А давайте перепишем историю

Душевное состояние Лань Нин* никогда ещё не было так далеко от значения её имени. Быть старейшиной в самом что ни на есть занудном ордене во всей Поднебесной - та ещё головная боль. А бытие практикующим целителем в ордене, где стариков заставляют «пердеть» по расписанию (ведь иначе они подадут плохой пример подрастающему поколению), вообще приводит к аневризме. Старая целительница потерла переносицу и, не помня уже в который раз за сегодняшний совет, произнесла: - Вы понимаете, что подрастающее поколение заклинателей необходимо кормить мясом? На протяжении двух часов сегодняшнего собрания Старейшин Лань Нин втирала этим надутым тупицам основы сбалансированного питания. Последние двадцать лет своей жизни целительница посвятила исследованиям, подтверждающим неутешительные факты. Мало того, что их воспитанники уступали в силе другим заклинателям, были ниже ростом, менее выносливы, так и новых техник никто в клане не изобретал неизвестно сколько времени, что свидетельствовало о посредственных умственных способностях! Единственное, чем славился орден Гусу Лань, - это красивыми мордашками да безупречным поведением. Безобразие! - Сделали из клана парад монахов! Они нечисть убивать должны, души там разные освобождать! На крайняк, духов, что ли, изгонять, или чем нынче заклинатели промышляют! А они что? Вчера четверо в голодный обморок попадали, аки барышни со страху! Гули вас подери! - И сплюнула на пол в негодовании. - Тётя… - проблеял один из её нерадивых племянников, надеясь не попасть под раздачу разбушевавшейся старухи, но и напомнить при этом, что орать на собрание старейшин вроде как ей не солидно. Болвана кусок! – подумала Лань Нин, смотря на своего младшего племянника. - Идиот, отрастил бородку, чтоб казаться солиднее! Было бы что отращивать! Три волосинки, тьфу, как будто из бровей повыдирал! Набрав в грудь побольше воздуха, старуха продолжила: - Недостаток питательных веществ в несформировавшемся детском организме приводит к задержке в развитии! У тех, у кого от природы потенциал заклинателя выше, несомненно, больше шансов вырасти здоровыми. Иначе мои горе-племянники в свои тридцать лет слюни пускали бы, а не держали мечи! Однако, посмотрев еще раз на бороду Цижэня, Лань Нин всё-таки засомневалась, что его головушку недостаток питания не затронул. - Тем не менее, мы отстаем по всем фронтам от других кланов! Мы не можем полагаться на особо одаренных, на то они и особые, ибо их особенно мало! Нам нужно повысить продуктивность! Перед вами копии моей работы, прошу ознакомиться. Ознакомиться, Старейшина Шен, у себя ДОМА, а не сейчас! Всем спасибо, все свободны! Идиоты! – добавила она уже про себя. Старейшина Нин была старейшиной в прямом и косвенном значении этого слова. Часы медитаций помогли ей укрепить ядро и продлить годы жизни, но не достичь бессмертия. Кожа с неё ещё далеко не сыпалась, но и бризом молодости от неё уже давно не веяло. По правде сказать, от неё не пахло даже преклонными годами. «Старуха» - вот что ей подходило больше всего. Но старуха, надо сказать, бойкая. Судя по её фигуре, травоядной эта женщина не была никогда. Высокая, тучной комплекции, она скорее напоминала борова, нежели среднестатистическую старушку. Характер её соответствовал размерам. Жёсткая, в меру вспыльчивая (если это касалось идей, которые она защищает), но крайне справедливая. Правила Облачных Глубин она ненавидела так же, как и повара на их кухне и, видимо, решила посвятить свою жизнь реформированию этого тухлого места. Благодаря её стараниям на стене послушания было 3052 правила, а не 3203! Нет, она искренне любила Гусу и считала своим домом, но запах формалина ей все-таки хотелось оттуда выветрить.

