Deprivation of Freedom

Мальчик дрожит, чуть ли не мочась в штаны. Тони обходит вокруг стола, чтобы лучше рассмотреть его, и когда их глаза встречаются, Питер быстро опускает веки, как будто надеясь, что Тони испарится, если он больше не сможет его видеть. Вздохнув, он роняет свои игральные карты— "Р-рад ви-видеть вас, сэр.“ “Ох, завали”—рычит Тони, —“Я не в настроении для твоих бредней. ” “Тони …”—предостерегающе стонет Наташа, —“Не будь таким придурком.” Не обращая на нее внимания, Тони не отрывает взгляда от мальчика—“Праздник закончился. Вставай и жди меня на кухне .” Как испуганный кот, Питер вскакивает со стула, искривив лицо от боли при резком движении. Он находился уже у двери, когда Тони снова окликнул его—“Где твои манеры? Разве ты не хочешь вернуть Брюсу его одежду? ” Остановившись на месте, Питер с тревогой смотрит на Брюса—“Все в порядке, Тони, он может оставить её себе.”— быстро говорит ученый, ободряюще улыбаясь Питеру. “Спасибо, но я настаиваю. Шлюха, сними с себя одежду Брюса.” В то время как мальчик спешит подчиниться, Наташа встает со своего места, с отвращением глядя на Тони—“Ты монстр .” “Расскажи мне что-нибудь новенькое”— парирует Тони, с удовлетворением наблюдая, как Питер послушно раздевается, демонстрируя сильно израненную спину. Не глядя снова на Наташу или Брюса, он выдыхает очень дерганное “С-спасибо за все”, прежде чем выйти из дома, слегка прихрамывая. Как только мальчик уходит, Наташа начинает кричать, слезы гнева текут из ее глаз—“Разве ты не можешь хоть раз быть милым с ним ? Он чертов ребенок, Тони, и он такой… добрый и чистый, несмотря на все, что ты с ним сделал. Клянусь, если ты и дальше будешь с ним плохо обращаться, я ... я ...” “Ты что? Сдашь меня полиции? Удачи. Я и ребенок либо сбежим, либо умрем еще до того, как они доберутся до нас. Кроме того, я очень сомневаюсь, что они дадут иммунитет и амнистию Черной вдове, которая убила столько людей.” Сменив тактику, Наташа делает несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться—“Тони ... в глубине души я знаю, что ты хороший человек ...” Тони разражается смехом еще до того, как она заканчивает—“Я какой? Ты что, под наркотой?" “Ты спас и спрятал мою семью, хотя тебе было наплевать.” “Я сделал это, потому что ты мне понравилась. Ты мой друг, Наталья,  но это может изменится, если ты не перестанешь совать нос в чужие дела.” “Если я действительно твой друг, то ты знаешь, почему я не могу просто молчать и смотреть, как ты делаешь ему больно.” “Мне бы не пришлось так сильно его калечить, если бы он не был такой упрямой маленькой сучкой. Однако, если от этого тебе станет легче: я готов начать все сначала и быть с ним таким милым, как он того заслуживает, что полностью зависит от его поведения. Есть правила, которым он должен подчиняться, и если он их нарушит, мне придется его наказать.“ Наташа выглядит так, будто ведет какую-то внутреннюю борьбу. Затем она тяжело вздыхает—“Послушай… я знаю, что ты пытаешься сделать. И как бы я ни ненавидела поддерживать тебя в этом, я хочу, чтобы его жизнь стала лучше ... Итак, послушай - если ты будешь относиться к нему с уважением и добротой, у тебя больше шансов на успех. Ты мог увидеть, как он к нам относится. Мы могли бы попросить у него что угодно, и он бы согласился это сделать, потому что он хороший ребенок и потому что мы ему нравимся.” "О да? Он бы не попытался сбежать, если бы у него был шанс? И он охотно раздвинул бы ноги перед Брюсом, если бы ты попросила его?