Лучшая причина не быть вместе

Близилось рождество. Как и говорила Макгонагалл, к декабрю Хогвартс наполнился учениками. Теперь в коридорах, как и раньше, стояло бесконечное жужжание детских голосов, недовольное ворчание портретов и привидений, но на самом деле все были несказанно счастливы. Атмосфера нового года окутывала каждого. Елки, гирлянды, пряные запахи всех приводили в приятное волнение и оживление. Всех, кроме трёх человек в огромном замке чародейства и волшебства. Гермиона настолько погрузилась в свою стеклянную колбу переживаний, что проснувшись однажды утром удивилась, обнаружив наряженную ёлку в комнате. — Это что? — спросила она Джинни, протирая глаза. — Герм, это ель. Дерево такое, знаешь — сострила девушка — Ты что, серьезно? Она три дня здесь стоит — сказала рыжеволосая, увидя недоуменный взгляд подруги. — Обалдеть — прошептала Гермиона. Пора завязывать так жить. Сегодня Гермиона Грейнджер вернётся. Первым делом она помирится с Вэйном. Кто-кто, а парень не заслуживал холодного отношения с ее стороны. Ведь после того, как Гермиона отказала ему, они стали мало общаться, а затем приключилась вся эта история с «таким неожиданным» предательством Малфоя, что она и вовсе перестала видеться с ним. Гриффиндорка чаще сидела в своей гостиной в окружении Гарри, Рона и иногда Джинни. Или в библиотеке. Из близких ее никто не трогал без особой нужды, давая тем самым ей время пережить свою боль. Теперь же она очнулась ото сна. Она впервые почувствовала вкус еды. Ей правда понравилась шутка Симуса за завтраком, и она с удовольствием отправилась в Хогсмид с Хопкинсом. Они договорились, что будут только друзьями, но не развеивали слухи о том, что они пара. Гермионе было так удобно. Иначе Джинни примется искать подруге нового жениха. А Вэйну вообще все равно, что и кто там говорит. Вот бы Малфою было тоже все равно в свое время. В сторону стола Слизерина Гермиона не смотрела – это было конкретное табу. К тому же, она знала, что хорек теперь часто отлучается со своей невестой в Малфой-мэнор. Причем, поговаривали, что после рождественских каникул Данбар сдаст все экзамены экстерном и больше не вернётся в Хогвартс. Естественно, все сразу начали таскать сплетни о том, что она не хочет показывать свой живот, ведь скорее всего, она беременна. Но вчера Джинни рассказала ей кое-что странное. — У Данбар проблемы со здоровьем. Нотт сегодня получил вести из дома. Их целитель ездил в Малфой-мэнор. — Что, Малфои сами не в состоянии обслужить драгоценную невестушку — цинично, что было неожиданно даже для самой себя, спросила Гермиона. — У этих аристократов... у всех есть свои лекари. Они собирали что-то типа консилиума. Видимо, совсем дела плохи — Джинни не просто решила перетрясти грязные вещи бывшего лучшей подруги. Она думала, тем самым поддержать Гермиону. Вдруг ей поможет, узнай она, что не все так гладко в чистокровном гнезде Малфой-Данбар. — Если что-то с ребенком, то мне жаль. Как бы там ни было, она не заслуживает этого. Никто не заслуживает иметь нездорового ребенка, или однажды потерять его — грустно ответила Гермиона. Она вдруг поняла, что сопереживает Драко. Господи, как глупо. Это дико, необъяснимо, она ненавидит себя за это и всё равно жалеет Драко. Ей больно от мысли, что он сейчас оказался в сложной ситуации. — Ты права, но... – Джинни слегка приглушила голос – вдруг случится, допустим, выкидыш, и тогда он не женится на ней? Что будешь делать? — ведьма понимала, что ее вопрос звучит отвратительно, но не могла не спросить. — Что ты несёшь, Джин! Он женится на ней не только из-за ребенка. Это он сам сказал, он хотел ее вернуть. Я была так, временным пристанищем. И я даже не хочу думать о том, что