Лучшая причина не быть вместе

Гарри и Рон без сил тащились со стадиона. Нехотя вникая в задания мадам Трюк поначалу, они так втянулись в восстановление поля для квиддича после, что загоняли всех вокруг. Даже девчонок, что пришли на помощь после обеда. Обошлось без разборок, чему были удивлены все. Слизеринцы не задирались, выполняя данные им указания, особенно старались девочки, что вообще не укладывалось в головах гриффиндорцев. — Гарри, я правильно развешиваю цвета? — к Поттеру подлетела раскрасневшаяся от свежего воздуха Астория Гринграсс. Она смотрела на него глазами очень странного цвета. Их тоже можно было назвать зелёными. Но они не были изумрудными, как у самого Гарри. А скорее тягучими, мутными, как болото, которое медленно и мучительно затягивает. Гарри тряхнул головой. Что она там спросила? — Что, прости? — Я спросила, я правильно развешиваю разноцветные ткани, флаги? — девушка махнула рукой в сторону трибун. — А да, все нормально — улыбнулся золотой мальчик, поправив очки — Здесь нет особого порядка, это просто полотна с логотипами Британской лиги квиддича. — Да, я знаю — улыбнулась самой искренней улыбкой девушка — Моя любимая команда «Стоунхейвенские Сороки». — Правда? Интересный выбор. — Они почти никогда не проигрывают — вскинула подбородок Астория. «Забавная» — мелькнуло в голове Поттера. — Тогда вам лучше с Роном не спорить на эту тему — рассмеялся Гарри. Он знал, каким друг был фанатом «Пушек Педдл». — Мне с ним и не интересно разговаривать. Я с тобой хочу — так по-детски наивно ответила чистокровная волшебница. — Тогда Малфой тебя проклянет и отлучит от дома — попытался пошутить Поттер. — Он мне никто! И вообще, мне никто не указ! С кем хочу, с тем и дружу — гордо заявила Гринграсс, и надула щеки. Кого-то она Гарри напоминала — Конечно, если ты не против общаться со мной, а то я ведь знаю, как ты относишься к слизеринцам, да и друзей у тебя хватает — уже тихо произнесла девчонка, покусывая губы. — Эй, я нормально отношусь к факультету Слизерин, и мне приятно будет называть тебя своим другом. — Правда? — девушка просияла — Тогда до вечера, я буду ждать тебя у входа в кухню. — В кухню? — удивился Гарри. Он даже не заметил, как его пригласили почти что на свидание, сбив с толку странным выбором места встречи. — Я к эльфам вечером всегда прихожу, а они мне пирожные дают — тихо проговорила Астория — Потому что Дафна мне их не разрешает есть. Ну все, до встречи. «Никто ей не указ» — рассмеялся про себя Поттер, и полетел к Рону, который уже полчаса не отрывал взгляд от одной точки, забыв про свои обязанности. — За кем ведёшь наблюдение? — спросил Гарри. — Да так — неопределенно дёрнул плечами Рон. Гарри проследил за его взглядом. На трибуне Гриффиндора сидела Джинни, выводя круги пальцем по скамейке, а рядом распинался Блейз, что-то доказывая ей. Вдруг Гарри осознал, что не чувствует ревности глядя на эту сцену. Нет, они ничего такого и не делали, чтобы ревновать. Просто разговаривали. Если не считать что это Гриффиндор и Слизерин просто разговаривают. И что это Джинни, когда-то его Джинни и дружок Малфоя, хотя сам по себе он вроде безобидный субъект. А Рон уже начал грызть ногти в нетерпении. Плохой знак. — Рон не начинай — А я что, я ничего. — Ну я же вижу, что ты наготове, уже хочешь палочку достать и кастрировать этого слизняка. Мадам Трюк здесь, она тебя ещё и главным по соблюдению порядка поставила, помнишь? — старался отвлечь друга Гарри. — Все я помню, Невилла она назначила, я ничего и не делаю. Тем более они уже расходятся, ладно, пусть живут. С ней я вечером поговорю. — Да ладно тебе, Рон, ну она ведь просто разговаривала, да и не маленькая она уже. — В том и дело. Она уже не маленькая. Ни с какими мажорами со Слизерина она не будет сидеть и мило улыбаться. Если бы на его месте был ты, другой разговор. Тебе я больше чем себе верю. А всем этим выродкам пожирателей… — Рон перевел дыхание — Я вижу, что у вас не ладится, но с другой стороны, ты ей ничего не обещал и ничем не обидел, только поэтому ты еще жив — подытожил Рон. — Фух, ну спасибо — рассмеялся Гарри — А то уж я волноваться начал. — А что младшая Гринграсс от тебя хотела? — Сказала, что хочет дружить со мной — Рон недоверчиво посмотрел на друга. — А ты что? Малфоя ведь инфаркт хватит. — Нет, хорек изменился, да и помолвку-то он сам разорвал. И он, вроде как, на собаку на сене не похож. Сейчас, по крайней мере. Но я не отказал Астории — просто ответил Гарри. Рыжий пожал плечами и они стали собирать остальных. Погода испортилась, пора отправляться в замок.