***

Потирая переносицу и готовясь к очередному приступу изжоги, Лань Нин грузно бухнулась на кровать в своих покоях. Грации в этом действии было столько же, сколько у приземлившегося на лёд гуся. Недолго думая, она прокряхтела: - Брат, неси пузырь! Это было её последнее изобретение. Она назвала его Безнервин (или безслезин, или... в общем... по ситуации). Экспериментальным методом она выяснила, что, если смешать экстракт валерьяны, мяты, мелиссы, ментола, настоять сию смесь на хорошо выдержанном алкоголе, залить в непрозрачный пузырёк и дать название, хорошего лекарства не получится, но никто не упрекнет её в распитии спиртных напитков на территории клана. С таким же успехом она могла накрошить в алкоголь абсолютно любую чудо-траву и заявить, что она лечит, но тогда бы её раскусили другие коллеги. Так что пришлось подкрепить чудодейственность пузыря десятью страницами доклада о его «доказанной» эффективности. Но это была маленькая блажь старушки. Детей такими настойками она, естественно, не поила. Сейчас ей предстояли долгие сборы, и надо было морально собраться. Лань Нин и её старший брат, который выглядел, кстати говоря, помоложе (видимо, из-за того, что на нём она проверяла действия своих новых настоек) были детьми почившего ныне двоюродного брата некогда главы ордена Лань и девы-целительницы из клана Яо. Именно матушка сыграла не последнюю роль в воспитании духа борцов за свободу и справедливость. Она же откармливала детей и мужа по ночам солониной, что позитивно сказалось на их умственных способностях, ну, или помогало справиться с голодными завываниями желудков, за что её муж особо воспылал к ней страстью. Как итог, дети выросли как Лани, а по характеру больше походили на адептов клана Не. С таким характером мужа для Лань Нин найти было невозможно. Она всех считала идиотами и была, по сути, права. Брат её, хотя и был чуточку помягче, женой тоже не обзавёлся, ибо… А зачем? Меч есть, ядро есть, всю жизнь был заклинателем и стремился к самосовершенствованию! А на мозги капать и сестра успевала. Только вот незадача-то… Кому передавать семейные цацки? А все вековые труды целительства и наработки самой госпожи Лань? Дело пахло очередной головной болью. Детей брат с сестрой не то, чтобы не любили…. Они признавали, что они существуют. Где-то там. Далеко. Да и по долгу службы госпоже Лань приходилось иметь с ними дело и проводить на них исследования. Решив, что такого опыта, а также мозгов, литературы и памяти о том, как воспитывали их родители, хватит, Лань Нин предложила брату удочерить какую-нибудь хорошую девочку-сиротку. Да не абы какую, а чтоб родители непременно были заклинателями. Они бы вырастили, воспитали бы целительницей, она бы им в благодарность стакан воды в старости носила (ну, или пузырь с чудо-травой), и душенька их за семейные украшения была бы спокойна. Обдумывали они этот вопрос лет десять и наконец надумали, что пора. Вот и решили завтра отправиться в путешествие по приютам на другом конце Поднебесной, которые как раз специализируются на детях-сиротах заклинателей. В дверь раздался стук и в комнату впорхнул, аки лань, брат собственной персоной. Лань Тао* хорошо сохранился. Для его возраста, он очень хорошо сохранился. Посторонние сказали бы, что на вид этому человеку от пятидесяти до шестидесяти пяти лет. В отличие от своей сестры, он был заклинателем и довольно выдающимся. Поджарый, волосы собраны в пучок, чтоб не лезли в глаза. В противоположность сестре, он предпочитал много не разглагольствовать, однако с выражением мыслей у него было всё в порядке. Так же, как и Лань Нин, он был Старейшиной, и так же, как и она, считал, что Облачным Глубинам нужен свежий воздух. Поэтому, в силу своего статуса, умело манипулировал авторитетом и голосами на собраниях, проявляя свои выдающиеся умственные способности. В общем, бабка и дед были что надо. Как оказалось, старик Тао пришел не