Фэй может потерять ребенка. Это уже все равно ничего не изменит — это были страшные мысли, но Гермиона и думала об этом. Что если Данбар не беременна? Допустим, она обманула Драко. Или да, вариант, что случится несчастье. Малфой отменит помолвку. И что дальше? Гермиона очень много размышляла на эту тему. А что если? А вдруг? Может быть?.. Нет. Они больше никогда не будут вместе. Он ведь выбрал другую. Малфой не любит ее. Мерлин, но даже если и любит, то дата свадьбы назначена. Как бы там ни было, а Гермиона привыкла быть лучшей и первой, он не имел права пренебрегать ей. Да эгоистично, и скорее, похоже на слизеринские замашки. И тем не менее. Гермиона так часто повторяла это себе, что уже не боится. Ей придется жить с этой болью до конца своих дней. Но они больше не будут вместе. — Тогда может пора задуматься о своей личной жизни? — аккуратно завела свою любимую тему Джинни — Хватит жалеть себя. Встряхнись. Ты вроде с Вэйном помирилась? — Мы и не ссорились. Просто я поступила, как малолетняя избалованная дурёха и исчезла без объяснения. А он, как настоящий рыцарь, все понял и простил — Гермиона улыбнулась. Хопкинс и правда был настоящим мужчиной. Без претензий, истерик, лишних ультиматумов. Только было одно большое «но». Гермиона не любила его. И не будет пудрить мозги парню. — Так чего же ты тянешь? Вэйны на дороге не валяются. Я вообще удивлена, почему он все ещё свободен. — Ты точно знаешь, что свободен? — спросила Гермиона — А то я как-то постеснялась это спросить у него. — Конечно, уверена. Я следила за ним, знала, что ты скоро вспомнишь хорошего парня Вэйна — Джинни уверенно махнула головой, а Гермиона рассмеялась, потому что подруга напоминала ей опытную сводницу — Скоро бал в честь рождества, ему будет приятно, если ты сама его пригласишь — все наставляла Джинни. — Ты права — согласилась Гермиона. Но они уже договорились с Вэйном, что пойдут вместе, если он не найдет девушку. Просто расстраивать подругу не стала. — Ещё бы — улыбнулась Джинни. Она искренне надеялась, что кошмар под именем Малфой исчез из жизни лучшей подруги.

***

Тем временем, жизнь Малфоя медленно, но верно превращалась в ад. Фэй не просто так собиралась уйти из школы, и они все чаще покидали Хогвартс далеко не по радостным причинам. Все считали, что молодая пара готовится к свадьбе и лишь умилялись. На самом деле, Малфой и Данбар оказались в полной жопе безысходности. Нет, свадьба, конечно, будет. Если Фэй доживёт вообще.        Неделю назад целители выяснили — девушка не беременна. То, что магловский тест показал положительный результат, лишь подтвердило их диагноз*. У нее опухоль. Ужасную новость сообщили сначала Нарциссе, потому что сказать такое убийственное известие молодой, красивой, умной девушке было неприятно. Даже такому опытному врачу, как семейному лекарю Малфоев. — Но как такое могло произойти?! — впервые Авигдор Гитис видел миссис Малфой вышедшую из себя — Это ведь невозможно. Фэй чистокровная, у них на протяжении нескольких столетий не было даже полукровок! Маги ведь не подвержены таким серьезным магловским недугам? — Миссис Малфой, вы правы. Однако, за всю историю работы Святого Мунго встречались десять подобных случаев. К сожалению, выяснялось это уже после скоропалительной смерти юных ведьм. Поэтому мы не знаем, сможем ли мы вылечить невесту вашего сына, ведь наши врачи так и не смогли провести полноценные исследования. У нас нет зелий против этого. После Нарцисса сама рассказала обо всем Драко. И тактично начала намекать, что может, а ну ее, эту свадьбу? Но Драко показал свой характер во всей красе. Мало того, что сын объявил о помолвке только из-за ребенка, так теперь ещё собирается жениться на этой