“— Тони ухмыляется, когда Наташа вздрагивает, она выглядит озадаченной и испуганной этой мыслью—”Фигурально. “ Обращаясь к Брюсу, Тони спрашивает, что ему следует принять во внимание в отношении травм Питера и дальнейшего процесса заживления. Когда Брюс убеждает его “не быть слишком грубым” в течение следующих двух недель, Тони снисходительно фыркает— “Стивен уже давал мне советы по поводу подобных вещей. В любом случае… спасибо, что позаботились о нем. Я ваш должник.” Он поворачивается, чтобы уйти, но останавливается, когда его взгляд падает на брошенные игральные карты—“Не могли бы вы позволить мне одолжить эту игру?” Вернувшись в дом, он находит Питера сидящего за столом, склонившего голову и дрожащим, как лист. Когда оба мужчины сидят напротив друг друга, над ними воцарилась неловкая тишина, и ребенок избегает холодного взгляда Тони, поглядывая на стол. Через несколько минут Тони переступает через себя— “Мне жаль, что я стрелял в тебя.”— Удивленный, мальчик поднимает голову, уставившись на него, как будто не верит своим ушам—“Не пойми меня неправильно, ты заслужил хорошей взбучки, но я не собирался стрелять в тебя. Во всяком случае, пока. С моей стороны было глупо так много тебе рассказывать и оставлять без присмотра, а с твоей стороны было очень умно рассказать об этом своим друзьям. Однако ты не можешь ожидать, что я просто оставлю все как есть. Я не смогу больше никуда пойти до конца своей жизни только потому, что ты думал, что можешь стать героем. Что, позволь мне напомнить тебе, именно поэтому ты и оказался здесь .” Снова опуская взгляд, Питер прочищает горло—“Сэр, пожалуйста… мне очень жаль. Я знаю, что не могу вернуть все обратно, но ... В банке, в-вы сказали, что можете изменить свою внешность после ограбления, так что ...” «Да ладно … твоя судьба была предрешена в тот момент, когда я показал тебе свое лицо. Я сказал это только для того, чтобы ты подумал, что я не убью тебя, что, я признаю, было бы результатом того, если бы ты не оказался таким тупым идиотом. В любом случае, это то, что есть. К счастью для тебя, пока никто не заключил сделку, и ФБР и ЩИТ начинают приходить в отчаяние. На прошлой неделе они даже повысили награду для других Мстителей, но когда и это не сработало, вчера они попробовали новую тактику.“ Тони наклоняется вперед, чтобы схватить Питера за подбородок, заставляя его посмотреть на него—“К большому возмущению общественности, агент Фьюри предложил мне максимум десять лет тюрьмы, если я отдам им деньги и верну тебя обратно к твоей тете в целости и сохранности. Думаю, мне не нужно говорить тебе, насколько я соблазнен.” Тони немного жалеет мальчика, когда в его глазах вспыхивает отчаянный блеск надежды. Такой молодой и наивный—“С-С-Сэр… пожалуйста, я-я могу сказать им, что это был кто-то другой, кто… о-обидел меня, и что вы были ко мне д-добры, и… Пожалуйста, я сделаю все, что угодно. ” “Я не говорил, что хочу принять это предложение.”— фыркает Тони, ломая надежду Питера так же быстро, как она появилась—“Нет, дурачок, я хочу отправить тебя обратно ,только по частям. Подумай об этом ... в понедельник твоя тетя найдет пальчик руки в своем почтовом ящике. Во вторник–пальчик ноги, в среду–ушко и так далее. Однако, как я уже говорил, меня не привлекают изуродованные инвалиды, и я еще далек от этого. ” Поначалу Питер слишком напуган, чтобы ответить. Когда он, в конце концов, открывает рот, без сомнения, чтобы произнести хриплое и неискреннее “Спасибо”, Тони сразу же перебивает его. “Не трать время зря. Ты заплатишь за то, что разрушил мою жизнь, но не физическим насилием. Я придумал две идеи, и, поскольку у меня такое большое сердце, я позволю тебе выбирать, каким будет наказание. Вариант А: Я отвечаю, отправляя им пули, которые попали в тебя, и говорю им, что, к сожалению, я уже убил тебя. Вариант Б: Я отвечаю, отправляя им видео, которое выглядит так, как будто я записал его тайно. В этом видео они смогут увидеть, как ты трахаешься на моем члене с самой распутной и самой убедительной улыбкой, которую когда-либо видел мир. Меня