***

Минерва Макгонагалл сидела в своем, теперь уже своем кабинете, часы показывали 11 вечера. Грейнджер и Малфой всё ещё не вернулись, она уже отправляла эльфов проверить. Тревожное чувство начало расти. «Может Аберфорт «упёрся рогом», а Гермиона не сдается, уговаривает. Сильная девочка, амбициозная. Но почему мне тогда так неспокойно?». — Минерва, ты думаешь он согласится? — с портрета говорил Альбус Дамблдор — Не знаю Альбус, я ведь пыталась поговорить. Но он не может нас простить, и как, право, ребенок, таким глупым способом мне мстит. — Минерва, не кори себя, мы ведь оба знаем, ты меня не выбирала. Это он сам себе придумал. — Ты думаешь, я ему не пыталась объяснить?! Да я порог его дома годами обивала, прощения вымаливала, а он заладил, как старая пластинка «ты выбрала его». — Он ведь любил тебя, и я думаю всё ещё любит. Он ведь так и не женился, и ни с кем никогда не заводил отношения, насколько мне известно. — Я ему ничего не обещала, даже малейшего повода не давала думать, что я к нему что-то испытываю — глаза старой волшебницы вспыхнули — Я устала жить с этим грузом, хотя ни в чем не виновата. — Ты права, права, я ведь знаю как никто — примирительно ответил портрет — Если с Гермионой что-то случится, я себе никогда не прощу. — Вот видишь, дорогая, а когда-то ты меня подкалывала, что я сильно привязался к мальчику-который -выжил — хитро улыбнулся волшебник. — Это другое — отмахнулась директриса — За все время преподавания она единственная, к кому я испытываю нечто, похожее на материнскую любовь. А у тебя за столько лет, сколько было любимых учеников? Не счесть… Ответа не последовало. Старик на портрете уснул. Минерва отправила в паб своего патронуса. Через минуту в окно кабинета ворвалась серебряная коза — Они покинули паб около восьми вечера. Я не знаю где они. Минерва Макгонагалл даже за время войны не чувствовала такого страха. Она тяжело опустилась в кресло. Что делать?! На территории школы! не прошло и полгода, а на территории Хогвартса опять похищения. Отголоски войны не дадут ей жить спокойно на этом свете. В районе груди резко кольнуло.

