Deprivation of Freedom

Питер судорожно рыдает, когда Тони затягивает ошейник на его шее, достаточно туго, чтобы он чувствовал его каждый раз, когда он будет глотать, но недостаточно сильно, чтобы задушить — «Здесь такой же замок, который я использую для кухонных ящиков, то есть только я могу его открыть. Тебе придется поработать, чтобы освободиться от него.»— говорит Тони, блокируя замок. По сути Питер мог бы срезать ошейник, но он этого не сделает ; нет, если он не хочет, чтобы его заклеймили. «К-как? Простите, сэр, я ... АААХ!» — Крики неожиданности и боли мальчика – это музыка для ушей Тони. «Упс, думаю, мой палец случайно соскользнул» — Со злой улыбкой Тони убирает большой палец с кнопки включения на пульте дистанционного управления — «Что ж, не удивляйся, если ты будешь чувствовать это периодически… в конце концов, я не хочу, чтобы ты забывал обо мне.» Не обращая внимания на выражение чистой ненависти и сожаления (?) на лице Питера, Тони уходит из дома — «Увидимся на следующей неделе, шлюшка. » Сделав несколько шагов, он замечает, что Локи идет за ним— «Ты сказал, что не накажешь его, если он откажется!» «Ох, я предполагал, что ты это скажешь, потому что ты облажался. Как всегда. Мы договорились, что я только скажу ему, что не буду его наказывать, а не то, что на самом деле я не буду его наказывать. Не забывай, главным моментом было заставить его думать, что он не будет наказан. Мы никогда не договаривались, что я не буду этого сделать, если проиграю.» «Ты такой ... Он, сука, пытался извиниться!» «Нет, он просто любит ныть и обещать, что ему « жаль », в надежде, что я буду с ним мягче, только чтобы через секунду снова вести себя как драная сучка. » «Послушай ... это не изменит того, что ты проиграл, но я верю, что он искренне сожалеет, что не сделал того.» В течение нескольких секунд Тони размышляет, что , может быть, Локи и прав. Но тогда он понимает, что это не имеет значения. Питер решил этого не делать. Он решил смутить его перед его друзьями, отказав Тони, даже когда тот вежливо просил. По факту, Питер же предлагал доставить ему удовольствие перед тем, как они вышли из дома , что было бы движением в правильном направлении - но только в том случае, если бы он сделал это по правильным причинам. И осознание того, что мальчик сделал это только потому, что он, по-видимому, у него уже было плохое предчувствие по поводу барбекю, показало Тони, что тот все еще на поводу у страха ; не желание заставить Тони действительно чувствовать себя хорошо, и, естественно, не какая-то привязанность, которую он выработал к этому человеку. И что еще хуже, страха оказалось недостаточно, чтобы заставить его сдаться. Нет, Питер все еще непослушен, и он все еще ненавидит его всем своим сердцем, что причиняет больше боли, что Тони не хотел бы признавать. И то, что это больно, действительно, очень плохо. Ничто из того, что делает Питер, не должно вызывать хоть каких-либо чувств; и этого не было бы, если бы Тони заботился о нем так мало, как всегда говорил. И все же это произошло. Это так. Как бы Тони ни презирал себя за это. Как только Локи забрал последнюю сумку, лежащую на крыльце Тони, мужчина зашел внутрь, закрыв за собой дверь — «ДЖАРВИС, включи прослушку.» В первые несколько минут не слышно ничего, кроме плача, но потом ... «Ты в порядке?» «Отвалите!» Тони приподнимает брови. Неужели Питер действительно послал Локи? Вау. «Эй, извини, ладно? Я не думал, что он ...» «Я говорил вам, что он накажет меня. Я же говорил вам! » "Я знаю. Мне жаль." Тони ждет еще несколько секунд, но, когда Питер не отвечает, он нажимает на кнопку разряда, ухмыляясь, когда мальчик задыхается и плачет от боли. Несколько недель назад было действительно