Лучшая причина не быть вместе

Сегодня он выглядел экстравагантно. Похититель явился в обличие молодого манерного парня, который ставит моду превыше всего. Этакий волшебник-метросексуал. У него были фиолетово-серые волосы, кольцо в одном ухе, несуразный цветной камзол, зелёные штаны и сапоги из драконьей кожи. На пальцах красовались огромные перстни с яркими камнями. Говорил он немного с акцентом, скорее всего, французским. Грейнджер была права, он усовершенствовал зелье. Или тот, кто ему его продает. — Здравствуй, милый друг — он приторно улыбнулся — Ты выполнил задание, нашел воспоминания, о которых шла речь в прошлый раз? Драко нехотя кивнул головой, складывая руки на груди. Этот идиот думает, они не догадываются, что перед ними один и тот же человек. Что ж. — Где же наша дорогая Гермиона, почему она не встречает гостя — «цветной камзол» сказал это нарочно громко, чтобы девушка услышала. Гермиона сразу вышла из комнаты. Драко заметил, что ее глаза немного покраснели, а руки заметно дрожали. Однако, только она увидела незваного гостя, то чуть не рассмеялась. — Проходи, дорогая, присаживайся — похититель указал на привычное место, напротив Драко — Приступим — проговорил мужчина и начал копаться в голове Драко, предварительно связав своих заложников. Малфой старался выдать то, что от него требовалось. Но, он не понимал, что же ищет этот псих. Воспоминаний, где Драко и Лорд наедине — по пальцам пересчитать. Однако увидев кадры прошлого, «цветной камзол был явно доволен». — Вот видишь, а ты лишний раз нарывался на круцио! Можешь, когда хочешь. Малфой недоуменно уставился на Грейнджер, чуть покачав головой, мол, я не знаю, что он увидел, что важного нашел в отрывках воспоминаний. — Теперь, для полной ясности, и подтверждения своих догадок мне нужен Поттер, собственной персоной — преступник мерзко улыбнулся — А с тобой, я в принципе закончил, может убить тебя? — ненормальный засмеялся, а Гермиона стала белее мела. Она не моргая смотрела на Малфоя, как будто видит его последний раз. Он лишь надменно ухмылялся, свысока разглядывая своего мучителя. — Кишка тонка, убить Малфоя. Тебя живьём сожрут голодные собаки на моей псарне, если ты вздумаешь навредить мне — Драко еле сдержался, чтобы не плюнуть в морду самодовольному ублюдку. Грейнджер тяжело вздохнула. «Он снова за свое. Как можно злить того, кто только что сказал, что убьет тебя?! Засунь свою гордыню в задницу, и пожалуйста, молчи, Малфой, молчи!!!». Видя разгневанное лицо похитителя, Грейнджер приготовилась к худшему и даже закрыла глаза. Она ни за что не переживет его смерть. Пусть в страшных обидах Гермиона сыпала проклятиями и иногда желала чтоб Малфой сдох, но это все неправда. Она неистово молилась про себя, чтобы свершилось чудо, как тогда в финальной битве. Гермиона увидела мертвого Гарри и сама умерла, ее сердце остановилось, только ноги держали тело. А потом забилось снова, когда Гарри спрыгнул с рук Хагрида. Вот и сейчас, пусть случится такое же чудо, и их спасут. — Авада …. — только и успел произнести похититель, наставив палочку на Драко. Гермиона сильнее зажмурилась от страха. Она не переживет его смерть, это однозначно. Его труп будет последним шагом к повреждению ее мозга. Но в это время раздался какой-то громкий звук, похожий на звон бьющегося стекла, ругань мужских голосов. Ведьма потихоньку открыла глаза, но комната была полна черного дыма. Она слышала чьи-то крики, скрип и треск мебели, как кто-то выламывает дверь. Когда туман немного рассеялся, она решила, что все же сошла с ума. Перед ней стояли Гарри и Рон. А потом она провалилась в темноту.

