Закон Сопротивления

Около шести часов вечера того же дня в квартире Матвея раздался звонок домашнего телефона. Так как мама была чем-то занята, пришлось подойти к телефону Матвею. К тому моменту он уже успел проснуться. Незнакомый номер какой-то… Ну ладно. Возможно, реклама какая-нибудь. Надо ответить. — Алло? Когда долгие гудки, наконец, прекратились, а вместо них в трубке раздался голос Матвея, учитель не смог удержаться от улыбки. Что ж, не придется иметь дело с его родителями. — Ты забыл в школе свой рюкзак. Как ты планировал делать домашнее задание? — спокойно произнес Сергей своим привычным учительским тоном. Словно ничего и не было. — А… — дыхание перехватило. Мальчик молчал где-то минуту, пытаясь подобрать слова. Но то, что Сергей молчал, пока он думал, пугало, и мысли моментально исчезали из головы. — По…прошу сфоткать одноклассников и прислать… и прислать мне, — дрожащим голосом произнес он, — а завтра заберу рюкзак. — Учти, я не буду покрывать тебя перед другими учителями, если к тебе будут вопросы. Все так же спокойно. — Как ты объяснил родителям отсутствие твоих вещей, м? — Сергей Юрьевич, идите вы на… — мимо прошла мама, поэтому пришлось заткнуться, чтобы потом не получить по голове. — Какая тебе разница? Ограбили меня. Вот и все. Я… Я из-за тебя руки с коленками разбил, — тихо, -В следующий раз… В полицию пойду. Тихий смешок. Этот мальчишка просто очарователен. — Вряд ли. Но я рад, что ты собираешься еще раз прийти на дополнительные. В конце концов, мы так толком ничего и не прошли, — произнес мужчина холодно, мастерски скрывая улыбку. Он всегда получает то, что хочет. И какой-то мальчишка не станет исключением. -Я не собираюсь. И не рассчитывай на это, старик. Матвей знал, что Сергей Юрьевич был довольно молодым. Ему было от силы лет 25-27, но, почему-то, он ему казался слишком взрослым. Поэтому он решил, что может так его называть. — Буду учить физику дома. Сам. Мне не нужны никакие репетиторы. — А разве не ты всего несколько секунд назад сказал, что в следующий раз, — эти два слова Сергей Юрьевич произнес особенно выразительно, — ты что-то куда-то сообщишь, м? С такими проблемами с памятью ты точно ничего не сдашь. — Слушай, ты, псих ненормальный. Твои шутки совершенно тупые. Как и ты сам, — мальчик сжал в руке трубку. — Ты можешь приставать ко мне не только на занятиях. Что-то я не помню, чтобы при первой нашей встрече я находил в классе. Не-ет. Тебя даже не остановило то, что мы были на улице, в каком-то грязном закутке. И я больше не допущу… Ты меня даже не коснешься больше. Агрессия. Гнев, от которого задыхаешься. Сердце, которое тарабанит. Это все можно было испытывать, только при разговоре с этим ублюдком. — О, конечно, милый, — Сергей Юрьевич улыбнулся, — я больше и пальцем тебя не трону! Если ты, конечно, сам не придёшь на дополнительные. Хочешь учиться самостоятельно? Пожалуйста! Посмотрим на твои успехи. Мальчишка точно снова заявится. Хочет он того или нет. Мнимая свобода выбора… Что может быть забавнее? Парнишка фыркнул, закатывая глаза. — Будь уверен, справлюсь сам. Потому что твои занятия мне ничего не смогут дать. Ты меня предмету не учишь, — произнес он с презрением. — Попрошу маму, если надо будет, заплатить нормальному репетитору. — Вот только согласится ли она? — загадочно произнес учитель и, не дожидаясь последующих излияний Матвея, положил трубку. Зачем ему все это? Ведь чем дольше ведется эта странная игра, тем большее шансов, что ребёнок сдаст его, чего ему совершенно не хотелось… Но он все равно зачем-то продолжал это. Продолжал издеваться… Сергей Юрьевич не смог найти ответа на этот вопрос, поэтому мысленно отметил, что обдумает это ближе ко сну, когда результат размышлений уже никого особо не интересует. После разговора с самым ненавистным ему человеком ученик плюхнулся на кровать, сложил руки на животе и принялся рассматривать потолок. Сначала все было хорошо, он даже хотел заняться какими-либо делами, но… потом его начало трясти. Стоило представить то, что могло сегодня произойти. Стоило вспомнить, как он хорошо общался с Сергеем до того, как узнал все. Мерзко. Просто мерзко. На следующий день Матвей пришел в школу. И его не волновало то, что он мог не приходить, и то, что говорила ему мама