хорошей идеей заказать одну такую вещь… Тони нужно было только заменить датчик громкости лая на обычный динамик и увеличить чувствительность ударов; очень простая задача для инженера. Дело в том, что Тони больше не верит Локи. Его интуиция подсказывает ему, что что-то не так, но он не может понять, что именно , поэтому Тони решил превратить Питера в «троянского коня» в надежде, что это поможет ему пролить на это дело чистую водицу. И да, может, он просто не хочет мириться со своим поражением. В течение следующих нескольких часов Тони может слышать только тихое дыхание Питера или периодические всхлипы, к которым Тони уже привык. За обедом Локи спрашивает, не хочет ли он поесть, но Питер отказывается. «Если ты передумаешь, дай мне знать, хорошо? Есть что-нибудь , что я могу тебе предложить? Книгу, может быть, или ... хочешь посмотреть телевизор? » «Нет.» На секунду Тони заволновался. Что, если мальчик вернется в то состояние, в котором был после того, как увидел свою тетю? Тони поклялся никогда не допустит, чтобы это повторилось. Не после… Неизбежно перед глазами Тони вспыхивают воспоминания о роковом поцелуе на закате, и его живот снова странно покалывает. Это происходит не в первый раз ... на самом деле, это происходит каждый раз, когда Тони вспоминает об этом ( довольно часто) , и независимо от того, что мужчина всякий раз пытался убедить себя, что в этом нет ничего такого, он знает, что есть . Потому что ни один поцелуй никогда раньше не заставлял Тони чувствовать себя так. С научной точки зрения это легко объяснить. Поцелуи вырабатывают гормоны, такие как окситоцин, дофамин или серотонин, что приводит к ощущению покалывания, дрожи и нервозности. Адреналин увеличивает частоту сердечных сокращений, обычно предназначенную для того, чтобы привести человеческое тело в состояние «готовому» к сексу, но… с Питером, это было нечто большее… и другое . И что еще хуже, это случалось еще пару раз после этого; временами, когда Тони даже не целовал - или не трахал - Питера вообще. Одна только мысль об этом иногда возвращает его в это чувство. Это почти как если… О Боже. Не снова.  Тони никогда - НИКОГДА - не испытывал «симпатии» или «романтических чувств» к кому-либо раньше; кроме Стива - первого (и единственного) человека, с которым Тони когда-либо имел какие-либо «отношения», которые не были только сексуальными - и уж точно он не был гребаной маленькой сучкой, которая живет только для единственной цели, чтобы Тони использовал ее как ему заблагорассудится. Тони не из тех парней, которые верят во все, что описывается в порнушных романах или показывается в фильмах для дрочки. Любовь для слабых ...Гнилая сказка, придуманная жалкими лохами, которые боятся умереть в одиночестве. Показывать какую-то ​​слабость по отношению к кому-либо, не говоря уже о своей жертве похищения, - это то, чего Тони никогда не должен допускать. Это было бы таким гавеным пиздецом и провалом ... Ради всего святого, он похититель, а не заложник, развивающий теплые чувства по отношению к человеку, держащему его в плену. Все, что происходит , должно прекратиться, больше никогда не повторится. Разозленный тем, что обдумывал все это еще раз, Тони нажимает кнопку разряда, испытывая облегчение от малого удовлетворения от рыданий мальчика. Осознание того, что его все еще возбуждает перспектива причинить Питеру боль или тревогу, действительно очень успокаивает. На ужин Питер соглашается поесть с братьями Одинсонами, но во время процесса остается молчаливым. Поскольку Локи и Тор болтают на норвежском, Тони довольно скоро начинает скучать, поэтому он решает оживить разговор. В течение следующей минуты он несколько раз нажимает кнопку, даже не останавливаясь, когда