***

Днём ранее. Гарри и Рон вышли из камина в кабинете директора, но на удивление он был пуст. Это было странно, Макгонагалл всегда ждала их по прибытию из Министерства Магии. Однако, сетуя на феерическое везение, друзья быстро смылись из кабинета. Они бегом бежали в башню Гриффиндора. Теперь им оставалось только ждать. Вечером все решится. Если у Нарциссы Малфой все получится, они будут знать, где искать Гермиону. Парни ввалились в свою комнату и решили, что им не помешает выспаться. Слишком напряжёнными были последние сутки. Когда Гарри почти заснул, к ним в комнату зашла Джинни. — Привет — шепотом сказала она, хотя это было не обязательно, Рон всегда спал, как убитый. — Привет — Гарри виновато улыбнулся. Он совсем забыл о Джинни, а ведь она не меньше их переживала за Гермиону, и ждала новостей. Почему он всегда о ней забывал, что за болван?! — Как там расследование? Что в министерстве говорят? — спросила девушка, присаживаясь на край кровати.— Новости, есть да — Гарри охотно все пересказал Джинни, утаил только о части, где участвовала Нарцисса Малфой. — И вам завтра нужно будет снова незаметно уйти? — недовольно спросила Джинни, ее конечно же они с собой не возьмут. — Да, нам нужно ещё кое-что проверить — Гарри не стал ей рассказывать, что они если и пойдут, то уже точно по адресу, где прячут Гермиону. — Нужна моя помощь? — понимающе спросила рыжеволосая девушка. — Это было бы просто замечательно. Если ты знаешь, как нас отмазать перед директором, на день, а может и на сутки. Но если мы не вернёмся на следующий день, тогда расскажешь все Макгонагалл — парень в порыве сжал руку Джинни. Она положила свою руку сверху. Переубеждать его не было смысла. Плавали, знаем. — Гарри, я хотела кое о чем поговорить — несмело начала девушка — У нас ведь ничего нет больше? — с надеждой спросила она. Только было непонятно, с надеждой на «да» или на «нет». — Джинни, я, я не знаю. Я не могу однозначно сказать, что я не люблю тебя. Это будет ложью. Слишком многое нас связывает. Но и сказать «я люблю тебя» тоже не могу. Это тоже неправда. Единственное, что я знаю точно, ты моя семья. Ближе Рона, Гермионы и тебя у меня нет никого. Вообще никого. Ты же знаешь — о недавнем поцелуе с младшей Гринграсс Гарри осмотрительно промолчал. Да он и сам не понимал, что у них происходит с Асторией, некогда было разбираться. И посвящать в это бывшую девушку было бы совсем нечестно. — Я поняла тебя. Тогда я не чувствую себя ни в чем виноватой — как-то облегчённо улыбнулась девушка — Спи, я подумаю, как вас прикрыть. Гарри непонимающе посмотрел в спину уходящей Уизли. Что значили ее слова? Однако, сон давил на него многотонным весом, что парень забылся, едва коснулся подушки. Джинни не спеша шла по коридору. На душе было тоскливо и одновременно свободно. Она навсегда оставила мысли о Гарри Поттере. Как бы не было больно, но любовь ушла. По крайней мере, с его стороны, это было видно, да и сердце не обманешь. Слишком много выпало испытаний на их головы. Ничьей вины здесь нет. Они оба были искалечены войной, оба слишком много знали о боли, что таилась внутри. Каждая их встреча наедине обязательно заканчивалась неприятными и грустными воспоминаниями о прошедших днях, погибших родственниках и друзьях. Они не могли залечить раны друг друга. Поэтому Джинни приняла одно единственное и правильное решение и шагнула навстречу личному счастью с другим. Теодор Нотт, скрытный слизеринец со стальным характером, который действует в своих интересах, не ущемляя чужих. Да, он не герой Гриффиндора, как Гарри, или Рон, или Невилл. Зато он четко знает, чего хочет от жизни. И сейчас он хотел Джинни Уизли, которой грезил курса с пятого. А может и раньше. Джинни поначалу растерялась от его напора. А потом сдалась и не пожалела. Такого восхищения она никогда не видела в глазах Гарри, когда он смотрел на нее. А Теодор не мог ею налюбоваться, надышаться, ему всегда было ее мало. И Джинни поклялась себе, что полюбит Тео, во что бы то ни стало. Тогда в выручай-комнате они проговорили всю ночь. Он рассказывал ей про свое детство, родителей, про отца, которого презирал. Про то, как никогда не понимал и не принимал идеи Волдеморта. Как только разговор коснулся войны Джинни приложила свой указательный палец к его губам. — Нет. Война закончилась. И мы больше не будем о ней вспоминать. Он взял ее руку и нежно поцеловал. А потом поцеловал по-настоящему, страстно и умоляюще. Спустя секунды он серьезно посмотрел на нее, а потом сделал то, от чего Джинни до сих пор глупо хихикает и качает головой. Тео опустился на одно колено и спросил — Джинерва Молли Уизли, ты станешь моей женой? — он улыбался во все тридцать два зуба. — Это шутка? — спросила шепотом Джинни. — Ты прекрасно знаешь, что в чистокровных семьях таким не шутят — серьезно ответил он. — Тогда я должна подумать. Как полагается — также серьезно ответила она. Он поцеловал ее, а затем поднял на руки и начал кружить. Она смеялась и махала ногами, как последняя малолетняя девица, у которой вместо своего мнения и мозгов статьи из женских журналов. Но ей было все равно, а ему тем более. Он обожал ее смех. Да всю ее обожал. И вот сейчас Джинни шла навстречу с Ноттом, чтобы огласить ему свой приговор. Хотя и недели не прошло. Но она почему-то чувствовала, знала, хотела ответить Тео сейчас. Возможно, так она старалась заглушить свою боль. Клин клином, как