, обжигало изнутри. Их откровенная, в какой-то мере абсолютно животная близость стоила каждой минуты томительного ожидания. Хотелось отдавать и брать, действовать только на инстинктах и делать это жестко. Кроули интуитивно чутко подстроился под ослепляющую страсть Азирафаэля и очень вовремя оказал необходимое внимание. Раздался острый стон удовольствия, который сменила оглушающая тишина. А спустя какое-то время – нежная забота Кроули. Кажется, ему было давно плевать, что выглядело это совсем не круто. - Я бы не прочь повторить, - сказал он и повалился на кровать, утыкаясь носом в подушку. - Прямо сейчас? - Можно через пару минут. Это была шутка? Хотя, вряд ли это было настолько важным. Они ведь все равно никуда друг от друга не денутся, так что будут это две минуты или больше, значения не имело. Азирафаэль погладил его плечо, почти невесомо провел кончиками пальцев по лопатке, наткнулся на старый шрам. Сколько всего им еще предстоит узнать друг о друге? Сколько еще скелетов в шкафу у Кроули? Научатся ли они когда-нибудь понимать друг друга без слов в повседневной жизни так, как они понимали друг друга в моменты близости? Будут ли они и в самом деле делиться друг с другом всем на свете? Ответы на все эти вопросы еще предстояло найти. Но это тоже будет когда-то потом. А прямо сейчас хотелось наслаждаться моментом и исследовать шрамы на спине Кроули языком и губами. Но был все-таки один вопрос, на который очень хотелось услышать ответ. Хотя нет, на самом деле таких вопросов было два. Азирафаэль, как всегда, решил пойти в обход. - Почему я? – вкрадчиво поинтересовался он. – Почему ты выбрал именно меня? Ты мог бы, не знаю, связать свою жизнь с кем угодно, с любой…, - он хотел добавить «настоящей леди», но не стал. – С кем-то более подходящем. - Ангел, - простонал Кроули в подушку. – Это же очевидно. Помимо той химии, которая есть между нами, ты – совершенно особенный, необыкновенный человек. Нет, - он повернул к нему голову. – Ты и в самом деле – ангел. - Не думаю, что настоящий ангел мог бы проделать все то, что мы недавно проделали. - Откуда ты знаешь? Если верить Дагон и ее нетленному шедевру – очень даже способен. Кроули придвинулся вплотную и обвил его всеми конечностями. - Согласен, секс был примитивный, но очень крутой, не думал, что ты о таком попросишь. - То, что между нами происходит, для меня гораздо больше, чем просто секс, - осторожно произнес Азирафаэль. – Мое желание стать ближе связано с моими чувствами к тебе. Это выражение моей любви. И не говори, что я зануда. - В мыслях не было. Как думаешь, пара минут прошла? Могу я соблазнить тебя на продолжение? - Тебе не нужно меня соблазнять, я и так на все готов. - Ого, вот сейчас и проверим. Кроули совершенно невероятным образом перекрутился и оказался сверху, крепко сжимая его бедрами. - Тони? - Да, - отозвался он. – Чего ты желаешь? - Ты любишь меня? Кроули завис. Он в самом деле застыл на месте. - Это часть игры? – наконец, нашелся он. – Ты сейчас серьезно? Потому что это очень странный вопрос. - Понимаю, - очень тихо сказал Азирафаэль. – Но… я просто хотел услышать это от тебя. Это не важно. В самом деле – не важно. - Хм, переводя с ангельского на общедоступный – это очень важно. Он наклонился к Азирафаэлю, к самому его уху. - Я люблю тебя, очень сильно. Вот. Теперь все в порядке. Черт, я даже не думал, что это так круто. Честно. Кроули отстранился и провел рукой по волосам. - У людей обычно все как-то по-другому происходит, в другой последовательности. - У людей – да, - в голосе Азирафаэля чувствовались нежность и улыбка. – Но, если верить твоей коллеге Дагон, с людьми мы схожи только внешне. Они оба усмехнулись этой фразе. - Ты, кажется, хотел меня соблазнить? - А разве я уже не начал? Конечно, Кроули уже начал, вот прямо со слов своего признания. Потому что стоило Азирафаэлю услышать то, о чем он так давно мечтал, как внутри тут же начала закручиваться тугая спираль нестерпимого