калеке, потому что якобы уже пообещал и ему было жалко несчастную девушку, на произвол судьбы Драко ее не оставит. И так далее по списку. На аргументы матери, что он испортит себе жизнь, он лишь закатывал глаза и уходил. Их недавний разговор закончился очередным скандалом. — Мама, ты себя слышишь?! Она не племенная лошадь. Если у нее есть проблемы со здоровьем, их надо решать, а не просто выбрасывать! — Драко никак не мог поверить, что такие мерзости говорит его родная мать. — Мы вылечим ее, сынок. Конечно же! Любые деньги, любые врачи. Но зачем жениться? Зачем ты портишь свое будущее? — Нарцисса искренне не понимала его. Естественно, они не бросят Данбар, иначе о ее сыне пойдут недопустимые слухи. Но зачем связывать себя узами брака? — Как ты себе это представляешь? Расторжена помолвка. Причина — мисс Данбар оказалась не беременна? Ты серьезно, мам?! А если кто-то прознает, что она ещё и больна, мы вообще никогда не отмоемся от этой грязи. В конце концов, мне ее просто жаль, по-человечески — устало произнес Малфой. — Но можно ведь перенести свадьбу? Пока мы точно не выясним, как вылечить ее — женщина не сдавалась. — Хорошо, думаю, перенести можно, тем более ей все хуже — Драко выпил ещё виски. Он так устал за эти дни. В это время Фэй лежала на своей роскошной кровати, в своей не менее роскошной комнате в Малфой-мэноре. Мерлин, как она обожала этот замок! Она чувствовала здесь себя в своей тарелке. Несмотря на ежедневную усталость, тошноту, недомогание, девушка наслаждалась жизнью здесь. Фэй восхищалась миссис Малфой, для нее теперь она была идеалом женщины. Как бы Фэй хотела походить на нее! Святая простота. А Драко так и вовсе для нее больше, чем Бог. Он ни разу ее не упрекнул, что вынужден жениться на ней. Не подавал виду, что ему неприятно делить с ней постель, он даже иногда обнимал ее и гладил, когда у девушки начинались приступы. Только Фэй всегда видела этот отсутствующий взгляд у Драко. Как будто его здесь нет. Тем временем, Нарцисса с семейным лекарем искали любые способы вылечить дорогую невестку, желательно без последствий в будущем. Ведь ей ещё рожать наследника рода, если Драко все же выполнит обещание. — Ну, что? Говори? — Нарцисса в нетерпении повысила голос на Гитиса, который мялся и все никак не мог озвучить свою мысль. — Наши специалисты из Мунго тесно сотрудничают с онкологами — Авигдор посмотрел на женщину, ожидая, как она отреагирует на это слово. — Это врачи, изучающие подобные опухоли? Магглы? — ровным тоном спросила миссис Малфой. — Да, совершенно верно. Магглы в этом вопросе продвинулись очень далеко. У них это называется рак. Раковые опухоли. Нужно срочно отправить мисс Данбар в больницу к магглам — целитель ждал реакции. Он прекрасно помнил, как в этой семье относились к грязнокровным, а уж тем более к простым людям... Однако, видя как молодой мистер Малфой переживает за свою невесту, Гитис надеялся на благоразумие Нарциссы. — Хорошо. Сначала расскажем обо всем Драко, а дальше подыщем лучшую больницу. Вы понимаете, деньги не имеют значения. В тот же вечер состоялся семейный совет. Фэй была сама не своя. Во-первых, давно стало понятно, что она не беременна, а серьезно больна. Это естественно пугало. Во-вторых, она ужасно боялась прослыть лгуньей, что заставила Малфоя жениться на себе из-за ребенка. Однако, Драко видел, как сами целители сначала думали, что Фэй и впрямь беременна. Только плод, вроде как, не здоровый, или даже мертвый. А теперь, когда всё выяснилось, девушка переживала, что Драко ее бросит. Но слизеринец был непоколебим, что называется. О разрыве помолвки не может быть и речи. И теперь она его любила во сто крат больше и на эту же величину чувствовала