From our first meeting

      5 лет спустя       Многое изменилось. Многие поменялись. Кто-то смог подняться с колен и жить дальше, кто-то не смог. К счастью, в этой истории… обе линии жизни носили улыбки на лице и не забыли, какого смеяться звонко и искренне, чтобы смог услышать каждый.       Прошло много времени. А тот переломный момент сыграл свою роль и дал героям новый глоток воздуха. Перед ними открылись новые возможности. И каждый сделал свой выбор…       9 марта 2016 год       Родные дороги, люди, сладкий запах из небольшой забегаловки и море детских воспоминаний. Девушка вышла из автомобиля и, не задумываясь, посмотрела на тот самый дом, в надежде, что увидит его. Минута в ожидании и на её плечо легла мужская ладонь, заставившая отвлечься: — Мисс? — вопросительно посмотрел на неё мужчина, которого назначили личным водителем приезжей гостьи. — Иду, — вздохнула она и направилась в сторону главного входа в дом, где прошло не только детство, но и период взросления. — Неужели… я дома, — прошептала она и с довольной улыбкой отворила главную дверь.       На голову брюнетки посыпались конфетти, с обеих сторон оглушили хлопушки, а на стене растянута надпись «С возвращением, малышка!» — Йя, — возмутилась девушка, указывая рукой на растяжку. — Какая же я вам малышка? — Точно, — вышла на встречу мать и распростертыми руками. — Наша Дженни выросла. Ким Дженни окунулась в теплые объятия и вдохнула женский аромат духов, которым старшая госпожа продолжала пользоваться. — Ты все также вкусно пахнешь, — отметила девушка, выпуская слезу. — Я так скучала по тебе. — Я тоже скучала, дорогая, — крепче обняла её мать. — Не представляешь, как сильно. — Я сильней, — чуть отстранилась Дженни и заметила отца, скромно стоящего в стороне. — Папа. — Привет, малышка, — улыбнулся мужчина, сдерживая эмоции. — Ты такая… красивая. — Папа, — усмехнулась Ким Дженни и бросилась обнимать отца. Этот момент она надолго запомнила, потому что столь долгая разлука зародила еще большую любовь к родителям. Расстояние, которое разделяло их, оказалось чертовски большим. Понадобилось пять лет, чтобы, наконец, его стереть. — Ты говорил, что я скажу Вам с мамой «спасибо». И я скажу, — брюнетка отстранилась и посмотрела в отцовские глаза. — Спасибо, что приняли это решение. Спасибо, что подарили мне новую жизнь, новые возможности. Спасибо, что помогли реализовать мечту. Я вас, — Ким взяла мать за руку и подвела ближе. — Очень сильно люблю! Вы самое дорогое, что у меня есть. — Милая, — не могла перестать улыбаться госпожа. — Наш цветок, наша любовь и наше будущее. — Обнимашки! — громче сказала девушка и заключила обоих родителей в объятия.

***

      Этот день мог длиться вечно. И улыбки могли не остаться подольше на лицах семьи Ким. Правда в том, что Дженни всем сердцем и душой тянулась к тому дому, в который с момента приезда хотела постучать. Ей бы только мельком взглянуть на Юнги, убедиться, что счастлив и хорошо живет. На большее брюнетка не надеялась.       Ким Дженни закончила ужинать первой и поднялась из-за стола. Она не хотела говорить родителями о своих последующих действиях, но этого и не понадобилось. Они и так все поняли. — Они там больше не живут, — сказала Ким Чару, заставив дочь остановиться в прихожей.— Съехали два года назад. — Как? — обернулась девушка. — Где же тогда… У Юнги сегодня день рождения. Я думала поздравить. — Так поздравь, — улыбнулся отец. — Достаточно просто попросить у нас адрес и поехать. — Куда? — спросила Ким. — Вы знаете, где они сейчас живут? — Мы знаем, где сегодня Мин Юнги дает концерт…

***

      После расставания с Дженни, шатен с головой ушел в музыку. Он не мог остановиться. Ему хотелось большего и лучшего. Такого, чтобы эта девчонка вернулась и не пожалела о сказанном. Юнги жалел о несказанном и не сделанном, хотел все исправить. Выход парень видел лишь в коричневом пианино, которое стояло в углу его маленькой комнаты.       Бесконечные тренировки и сильный порыв к игре. Шатен терзал клавиши, доводил себя до тошноты от монотонной игры, но не останавливался. Он шел к идеалу, которым была для него Дженни. Пусть даже девчонка и говорила, что Мин играл душой, но сам парень не собирался останавливаться на малом. Его надежды оправдались. С тех пор Мин Минсо перестала работать в небольшой забегаловке. Она переехала вместе с сыном в центр города и открыла свою маленькую кондитерскую. Парень осуществил не только свою мечту, но мечту матери, о которой та умалчивала всю свою прожитую жизнь. Юнги создавал музыку души, а она подарила ему новую жизнь.

***

      Огромный зал и сцена встретили Дженни, как только она переступила порог. Множество людей аплодировали стоя, в то время, как Мин Юнги, тот самый друг детства и первая любовь, склонил голову, закончив играть. Брюнетка опоздала на несколько минут, но лишила себя возможности услышать, как он играет сейчас. Ей было интересно, изменилась ли та манера игры или же нет. Она стояла у самых дверей, смотрела на шатена и не заметила, как начала аплодировать вместе со всеми. Пусть ничего не слышала и не видела. Дженни и без того знала, что это было великолепно.       Парень выпрямился и с улыбкой на лице пробежался глазами по зрительному залу. Он замер в последнюю секунду. Юнги заметил Дженни и просто не мог не узнать её, ведь та девчонка из детства нисколько не изменилась. Она стала только краше. — Подожди, — проговорил шатен, когда Ким решила уйти, чувствуя неловкость, оказавшись замеченной. — Останься.       Брюнетка нервно сглотнула и обернулась. Все смотрели только на неё, задаваясь вопросом, почему ради незнакомки Мин вновь сел за пианино. Девушка решила не думать об этом, а просто послушать. И она представить не могла, что парень начнет играть ту самую… ту самую мелодию, что написал на куске бумаги и отдал Дженни в последнюю встречу.       Дженни исполняла грубо и нервно, стараясь заглушить боль и слезы, подступающие на глаза каждый раз, когда она вспоминала в Америке о Юнги. Девушка играла каждый день, чтобы напоминать себе о тех чувствах, которые не должны покидать её.       Но как только эта же мелодия оказалась в руках Мин Юнги, то она звучала совсем иначе; нежно, плавно и лирично, словно пыталась что-то сказать. От этого сердце брюнетки билось так сильно, что вот-вот могло вырваться из груди. Стало вдруг так больно и тяжело дышать. Ким выбежала из зала, пытаясь прийти в себя и найти объяснения происходящему. Она хватала свежий воздух ртом, почти срываясь на немой крик. Дженни хотела плакать, но никак не получалось. В ней все замерло, как механизм часов. Появился страх и паника, как вдруг её руку резко одернули и хрупкое тело вжалось в чье-то родное, теплое и сильное. Прижали так крепко, что казалось дышать стало только хуже, но нет. Ким сцепила руки на его талии и выпустила первую слезу. Эти объятия… Брюнетка была готова отдать все на свете, чтобы в них оказаться. Но отдавать ничего не понадобилось. Мин Юнги сам был не прочь прижать малышку Ким и одарить горячим поцелуем в макушку, как делал еще в детстве. Правда теперь они не дети…