Рождённые под светом зелени

— Вот, возьмите эти зелья. Не забудьте их выпить после ужина, а вот это перед сном, я их подписала. Все, ступайте.       Как мадам Помфри и обещала, она отпустила близнецов ближе к ужину, и те вышли из Больничного крыла немного напряженными. Оказавшись за дверью, Гарри казалось, что на них сейчас снова нападут из-за какого-то угла. Мальчик крепко сжимал руку сестры, и старался максимально бесшумно передвигаться по коридорам замка. За прошедший месяц, Поттеры смогли найти пару заброшенных коридоров, в которых редко кто появлялся. Проходя по ним, дети смогли дойти до Большого зала без лишнего внимания. Они снова сели в самом конце стола, где обычно сидели старшие курсы, но все же старались держать дистанцию. Гарри ловил заинтересованные и даже немного обеспокоенные взгляды с факультета. Это было странно и непривычно, обычно на них никто из Слизеринцев не обращал внимания. — Гарри. — Белла дернула его за рукав мантии. — К нам Ургхарт идет.       Он медленно повернул голову в сторону дверей. К ним и правда шел префект. Выглядел он немного взволнованно, и то и дело запускал руку в волосы. Немного потоптавшись возле скамейки, Гилберд все же сел напротив Поттеров. Над столом всего факультета тут же сверкнул купол, видимо он поставил заглушку. Это немного напрягло Гарри и он хмуро наблюдал за префектом. — Поттеры, ну вот какого черта вы творите? — Гилберд уперся подбородком в руку и устало взглянул на близнецов. — В каком смысле? — Я все понимаю, вы избранные, герои, под присмотром самого Дамблдора и бла-бла-бла. Но вчерашнее происшествие коснулось не только вас. Теперь вся школа подозревает Слизерин.       Белла напряженно вздохнула и прижалась к Гарри поближе: — Мы все что знали, рассказали профессору Снеггу. И нас поймали... — Гарри стиснул ладошку сестры, призывая к молчанию. — Нас поймали не Слизеринцы, и профессор это знает. Не понимаю почему вы лезете. Мы никакие не воспитанники Дамблдора, и сами со всем разберемся.       По столу тут же прошелся возбужденный шепот, мальчик только сейчас заметил, что за их разговором наблюдал весь факультет. Это было неловко. — Как это вы не от Дамблдора? То есть вы тут не для наведения порядка? Забавно. — Вдруг воскликнул Флинт, сидящий неподалеку от Ургхарта. Гарри был удивлен, услышав от него речь без единого мата в предложениях. Маркус славился красноречием. — Да пиздят, ну Мерлин свидетель! — С другого конца стола высунулся Учи Акимбо. Заметив его, Белла закатила глаза. Этот третьекурсник любил приставать к каждому встречному поперечному, поэтому его Поттеры запомнили почти сразу. — Учи, закрой рот. — Малфой тоже тут как тут. В каждой бочке затычка. — Разберемся в гостиной, не расходитесь по замку после ужина.       Герой вздохнул и постарался отвлечься от тяжелого взгляда Гилберда, которым он наградил близнецов до самого конца пиршества. Есть совершенно не хотелось, и Гарри прилагал усилия чтобы съесть хотя бы что-то. Белла, которая сидела под боком, с грустным видом жевала булочку. Что ждало Поттеров в гостиной, мальчик не знал. Он переживал и нервничал, когда под конвоем Слизеринцев, они спускались в подземелья. Зато рядом ошивался Малфой. Он пытался разрядить обстановку всякими шутками и загадками, и получалось на удивление хорошо. Заходя в гостинную руки Беллы уже не дрожали, а Гарри не хмурил брови. Слизеринцы сразу же расползлись по всему залу, занимая места везде где только можно было сесть. Близнецы уселись в небольшое кресло и тесно прижались друг к другу. — Итак. — Ургхарт вышел вперед, и сложив руки на груди стал расхаживать взад и вперед. — Нежные мои, милые Поттеры.       От этого обращения по спине Гарри поползли мурашки. Слышать такое, от с виду строгого префекта, было немного за гранью понимания. — Давайте мы с вами сразу обсудим некоторое недопонимание. На нашем факультете мы никого не терроризируем, не выставляем изгоями и не издеваемся над ними. На Слизерине прекрасно сосуществуют чистокровные, полукровные и даже магглорожденные. Каждый в доме Салазара будет закрывать своих спиной, готов стать опорой и поддержкой для каждой змейки, и вы не исключение. Но мы не можем быть уверены, что вы не пришли с конфликтом в наш дом. Поэтому вас сторонятся здесь, но если вы нам расскажите поподробнее о "не воспитанники Дамблдора", мы сможем всеми вместе разобраться в возникшей ситуации.       