себя виноватой. Но Малфой строил из себя принципиального аристократа, что не бросает слов на ветер и выполняет обещания, по крайней мере, из уважения к себе. Вся ситуация была просто пронизана обреченностью. Каким бы ни был исход, в этой заварушке счастливых не будет. — Целители магглов помогут? — лишь спросил Драко, его лицо ничего не выражало. Он так привык не чувствовать вкуса жизни, что даже угроза смерти будущей жены лишь чуть-чуть шевельнула в нем что-то похожее на испуг. — Не знаю, мистер Малфой — ответил Авигдор — Но с уверенностью могу сказать, они превосходят магов в этом вопросе. — Ищите больницу, в ближайшие три дня вопрос должен быть решен — жёстко сказал Драко, резко встал и ушел. Нарцисса незаметно дернула губой, он сейчас ей напомнил Люциуса. Манера разговора, презрение, никаких эмоций. Упаси Мерлин. Драко брел по заснеженному скверу Малфой-мэнора. Проблем было столько, что он не знал, о какой первой думать, поэтому старался вообще не напрягать извилины. А в таких случаях в сознании неизменно всплывал образ Грейнджер. Эти воспоминания вызывали в нем тупую боль, да, уже не такую острую, как раньше. Он представлял, как она сейчас пыхтит в библиотеке, выписывая важные строки на пергаменте, либо гуляет со своими дружками, заливисто смеясь. Или отчитывает их за очередную тупость. Этот вариант слизеринцу нравился больше всего. Представлять ее в компании Хопкинса ему абсолютно не хотелось. Он как-то краем уха услышал, как Милисента жаловалась Дафне, что никак не может добиться расположения Вэйна. А тот ещё вдобавок помирился с Грейнджер, и теперь проводит всё свободное время с ней. Драко в тот вечер страшно напился, и провел ночь с Гленн. Фэй узнала об этом, но не стала закатывать истерик. При ее положении вообще рот открывать было нельзя. Но Малфою тогда стало ужасно стыдно и его тошнило от самого себя. С тех пор он зарекся изменять Данбар. В конце концов, он аристократ или уличный шалопай?       Близилось рождество. Драко надеялся, что прошлые новогодние праздники были худшими в его жизни, но оказалось, предстоящие каникулы будут ещё ужаснее. Ещё и потому, что он все же проявил слабость и сделал непоправимую глупость. Купил Грейнджер подарок. Это был маленький карманный радиоприемник, куда была встроена флешка, с той самой песней, под которую Гермиона впервые позвала танцевать Малфоя в домике. Сейчас он ненавидел себя за свой поступок и проклинал. Но их последний разговор не давал ему покоя. Боги, сколько боли было в ее глазах. Он прекрасно понимал, как сильно она его любит. Тогда ему казалось правильным, что он именно так себя с ней повел. Теперь же…а что теперь, он не знает, как бы поступил. Драко вообще ничего не знает. Только он отчётливо понял, что хочет, чтобы она знала или хотя бы смутно догадывалась — ему не все равно. Она — лучшая в его жизни, что он любит ее, чёртову заучку. И всегда будет любить. Тяжело вздохнув, Малфой отправился в замок, утешать будущую жену. Хоть он ее и не любил, и никогда не воспылает чувством, ему было ее безумно жаль. И он поднимет все связи и выложит горы галеонов, но найдет способ ее спасти.

***

Гермиона проснулась в прекрасном настроении. Завтра рождество и она отметит его с родителями. А сегодня у них посиделки в Норе. Правда, Гарри там присутствовать не будет, как бы его не упрашивал Рон и остальное семейство Уизли. Джинни лишь фыркнула, когда Гарри отказался от предложения брата. Тем более, рыжеволосая девушка намеревалась привести на ужин Нотта, так как рождество он уедет встречать с матерью. И тем не менее, Гермиона с радостью встретится со своей второй рыжей семейкой. А как она рада, что родители ей написали аж целых три письма, где просили