один. Кроме заветного пузыря, компанию ему составлял их горе-племянник Лань Цижэнь. Хотя не таким уж он был и горем, да и не таким племянником. Племянником брату с сестрой был его отец. Но чтоб не путаться в хитросплетениях родственных связей, они предпочитали и детей племянничка называть племянниками. Или идиотом и идиотом с козлиной бородкой. Один идиот в порыве любви и страсти женился на женщине, которая кокнула его учителя, запер её и ладно бы на этом всё. Он и себя запер, будучи главой клана, но в соседнем доме! Если страдать, то страдать по полной или девиз клана Лань! Уж чем он там занимался - одним богам известно. Наверное, в окошко по вечерам на неё смотрел. Бедная женщина! Хотела помереть после убийства, а ей мало того, что не дали, забрали в самый унылый орден, посадили в доме и сказали сиди. Но не так уж идиот-племянничек, видимо, следовал своему наказанию в виде самоизоляции. Двоих детей-то наделать успел! Видимо, через окно. Наделать-то наделал, а ответственности не взял и матери не отдал. А чтоб окончательно подтвердить статус идиота, отказался от бремени дел главы ордена и скинул все заботы на младшего брата, который в порыве нервов отрастил бородку и обзавелся молокососами. И сейчас это недоразумение стояло на пороге комнаты с лицом, не предвещающим их путешествую ничего хорошего. - Ну? – сказала Лань Нин. – Чего надобно? - Кхэ, кхэ… Гхэм… Тётушка, понимаете. Тут такое дело… Вы же помните моих племянников? – Смотря куда-то в пол, сказал Цижэнь. - Ты про Ланя большого и Ланя маленького? – непринуждённого спросила тётя. Как будто о родственниках можно забыть. - Больш..? А, да! Так вот, понимаете, тётушка, я еду на собрание кланов в Безночный Город… И… Я помню, что…. Старуха Нин уже начинала терять терпение и гневно постукивала веером по подлокотнику. - Ну? - Я помню, что вы завтра уезжаете за ребенком…. Так вот, не могли бы взять и моих племянников с собой! – заканчивая предложение скороговоркой, он как фокусник откуда-то из-за пазухи вытащил двоих детей и поставил перед собой, в надежде, что при детях на него орать не будут и согласятся их взять. И не прогадал. По крайней мере, он так сначала решил. На минуту в комнате воцарилась тишина, после чего в Лань Цижэня с криками полетели подушки, подсвечники, пузыри и всё, что попадалось под руки. Старик Тао успел только вовремя подхватить детей и выйти из зоны поражения от греха подальше. - Ты что, бородой думаешь?! Что я с ними делать буду? Ты хоть понимаешь, куда мы едем? В богом забытые города, трущобы! Они дети богатого клана, ты об их психике подумал? Детей и правда было жаль. Их мать, к которой их пускали раз в месяц, умерла полгода назад. Точнее, так всем сказали. Она рассталась с собственной жизнью полгода назад, не выдержав собственной клетки и оставив детей одних. Сложно было судить, хорошая после этого была эта женщина или нет, но в таких условиях любой сошел бы с ума. А детей с рождения пихали то к одним родственникам, то к другим, порицая поведение отца, поливая грязью мать и внушая им, что они наследники и должны с пелёнок вести себя соответственно. Да что говорить, им даже погоревать не дали! Дети, из которых пытались сделать взрослых от момента рождения, чтоб искоренить все возможные пороки. Ужас! И так детства нет, ещё и тащить за тридевять земель показывать нищету? Они ругались еще около получаса и продолжили бы забрызгивать друг друга слюной, пока в комнату не зашел Лань Тао и не сказал: - Они поедут с нами, - и вышел. Когда старик Тао что-то решал, протестовать было бесполезно даже Лань Нин. Понимая, что дети, скорее всего, слышали все пререкания, целительница со вздохом поднялась с кровати и потащилась в соседнюю комнату втирать детям, что их не хотели брать только потому, что место, куда они едут, небезопасно, а не потому что они ей не нравятся. А то зная детскую психологию… Можно наломать дров. На том и порешили.