желания. На этот раз все было иначе. Кроули решил доказать свои слова о любви, и он делал это с откровенным удовольствием и умением искусителя экстра-класса. Близился утренний час. Жилищный вопрос так и остался нерешенным. Но так ли это было важно? Азирафаэль решил, что не слишком. Ведь самое главное не где, а с кем. Он посмотрел на рыжую макушку на своем плече, которая в темноте казалась почти черной, поправил одеяло, получше укрывая спящего Кроули, и поблагодарил Бога, а заодно и весь мир за то, что у него был тот, с кем он хотел провести вечность, до самого ее конца. Наступил канун Рождества. В первой половине дня приехал с доставкой квадроцикл. Это событие ознаменовалось новым витком безумного веселья. Кроули проверил работоспособность всех механизмов и тут же умчался обучать Адама, а заодно и ТиДжея виртуозно водить это средство передвижения. Артур поначалу был против, но потом внял уверениям Азирафаэля, что Кроули в этом деле можно доверять. Вернулась вся эта банда только к обеду. И пока Дейрдре загоняла мальчишек мыть руки и накрывала на стол, Кроули тихонько утянул Азирафаэля покататься. Они сделали пару кругов на совершенно неприличной скорости, нарвались на громкие замечания какого-то представителя местных властей, который все продолжал кричать им вслед, что это совершенно неприемлемо, и довольные вернулись обратно. После обеда объявились друзья Адама, дети взяли тару поглубже и с восторгом и улюлюканьем побежали добывать сладости, уже на выходе начиная репетировать «Тихую ночь». По счастью, их «Тихая ночь» обернулась тихим вечером для взрослых. Артур встал, чтобы разлить по стаканам виски, но Дейрдре опередила его. - Думаю, нам есть что отметить и для этого требуется шампанское. Она передала Кроули бутылку, тот открыл ее и наполнил пять бокалов. - За Азирафаэля, - сказал он. – За самого невероятного и самого лучшего человека во всей Вселенной, который по каким-то немыслимым причинам и вопреки всякому здравому смыслу выбрал именно меня. Ангел, я восхищаюсь тобой и всегда буду, ты наполнил мою жизнь смыслом, напомнил мне, что такое быть счастливым. Я… я очень сильно, по-настоящему сильно люблю тебя и всегда буду. Ты – мой мир. - Спасибо, - словно во сне ответил Азирафаэль. Это было так откровенно прекрасно, что он не нашелся с достойным ответом. Просто встал, подошел к Кроули и обнял его. - Я тоже очень сильно люблю тебя, - в итоге прошептал он. - Наши поздравления, - обнимая мужа, произнесла Дейрдре. - Ребята, я всегда в вас верила, - вторила ей Кармин. – Иначе просто и быть не могло. - На самом деле, - смущенно сказал Азирафаэль. – У меня есть еще одна хорошая новость. Он выдержал паузу. - Совет национальной безопасности запускает мою программу в тестовом режиме с нового года. Я понимаю, будет еще много тестов, доработок, перераспределения энергоресурсов, но сам факт! Это словно дать новую жизнь, я чувствую себя именно так. И… всего этого не случилось бы без тебя, - он с восторгом посмотрел на Кроули и притянул его ближе. Тот наклонился и чуть слышно, в самое ухо, ответил ему: - Мы спасли мир, теперь мы поможем защитить его. - Знаешь, а ты ведь действительно сейчас можешь вернуться к науке, - неожиданно вставил Артур. – Если ты издашь теоретическую часть, всю математически описанную составляющую своего проекта, ты сможешь претендовать на главные премии мира. Хотя я уверен, что с твоим интеллектом ты легко сможешь начать и новый проект. Что-то до сих пор неизведанное. Помнишь, мы с тобой давно еще, в студенческие времена, обсуждали в качестве теорий преодоление временного барьера, пространственные разрывы, постоянные стабильные воронки, перемещения сквозь время и пространство. Тебе же тогда очень нравилась эта идея. - В этом больше физики, чем математики, хотя… Азирафаэль задумался. А что, собственно, ему мешает? Если взять и обработать все готовые теории фантастов, подвести под них научную базу, отсеять не жизнеспособные, а оставшиеся