приехать ее как можно раньше. Она так тоскует по ним. Девушка отправилась в душ. В голове крутилась старая попсовая песня «Wonderful life» — чудесная жизнь, где для счастья нужен только настоящий друг. Гермиона напевала ее, когда сушила голову полотенцем. И вдруг ее улыбка сползла с лица. Она вспомнила, как танцевала с Малфоем под эту песню. Мотивчик вмиг превратился в самый ненавистный. Как только девушка вошла в комнату, она увидела темно синюю коробочку на кровати и тут же пожалела, что открыла ее. Сердце пропустило удар. — Не может быть. Не может быть... — причитала Гермиона. Маленький магловский радиоприемник крутил эту долбанную песню про чудесную жизнь. «Он что, садист?! Почему он так издевается надо мной…» — вмиг глаза наполнились литрами слез, однако захлестнувшая ярость не позволила им пролиться. Гермиона с размаху швырнула приемник в стену, но хитрый хорек все предусмотрел. На подарок было наложено заклятие сохранности. Ведьма снова взяла в руки презент и нажала на кнопку. Музыка полилась из маленькой колонки, а девушка окунулась в воспоминания. И тут ее как громом ударило. Он ведь врал! Безбожно врал, смотря ей в глаза, когда говорил, что их отношения для него ничего не значат. Она ему небезразлична! Поверить в это ужасно сложно, но это так. Теперь Гермиона это чётко осознала. Даже если бы сейчас ей сам слизеринец (под угрозой смерти за обман) сказал, что не любит ее, она бы не поверила. Ему также дороги воспоминания о ней. Но что же произошло тогда? Почему он повел себя, как трус? Потому что он и есть трус. Самый. Настоящий. Трус. Но не подонок. От этого осознания сердце Грейнджер сжалось от боли. И она решила, что докопается до истины. Вот как только встретит его, сразу в лоб высыпит все вопросы. Спрятав надёжно минирадио, она спустилась к друзьям. Однако, кроме Джинни, в гостиной никого не было. — А где все — спросила Гермиона. — Гарри утащила Астория — ядовито сказала девушка, вспоминая эту парочку — А Рон не знаю, но в комнате его нет. — Я кажется, знаю, где он — улыбнулась Гермиона. Всю прошедшую неделю Рон искал подарок для Кристианны и теперь, наверное, решил отправить его. Он был уверен, что поразит ее, и поэтому ему не терпелось подарить. Подруги вошли в Большой Зал. Здесь было непривычно людно. Обычно, к рождеству многие уезжали домой, однако в этот раз наоборот, остались – прощаться так быстро с Хогвартсом не хотелось. А столы ломились от невообразимых вкусностей, что невольно у Гермионы заурчал живот. — Может ты начнёшь уже питаться нормально, в зеркало давно смотрелась? Худая, глаза на пол лица, губы бледные — отчитывала Джинни Гермиону. — Ты права, накладывай, с горкой — улыбнулась Гермиона. Рождественское оживление, видимо, повлияло и на девушку. Она даже забыла про неожиданный подарок. — А о чем это все так оживленно болтают? — обвела взглядом зал Грейнджер. Заметное число старшекурсниц громко разговаривали о чем-то чрезмерно важном. — Очередные сплетни таскают — уклончиво ответила Джин. — О чем? — Гермиона покосилась на подругу. Та уж точно была в курсе всех событий, всегда. — Малфой свадьбу перенес. На март — сказала Джинни, и внимательно посмотрела на Гермиону. Девушка перестала жевать и замерла. С утра подарок от слизеринца, свадьба перенесена… В душе начала появляться маааленькая такая надежда, которую Гермиона душила на корню, но ничего не получалось. — Гермиона — серьезно сказала подруга — Оставь это. Оставь его в прошлом. Посмотри, в кого ты превратилась. Он женится. В марте. Они просто перенесли дату. Смирись — она с силой сжала похолодевшую руку Гермионы. — Ты права. Во всем права. Проехали, ладно? — ведьма принялась толкать в себя салат, нервно пережевывая.