Близнецы одновременно вздрогнули под взглядами всего факультета и постарались вжаться в спинку кресла. Они не доверяли им. Не доверяли никому из этой комнаты. Но Гарри не был настолько глупым, чтобы отказываться от поддержки своего дома. Он уже был наслышан о том, что у волшебников есть определенная иерархия, и в почете были сильные маги и чистокровные семьи. А Слизерин был изобилием и того и другого. Если Поттеры хотели в дальнейшем остаться жить в магическом мире, то полезными связями нужно было обзаводиться уже сейчас. "Правильно, мальчик мой, ты сможешь ими пользоваться..."— Гарри тряхнул головой, не обращая внимания на голос. — Гилберд, будь менее напористым.       Внезапно на подлокотник кресла уместился Люциан Боул. Он не смотрел ни на кого, кроме близнецов. Его появление немного развеяло напряжение, и Поттеры смогли вздохнуть спокойно. Все таки Люциан казался хорошим парнем, он следил за детьми в Больничном крыле и заслуживал долечку уважения. Заметив, что близнецы немного расслабились, Боул потрепал их по волосам. — Не обращайте внимания на этих скупердяев, просто расскажите нам о своей жизни до Хогвартса. И нам и вам будет житься спокойнее, если между нами не будет серьезных тайн.       Поддавшись моменту, Гарри привычно сжал руку сестры и осторожно начал говорить: — Мы жили все это время у магглов и Дамблдора увидели впервые первого сентября. — Герой старался смотреть только на рисунок темного ковра под его ногами, чтобы не отвлекаться. Перед ним сейчас стояла задача удовлетворить интерес факультета. — Мы не знали, что мы волшебники, ровно до того момента пока нам не пришло письмо из Хогвартса. Я не уверен, в чем именно вы нас подозреваете, но если мы в чем-то виноваты, то прошу прощения.       Эта нечаянно брошенная фраза, заставила всех в комнате вздрогнуть, но близнецы этого не заметили. — Дамблдор старый пидорас! А я вам блять говорил! Это всего лишь дети, какого хуя вы всем скопом месяц носы ворочали? А они еще и у магглов жили все это время! — Тише, Маркус. — Над ухом послышался недовольный голос Люциана. Он встал за спинку кресла и положил руки на плечи Поттеров. — Вы ни в чем не виноваты. Почему вы жили у магглов? — Наша тетя сказала, что когда нас подкинули им под дверь, то оставили в качестве объяснения только письмо. В нем говорилось, что на доме стоит какая-то защитная магия, и нам нужно оставаться с ними до совершеннолетия. — Быстро проговорила Белла, иногда посматривая на руку, что нежно сжимала ее плечо. Почему-то от этого движения становилось спокойнее. — Еще тетя была сестрой нашей матери. Видимо это единственный наш близкий родственник.       Гарри заинтересованно поднял голову, пытаясь уловить настроение факультета. По некоторым лицам, он понял, что однокурсники явно не догадывались о жизни близнецов. Вдруг ему стало интересно: — А почему все считают, что мы жили под присмотром профессора Дамблдора? — Потому что как могло быть иначе? — Подал голос, до невозможности грустный Малфой. Гарри не замечал его, но тот все это время сидел рядом, чуть ли не в ногах у Поттеров. — Вы же избранные и все такое, дети войны как никак. Все считали это в порядке вещей, что Дамблдор взял над вами опеку и растил, после смерти Поттеров. — Дети войны? Избранные? — Белла заинтересованно отлипла от спинки кресла и теперь смотрела на Драко. После этих вопросов, весь факультет будто снова погрузился в мрачную тишину. — Подождите... Что вы вообще о себе знаете? — Малфой и сам явно удивился этим вопросам. Он нахмурился и подсел поближе к Белле, прикасаясь боком к ее ногам. — Ну...       Изабелла потерянно посмотрела на Гарри, не зная что сказать. Да и сам Гарри честно сказать растерялся. Можно ли было все таки рассказать о всей своей жизни до школы? Что подумают однокурсники? Не плюнул ли в лицо? Они ничего не знали о волшебном мире и казались полными неучами, а теперь еще выяснилось, что любой ребенок магической Британии знал о Поттерах больше, чем они сами о себе. Это было неловко, но они должны были через это пройти. Сейчас откроются карты, и близнецы наконец смогут узнать причину внимания всего волшебного мира к своим персонам. Поттер тяжело вздохнул и снова уставился на узоры ковра. — Тетя нам сказала, что наших родителей убил очень темный маг, но мы смогли выжить. Каким образом так получилось, и как именно умерли наши родители мы не в курсе. Тетя не любила говорить о маме, так что мы знаем крайне мало. — Вот так дела...       Все в комнате тут же зашептались. Поттер не хотел видеть их лиц, сейчас и он и Белла чувствовали себя не в своих тарелках. Мало того, что они вовсе не привыкли болтать с кем-то о своей жизни, так еще и абсолютно никому не доверяли. Этот вечер вытряс все их силы.