говорится. Он скорее всего ждёт ее в Большом Зале. И хотя они договорились не раскрывать свои отношения при посторонних, это не мешало им ловить присутствие друг друга, даже на расстоянии. Они незаметно переглядывались, улыбались, и даже вели мысленные диалоги, каждый за своим столом. Однако, сегодня Тео в зале не было. Джинни расстроилась. Она быстро съела свой ужин и отправилась на поиски слизеринца. Правда, понятия не имела, где он может быть. Разве что выручай-комнату проверить. Джинни по-хозяйски прошла во внутрь, мысленно пожелав оказаться в солнечном маленьком саду, где все вокруг зелено и поют птицы. Но желание не сбылось. Значит она оказалась права, Тео здесь. Потому что Джинни оказалась в комнате, подобной его гостиной дома, в поместье Ноттов. Он сам рассказывал. Тео сидел за книгами, и что-то увлеченно писал. — Привет, я не нашла тебя за ужином, почему не пришел? — Джинни была рада видеть Нотта в здравии. Она только сейчас призналась себе, что ужасно распереживалась, боялась, что с ним что-то произошло. — Привет — он широко улыбнулся — Да тут срочные документы, семейные, заполнить надо. Я же теперь глава дома, отец-то сама помнишь где — он махнул на кипу пергамента на столе — Что случилось, раз ты меня искала? — Нет, просто увидеть захотела. Ну и сказать ещё кое-что — она смущённо улыбнулась — В общем, я согласна. — Ты согласна? — непонимающе переспросил Нотт — Согласна….ааа…что, ты серьезно?! Я рад, я очень рад. Я буду лучшим мужем, клянусь тебе — Нотт растерянно улыбался, но глаза были серьезными, он проверял, не шутит ли Джинни. Ведь он понимал на что идёт. Их родители не одобрят союз Ноттов и Уизли. На своих ему было глубоко плевать, а вот отношения Джинни и ее многочисленной родни его волновало. Она не сможет отказаться от них ради Тео. Он трезво оценивал всю ситуацию, он не Гарри Поттер. Поэтому, нужно во чтобы то ни стало наладить хорошие отношения с окружением рыжеволосой девушки. Да если надо будет, он начнет с Поттером дружить и ее братом, самым ярым ненавистником Слизерина. — У меня есть к тебе просьба — смущаясь начала Джинни, после жарких объятий и поцелуев, теперь уже жениха.— Все что угодно — ответил Нотт, отходя от радостного шока. — Мне нужно прикрыть моего брата и Гарри — Джинни смотрела в пол — В общем, я тебе расскажу сейчас все, но это очень большая тайна, касается она, кстати, и Малфоя. — Малфоя? Драко в Малфой-мэноре, у него что-то с мамой вроде — уверенно ответил парень. — Нет. Он не дома. Обещаешь помочь? Поклянись, что не выдашь меня, и…и Гарри и с Роном. — Да о чем разговор, я что, похож на того, кто много болтает — усмехнулся Тео. — Ну да, тебя-то уж точно болтуном не назовешь. Ладно, слушай. Джинни все рассказала Нотту. Она понимала, что завтра парни отправятся на весь день в очередное «увеселительное приключение», спасать Гермиону. Отговаривать их было бесполезно, ее угрозы рассказать все Макгонагалл на них бы не подействовали. А выдать планы, чтобы их держали взаперти, это все равно, что если бы она встала на сторону Волдеморта. Поэтому она решила из всех зол выбрать меньшее. Тео был умным парнем и с холодной головой. Им нужно было придумать надежное прикрытие. — Мне нужно завтра будет в Гринготтс. Как хозяину поместья, ну и всего немногочисленного богатства Ноттов, я обязан явиться на встречу, под присмотром работников министерства. Ты знаешь, нас не выпускают по одному — Нотт закатил глаза — Что если мы подделаем вызов из банка и для Поттера? А Уизли попросится непременно с ним, потому как они хуже, чем какие-нибудь лучшие подружки-сплетницы с Пуффендуя, всегда вместе, и об этом все знают — сыронизировал Тео. — Ты же сам говоришь, будет сопровождение из Министерства — пропуская колкость мимо ушей, ответила Джинни. — Но сотруднику Министерства не обязательно знать, что с нами идут Поттер и Уизли, эта информация нужна только Макгонагалл. Им нужно успеть прийти заранее к ней и предупредить, что их тоже вызвали. Про меня она уже знает. Самое сложное, не допустить сопровождающего к старухе, ну или хотя бы помешать их долгому разговору. — Да это чушь какая-то — дернула плечами Джинни — Макгонагалл непременно попытается их проводить, тем более! камин-то только в ее кабинете, оттуда вы отправитесь в банк. — Вот поэтому ее нужно выманить из кабинета. Я с сопровождающим должен встретиться с ней в коридоре, у кабинета. Естественно, мы будем страшно опаздывать, это я организую. В это время Поттер и Уизли должны будут спрятаться, пока мы не отправимся в банк, затем они входят в камин. Но перед этим они обязательно должны встретиться с Макгонагалл и рассказать, что они ждут нас и тоже идут в Гринготтс. — Я не тупая, я поняла — начала заводиться Джинни — Гарри и Рон останутся в кабинете, якобы дожидаясь вас с работником Министерства, сами идут куда хотят. А мне как ее заставить покинуть кабинет? Все это шито белыми нитками — нервно прошипела Джинни. — Белыми нитками? Что это значит? — спросил Нотт. — Да Гермиона так говорит всегда — улыбнулась Джинни – Это магловское выражение, значит, что дело очень плохо спланировано, или пытаются что-то неумело скрыть. — Понятно — Тео тоже улыбнулся — Ну, давай придумывать, чем ты будешь шокировать дражайшего декана факультета Гриффиндор. Джинни была уверена, что их выходка обречена на провал. Но времени придумать что-то более изощрённое не было. Была ни была.