по этому поводу. Ему нужен был Лёва. Возможно, даже его поддержка. Только он не знал, как бы ему поделикатнее рассказать все. Не обнаружив друга в классе, мальчик сел на свое место, положив голову на руки. — Я так понимаю, домашнее задание ты не сделал, — снисходительно произнес Сергей Юрьевич, бережно опуская рюкзак Матвея рядом с его партой с таким видом, словно это был вовсе не рюкзак, а бесценная святыня. Лицо учителя выражало абсолютное спокойствие и безмятежность. Интересно, что этот мальчишка придумает на этот раз? Матвей медленно поднял голову, смотря на учителя усталым взглядом. Опять он. — Сделал! Что за странные вопросы? Я же волшебник и телепат, который узнал задание и выполнил его на берёзовой каре, используя чернила каракатицы, — он усмехнулся. — Сделаю потом — Оценка будет на балл ниже, — будничным тоном сказал Сергей и, развернувшись на пятках, пошёл к своему столу. — Оценка будет на балл ниже, — передразнил учителя Матвей. Не этим его надо пугать. Он просто напишет на 5. И ему должны поставить 4. Верно? Да и где этот оболтус? Опять проспал? Словно услышав мысли Матвея, в кабинет влетел как всегда взъерошенный и запыхавшийся Левка, который, стоило ему только заприметить друга, сразу же принял обеспокоенный вид (хотя, казалось бы, куда ещё беспокойнее). — Что случилось? Кто на тебя напал? Как это было? Ты ведь набил им морды, да? — затараторил Макаров, плюхнувшись на стул рядом с Матвеем и не утруждаясь при этом снять рюкзак. Сергей Юрьевич притих, вслушиваясь в разговор. Надо запомнить показания мальчишки, чтобы потом не попасться… Матвей почему-то посмеялся, выставив руки в успокаивающем жесте. — Тихо, Лёв, тихо. Со мной все хорошо. Не надо так беспокоиться. Мальчик взглянул на Сергея, улыбаясь. — Просто возвращался после занятий с Сергеем, и на меня напали несколько парней… Отняли вещи. А я вот… Это… Упал и расшиб ладони и коленки. Но они тоже получили от меня! Я же не слабак какой-то. На мгновение мальчик изменился в лице. Проскальзывало отвращение. — А наш любимый классный руководитель нашел мои вещи и вернул их. Этого рассказа вполне хватило, чтобы Лёвка облегченно выдохнул и, наконец, избавился от рюкзака. — Фух… Ну и слава Тору, что все так обошлось. Да и Сергей Юрьевич молодец! Повезло нам с ним, все-таки! Он лучше той мымры, что была у нас раньше… Парень откинулся на спинку стула и с удовлетворенным видом заложил руки за голову. Учитель тихо усмехнулся. — Хах, да. Полностью с тобой согласен. Сергей Юрьевич несомненно лучше… той мымры… Матвей внимательно посмотрел на Лёву, размышляя о том, как же ему рассказать. А рассказывать ли ему вообще? Ученик пододвинулся к другу. — Лёв. — М? — Макаров тут же обернулся к Матвею, и судя по его взметнувшимся бровями, он был весь внимание. — Чегось? — Мне потом надо будет с тобой поговорить, — теперь Нежданов не говорил так громко, как раньше. Надо, чтобы слышал только друг. — Это очень серьезно. И меня это беспокоит. Ты сегодня можешь? Лёва перестал улыбаться. — Ну да, могу в принципе… А что случилось? — спросил он, слегка нахмурившись. — Пока это секрет, но потом, возможно, я тебе всё расскажу. Нежданов вздохнул и вновь уткнулся в парту, будто она могла его защитить от всего дерьма. — Где встретимся? — Да где скажешь, там и встретимся, мне не особо важно, — рыжеволосый пожал плечами, но лицо его всё ещё выражало озадаченность. — Может, хоть намекнешь, о чём пойдёт речь? — спросил он, понизив голос почти до шёпота Матвей нервно посмеялся, сдерживая себя от того, чтобы не посмотреть на учителя, пока он что-то говорит. — Не думаю, что в школе можно об этом говорить. Услышать могут, — тоже тихо. — Но ты можешь не поверить. — Хм… Ну ладно… Все так же хмурясь, Лёва отвел взгляд и, судя по всему, глубоко задумался. Так же, как и Сергей. Что такого сказал Матвей Макарову, что он так притих? Неужели, он что-то ему рассказал? Черт. Выяснить наверняка не получится… Ладно, если что, он придумает, что делать. А пока не стоит забивать голову неподтвержденными страхами. — О чем задумались, Сергей Юрьевич? Учитель аж вздрогнул от неожиданности. Рита, опершаяся на кафедру больше грудью, чем локтями, заискивающе похлопала своими длинными, идеально накрашенными ресницами. Идеальная до боли в