не волнует, сколько дублей нам понадобится. На этот раз слез не будет.” Трудно сказать, какой вариант, по мнению Питера, хуже. Он кажется потрясенным до невозможности передать словами, глядя на Тони мокрыми глазами. “На случай, если тебе интересно, как я пришел к Варианту Б: Меня вдохновила глупая теория заговора, опубликованная Дейли Бьюгл несколько недель назад. Они утверждали, что ты участвовал в ограблении, и мы демонстрировали различные этапы ролевой игры изнасилования твоим тайным любовником, чтобы держать заложников в страхе. Хотя я не думаю, что кто-то с головой на плечах поверил в это, когда услышал, как ты стонешь и убедительно шепчешь, как ты счастлив, что я выбрал тебя, чтобы стать моей личной игрушкой, и это наверняка развеет некоторые сомнения в твоем нынешнем мышлении, не так ли? У тебя есть время до завтра решить. Но сейчас-" Тони встает, жадно глядя на него. Пора узнать, помнит ли он еще свое место—“Встань на колени.” Застигнутый внезапным поворотом событий врасплох, Питер с трудом выполняет то, что ему говорят. Он тяжело сглатывает, когда Тони расстегивает штаны и подходит ближе— "Открой." Закрыв глаза, Питер открывает рот и даже высовывает язык. Изображение того, как он стоит на коленях, обнаженное, покрытое синяками тело и слезы, выходящие из линии ресниц, попадая прямо в член Тони, заставляет его возбужденно дергаться. Проклиная себя за то, что он так долго оставил его на попечении Наташи и Брюса, Тони хватает за копну волос мальчика, запрокидывая голову назад— "Посмотри на меня." Страх и отвращение вспыхивают в стеклянных глазах Питера, когда Тони толкается внутрь. Он остается совершенно неподвижным и пристально смотрит на мужчину, пока Тони случайно не зайдет слишком далеко, и тот начнет задыхаться. Вспомнив, что Стивен сказал ему о том, что нельзя перекрывать дыхательные пути из-за травм груди, Тони немного отстраняется и со следующего момента пытается сдерживать себя. Несмотря на сдержанность, Тони знает, что долго не протянет; он чертовски сильно скучал по его телу, и то, как глаза подростка смотрят в его собственные , слишком быстро заставляют его подойти к кульминации. Несмотря на то, что Питер все еще знает, как глотать, он выглядит слишком раздраженным, по мнению Тони, что указывает на то, что двухнедельный перерыв заставил его все-таки забыть все их уроки. Что ж, Тони постарается убедиться, что он снова к этому привыкнет, еще до того, как узнает об этом. И все же мальчик на удивление хорошо справился. Ни сопротивления, ни непослушания, ни мольбы, ни слез… Чувствуя его странно податливым, Тони протягивает ему руку, чтобы помочь ему встать. Питер неохотно хватает его за руку и позволяет ему поднять себя, морщась, когда движение причиняет ему боль—“В следующий раз я ожидаю, что ты проявишь больше энтузиазма, хорошо?” "Да, сэр." Глядя на него с ног до головы, Тони не мог не беспокоиться о слабой щетине на подбородке и скулах Питера. По факту, это немного, что довольно удивительно для шестнадцатилетнего подростка, который не видел бритвы почти пять недель, но это нужно убрать. Его волосы тоже нужно подстричь. Питер не сомневается в этом, когда Тони отправляет его принять душ, чтобы избавиться от волос на лице и теле. Хотя он протягивает мальчику несколько тупых одноразовых бритв, которые не должны быть слишком опасными, он все же говорит ДЖАРВИСу присмотреть за ним на случай, если он попробует сделать что-нибудь глупое. Закончив, Тони ухаживает за волосами на голове, наконец, удивительно довольный результатом—“Теперь ты почти такой же, как при нашей первой встрече. Не считая этого мерзкого шрама на щечке. ” Не говоря уже о безжизненных глазах, а также о бесчисленных шрамах и синяках, разбросанных по его телу. Ему нужно найти другие методы, чтобы