***

Минерва МакГонагалл не помнила, когда нормально высыпалась, ее расшатанные нервы и слабое сердце за последнюю неделю были на пределе. Мадам Помфри уже не на шутку рассорилась с директрисой, глядя на ее плачевное состояние. Ещё немного, и Минерва загремит в Мунго на месяцы лечения. Однако, сейчас старая волшебница никак не могла оставить школу, даже чтобы отлежаться в больничном крыле Поппи. Сегодня она ждала решения министра по их делу о Запретном Лесе. Что бы не решил Кингсли, она от своего слова не отступится, не возьмёт на себя такие сложные обязанности. Макгонагалл чувствовала себя крайне виноватой. Впервые она обозвала себя последней трусихой, недостойной занимать место директора Хогвартса, раз рискует жизнями детей, ради чистоты своей совести. Но ничего не могла с собой поделать. Поэтому твердо решила — если встанет вопрос ребром, она покинет занимаемую должность. Бруствер по обычаю явился ранним утром. Он вообще спит? Его семье, должно быть, приходится совсем тяжело. Они ведь месяцами не видят главу семейства. Но выглядел он бодрым и пребывал в приподнятом настроении. — Приветствую, мисс Макгонагалл — Бруствер прошел к стулу напротив стола директора. — Здравствуй, Кингсли, есть новости? — Минерва в первую очередь спросила о поисках Грейнджер и Малфоя. — Пока только знаем возможного похитителя и примерное местоположение нашей парочки пропавших. Но ничего определенного. — Парочки? — Макгонагалл весело хмыкнула — Ну да, ну да. Что собираетесь предпринять? — Об этом чуть позже. Меня вот что волнует. Гарри и Рон слишком тихо себя ведут, на них это не похоже. Попрошу тебя внимательнее за ними присмотреть. — О чем Вы, министр — обиженно поджала губы директор — Они постоянно в школе, только иногда с Вашего же разрешения, наведываются в Министерство. — Да я так, на всякий случай — Бруствер решил быстрее сменить тему — Я подумал о нашем прошлом разговоре. — Послушай, Бруствер — перебила его волшебница — Я все обдумала, но я решила, что покину пост директора если нужно. Прости за мою трусость — женщина сникла и сразу как-то постарела на десяток лет. — Это крайняя мера и пока, думаю, она не понадобится — чернокожий мужчина немного помолчал — Я нашел кандидата на должность….кхм…посредника между странами, того, кто будет выполнять обязательства по договору. — И кто же это? — поспешно спросила Макгонагалл и тут же поняла свою оплошность. — Ты же знаешь, я не могу этого сказать — устало улыбнулся Кингсли. — Да да, конечно. Прости. Но ведь я посвящена в тайну. Что же делать? — Не ты первая, не ты последняя в такой ситуации. Я уже говорил, ты просто забудешь, что написано в этих документах. — Хорошо. Спасибо, Кингсли. — Пока не за что, будем надеяться мой кандидат не подведёт. Ну что ж, пока я прощаюсь. — Всего доброго. А да, чуть не забыла — Макгонагалл устало потерла лоб — От вас сегодня придёт работник, сопровождать Теодора Нотта, в Гринготтс? — Да, он прибудет через час, примерно. Свезло пареньку-то, а? — хмыкнул министр — И поместье и наследство, в семнадцать-то лет. И метки Пожирателя избежал, везучий. — Ох, никому бы я не пожелала оказаться в шкуре таких, как Нотт или Малфой. Они предатели со всех сторон, а ведь совсем ещё мальчишки. Как бы наше теперешнее общество не вырастило из них монстров. — Минерва, ты как всегда — покачал головой Кингсли — Эти волчата глотки любому перегрызут, и ни одна капля крови не упадет на их дорогие рубашки, уж поверь. Ну, до встречи. Попрощавшись с Бруствером на такой странной ноте, Макгонагалл собиралась в Большой Зал, на завтрак. Она уже пару дней не виделась с коллегами, лишь читала отчёты о проделанной работе. И чувствовала себя отвратительно. Ее снедала совесть. Главный человек в школе, и так халатно относится к восстановлению Хогвартса. Но