хрипы и стоны Питера наконец обращают внимание братьев на себя. «Он снова тебя бьет?» «Да» — хрипит Питер, явно шипя сквозь зубы. «Это так больно» —  бормочет Тор, отчего Тони смеется. Это очень больно. Не обращая внимания на своего брата, Локи предлагает помощь — «Я могу попробовать вставить изолятор между твоей шеей и ошейником… например, листок бумаги или пластика или что-то такое. Я знаю, ты мне не веришь, но я действительно сожалею. Я думал, что он не накажет тебя.» «Я действительно хочу, чтобы вы перестали вести себя так, будто вам не плевать.» — резко говорит Питер, — «Если бы вы не солгали мне, чтобы получить немного денег, я бы не оказался сейчас здесь.» — … Солгал… о чем? «Дело не только в деньгах» , — злобно рычит Локи — « Ты должен знать, что я провел три года в тюрьме из-за высокомерия Тони. Я миллион раз говорил ему, что его план имеет огромные дыры и провалится, но он никогда не слушал. Было неудивительно, что я оказался прав, но платить за это пришлось не Тони, а мне. Тони всегда думает, что он все знает, и это действует мне на нервы. По правде говоря, пари закончилось бы две недели назад, но, поскольку у Тони не было тебя там, где ему нужно было, он придумал какую-то дичь, чтобы не отдавать тебя , и настоял на продлении ставки еще на две недели. Тогда я решил обыграть его в его собственной же игре, и он снова очевидно недооценил меня. Очень жаль, что это плохо закончилось для тебя, но ты видел, как он пытался тебя запугать. Он тоже играл нечестно.» Тони требуется несколько секунд, чтобы понять, услышал ли он ответ Питера, если он вообще был. Его сознание полностью бомбануло. Локи винит его в том, что он попал в тюрьму, –это давно в прошлом, но его мстительность по-прежнему удивительна и прискорбна. Однако настоящее поражение - это последняя часть… Почему Локи сказал, что Тони «тоже играл нечестно» и что он имел в виду под «победой Тони в его собственной же игре»? В какой бы ярости ни был Тони из-за того, что Локи сказал все это, он знает, что пока не может раскрыть свое положение. Очевидно, что-то не так, как он и подозревал. Конечно, он мог бы подождать и помучить Питера, чтобы вытянуть это из него, так как он явно тоже что-то знает, но Тони скорее хочет услышать всю, ничем не приукрашенную правду. К сожалению, они больше об этом не разговаривают, поэтому Тони решает ждать дальше. После небольшого перерыва он подключает пульт к простому таймеру, настраивая его на отправку разрядов каждые двадцать минут, начиная с 23:00. Теперь остается только ждать… Надеюсь, мальчик сдастся раньше, чем батарея ошейника. Утром Питер в ужасном состоянии. Из-за испорченного сна он трясется и рыдает весь завтрак, в результате чего Локи снова предлагает поговорить с Тони. «Н-Не беспокойтесь. Он только п-получит удовольствие от моих страданий.» — Воу. Хотя это правда, Тони не оправдывает того, что Питер так о нем говорит. Это потребует сурового наказания — «Я просто ... я просто скажу ему правду» — Опять, ну, в конце-то концов, это не должно быть таким серьезным. «Если ты хочешь, чтобы он знал, что ты думал, что я помогу тебе сбежать, тогда, конечно, давай, скажи ему.» — … ЧТО? «Мне уже все равно. По крайней мере, тогда он накажет меня по правильным причинам. Кроме того, я думаю, что он больше заботится о том, что вы его обманули, чем о том, что я попался на вашу ложь. » Подождите, что… Питер не только знал о пари, но и решил отказать Тони, потому что Локи пообещал, что поможет ему сбежать? Что. Блять. Происходит . Ох, он собирается убить их обоих. «Слушай, малыш ... если бы я мог тебе помочь, я бы помог, но ...» «Дайте мне угадать? Вы не можете? Почему? ФБР предложило вам очень многое ... вы и ваш брат будете