***

       Каникулы промчались незаметно. Гермиона старалась оставить все свои душевные проблемы и терзания в стенах школы, а у родителей расслабиться и насладиться их обществом. Они провели уютный рождественский вечер дома, только семьёй. Это был великолепный день. Такой праздничный и тихий, что Гермиона готова была умиляться и пускать слезу от любого события: традиционных рождественских фильмов, вкусного маминого печенья, от бурчания отца, который чинил новогоднюю гирлянду, хотя ее уже давно пора было выбросить. Единственное, что выбивалось из общей картины, так это отсутствие снега за окном. Или хотя бы прохлады. В Австралии в это время настоящее лето. В предпоследний домашний вечер отец Гермионы завел разговор, который обычно был под запретом на семейных застольях — о работе. Но Гермиона поняла, почему отец нарушил правило. — Я сегодня встретил Акселя Штанга**, помнишь? Мы дружили в институте — мистер Грейнджер обратился к жене — Так вот, ты же знаешь, его тётка, тоже в свое время была отправлена в Шармбатон — он хитро покосился на Гермиону, мысленно озвучивая их давнюю шутку, про то, что Гермиона не от мира сего — И к нему недавно обратилась одна странная семья. У их родственницы подозревают рак. Но речь не об этом. Он рассказал, как они смешно косили под магглов. — Роджер рассмеялся — Откуда же им было знать, что Аксель в курсе об их существовании — отец кивнул на дочь, а Гермиона закатила глаза. Ее в этом мире относят к миру магии, и наоборот. — Как же он их раскусил — улыбалась миссис Грейнджер. — По матери девушки, или она мать парня? Не помню. В общем, эта женщина с манерами королевы Англии и безупречной речью пришла в клинику в джинсах и футболке, с надписью Хэви-метал и какой-то рок-группы. — Ну и что, может она просто любит этот жанр музыки и предпочитает молодежно одеваться — пожала плечами Гермиона, представляя Макгонагалл в подобном наряде и тихо хихикнула. — Да, но дальше больше. Аксель специально задавал каверзные вопросы, когда они просто беседовали. Типа, самый любимый ресторан, а какой фильм из последних она посмотрела, и прочую ничего не значащую чепуху, в ответ на которую женщина несла ещё больший бред. Но Штанг не успокоился. Ему просто, как я понял, волшебница-то приглянулась — многозначительно поднял брови глава семейства, посмотрев на дочь и супругу, те одновременно заулыбались — И он попросил ее оставить свой е-mail. Благо ее родственница, в этот момент закончившая предварительное обследование, зашла в кабинет. Иначе, нашего дорого Акселя нашли бы всего в бородавках или под каким-нибудь, империо, я правильно сказал, Герми? — Роджер рассмеялся. — Правильно, папа, молодец — Гермиона улыбнулась. И тут ее вдруг ни с того ни с сего посетила странная мысль — А он не рассказывал, как выглядела эта женщина? — Что ты! Я не обсуждаю других женщин, такие темы не для меня, детка — мужчина картинно вытер салфеткой губы, поглядывая на жену. — Ой, дорогой, прекрати — рассмеялась Елена — Можешь не притворяться, рассказывай, вдруг это какие-нибудь знакомые нашей дочери? — Это вряд ли, мы ведь всё ещё в Австралии, не забывай. Думаешь, кто-то из магов Британии отправился за тридевять земель, чтобы получить консультацию здесь? — И все же — не отступала Гермиона. — Ну, она была худая, фигуристая — миссис Грейнджер шутливо прищурилась в сторону мужа — Блондинка, с голубыми глазами. В общем, абсолютно не в моем вкусе — подытожил Роджер под женский смех. А Гермиона сидела, как на иголках, изображая веселье. Неужели бывают такие совпадения? Драко и его мать здесь, в Австралии, лечат Данбар? При чем здесь папин знакомый? Он лучший онколог в мире людей, но...