хотя бы здесь ее ждали хорошие новости — в ноябре все проблемы безопасности будут решены. По крайней мере, все защитные чары вокруг школы и ее территории полностью восстановятся. А с внутренними придется ещё повозиться. Например, с лестницами меняющими движение — их часто стало заклинивать, они либо останавливались одним концом в воздухе, либо крутились без остановки. Портреты, охраняющие коридоры и комнаты, иногда не могли попасть в свои рамки. В туалетах и ванной старост от сгустков энергии иногда откручивались краны или вовсе взрывало трубы. Но все это мелочи, по сравнению с тем объемом работ, что уже удалось выполнить. Особенно Макгонагалл была благодарна профессору из Дурмстранга. Угрюмый, высокий, черноволосый мужчина превосходно находил прорехи в магическом поле. А ещё в одиночку очистил подвалы от низших темных магических существ. Иногда, Макгонагалл даже вздрагивали, когда смотрела на него. Он отдаленно напоминал ей Снейпа. Только был приятнее лицом, и моложе. Его звали Константин Злотев. Вообще, он начинал свое обучение в Колдовстворце, а потом отец перевез его в Болгарию. Там была какая-то темная история. Его мать умерла при странных обстоятельствах, но подробностей не удалось разузнать. Минерва Макгонагалл специально собирала информацию об этом преподавателе. Уж очень ей нужен был такой профессор в Хогвартсе. Ещё в конце лета, волшебница, если можно так сказать, положила глаз на Константина, с профессиональной точки зрения. Он прекрасно подошёл бы на роль преподавателя по ЗоТИ. Хотя в Дурмстранге он зельевар, но всем известно — что Болгары, что Русские темной магией владеют в совершенстве. Но чем бы переманить его в Хогвартс, волшебница не имела представления. И все предшествующие недели, до нынешних событий, ломала над этим голову. А время безжалостно поджимало, ещё немного и все приглашенные маги разъедутся. Погруженная в собственные мысли, Макгонагалл заметила вошедших в кабинет только сейчас. Как обычно, Поттер и Уизли. Но почему без стука? И вообще, сколько они уже здесь стоят? — Поттер, Уизли? Утро доброе — строго произнесла Макгонагалл. — Доброе, директор, мы стучались, но никто не отвечал, хотя мы точно знали, что вы здесь. Мы встретили министра по пути к вам — объяснил ситуацию Гарри. — Ох, да, что-то я рассеяна. Так чем обязана, в Министерство вам не нужно, раз вы встретили Кингсли? — Да, но мне пришло уведомление, что мне нужно сегодня обязательно отправиться в Гринготтс, работник из Министерства будет нас сопровождать — парень дрожащей рукой подал конверт. Вчера вечером их огорошила Джинни своим планом. Она рассказала им все до мельчайших подробностей, и вручила поддельное уведомление из банка на имя Гарри. Парни не могли поверить, что дело и правда может выгореть, но все их варианты побега были безнадежны. Джинни вскользь упомянула, что ей пришлось просить помощи у ее хорошего друга. Друзья, мягко говоря, удивились, что за таинственный друг, но с этим решили разобраться позже. Времени катастрофически не хватало. Макгонагалл бегло пробежалась по строчкам. В любой другой день она бы почувствовала подвох, но чересчур напряжённая неделя «замылила глаз» проницательной волшебницы. Тем более, вчера она видела такое же уведомление, которое принес ей Теодор Нотт. Поэтому посчитала разумным, что сразу двух студентов вызвали в банк, раз уж случились проблемы с их счетами. Хотя, это были и не проблемы, а формальности: поставить подпись, проверить суммы, распорядиться о дальнейших действиях. Гоблины недаром считались лучшими экономистами в мире. Приглашая на подобные мероприятия богатых молодых людей, они навязывали им разные услуги, естественно платные, либо подсовывали им акции и прочие инвесторские программы, тем самым отхватывая и себе солидный кусок с