***

Гарри чувствовал себя шкодливым второкурсником. Он шел под мантией невидимкой в сторону кухни, где эльфы каждый день тоннами варили завтраки обеды и ужины. Он до конца ещё не понимал, зачем он вообще согласился на эту авантюру. Он расстался с Джинни, потому что ему было ее жалко, он не хотел обрекать ее на жизнь с собой неврастеником. И вообще, ему не нужны были какие-то отношения. Гарри не знал, чего он хочет от этой встречи на кухне эльфов. Друзей у него куча. Так зачем он поперся к этой смазливой девчонке? А если подумать? Может ему и не хватало человека, который не участвовал в войне, не видел смертей, не убивал сам. Да, ее отец сидит в изоляторе при Азкабане, и возможно, сядет. Но насколько он знал, Гринграсс был холодным расчётливым Пожирателем, который особо не заляпался в преступлениях, умело прикрывая свою задницу. Что не помешало ему выгодно продать своих дочек богатеньким женихам. Поэтому особо ни Дафна, ни тем более Астория, не переживали по поводу отца. Золотоволосая девчонка была живая, с цельной душой, с огромной жаждой к жизни. Ему нужен был такой друг. Друг? Мысли путались, а ноги несли вперёд. Дверь в кухню была приоткрытой, Гарри занырнул туда. Пришлось пригнуться, эта каморка предназначалась для домовиков. Внутри уже сидела Астория, набивая рот пирожными, рядом суетился старый эльф, наливая госпоже зелёный жасминовый чай — Ешьте, маленькая миледи, вы такая худая, вам много надо есть, Варди принесет ещё, Варди любит кормить. — Я не маленькая! Мне уже 16, почти, что ты в самом деле?! — вспылила аристократка. "Надо же, чистокровная, выросла в семье таких же снобов как Малфои, а такая живая, с эмоциями, ничего поддельного, никакой надменной маски. Или может, ещё все впереди, несколько лет и будет такая же холодная кукла, как и ее сестрица" — думал Гарри, смотря на девушку, которая так вкусно уплетала эклеры с заварным кремом. — Гарри, ты пришел! — помахал она, а эльфы мгновенно поклонились. — Привет, привет всем. О, ну пожалуйста, прекратите кланяться — начал раздражаться золотой мальчик, его безумно бесило поклонение его персоне.— Мистер Поттер, какое почтение — продолжали причитать эльфы — Чаю, сок? Что хочет великий Гарри Поттер? Варди все принесет. — Я буду такой же чай, как у мисс Гринграсс, спасибо большое — вздохнул Гарри. — Я думала, ты не приедешь, начала расстраиваться и съела все сливочные эклеры, прости — с раскаянием произнесла девушка — Но тут ещё есть вкусные тыквенные и миндальные пирожные, а ещё есть шоколадные лягушки — тараторила Астория, а Гарри спокойно смотрел в ее глаза, болотного цвета, и понимал, как его туда затягивает. — Да, спасибо — он ответил невпопад. — Что «да, спасибо»? — рассмеялась волшебница. — Да, спасибо, я буду все — весело ответил Гарри. Они ели и болтали около двух часов. Гарри понимал, что поглотил годовую норму сладкого, но заражаясь аппетитом своей собеседницы, не мог остановиться. — А как ты потом незаметно обратно уходишь? — спросил Гарри, глядя на часы - двенадцатый час ночи. — Никак — удивлённо ответила девушка — Варди трансгрессирует в мою комнату. Так просто?! Гарри даже не нашелся что ответить. Он знал, что аппарация на территории школы запрещена, но также знал, что на домовиков блокирующие чары не действуют. — А ты как пришел? — Астория поняла, что есть какой-то способ, кроме эльфов, видя растерянность парня. — Ну, у меня есть одна интересная вещь, и с помощью нее я хожу где хочу, и она не раз мне спасала жизнь — как-то завуалированно ответил Гарри. — А может, сегодня ты меня проводишь до гостиной, и покажешь эту вещь? — заговорчески и смущаясь спросила Астория. — Да, конечно, отличная идея. Они вышли из кухни и Гарри достал подарок своего отца. — Ух ты! Мантия-невидимка!!! Ой, у тебя голова одна торчит — залилась смехом Астория. — Тшшш…залазь ко мне, пошли, поздно уже — улыбнулся Гарри. Он настолько привык к мантии, что забывал, какой эффект она производит на людей, впервые видящих ее. — Немного неудобно так идти, но зато безопасно. — Чего