зубах… — Да так, ни о чем. Тебе что-то нужно? Голос тёплый, заботливый. В конце концов, он ведь учитель. — Хм… — Рита закусила губу в лучших традициях пин-ап девушек. Немного подумав, она подалась вперёд и, предоставив прекрасный обзор на то, чем она, видимо, планировала и дальше пробивать себе путь в жизни, взяла Сергея за руку, — Вы? Повернув голову в сторону, Матвей остановил взгляд на Лёве. Даже если он расскажет. Даже если ему поверят. Что это изменит? Они с Лёвой ничего не сделают. Остаётся только избегать Сергея до конца года, а потом… — Лёв, чтобы ты сделал, если бы твоя жизнь рушилась? — произнес он, наблюдая за реакцией друга. — Мой вопрос связан с будущим разговором. Лёва невольно дёрнулся, возвращаясь к реальности, и несколько непонимающе уставился на друга. Но когда до него дошёл смысл его слов, парень нахмурился ещё сильнее. — В каком смысле, если бы моя жизнь рушилась? Мотя, что происходит? Ты начинаешь меня пугать… — Не пугайся. Я просто спросил. Мне интересно узнать. Нежданов улыбнулся. — Можешь быть спокоен, я не умру… Наверно… Просто в моей жизни начали происходить кое-какие вещи. И они мне доставляют некоторый дискомфорт. Лёва какое-то время пристально вглядывался в глаза Матвея, видимо, надеясь таким образом понять, о чём он думает. Но, так и не получив ответа, выдохнул и отвел взгляд. Получилось довольно нервно. — Ну… Если бы моя жизнь рушилась, я бы, наверное… Я бы, наверное, нашёл того, кому можно об этом рассказать… Хотя бы кому-нибудь одному. И попытался бы найти какой-нибудь выход. Боролся бы до последнего! Потому что нельзя, чтобы жизнь рушилась, особенно так рано, в 16 лет. Это… Неправильно… — Как хорошо, что у меня есть ты, — продолжая улыбаться, Матвей сел и обнял друга, прикрыв глаза. — Ты самый лучший человек, которого я знаю. Только обещай мне, что никому не расскажешь то, что узнаешь. Иначе я умру. И я не шучу. Вся надежда только на него. Нежданов боялся, что от него отвернутся, что над ним посмеются, но надо. Хоть попробовать-то надо. Лёвка же хороший. Он всё поймёт. — Встречаемся на площадке у леса. Макаров лишь безмолвно кивнул, будто боясь спугнуть Матвея. Он обнял его в ответ и по-дружески похлопал его по спине. — Тебе что-то нужно? — Хм… Вы? — В каком плане, я? — Сергей Юрьевич удивленно поднял брови, стараясь как можно ненавязчивее избавиться от рук Риты. Лучший способ общаться с кем-то настойчивым — прикинуться дурачком. В глазах девушки заплясали огоньки, а на губах, сегодня окрашенных в вишнево-красный, появилась многозначительная ухмылка. У неё был голодный взгляд. — У меня за последнюю самостоятельную по физике стоит четвёрка… И мне хотелось бы… Очень хотелось бы ее исправить, — тихо произнесла она, не отрываясь глядя учителю в глаза. Ох, она действительно выглядела прекрасно. Раскрасневшиеся щеки, пухлые губы, так и напрашивающиеся на то, чтобы быть искусанными в жарком поцелуе, вздымающаяся грудь… Сергей Юрьевич бросил быстрый взгляд на Матвея. Маленький, щуплый, злобный… И в этот момент Нежданов обнял Лёву. Что-то дрогнуло в груди у учителя. Где-то там, где, по идее, должна была быть душа. — Ну так? Мы можем заняться этим сегодня? — с придыханием спросила Рита, отчаянно пытаясь поймать взгляд учителя. — Н… Нет… Нет. Сегодня я занят. У меня дополнительные занятия с другим учеником. У него действительно проблемы с физикой. А у тебя всего лишь четверка. Сергей невозмутимо поправил свои очки и снова невольно посмотрел на Нежданова. Да что же в нем, черт побери, такого?! Продержав Лёву в объятьях пару минут, Нежданов, наконец отстранился. — Ну все, хватит обниматься. А то выглядит так, будто я какой-то слабак. Матвей поправил одежду и с важным видом пригладил волосы. — Слушай! — громко произнес он, — а я ведь не выполнил свое обещание. Когда встретимся, принесу то, что ты там мне сказал. По какой-то причине он уже не находился в подавленном состоянии. Рядом с Лёвой всё было отлично. Ученик посмотрел в сторону и встретился взглядом со своим мучителем. Он тут же изменился в лице, нахмурил брови, насупился, как воробей в плохую погоду. Услышав про обещанную еду, Лёвка заметно оживился. Он снова улыбнулся. — Хорошо. Значит, решено: после уроков идём в магазин, а потом к лесу. И ты мне всё расскажешь!