наказывать его в будущем. Сегодня Тони решает не нагружать Питера и сам готовит быстрый ужин, пасту с лососем и креветками. Он дает мальчику треть порции, указывая на то, что к завтрашнему дню все вернется на круги своя—“Кроме того, мы возобновим ваши уроки примерно через две недели, в зависимости от твоего состояния.” Заметно сжавшись, Питер хрипло хмыкает “Хорошо, сэр” глядя на свой стакан с водой, как будто хочет попытаться утонуть в нем. Когда Тони думает о том, чтобы сказать что-то хорошее, кто-то стучит в дверь— "Войдите." Это Локи, который выглядит немного удивленным, увидев Питера с Тони— “О… извини, что беспокою, я просто хотел занести ключ от самолета… Мы с Роуди завтра же отправимся сам знаешь куда.” “А куда вы поедете в М, или Н ?” "Чего?" Вздохнув, Тони встает, берет ключ от сейфа и выводит Локи на улицу, стараясь закрыть за собой дверь—“Майами или Нассау?” "Ох. Майами. Тебе что-нибудь нужно?“ "Да, я попрошу Роуди привести мне еще палладия. Когда вы вернетесь?" “Если все пойдет так же хорошо, как в прошлый раз, я бы сказал, около восьми вечера? Я все равно заеду потом ... в конце концов, завтра закончится срок нашей ставки. Мне вот интересно, как ты собираешься продемонстрировать, что мальчик твоя…как ты там сказал? О да,”— мужчина скривился в коварной улыбке—“Твоя верная, нуждающаяся маленькая собачонка?” Несколько секунд Тони недоверчиво смотрит на него. После пресс-конференции он больше не задумывался об их глупой ставке. Блять. Питер не сможет добровольно отсосать его член на глазах у всех, особенно учитывая, что он отказался это сделать за день до того, как в него выстрелили. Однако он также не может позволить Локи победить. Он вернул ребенка только два часа назад ... он не может отдать его еще на неделю. “Ну… как ты знаешь, он был с Брюсом и Нат последние четырнадцать дней.” "И? Ты сказал, что он станет идеальным рабом через месяц на острове. И месяц прошел .“ «Да, месяц пройдет, если он будет жить у меня дома . Он был у меня всего две недели .“ “Ты не хуже меня знаешь, что мы не договаривались об этом. Мы договорились о месяце , независимо от обстоятельств.” “Clausula rebus sic stantibus .” “Что?" “Это правовая доктрина, согласно которой договор становится недействительным из-за внезапного изменения обстоятельств. Если бы я думал, что могу сломать и изменить его за две недели, я бы поставил на две недели. Поскольку я этого не сделал, наше соглашение больше не действительно. ” Смеясь, Локи качает головой—“Ты просто пытаешься выкрутиться из этого, потому что знаешь, что проиграл.” “Но и ты отказываешься продлить ставку только потому, что знаешь, что я выиграю, если получу полный месяц, о котором мы изначально договорились.” Локи снова качает головой—“Ты наебщик, Тони. Ты просто не можешь смириться с поражением ,да? " Стиснув зубы, Тони напоминает себе, что нельзя выходить из себя и что нужно относиться к Локи с осторожностью. Кроме того, он не может дать Локи понять, что тот видел его насквозь—“Мне придется тебя разочаровать. У меня нет проблем с признанием того, что ребенок пока не тот, кем я хочу его видеть. Ты можешь получить половину денег, на которые мы делали ставку, если будешь сильно настаивать, но я не отдам его тебе в течение недели.” “Хорошо… допустим, я согласен продлить ставку еще на две недели. Как ты собираешься доказать, что сломал его?” “Он собирается отсосать мне на следующем барбекю. Я дам ему шанс инициировать это самому, а если он этого не захочет, я мило попрошу его сделать это. Если он по-прежнему не захочет–ты выиграл.” “Подожди, вот почему ты в прошлый раз притащил его с собой? Тогда я не видел, чтобы он хоть что-то делал.” “Потому что он отказался. Он знал, что ему не придется бояться наказания. Это правило, которое мы установили уже давно. И я скажу ему, что не буду его наказывать, даже если он наотрез откажется от этого.” "Знаешь что? Честно говоря, не могу дождаться, когда ты снова проиграешь ... тогда твое разочарование и мой триумф будут еще больше. У тебя будет две недели, и ни дня дольше, независимо от обстоятельств. И даже не думай, что сможешь меня обмануть. Если я выиграю, я получу его на неделю, начиная сразу после того, как закончится наша ставка .