неудобного, очень даже удобно — невысокая худенькая Астория нырнула под руку парня, и без стеснения придвинулась поближе. Гарри ничего не оставалось, как опустить свою руку на плечи девушки. Он ощущал странное чувство, как будто получил то, что не должен был, но очень этому рад. — Пришли — озвучила очевидное Астория — Спасибо, я так рада, что ты не отверг меня. А ведь мог, я же дочь Пожирателя смерти, и вообще, трусиха, когда надо было бороться за добро как вы, я отсиживалась во Франции, нет, конечно, я не сама туда уехала, меня мама отослала, но все равно, я бы могла …. — она не успела договорить. Поток слов девушки остановил теплый поцелуй. Боги, как она о нем мечтала, как каждую ночь ей снился этот странный мальчик, с изумрудными, чистыми глазами, и вот он целует ее. Невзирая на предрассудки. «Да если он мне сейчас скажет объявить во всеуслышание, что я отрекаюсь от своей семейки аристократов, и позовет жить с ним в захолустной квартирке, я соглашусь не задумываясь» — мысли прервала прохлада, которую девушка ощутила, когда поняла, что поцелуй прервался, и резко открыла глаза. Рядом никого уже не было, он тихо ушел под мантией невидимкой. Астория готова была разреветься от счастья и обречённости одновременно. Он ведь больше к ней не подойдёт — правильный и благородный от макушки до пят. Решит, что она слишком юна. Она назвала пароль и поплелась в комнату. Гарри почти бежал по коридору. Что на него нашло он не понимал. Одновременно ругал себя и был рад, что поддался порыву. Это было интересное чувство. Не такое, как когда он целовал Гермиону — здесь было что-то сложное и глубокое, чему не было объяснения, несомненно дорогое и важное, но запутанное. Не такое, как при поцелуе с Джинни. Там была явная страсть, похоть, желание и благодарность за преданность. С Асторией он чувствовал лёгкость и нежность, как будто крылья выросли. «Ой Гарри, рассуждаешь, как в мыльных операх, ну пощупай на спине, не проклюнулись перья?» — язвил над собой Поттер, как вдруг услышал голоса и шум по коридору справа. Поттер повернул за угол — Кингсли Бруствер, Артур Уизли и ещё один мракоборец спешили за Макгонагалл в кабинет. «Сама судьба меня сюда толкнула, я не зря здесь оказался» — подумал Гарри. Он привык доверять своей интуиции, а уж совать нос не в свои дела, которые потом оказались и его, он привык. Поэтому он шмыгнул вместе с шествующими в кабинет. «Представление начинается — подумал Гарри — И когда я стал таким циничным?». Он встал в углу, чтобы видеть и слышать всех, не замечая, как на него смотрит поверх очков-половинок Дамблдор со своего портрета. — Мисс Макгонагалл, как так получилось, что мисс Грейнджер и мистер Малфой отправились одни в Хогсмид? — Кингсли был в ярости, но сдерживал себя. — Я отправила их к Аберфорту. Ситуация с Запретным лесом все сложнее. Рубеус Хагрид, наш лесничий. — Я знаю, кто он — рявкнул Министр Магии. Макгонагалл ещё на тон стала бледнее. — Так вот, он на днях видел, как ночью кентавры обследовали территорию Хогвартса. Они впервые за десятки лет позволили выйти себе за установленные границы. — Насколько я знаю — начал Уизли — Дамблдор заключил с ними перемирие ещё лет пятьдесят назад, и условия устраивали всех. — Вот именно, мы не знаем, что это были за условия, и каким образом Альбус сдерживал их — раздраженным тоном ответила директриса. Гарри посмотрел на портрет Альбуса Дамблдора, но там никого не оказалось. Такие же мысли посетили и самого Кингсли, он бросил взгляд на стену. — Почему портрет пуст? — Откуда я знаю, это всего лишь картина, он ничем уже не может нам помочь — старалась говорить как можно убедительнее старая волшебница. — Вернёмся «к нашим баранам» — привлек внимание Артур — Вы думаете, что это кентавры забрали детей? — Зачем им это? Они, конечно, людей ненавидят, но на такое не пошли бы никогда, да и никакой опасности для них Грейнджер и Малфой не представляли — ответила волшебница, держа в трясущихся руках стакан воды. — А если они узнали, зачем их послали к Аберфорту? И вообще, Минерва, что за