***

      Малфой, который моментально заметил усталые вздохи близнецов, грозно глянул на Ургхарта. Это префект начал весь этот разговор, а Поттеры теперь сидели поникшие и явно грустные. Нужно было это заканчивать, и слава Мерлину, Гилберд поймал его взгляд. Он прикусил губу и привлек внимание факультета поднятой рукой. — Что ж, думаю закончим на сегодня, можете расходиться. — Но... — Гарри вскинул голову и с надеждой взглянул на префекта, однако тот покачал головой.       У Драко аж сердце сжалось, от того, как герой тут же поник. Видимо близнецы хотели получить ответы на свои вопросы, но их решили проигнорировать. Малфой же считал, что они должны были знать обо всей этой истории, быть в курсе событий. Так что он поднялся с пола, схватил Поттеров под руки, под недобрый взгляд Люциана и Ургхарта и повел близнецов в спальни первого курса. Сейчас в их комнате никого не было и это было отличным моментом. Драко встал напротив Поттеров, пока сами ребята неловко усаживались на кровать Гарри. — Давайте начнем издалека, чтобы вам все было понятно. — Малфой с важным видом сложил руки на груди и стал ходить туда сюда. — В 1970-х годах началась война с участием действительно темного волшебника, который всем известен как Воландеморт или Том Реддл, я думаю, вы успели о нем что-то услышать. Правда, во всем магическом мире его называют Тот-кого-нельзя-называть или Сам-знаешь-кто и всякое такое. Он проповедовал довольно интересные, по мнению чистокровных магов, взгляды, поэтому у него было много последователей. Война длилась вплоть до 31 октября 1981 года, думаю эта дата вам знакома.       Малфой заметил, как Гарри привычно сжал руку сестры и как они оба наблюдали за Драко. Ему нравилось ловить эти взгляды. — В тот день Воландеморт исчез, и по сей день никак не объявлял о себе. Никто с точностью не может сказать, что именно произошло в доме Поттеров, потому что Реддл пришел в ваш дом один, без сопровождения. Он собирался убить вас, но ваши родители, очевидно как-то помешали ему. Лили и Джеймс Поттеры были сильными магами, но Воландеморт оказался сильнее. — Почему он хотел убить именно нас? — Драко еле разобрал взволнованный шепот Беллы. Он с грустью посмотрел на близнецов и пытался не всматриваться в их шрамы. — Тогда появилось странное пророчество, в котором говорилось про детей, которые родятся на исходе седьмого месяца и будут способны победить Темного лорда. Реддл был крайне возмущен этим, но от чего-то сильно запереживал за свою жизнь. Вы единственные подходили под описание этой лабуды, а Том, сам того не понимая, осуществил пророчество. Вас он убить не смог, а сам пропал не пойми куда. — Хорошо, допустим. — Гарри, заметив, как Драко рассматривает его шрам, невольно потянулся почесать его. Малфой почему-то смутился из-за этого и отвел взгляд в сторону. — А почему он не смог убить? Если он победил наших родителей, взрослых магов, то младенцы вообще не должны были доставить трудностей. — В этом, Поттер, и вся проблема. Вас считают избранными, потому что вы единственные кто смогли каким-то образом нейтрализовать смертоносное заклинание. Как минимум, до вас не были зарегистрированы случаи, когда Авада Кедавру смогли отразить. — Драко взволнованно сжал руки на предплечьях и уселся на свою кровать. — Вас считают избранными, потому что Дамблдор сделал из вас символ победы. О вас знает каждый ребенок, если не магического мира, то Британии уж точно. О вас писалось куча историй, статей и сказок. Вами кипело все волшебное сообщество. "И я в том числе."— Хотелось добавить в конце, но Драко промолчал.       Смотря сейчас на поникших близнецов, Малфой тут же выкинул из головы все свои планы по покорению кумиров своего детства. Какие же они кумиры? Смотря на их осунувшиеся плечи и дрожащие руки, Драко внезапно ясно понял, что они такие же дети как и все остальные в этом замке, как и он сам. Они не были готовы к всеобщему вниманию, взглядам и интересу. Наверно поэтому они были такими далекими, такими недоверчивыми. Как тут можно кому-то доверять, если каждый второй чуть тебе не в рот лезет? Эта мысль печалила Малфоя и ему хотелось разорвать весь замок на кусочки.       Когда в комнату начали стягиваться однокурсники, Белла тихонечко ушла к себе, а Гарри тут же спрятался за пологом, как обычно это делал на протяжении всего месяца. Драко ловил заинтересованные взгляды Забини и Нотта, но лишь качнул головой. Он позже им все расскажет. Малфой быстро сходил в душ, и заперевшись за пологом своей кровати, удобно устроился на подушках. Надо было строить новый план, потому что идеи о завоевании сердец кумиров, скомкано улетели в помойку.