в безопасности и ... и на свободе!» «Мы бы не сделали этого. У Тони здесь слишком много верных друзей, к которым принадлежит и мой брат. И ... он знает достаточно, чтобы доставить каждому из нас много неприятностей. Прости. » Поначалу Питер просто плачет. Но затем он предлагает то, отчего волосы Тони встали дыбом — «А-а если вы ... У-убьете меня? Так, чтобы... не было слишком б-больно?» Локи кажется таким же шокированным, как и Тони, потому что он не отвечает сразу. Как бы Тони ни хотел разозлиться на эту просьбу, он не может не чувствовать себя ужасно. И… напугано. И хотя Питер просил Тони тогда убить его на подводной лодке, слышать это после всего, что произошло за последнее время, как-то странно расстраивает. «Боже, малыш ... ты действительно хочешь умереть?» «Н-не совсем, но… е-если мне придется выбирать между с-смертью и… и им, то тогда д-да.» «Нет, я не… убью невинного ребенка. Кроме того, Тони убьет меня.» «Тогда сделайте так, как будто э-это был несчастный случай, или с-самоубийство, или ... п-просто убейте его, ч-черт возьми, если вы все равно его ненавидите, и ... с-скажите всем, что я это с-сделал.» — Через секунду вся печаль Тони сменяется ненавистью. И становится еще хуже — «Пожалуйста, ​​я-я сделаю что угодно. В-вы моя единственная надежда. Я ... я знаю, что не м-могу заплатить вам или что-то еще, но ... я-я могу ... пере-переспать с вами, если х-хотите.» «Чего, подожди? Ты с ума сошел? Я же говорил тебе, я не сраный насильник .» «Это не будет из-изнасилованием, если я сам предложу .» «Будет . А теперь, пожалуйста, перестань, я тебе ни помогу, ни убью. Никто здесь не будет этого делать, точно так же, как никто не будет убивать или выдавать Тони .» Тони больше не слышит отчаянные рыдания Питера. Кипя от ярости, он достает пистолет из сейфа и спешит к дому Стива и Баки. Он быстро рассказывает им то, что слышал, и просит их помощи. Через несколько минут Тони долбится кулаком в двери Локи, бушующий ненавистью. «Что ты…» — Встревоженный Локи замолкает, глядя на огнестрелы в их руках — «Что происходит?» «Где Питер?» — Тони кричит, пробираясь в дом, оглядываясь вокруг в поисках мальчика. «Он хочет уснуть с тех пор, как ты мучал его всю ночь. Какого хрена…» «Баки, возьми его, пожалуйста. А ты…» — он направляет пистолет на Локи, — «Катись нахуй.» К счастью, Локи не пытается спорить. Осторожно, он внимательно наблюдает за Тони, но когда Баки втаскивает перепуганного Питера в комнату, он бросает на него быстрый взгляд. Мальчик охвачен страхом, как только замечает Тони с оружием, и когда он в панике смотрит на Локи, Тони решает покончить с ними. «Итак, Питер ... я услышал, ты предложил свою задницу Локи в обмен на свою - а также и мою - кончину?» Вздох Локи заглушается отчаянным воплем Питера. Он даже не пытается лгать, видимо убежденный, что Локи сдал его — «О-о боже, п-пожалуйста, сэр, я… я…» — Впервые за всю историю мальчик кажется совершенно растерянным , как будто зная, что глупые извинения не вытащат его из этого. «Я не понимаю, о чем ты говоришь» — рычит Локи, пытаясь заставить Питера замолчать предупреждающим взглядом. «Даже не думай, Локи. Я знаю все.» — Когда мужчина все еще не понимает, Тони усмехается — «Думаю, ты уже можешь сказать, что я решил обыграть тебя в твоей же игре. » Теперь очередь Локи смотреть на Питера в страхе и замешательстве. Забавно наблюдать, как они ломают голову над тем, кто из них предал кого — «Я все еще не понимаю, о чем ты говоришь. » Каким бы увлекательным ни было затягивание этого процесса, у Тони сегодня нет на это терпения. Не говоря ни слова, он достает телефон и приказывает ДЖАРВИСу воспроизвести первые несколько секунд записи. «Ты в порядке?» — «Отвалите!» . Затем он