вот именно. Онколог. Любопытство брало верх. — А почему Аксель работает здесь? — спросила Елена. Она знала, что муж раньше часто переписывался со Штангом, потом связь оборвалась. Но совершенно случайно Роджер встретил Акселя у себя в стоматологическом центре. — Ему надоела Германия. Слишком драконьи законы в медицинской сфере. Несмотря на его признанный авторитет среди коллег на мировом уровне, он не мог вести свои разработки, опять же, из-за бюрократии. И его пригласили сюда, в онкоцентр, предложив шикарные условия. Он не раздумывая переехал — ответил мистер Грейнджер. Дальнейший разговор родителей Гермиона не слушала. Она погрузилась в свои мысли. Значит, Малфои полным составом сейчас здесь. Данбар проходит обследование. Так не бывает. Не бывает. Но как не пыталась Гермиона отделаться от желания сунуть нос в дела этого змеиного клубка, у нее не получалось. Поэтому на следующий день, под предлогом пробежаться по магазинам, она обязательно посетит клинику папиного знакомого. Что Гермиона хотела узнать, она не понимала. На следующее утро, ведьма оставив записку родителям, шмыгнула за дверь и отправилась по пустынной улице в больницу. Было странно и жутко идти по широким проспектам практически в одиночестве. В Австралии все жили так — ни суеты, ни торопливости, работать организации и магазины начинали не раньше девяти. Вот и ее родители ещё спали. К себе на работу они могли позволить приехать и к десяти. Девушка не знала, как раздобыть информацию. Но на всякий случай взяла с собой палочку. Парочка невинных заклинаний типа алохомора, или вингардиум левиосса Министерство Магии переживет. Но сначала она постарается выведать все сама. В холле девушку встретила милая администраторша. Она была из того типа людей, что без ума от своей работы и знают всё, что нужно рассказать клиенту: новому, постоянному, потенциальному. Пока Гермиона болтала с Ханной, к ним подошёл высокий, подтянутый светловолосый мужчина с прямым носом и серыми глазами. — Мистер Штанг, доброе утро — защебетала Ханна, а Гермиона посмотрела на мужчину. От него за версту веяло уверенностью и жизнелюбием. С такими людьми ничего не страшно. И выглядел он значительно моложе своего возраста. Повезло, должно быть, его жене. — Доброе, девушки — он мило улыбнулся обеим, задержав взгляд на Гермионе. — А вот, девушка, кстати, на консультацию. Мисс Грейнджер — продолжала администратор, а Гермиона только сейчас поняла, что сглупила. Нужно было сказать Ханне выдуманную фамилию. Черт. — Да ладно?! Малышка Герми? Рад видеть — он по отечески похлопал ведьму по плечу — Проходи в мой кабинет. Ханна, два кофе, пожалуйста. Кабинет лучшего онколога мира был лаконичен. Серо-голубые стены, встроенный огромный шкаф-купе с матовым стеклом, стеклянный стол, мягкий кожаный диван цвета слоновой кости, большое окно, с красивыми двухслойными рулонными шторами. На стенах около десяти дипломов, наверное самых важных, и небольшая навесная полка, со всякими слепками органов человека. — Так, с чем пожаловала? Ко мне с хорошими новостями обычно не приходят. Но давай сразу так, ты дочь моих друзей, так что сделаем обследование, проведем УЗИ, все в самые короткие сроки. Я лично за всем прослежу — сказал доктор Штанг, поправляя очки. — О, нет-нет. Со мной все хорошо — Гермиона комично помахала руками перед собой — Проблема у моей подруги. Но она живёт в Англии. Просто она знала, что я еду к родителям и вот попросила найти вас. Она в интернете читала о вашей клинике в Германии, и очень расстроилась, узнав, что вы переехали в Австралию. То, что вы оказались хорошими знакомыми с моим папой, стало простым совпадением, чему я очень рада — быстро проговорила Гермиона, гадая, знает ли он про то, кем она является. — Фух, ну и слава богу. Но это точно? А то как в фильмах показывают, знаешь, когда свою ситуацию озвучивают якобы со стороны друга или подруги — подозрительно посмотрел на нее доктор. — Нет, я правду говорю. Клянусь Мерлиновой бородой, пиксей мне за шиворот! — хотела пошутить Гермиона, и тут же осеклась. Несколько секунд Грейнджер и доктор Штанг мерили друг друга взглядом, а затем мужчина рассмеялся. — Расслабься, я знаю какими способностями ты обладаешь и где учишься — Гермиона выдохнула и улыбнулась — Так, рассказывай. Гермиона слепила небылицу, про подругу Жанин, что имеет опухоль, правда, доброкачественную, но волнуется, как скажется операция на ее репродуктивной функции, ведь опухоль задевает важные детородные органы. Аксель внимательно слушал, изредка задавая вопросы. А Гермиона плела и плела, всё что случайно читала по таким вопросам, или видела в фильмах. — Крайне редко после операции остаются осложнения. Я не могу говорить уверенно на все сто, но 75% дал бы, что всё у нее сложится отлично. — А можно просто из любопытства вопрос? — спросила Гермиона. — Конечно, я вообще люблю людей, которые интересуются наукой