довести, если не до абсурда, то до финальной точки. Уж чего, а воображения ему не занимать. Но если вдруг и придется, то рядом же есть Кроули. Вот у кого с воображением точно проблем нет и никогда не будет. При наличии такой музы рядом он готов был проделать невозможное. - Я согласен, - твердо ответил он. – Что может быть увлекательней, чем нечто совершенно новое! - Лучше создай мне машину, которая будет летать, - попросил Кроули. – Хотя нет, ты мне все рассчитай, а я сам соберу. - Ты и так летаешь, - улыбнулся ему Азирафаэль. – Но вызов принят! Беседа о будущем в настоящем оказалась довольно увлекательной, и время пролетело незаметно. Вернулись Адам и ТиДжей, немного замерзшие, но вполне довольные своим уловом. За ужином Кармин переглянулась с Кроули, как-то быстро пообщалась с ним одними только жестами и взглядами, а потом пригласила всех на Новый год. - Для меня и моей семьи будет честью принимать всех в нашем загородном доме. Азирафаэль этого дома еще не видел, но с полной уверенностью мог сказать, что дом – это слишком скромное название, но говорить ничего не стал. Пусть это станет сюрпризом. Подарки были подписаны и разложены под елкой, свет был выключен, а дом погрузился в тишину. - Я ведь так больше ничего и не приготовил тебе, - шепотом сказал Азирафаэль, чтобы не разбудить уже спящего ТиДжея. – В подарок на Рождество. - Ангел, ты и так уже сделал мне кучу самых лучших подарков, - точно так же шепотом отозвался Кроули. – О чем ты вообще говоришь? - До сих пор не верится, что все случилось так, как случилось. Я очень переживал, честно. - Из-за чего? - Ты говорил, что не выстраиваешь долгосрочных отношений. Вот я и думал… - Слушай, тебя это никогда не касалось. Ты исключение всей моей жизни. Я один раз сказал глупость, а ты до сих пор ее вспоминаешь. - Не один раз. Когда я поднял тему усыновления ТиДжея, ты сказал тоже самое. Что не хочешь давать надежду. - Перестань. Я был идиотом, жил одним днем, специально влипал во все неприятности, искал приключений. Я сам не верил, что все может быть иначе. - А теперь? - Теперь все по-другому. С тех самых пор, как ты сказал, что влюблен в меня. Наверное, даже раньше, когда я понял, что мои чувства взаимны. У меня в голове словно что-то встало на место. Азирафаэль протянул руку и коснулся Кроули. - С Рождеством, - тихо сказал он. - С Рождеством, - как эхо раздалось в ответ. В Лондон они вернулись вечером, после рождественского обеда. По дороге домой ТиДжей все никак не мог оставить в покое документы, постоянно задавал вопросы: правда ли теперь он навсегда останется с ними, может ли теперь сменить имя на Кроули, может ли занять кабинет под свою комнату, и много-много всего еще. Вот так просто по ходу дела и решился жилищный вопрос: жить все вместе пока они будут в Мейфер. Кармин осталась на ужин. Они обменивались впечатлениями, смеялись, строили планы. Азирафаэль наслаждался вечером. Он сидел в гостиной, держал в руках чашку какао и думал о прошедших днях. Как же много всего случилось всего за каких-то семь дней. А сколько еще захватывающих и волнующих моментов ждет всех их в будущем. Даже звонок телефона и бойкая We will rock you не вернули его в реальность. - Кроули, - по обыкновению молниеносно ответил тот. – Ясно. Детали? – он принялся ходить взад-вперед по гостиной. – Ясно. Да-да, я помню. Выезжаю. - Убийство в Рождество? – поинтересовался Азирафаэль. - Да, - кивнул Кроули. – Труп молодой женщины. Кровь спущена, ресницы, брови и губы выкрашены в белый цвет, белый парик. - Снеговик? Так обозвала его пресса в начале двухтысячных. Но его же приговорили к пожизненному, и он умер в тюрьме. Разве нет? - Именно. А теперь у нас новый труп, и снова – в Рождество. Прости, - он немного грустно улыбнулся. – Но я должен ехать. Ани уже на месте, как и группа экспертов-криминалистов. Кроули пошел одеваться. - Подожди, я с тобой! – быстро спохватился Азирафаэль. - А как же наука? - Наука может подождать.