процентов. А после выходки Золотого Трио с похищением дракона и взломом сейфа Лестрейндж, безопасность в Гринготтс имела фантастический размах. Хотя, Поттер, Уизли и Грейнджер этого ещё не проверяли. — Но я вижу здесь лишь имя мистера Поттера, что здесь делаете вы, мистер Уизли — посмотрела поверх очков женщина. — Директор, у меня есть просьба. Вы же знаете, после победы нам выделили достаточно крупную сумму денег. Но я до сих пор ещё не подписал нужные документы, чтобы перевести их на более выгодный счёт. Они просто лежат мертвым грузом, а я бы хотел чтобы галеоны работали, и приносили прибыль. И раз уж нас сопровождают, так можно и я с Гарри заодно? Слушая Рона, Гарри едва не рассмеялся. Рон заботится о прибыли? Да он даже не следит сколько тратит денег. Он был крайне добродушным и щедрым парнем. Этого даже не мог испортить тот факт, что Рон стал богатейшим из рода Уизли. После полученных денег он отгрохал великолепный ремонт в Норе, стараясь хоть как-то порадовать мать. Он вложился в бизнес Фреда и Джорджа, стал компаньоном, за что получал зарплату, но никогда не забирал ее. Он дарил Гермионе и Джинни дорогущие подарки, наравне с Гарри, у которого ещё от родителей оставалось огромное наследство. И хотя денег, выделенных магическим сообществом хватит ещё на безбедную жизнь детям Рона, (если тратиться в разумных пределах), назвать младшего мужчину рода Уизли бизнесменом было нельзя. Но тому, с каким серьезным лицом сейчас говорил Рон о деньгах, можно было аплодировать. — Особенно вот эта ваша последняя фраза «с Гарри заодно» мне не нравится — недовольно проворчала Макгонагалл — Ну да ладно, сейчас подойдут мистер Нотт и аврор, дождемся их здесь. Гарри замер и уставился на письмо-уведомление, которое он подсунул Макгонагалл. Его осенило. Вот значит, что за «хороший друг» у Джинни. Она ведь сказала, что аврор пойдет сопровождать слизеринца, но не вдавалась в подробности, откуда знает, как выглядит документ, чтобы его подделать. Только Нотт мог ей показать его. Сквозь мысли до Гарри донёсся крик и шум в коридоре. Волшебница резко встала из-за стола и ринулась в коридор, Гарри и Рон переглянулись. Пока все идёт по плану. В коридоре разразилась великолепная драма. Пэнси Паркинсон и Джинни Уизли стояли друг напротив друга с палочками в руках. Обе метали взглядом молнии. По своей доброжелательности сейчас они походили больше на русалок с Турнира Трёх Волшебников. Вокруг собралась толпа с других факультетов. В это время к кабинету директора спешил Теодор Нотт с высоким худым мужчиной в форме аврора. Директор быстро поздоровалась с ними, но не успела сказать и слова, как на голове Джинни Уизли начали расти рога, а Пэнси Паркинсон лысеть. — Что, в конце концов, здесь происходит? — вокруг все мгновенно стихло, ещё никогда профессор трансфигурации не кричала так грозно. — Простите, директор — аврор вежливо кашлянул — Из-за мистера Нотта мы очень опаздываем, нам бы поскорее отправиться в банк — мужчину совсем не прельщало таскаться с отпрыском Пожирателя смерти весь день, если они пропустят сейчас назначенное время для встречи с гоблинами. — Да, да, конечно, проходите в мой кабинет, там камин. Мистер Поттер и мистер Уизли вас уже ждут — бросила уходящая Макгонагалл. Если сейчас же не отправить девушек в больничное крыло, последствия могут быть ужасными. Они уже не первокурсницы, а значит заклинания бросали незаурядные и жестокие. — Зачем они нас ждут? — спросил аврор, но директриса уже скрылась в толпе. Когда Нотт и сопровождавший Сноу вошли в кабинет директора, он был пуст. На радость всем зачинщикам этого ненадёжного плана, Сноу не стал разбираться в словах престарелой женщины, торопясь побыстрее избавиться от унизительной обязанности няньки для студента Хогвартса, и они шагнули в камин.