просто из любопытства — он улыбнулся. Штанг обожал беседовать с незаурядными личностями. Тем более, когда они обладают невероятным даром, как магия, например. Такой ему показалась и Гермиона. — Такие, как я — Гермиона смешно кивнула головой — И просто люди, по-разному переносят онкозаболевания? — Девушка чувствовала, что беседа подходит к концу, а она так ничего не выведала о Малфоях. Ну или хотя бы, что это вообще они. — Нет. Абсолютно одинаково. Я лично, правда, сталкивался лишь однажды с таким случаем. Тетя тогда ещё была жива, она попросила взять дело ее подруги волшебницы. Но потом мне стало интересно, и я занялся исследовательской работой на эту тему. Естественно, её никто не увидит, здесь — Штанг улыбнулся — Но потом, тётя помогла мне связаться с их целителями. Вот им-то мои рукописи и пригодились. Одно могу сказать точно – маги подвергаются онкологии крайне редко. Хотя, совсем недавно, ко мне обратилась молодая девушка, из ваших — Гермиона приготовилась слушать, стараясь не выдать свое волнение — Случай, конечно, запущенный, ведь она несколько месяцев терпела боли, и никак не лечилась. — И что с ней теперь будет? — сдавленно спросила Гермиона. — Да все хорошо с ней будет. Самое страшное, что может случиться с после операции — это бесплодие. Опухоль слишком большая, никто не даст ей других гарантий. Но она доброкачественная. Жить будет точно — Аксель был спокоен, он и не такое видел и не таких с того света вытаскивал. — Ну и прекрасно, здоровья ей — Гермиона улыбнулась, только эмоция вышла фальшивая. Девушка ужаснулась себе. Она что, расстроена, что не услышала, что Данбар умрет? Нет нет нет, только не это. Или быть может, пожалела Малфоя, что тот останется без наследника? Вот это вероятнее всего. Приплыли. Переживать за потомство хорька. Так держать, Грейнджер. Идиотка. — Да, тем более у нее свадьба скоро. Жених у нее, конечно, не подарок, но это не мое дело — рассмеялся доктор, пододвигая к Гермионе вазу с шоколадными конфетами — Не бойся, я ничего не расскажу Роджеру — Штанг подмигнул ей, а Гермиона улыбнулась. Отец бы схватился за сердце и за зубы, видя сколько шоколада в этой вазе. — А подруга пусть не затягивает, обращается к доктору. Судя по описанию, у нее не такой сложный случай. С этим справится любой более-менее приличный врач — подытожил Штанг. — Конечно, я всё передам. Спасибо вам огромное. Гермиона тепло попрощалась со Штангом и побрела по коридору. Интуиция не подвела. Это Малфой и его Данбар. Да какая интуиция, это дурацкое совпадение, не более. Какие глупые шутки у судьбы. В душе вдруг стало как-то не по себе. Девушка не могла найти причину этого глухого скулежа внутри и решила посидеть в кафе напротив клиники. Торопиться ей было некуда. Вещи собраны, мама с папой придут вечером. К тому же, звание героини войны давали ей некоторые привилегии, и она может аппарировать сразу к воротам Хогвартса, с министерством Макгонагалл этот вопрос уже утрясла. И всё-таки Гермиона обожала эту женщину. За все. Ведьма решила, что чуть позже, просто прогуляется по незнакомому городу. Вдруг, из ниоткуда появились знакомые силуэты. Ну конечно, а как иначе. Малфой, его мать и невеста возникли перед витриной кафе, именно там, где сидит Грейнджер. Что за наказание. Они что, преследуют ее?! Озираясь, компания направилась в клинику. Видимо, новая и никому неизвестная должность мамаши Малфоя давала им тоже некоторые послабления, как аппарация куда угодно. Драко придерживал Данбар за талию, когда они переходили дорогу. Гермиона неосознанно зло дернула плечом. И постаралась отвлечься на миссис Малфой. Та действительно выглядела комично – в этих драных джинсах, с высоким хвостом на голове и футболке оверсайз белого цвета, с какими-то надписями. Кто ее надоумил так вырядиться?! Допив свое кофе, Гермиона отправилась домой. Что ж, Данбар не беременна. Жить она будет. Свадьба тоже состоится. Рождественский подарок от Малфоя единственное, что никак не вписывалось в хорошо выстроенную картину в голове у Гермионы. Если он любит Грейнджер, зачем бы ему жениться? К чему такие сложности? К тому, отвечала сама себе девушка, что она для него идеальная пара. И чего уж теперь отменять свадьбу. Гермиона устало покачала головой. Скорее бы вернуться к друзьям и к учебе.