От ненависти до любви

***

       Чёрные брюки идеально облегали стройные ноги, белая рубашка скрывала слегка слабое тело, а тёмные туфли блестели от падающих на них лучей солнца.        — Фух… Всё будет хорошо. Соберись, Диппер, это всего лишь последний год обучения, после которого ты сможешь жить самостоятельно, — произнёс он и гордо выпятил грудь. — Ну вот, я и готов.        Диппер Пайнс — на первый взгляд милый старшеклассник семнадцати лет с вьющимися каштановыми волосами и карими глазами, скрытыми за нелепыми очками в широкой оправе. Однако, Дипперу уже давно не семнадцать, и он студент механико-технологического факультета университета Калифорнии. С идеальными оценками и смущённой мордашкой на фотографии лучших студентов.        Чего ещё можно желать?        Он быстро спустился по лестнице, минуя сонных соседей и на ходу поправляя старенькую сумку, купленную ещё в начале обучения. Идя по улице, Диппер слегка морщился от резких запахов, исходящих от альф, проходящих мимо и со слабым интересом осматривающих его. Улыбка, однако, не сходила с лица, ведь если он закончит последний год, как и прошлые, на отлично — в чём Диппер и не сомневался, — то сможет исполнить свою мечту.

***

       Дойдя до кабинета ректора, Пайнс вздохнул, занёс руку и несмело постучал. Пару дней назад ему позвонили, чтобы он заглянул туда перед занятиями с некоторыми документами. Зачем их приносить, ему толком не объяснили, поэтому волнение парня никак не отпускало, всё нашёптывая об ужасных исходах этой встречи.        — Мистер Уилсон, можно? — Диппер слегка приоткрыл дверь, заглядывая внутрь, однако в кабинете он никого не заметил.        — Пайнс? Ах, да, проходи, — отозвался мужской голос со стороны. Диппер заглянул за дверь и увидел ректора, который что-то искал в шкафу среди документов.        Пайнс зашёл внутрь и встал около стенки, теребя край рубашки. Мужчина же взял одну из папок и присел за стол, бросив мимолётный взгляд на сходящего с ума парня.        — Присаживайся. Я сейчас подпишу пару документов, и всё… — Он задумчиво почесал седую бородку и взял в руки ручку.        Диппер присел напротив ректора и принялся осматривать кабинет. За время каникул немногое поменялось. У зелёной стены, увешанной картинами, стоял большой шкаф со множеством папок и разных бумаг. Напротив двери на бордовом ковре уместился письменный стол, заваленный разными документами и канцелярией, за которым и сидел ректор. Мистер Уилсон был очень уважаемым человеком среди остальных работников университета. С Диппером они виделись нередко: чаще для того, чтобы Пайнс помог кому-то освоиться в университете.        Диппер смотрел в окно и вслушивался в тиканье часов, думая о том, что он уже успел соскучиться по университету. По этой атмосфере, по заполненным коридорам и аудиториям. По запахам в столовой и тихому шуршанию бумаги во время лекций.        Отложив документы, мужчина снял очки, достал из кармана пиджака салфетку, протёр стёкла и надел очки назад. Взгляд усталых серых глаз скользнул по лицу Пайнса, отчего тот напрягся, и спустя пару секунд ректор заговорил:        — Диппер, мальчик мой, дело в том, что я никак не могу найти кое-какие твои документы, поэтому попросил тебя снова принести их.        — А, да, я их принёс. — Пайнс спешно снял с плеч рюкзак, достал файл с бумагами и протянул мужчине. Тот кивнул и принял их.        — Ох уж эти запахи… — вздохнул мистер Уилсон и отложил файл в сторону. Он достал из ящика стола флакончик с жидкостью и несколько раз прыснул в разные стороны, вздыхая. — И почему альфы с омегами так пахнут… Уж ты меня понимаешь, как-никак тоже бета.        Диппер кивнул и немного нервно ответил:        — Да, мистер Уилсон, иногда из-за их запахов бывает трудно дышать…        — Да, да… — пробормотал мужчина и взглянул на настенные часы. — Можешь идти, скоро начнутся занятия…        Диппер кивнул и вышел.        Кинув быстрый взгляд на телефон, он подметил, что до занятий у него осталось ещё несколько минут. Пайнс быстро огляделся по сторонам и направился к туалету с отличительным знаком «Для бет». Убедившись, что рядом никого нет, он нервно нашарил незаметный кармашек в рюкзаке и достал баночку с таблетками. Привычными движениями отвинтив крышку, Диппер, не раздумывая, отправил одну из них в рот.        Пить эти таблетки ему приходилось каждые два дня. И дело было вовсе не в какой-то неизлечимой болезни, не в каких-то особых витаминах или пищевых добавках. Дело было в самой его сущности. В его настоящем запахе. Для того, чтобы спокойно учиться, работать и строить своё будущее, нужно было гораздо больше, чем старания и работа над собой. Нужно было быть кем угодно, кроме омеги.        А с этим единственным важным условием Дипперу, увы, не повезло.        Он проклинал судьбу, когда на проверке обнаружился его вторичный пол. Несколько дней рыдал в своей комнате, комкая листок с результатами, и всерьёз собирался спрыгнуть с какой-нибудь крыши. Потому что все его планы на прекрасное будущее в виде работы учёного, горы исследований и наград рушились на глазах. И как же ему повезло, что его прадядя Форд, работавший врачом, не выдержал этой истерики и изменил результат теста в списках. Повезло, что в тот же день мужчина сел за исследования, а спустя всего месяц уже был готов новый препарат, позволяющий мальчику спокойно жить, не боясь быть раскрытым.        Хоть некоторые, оглядывая его хрупкое тело, всё равно не верили и то и дело распускали руки.        Достав из кармана брюк телефон, Пайнс снова проверил время — до занятий ровно две минуты. Взглянув в зеркало, Диппер поправил очки, которые, как он считал, прибавляли ему серьёзности, и вышел в коридор. В аудиторию уже заходили студенты, так что он, заняв своё место на первом ряду, достал тетради. Переводя взгляд на лектора, который сидел за столом и заполнял документы, Диппер бережно разгладил первую страницу и приготовился писать.        Мужчина отложил бумаги в сторону и встал из-за стола. Строго взглянув на студентов, он подошёл чуть ближе и громко заговорил:        — Итак, сегодняшняя тема — «Естественнонаучная картина мира»…