***

Нарцисса Малфой стояла у окна в бывшем кабинете мужа. Теперь все состояние Малфоев, включая поместье, недвижимость за границей, которая пока ещё под арестом Министерства, и деньги в Гринготтс принадлежало Драко. Ее любимый мальчик в столь юном возрасте взвалит на себя такой груз. Может, кто-нибудь бы сейчас рассмеялся белокурой аристократке в лицо — получить миллионы золотых галеонов в закромах, и безбедно, да что там, с шиком (!) прожигать жизнь, ни о чем не заботясь, это называется «взвалить такую ответственность»?! Но Нарцисса знала своего сына. Теперь, когда он захочет полностью освободиться от тени своего отца, и показать чего стоит Драко Малфой без всесильной руки папочки, их семью ждут большие потрясения. Она даже не знала, к чему готовиться, что же выкинет ее гордый, но чересчур самоуверенный сын. Но у него был стержень, была воля, а главное смелость. И сейчас она молилась об одном, чтобы этот чертов Гарри-удачливый-Поттер вернул ей сына. Нашел его целым и невредимым. Несколько часов назад, когда она передала адрес с домовым эльфом, она выпила сразу два бутылька с успокоительным зельем. Так делать было нельзя, но Нарцисса боялась наломать дров: вызвать министерских или попытаться сбежать из Малфой-мэнора. Все эти варианты поставили бы дело под угрозу. В то же время, доверить спасение единственного сына двум, по сути, мальчишкам, крайне безрассудно. И от этих мыслей голова миссис Малфой пухла. Ко всем прочим переживанием, обряд поиска с использованием родовой магии требовал уйму магических сил и крови. Ее голубой, аристократической кровушки, обязательно из вены, а не из пальца. Эти Малфои уже на протяжении нескольких веков были выдающимися садистами и извращенцами. Она даже улыбнулась своим мыслям «эти Малфои». Ведь она уже сама наполовину сгнила, врастая в стены серого поместья, ложась в постель с ненавистным Люциусом, принимая бразды правления хозяйки Малфой-мэнора. Ее кольцо быстро нашло своего близнеца. Адрес на карте магловского Лондона еле вспыхнул, но этой секунды Нарциссе хватило. Она быстро схватила перо и пергамент. «Район Лондона «Чизик». Олд-стрит 221». Вместе с запиской она передала и свой перстень. Она не знала зачем, но почему-то решила сделать это. Теперь же Нарциссу посетила другая ужасная мысль. Ее прошибло холодным потом. А если Драко что-то задумал? Он не убийца, но и не святой. Вдруг он во что-то ввязался, и это он замешан в похищении Грейнджер? Или кто-то же решил его подставить, а она собственными руками выдала местонахождение сына?! И все же хорошо, что Поттер и Уизли такие самонадеянные, и вдвоем ввязались в эту авантюру по розыску. Если они первые найдут Драко, то успеют во всем разобраться, и если Драко ни при чем, они заступятся за него. Женщина внутри плескалась ядовитым огнем. Ее ребенок в опасности, а она абсолютно бессильна. Ни власти, ни влияния. Что ни говори, а был бы Люциус на прежнем положении, все Министерство магии перевернул бы. Не за сына конечно, а за то, что кто-то посмел угрожать Малфоям. Но как же ей вернуть былое положение? Нарцисса бы сейчас многое отдала чтобы вновь попасть в высшие круги и иметь там голос. Она не представляла, как этого добиться, да ещё и в заключении, но страстно желала. Миссис Малфой застонала, голова начала жутко болеть. Она опустилась в кожаное мягкое кресло и позвала эльфа — Принеси мне обезболивающее и сонное зелье. — Но госпожа уже выпила сегодня много зелья — бедный эльф низко поклонился и виновато смотрел на женщину. — Я что, не ясно выразилась? Живо — Нарцисса постаралась выглядеть сурово, но это ей плохо удавалось. Через десять минут она забылась глубоким сном, действие которого закончится через час-два. Она специально выбрала дозировку, ведь Нарцисса могла понадобиться сыну. Ведь он уже сегодня будет дома?

***

Гарри и Рон, как только получили записку от миссис Малфой перешли к действиям. Они знали, что их аппарацию сразу же заметят в министерстве. Сообщения между волшебным и магловском миром теперь жёстко контролировали. Но пока они вычислят, кто пробрался и куда именно, пройдет около часа. Может двух, если сильно повезет. А им этого времени хватит — либо спасти подругу, либо умереть. Собираясь с духом, парни посмотрели друг на друга. Это была очередная безбашенная выходка, которая угрожала их жизням. Они прекрасно понимали, что они вдвоем против неизвестности. И все же, слишком дорогой был приз в этой игре — их любимая третья часть одного целого. Их Гермиона. — Ну что, как обычно, без плана, на месте разберемся? — спросил Рон. — Да уж, только вот нет с нами той, что всегда разбиралась. Но другого выхода нет. Что бы не случилось, спасай Гермиону в первую очередь — серьезно сказал Гарри. — И ты — ответил Рон. — И я — кивнул Гарри. Гарри взял за плечо Рона и мысленно представил место, где находились Гермиона и Малфой. Гарри однажды бывал в бывшей рыбацкой деревушке, где теперь находился район Чизик. Главное потом быстро найти улицу и адрес. Когда они трансгрессировали от перемещения Рона, как обычно, вырвало. После того случая, когда его расщепило, он плохо переносил аппарацию. Добравшись до Олд-стрит и не найдя