идиотская идея отправлять учеников для уговора этого чурбана? — Бруствер мерил кабинет шагами. — Напомню тебе, Кингсли, что эти ученики, помогли одолеть самое темное и могущественное зло, которое существовало в магическом мире. По крайней, Гермиона. И напомнить тебе, кто отказал мне в помощи уговорить Дамблдора забрать эти чёртовы документы из Гринготтса?! — Макгонагалл закипала — Ты ведь посчитал это малозначимым делом?! — Министерство сейчас отлавливает оставшихся пожирателей и обеспечивает охрану магического мира — менее враждебно ответил министр. — И где ваша хваленая защита? Дети пропали! — Макгонагалл тяжело села в кресло, ее лицо перешло от серого к зелёному оттенку. — Успокоительное! — закричал Артур Уизли — И мадам Помфри позови, Роджерс, ты слышал? Мракоборец выскочил из кабинета. — Артур, сейчас мы отправимся в Хогсмид, вызови подкрепление, пусть пришлют ещё человек десять, я сам поговорю с Аберфортом, и ещё, Минерва — обратился он к волшебнице, которая понемногу приходила в чувства, держась за сердце — Нам нужен Хагрид, думаю мы сегодня посетим Запретный Лес. — Да, он у себя в хижине, я отправлю ему патронуса, чтобы ждал вас в Хогсмиде — с трудом отвечала Минерва. — Может в Мунго? — уже мягко спросил Бруствер. Он понимал, что в ситуации виновата не одна Макгонагалл. — Нет, все хорошо, Поппи справится. Уизли, Бруствер и уже вернувшийся Роджерс, покинули кабинет директрисы, оставляя ее на попечение подоспевшей целительницы школы. Поттер отправился в гостиную, будить Рона. В его голове, как молот по наковальне стучали слова, что Грейнджер пропала. Его била мелкая дрожь. «Мерлин, почему именно она?» Гарри был бледен, как снег, он уже мысленно убивал похитителя, он не сомневался, что найдет его. «Гермиона, только оставайся живой, пожалуйста, если ты погибнешь, и моей жизни придет конец». Он взывал ко всем богам, чтобы снова помогли ему, вернули его Гермиону. — Рон — Гарри ударил подушкой друга — Рон, вставай! — Гарри, ты блядь, что совсем?! — рыжий тер плечо — Что ты орёшь, опять надрался? — Собирайся, Гермиону похитили, и хорька вместе с ней. Рон подскочил, как ошпаренный. Он лихорадочно пытался привести в порядок мысли, которые сбились в кучу. — Голыми руками задушу, сукиного сына! Это все он и его дружки, все успокоиться не могут. — Я не думаю, что это Малфой — возразил Гарри — Белобрысый случайно оказался там, он просто ее сопровождал. — Да где там-то?! — нервничал рыжий, он уже натянул куртку и искал палочку. — В Хогсмиде. Короче, по дороге расскажу, министр уже там. Друзья вылетели из гостиной даже не тревожась, что их заметят. Подтверждая утверждение «дуракам везёт», они не встретили никого на своем пути, даже кошку Филча. Рона обуревали эмоции: страх за подругу, обида за то, что с ней отправили этого богатенького выродка, а не их. И вина. Больше всего давило отчаяние, что война не закончилась, зло вообще никогда не исчезнет и будет ковыряться своими грязными щупальцами в их жизнях. — Гарри, если Гермиона останется жива, когда все это закончится, я клянусь, что стану нормальным, брошу все эти попойки и девок, и первая, кто в меня влюбится по-настоящему, станет моей женой. Если бы мы не вели себя как идиоты, нас бы отправили с ней, а не слизняка, и она была бы в порядке — Рон нес сумасбродный текст от страха, но не мог молчать. — Ты прав, мы во всем виноваты. И мы это исправим. Гермиона жива, это даже не обсуждается — серьезно ответил Поттер, глаза блеснули — Я вижу огни, мракоборцы идут в лес, идем. — Что будем делать, просто следить? — Нет, мы найдем Флоренца, помнишь его? — Ну конечно, он что-то типа Добби, только среди кентавров — нервно заулыбался Рон. — Ага — кивнул Гарри — Я думаю, он нам не откажет в информации. Нам нужно как можно быстрее выудить любые сведения, я особо не надеюсь на министерских. — Зря ты так, Бруствер ведь там знаешь, не как все эти чинуши, он настоящий мужик. — В нем я не сомневаюсь, но один он не сможет опросить всех. — А где Флоренца искать, ты знаешь? — Есть одно место, проверим.