делает паузу, вызывающе глядя на двоих. В то время как Питер дрожит от страха, Локи кипит от злости — «Ты прослушивал мой ебучий дом?» « Ох, и почему же ты так подумал?» — с притворным возмущением спрашивает Тони — «Я бы никогда не прослушивал чужую собственность. Но не свою.» На это у них уходит несколько секунд, но потом их глаза расширяются от шока. Инстинктивно Питер касается ошейника на своей шее, а Локи кричит— «Ебаный ты гандон.» « Осторожно,» — шипит Тони, садясь перед младшим — «Ты сказал обо мне несколько очень плохих вещей и, что хуже того пытался меня перехитрить. Я не люблю, когда меня обманывают и пытаются обвести вокруг пальца . Так что, если ты не хочешь, чтобы я отрубил тебе руку, ты вернешь мне мои деньги. И даже не думай утверждать, что мы не знаем, что сделал бы Питер, если бы ты заранее не предупредил его о пари.» «Я б-бы сделал это» — плачет Питер — «К-клянусь, сэр.» «Я позволил тебе говорить?» — плюется Тони, полностью забив на всю эту чушь — «Баки, отведи его к деревьям. Я хочу, чтобы он был готов, когда я закончу здесь.» «Что ты собираешься с ним сделать?» — спрашивает Локи, смотря, как Баки вытаскивает Питера из дома. «Это не твое дело.» «Он… говорит правду. Он продолжал утверждать, что сделает это, пока я, эмм, не сказал ему, что ты ... пустишь его по кругу с Баки, Стивом и Клинтом, если он будет вести себя как податливая и послушная шлюха. Я солгал ему только о том, что помогу ему сбежать, потому что он боялся, что ты все равно отдашь его им в качестве наказания .» « Что ты сделал ? » — И вот так все становится на свои места. Почему Питер был таким опустошенным и… странным даже за день до барбекю. И почему он был так напуган. Но что это меняет? Если Тони выиграл бы, но он не узнал бы, что Питер готов сделать, чтобы сбежать от него любым способом. Фактически, он должен быть почти благодарен. Конечно, он не скажет об этом Локи.  Прежде чем Локи успевает ответить, входит Тор, его глаза быстро расширяются от удивления — «Что, черт возьми, здесь происходит?» «Расскажи ему, Стив. И было бы здорово, если бы ты отнес сумки с деньгами обратно в мой дом .» «Конечно, Тонс.» Бросив последний ненавистный взгляд на Локи, Тони уходит прочь. В южной части острова он находит Питера связанным между двумя пальмами, с широко расставленными руками. Как он и просил, на нем ничего, кроме боксеров, которые Тони отдал ему в день барбекю, и он поставлен спиной к палящему солнцу — «Спасибо, Баки. Оставь нас наедине. Пожалуйста.» Хотя сейчас всего 10 утра, уже довольно жарко. Тем не менее, Питер так ужасно трясется, что, если бы не веревки на его запястьях, он, возможно, не смог стоять — «Знаешь… Локи только что дал мне хорошую идею для наказания. Я уверен , что Стиву, Баки и Клинту понравится иметь тебя всем вместе. Учитывая, что ты предложил себя Локи, это было бы подходящим наказанием, тебе не кажется?» Рыдая, Питер склоняет голову —«В-все, что в-вы захотите, с-сэр.» Стоп, чего?  —«Что это? Не будешь просить или умолять меня о пощаде? » «Я-я знаю, что это ... моя в-вина и я за-заслуживаю наказания.» «Даже несмотря на то, что ты боишься, что я отдам тебя им, был главной причиной, по которой ты мне отказал?» «Д-да. Я надеюсь, что в-вы не будете, но ... Я-я просто ... Я п-просто хочу, чтобы вы простили меня. П-пожалуйста.» Блять. Тони не может сопротивляться, и он это чувствует. Дело в том, что ... Он попробовал это с пытками и страхом, и он попробовал это с добротой. И пока ничего не помогло. Хотя он подошел близко, в конце концов, быть рядом недостаточно. Питер все еще хочет сбежать - или умереть. И он все еще хочет, чтобы Тони сдали - или убили. Есть только еще один шанс , чтобы действительно сделать Питера