Спокойной ночи." Осторожно Тони смотрит, как Локи уходит. Что-то кажется подозрительным ... он слишком быстро сдался. Вернувшись в дом, Тони обнаруживает, что Питер все еще сидит перед своей пустой тарелкой и тихо плачет. Это будет нелегко. Ему придется что-то придумать, если он не хочет потерять лицо. Или мальчика ... Чтобы приложить усилия, Тони оставляет Питера одного на остаток вечера. Позже в ванной подросток очень сильно удивляется, когда Тони протягивает ему свежую зубную щетку—“Я знаю, что сказал, что ты должен заработать на это, но ... подумай об этом как компенсации за твои травмы.” Питер, кажется, разрывается между желанием задушить его и искренней благодарностью за то, что ему больше не придется пользоваться щеткой Тони. К своему счастью, он останавливается на последнем, принимая подарок с покорным “Спасибо, сэр”. Поскольку он еще не так устал, Тони решает принести ноутбук в постель. После того, как Питер лег, Тони перекатывает его на бок и ставит ноутбук рядом с собой. Затем он тоже ложится и скользит близко к спине Питера и начинает следующий эпизод “Во все тяжкие”. Поскольку Тони обхватывает руками руку младшего, они на самом деле не обнимаются. Тем не менее, его член все еще становится твердым уже через несколько минут, поэтому Тони достает смазку и шарит в поисках отверстия Питера, зная, что подросток, вероятно, будет довольно напряженным после того, как не занимался сексом в течение двух недель. Всхлипывая, мальчик впивается пальцами в простыню. Он дрожит от страха и напрягается, как только Тони вводит первый палец ему в зад, резко вдыхая—"Расслабься. Я ... не тороплюсь, хорошо?“ Требуется весь самоконтроль Тони, чтобы подготовить подростка и дать ему время приспособиться. Он ничего не хочет, кроме как вставить член и выебать его по полной, но он знает, что Наташа права. Помимо неизбежных наказаний, Тони должен стараться не причинять ему больше ненужной боли. Кроме того, доктор Стрэндж сказал, что ему нужно быть осторожным с сексом еще как минимум две недели, поэтому дальнейшее обучение оргазму тоже подождет. Примерно через пять минут Тони, в конце концов, смазывает себя, очень медленно вставляя внутрь. Это настолько хорошо, что на несколько секунд мужчина забывает обо всем, что его окружает. Вместо того, чтобы сразу же трахнуть мальчика, он некоторое время остается неподвижным, наслаждаясь теплой плотностью задницы Питера, сжимающейся вокруг него. Питер не плачет, но он делает короткие задыхающиеся вздохи, которые становятся более беспорядочными, когда Тони начинает его медленно трахать. Сравнивая это с дрочкой на порно-видео с подчинением мальчиков, которых унижают или их развлечения со Стивом, Тони не может удержаться от того, чтобы снова не проклинать себя за то, что потерял контроль и чуть не убил подростка. Мало того, что Питер в десять раз привлекательнее , чем любой порноактер - или любой другой человек –которого он когда-либо видел, теперь, когда Тони вернул его обратно, он может делать с ним все , что, блять, он хочет , и всякий раз , когда он хочет. Зачем ему нужен плохой порноактер, когда самая совершенная в мире задница доступна ему двадцать четыре на семь?   Как, черт возьми, ему удалось так долго жить без пацана? Серьезно, Тони понятия не имеет. Он знает только то, что больше никогда не хочет оставаться без Питера.