нужный номер дома между 219 и 223 они поняли, что пришли правильно. Однако, как пройти дальше оставалось непонятно. — Я знаю пару заклинаний, но не думаю, что изощрённый преступник так просто спрятал дом — сказал Гарри. Он ужасно злился, Гермиона находилась в нескольких метрах от него, а он не знал что делать. — А что если он использовал Фианто Дури? Может просто используем контрзаклятие? — Слишком просто — ответил Гарри — Но других вариантов нет. Финита Инкантатем Фианто Дури! — из палочки вылился ярко фиолетовый луч и перед глазами возник светящийся купол, под которым находился дом 221. В куполе начали появляться дыры, но силы Гарри были на исходе, тогда Рон направил свою палочку и вскоре небольшой коттедж вырос перед ними, как по волшебству. Парни ринулись к двери. Гарри рванул бомбардой и они вбежали в дом. Рона пронзила боль — вся левая рука была в крови, порез был глубоким. Но времени разбираться не было. Перед ними стоял какой-то разодетый павлин приставив к горлу хорька палочку со словами «авада…». Дожидаться окончания фразы Гарри не стал. Он хотел оглушить похитителя, но тот вытащил портключ — доля секунды и оглушающее заклинание из палочки Поттера вылетело в пустоту. Гарри кинулся к Грейнджер. Однако, она была без сознания. — Рон, проверь наверху! — крикнул Гарри, освобождая Гермиону, а затем Драко от связывающих заклинаний. — Там никого нет, он один приходил — спокойно ответил Малфой, растирая затёкшие руки. — Спасибо, что хотя бы сейчас сказал, когда я уже проверил — едко отозвался Рон. — Рон, что с тобой, у тебя кровь капает с руки — Гарри держал на руках Гермиону, пытаясь привести ее в чувства. — Давай я осмотрю — Малфой подошёл к Уизли. — Я лучше без руки останусь — шагнул назад Уизли. — Рон, прекрати, у тебя уже губы синие — Гарри начал беситься. Гермиона не приходила в себя, с Рона ручьем бежала кровь, Малфой, как обычно, делал вид, что все происходящее к нему не имеет никакого отношения. — Заклятья на ней никакого, кроме связывающего, нет. Это она от переизбытка радости по случаю вашего визита бухнулась в обморок — в своей манере протянул Малфой, параллельно перетягивая плечо рыжего. Там зияла глубокая рана, вывернувшая куски мяса наружу. — Эй, повежливее — морщился от боли Рон — Мы, вообще-то, твою тощую задницу спасли от авады, если ты не заметил. — Прости, Уизли, но сына в твою честь называть не буду. Но вырезать медаль из пергамента могу — съязвил Малфой — Но, вообще, спасибо, я уж попрощался мысленно со всеми — губы Драко сложились в подобие улыбки. — Гарри, ты слышал? Малфой сказал СПАСИБО!!! — Тебе все равно никто не поверит — отозвался Гарри. Он нежно прижимал Гермиону к себе, целуя ее в лоб. Она что-то бессвязно бормотал приходя в себя. Малфой осознал, что внутри клокочет ярость. Он даже не отдавал себе отчёт, что явилось причиной, пока снова не взглянул на Поттера и Грейнджер. Слизеринец постарался себе дать мысленную пощёчину и одуматься. То, что она сейчас в объятиях Поттера — это норма, а то, что она была под тобой несколько часов назад — это из параллельного мира, а не наоборот. Отвлечься от мыслей позволил разумный вопрос Уизли. — А что это за павлин вас пытал? Это, блять, что за чудо вообще? Он что, в бабкином сундуке себе наряд выбирал? — Рон по-идиотски заржал. — Смылся, предусмотрительно. Порт-ключ быстрее, чем трансгрессия — смотря в распахнутую дверь сказал Драко. К дому направлялись несколько человек — Рон, я тебе всегда говорила — твой смех неповторим — слабо проговорила Гермиона, улыбаясь. — Герм! Мать твою, как я рад тебя видеть — парень упал рядом с ней на диван, сжимая в медвежьих объятьях, она уткнулась ему в шею. Родной запах хвойного леса и мускуса ударил в нос. Она готова была расплакаться от радости, но наткнулась на ледяной взгляд слизеринца. В них она прочитала презрение, отвращение, насмешку и глубокую печаль. Они смотрели друг на друга секунд пять, но казалось вечность. Вот и все. Он больше никогда не обнимет ее, не поговорит. Не отчитает за ужасный чай и не рассмешит язвительной шуткой. Они возвращаются в их стабильную жизнь, где оба ненавидят друг друга. Малфой состроил презрительно-надменную рожу и проговорил — Поттер, там наверное по вашу душу, министерские шавки — Малфой качнул в сторону двери, трое мужчин уже входили в дом. — Мистер Поттер, мистер Малфой, мистер Уизли, мисс Грейнджер, все в порядке? — голос мужчины был низкий и успокаивающий. — Конечно, нас просто похитили, меня чуть не убили, рыжему почти оторвало руку, а так всё отлично — саркастично отозвался Малфой. — Да, все хорошо, Рону требуется помощь. Откуда вы узнали, что мы здесь? Хотя глупый вопрос — ответил Поттер. — Давайте мы переберемся в Министерство, там нас уже ждут, и мистеру Уизли будет оказана помощь. Там обо всём поговорим. — Что с похитителем? — спросила Гермиона. Она всё ещё не могла поверить, что их освободили. Ведьма чувствовала облегчение, усталость, и где-то глубоко внутри лютую тоску. — Он пойман. Обо всем позже — ответил другой аврор, с резким, островатым лицом, похожим на собаку, взявшую след. Парни и девушка переглянулись. Все обстоит куда лучше, чем они думали.