своим,  больным стокгольмский синдром, и Тони придется попробовать другой подход. Но сначала нужно снова наказать ребенка; это неизбежно. «Отлично. Давай договоримся: сегодня 18 мая. Если к концу месяца тебе удастся убедить меня, что ты действительно сожалеешь обо всем, что ты сказал в доме Одинсона, я прощу тебя. Если нет, я по-настоящему откажусь от того, чтобы делать тебя своим личным рабом, а это значит, что каждый будет волен использовать тебя, когда и как им захочется . Это будет твой последний шанс, малыш. И я тебя предупреждаю: не пытайся меня обмануть.» Это странно; хотя мальчик явно напуган, он в тоже время выглядит облегченным — «Х-хорошо, сэр, спасибо, большое вам спасибо.» «Я не говорил, что ты не будешь наказан.» «Я-я знаю». Очень довольный, чем он когда-либо признавался, Тони медленно снимает тяжелый кожаный ремень со своих шорт, чтобы совершить наказание, которое он планировал все это время, надеясь, что мальчик не получит от этого неизгладимые шрамов… у него их уже слишком много — «Я искренне надеюсь, что это будет последний раз, когда мне придется тебя так наказать.» « Я-я тоже на это надеюсь, с-сэр.»— плачет Питер, в страхе закрывая глаза. Тони в один раз складывает ремень, а затем встает позади связанного подростка. «Соберись, » — предупреждает Тони и, подождав еще несколько секунд, позволяет ремню ужалить спину Питера настолько резко, насколько это возможно. С пронзительным криком мальчика бросает с ног, а все его тело отталкивает вперед, повисая на веревках вокруг его запястий — «Это за то, что поставил меня в неловкое положение перед моими друзьями. А это…»— Тони наносит второй удар — «За то, что солгал мне. Ты очень плохо обо мне говорил » — Третий удар — « И не уважал меня » — После четвертого удара Тони по-другому берет ремень и делает небольшой перерыв. На спине Питера уже видны ярко-красные полосы, которые, несомненно, скоро перерастут в рубцы и синяки. Тони немного горд, когда Питер использует этот перерыв, чтобы снова подняться на ноги и встать более менее прямо — «Как ты думаешь, ты сможешь перетерпеть еще пять?» Совершенно очевидно, что он не думает, что сможет, и все же мальчик заставляет себя казать— «Я-я смогу… столько, сколько вы захотите, с-сэр.» Тони жалко его, когда он поднимает руку — «Боюсь, это будет немного больнее…» Судя по оглушительному крику Питера, да. Резкого удара пряжкой было достаточно, чтобы у Питера разорвало кожу — «Это было за то, что попросил Локи помочь тебе сбежать. И это…» — УДАР—«за то, что просил его выдать меня… а еще за то, что просил его» —УДАР—«убить себя» —удар— «и убить меня!» Кровь стекает из ран на спине Питера, когда Тони бьет его в девятый и последний раз — «И это было за то, что ты предложил себя Локи, как дешевая шлюха. » Подросток обездвижено висит на веревках, мучительно рыдая. Выдерживая внезапное тревожное желание успокоить и утешить его, Тони обратно надевает ремень, тяжело дыша. Ему действительно стоит отдохнуть от Питера, чтобы остыть и… снова прийти в себя. Потому что с этим нужно покончить раз и навсегда. «Я принесу тебе воды и что-нибудь на голову. Солнце печет ... не хочу, чтобы ты получил солнечный удар и умер от отека мозга. Вечером я развяжу тебя и отнесу обратно к Локи.» Прошло несколько секунд , прежде чем Питер смог заговорить, его голос стал хриплым от крика и плача — «П-почему… почему вы не от-отнесете меня… д-домой?» Тони кажется, будто его ударила молния, и слово «дом» звучит у него в голове, как заевшая пластинка. Возьми себя в руки — «Потому что ... ты бесполезен для меня с гематомами на спине и сильным солнечным ожогом.» Затем он поворачивается и уходит прочь, не зная, кого он больше ненавидит - мальчика или себя.