***

       На улице было солнечно и тепло, отчего Дипперу, стоявшему у окна и ожидавшему начала пары, хотелось, чтобы занятия поскорее закончились, и он смог прогуляться. В Калифорнии было теплее, чем в Гравити Фолз, где раньше жил парень. Хотелось просто сесть в тень под деревом и почитать книгу, наслаждаясь последними днями лета.        Вдруг на плечо легла рука, а рядом послышался звонкий голос:        — Диппер, привет!        — Привет, Кэнди. Где ты была?        Перед ним стояла их с Мэйбл подруга детства. Несмотря на то, что Кэнди была скромной омегой, вместе с близнецами она часто попадала в большие приключения.        Они поговорили немного. Кэнди сказала, что проспала первую пару, расспросила Диппера о том, как тот провел каникулы, где он живёт сейчас и почему переехал в Калифорнию. Сначала, удивившись тому, откуда она знает столько, Пайнс спросил об этом, на что Кэнди ответила, что Мэйбл прожужжала ей все уши.        Диппер рассказывал всё. И то, что живёт он недалеко от университета; и то, что переехал он из-за того, что родителей повысили на работе, и отец больше не мог подвозить его, а самому мотаться из города в город не хотелось. Ну, а Кэнди похвасталась тем, что нашла свою истинную альфу. Диппер при этом лишь натянуто улыбнулся и с трудом вытянул из себя поздравления. Не хотелось расстраивать её своим мнением насчёт слишком самоуверенных альф, скучной и просто отвратительной жизни домработницы и няньки детей, да и всего прочего, что полагалось «правильным» омегам. Иного от жизни этой пары он не ожидал.        Договорившись о том, что после занятий они прогуляются, друзья зашли в аудиторию.

***

       Домой Диппер вернулся ужасно уставшим. Ещё в дверях он скинул с плеч рюкзак и прошёл к холодильнику, чтобы приготовить поесть. В квартирке были всего одна жилая комната, совмещённая с кухней, и ванная — всё, что он мог себе позволить.        Сделав себе пару бутербродов и чай, Диппер присел на диван. Он не успел откусить и кусочка, как телефон возле него завибрировал и залился приятной мелодией. Пайнс тяжело вздохнул, посмотрел на экран и ответил на вызов.        — Привет, бро! Как ты? — От веселого и бодрого голоса сестры Диппер улыбнулся. Несмотря на то, что с Мэйбл он не виделся от силы три дня, он сильно скучал.        — Привет, Мэйбл. Почти закончил разбирать вещи. — Пайнс мельком осмотрел комнату. — Осталась ещё пара коробок. А у вас как дела?        — Родители наконец купили мне поросёнка! Я назвала его Пухлей. Он такой милашечка! — Сквозь радостные писки сестры Диппер расслышал похрюкивание.        — Ого, рад за тебя.        Мэйбл рассказала ему многое: то, как она позвала на свидание очередного альфу, имя которого Диппер уже и не вспомнит; то, что родители планировали взять отпуск, и многое другое.        — Ой, Дип-Доп, меня отец зовёт. Я тебе ещё напишу! Пока! — вдруг затараторила Мэйбл.        — Пока, Мэй. — Послышались гудки, Диппер отложил телефон и устало вздохнул, снова осматривая комнату.        За этот день он сильно вымотался, и сил разбирать оставшиеся вещи не было, поэтому, сняв с себя одежду, парень лёг на диван и моментально уснул.