Лучшая причина не быть вместе

После каникул студенты погрузились с головой в учебу. Особенно выпускной курс. Особенно Гермиона Грейнджер. Она не вылазила из библиотеки, не вникала в другую школьную жизнь, где кипели страсти, любовь, разочарования. Она запретила Джинни впредь упоминать Малфоя, даже если это будут новости мирового масштаба. Даже если он загремит в Азкабан, или явится на собственную свадьбу в юбке. Грейнджер вычеркнула его из жизни.       Как-то вечером Гермиона брела из любимой читальни. Всю программу, что была дана им до конца года, она выучила. И теоретический курс, что предстоит ей пройти после Хогвартса, чтобы попасть в Отдел Магического Правопорядка тоже. А там и в Визенгамот. Грейнджер, почему-то, была совершенно уверена, что может и вправе решать будущее чужих судеб. Возможно, она когда-нибудь займет место Верховного чародея, как когда-то сам Альбус Дамблдор. Мечтать не вредно. Но если долго заниматься даже любимым делом, от него начинает тошнить. Так и Гермиона — больше не может смотреть на учебники. Ей нужна передышка. Дня два хотя бы. Идти в гостиную Гриффиндора не особо хотелось.        Она не горела желанием видеть счастливых Гарри и Асторию, которые начнут в который раз наперебой рассказывать о их великолепно проведенных январских каникулах в их маленьком особняке. Астория не отставала от Грейнджер и трясла ее каждый раз, чтобы та наведалась на выходных к ним с Гарри. Этой парочке сделали послабления и иногда отпускали домой. Он, как никак, главный герой войны. Гермионе даже подумать было страшно, что ее там ждет. Во-первых, горы пирожных и трехчасовое чаепитие. Потом Астория расскажет и покажет каждую вещь, или полку, что Сам Гарри Поттер поставил, выбрал, прибил и так далее, и какой он молодец. Затем, она выложит перед ней кучу журналов с эскизами свадебных платьев, и Гермионе нужно будет не только посоветовать платье будущей миссис Поттер, но и выбрать себе. Не важно, что нет жениха, главное на свадьбе — это платье, утверждала младшая Гринграсс. А Гарри всё это время будет лишь хихикать и разводить руками. Одного такого раза Гермионе было достаточно. Рон тоже пребывал постоянно в своих мечтах. Он виделся на каникулах с Кристианной. И в десятый раз рассказывал, как она обрадовалась его подарку. С совой он ей тогда отправил ключи от машины. Крутая магловская тачка — так гордо называл ее Рон. Однако, над ней поколдовал, в прямом смысле слова, мистер Уизли. Артур славился своими изобретениями и доработками техники магглов уже столько лет. А теперь, когда Рон имел кучу денег, они смогли запустить целую серию усовершенствованных автомобилей разных марок, но непременно летающих и с кнопкой невидимости. И ещё с уймой прибамбасов. Естественно, что дорогие машины с кожаными салонами и прочими наворотами, из-за которых они называются «автомобили класса люкс» не имели ничего общего с первым фордом «Англия» семьи Уизли. Успех был ошеломляющий и заказы поступали с завидным постоянством. И вот теперь Кристианна Принц была одной из счастливых обладательниц. Это не значит, что друзья забыли о третьей части единого целого. Конечно нет. Просто она сама не хотела сегодня изображать напускную веселость, чтобы не расстраивать Гарри и Рона. Гермиона давно перестала травить себя мыслями о Драко, но ей просто вдруг стало так тоскливо... иногда подробные волны отчаяния накатывали на ведьму с новой силой и она почти утопала в них. «Может, прогуляться к Хагриду? Время ещё есть» — подумала Гермиона. Она плотнее укуталась в теплую мантию, решив, что обойдется без шапки и двинулась в путь. Только бы Гарри не узнал, что она пошла одна по темноте к Хагриду. Опять закатит истерику. И, как подозревала Гермиона, Гарри переживает не за ее безопасность. Вернее, не только за это. Он боялся, что она встретит Малфоя, а их рандеву не заканчивались ничем хорошим. Никогда. Девушка не спеша шла по протоптанной дорожке, внимательно смотря под ноги. У нее так устали глаза от частого чтения и постоянной писанины, что она боялась не разглядеть в темноте камень и упасть. Но мысли часто бывают материальны. Гермиона с высоты своего роста со всего размаху шлёпнулась лицом вперёд — она запнулась о корягу. Что вообще старая ветка делает на тропинке?! Девушка едва успела выставить руки. Ругнувшись, Гермиона начала потихоньку подниматься, как ее взгляд наткнулся на пару черных начищенных носков дорогих туфель. Ведьма была настолько разочарована в своей судьбе, что даже застонала вслух, и уронила обратно голову на сложенные руки перед собой. Был бы сугроб поглубже, она бы и голову туда спрятала. — Грейнджер, вставай. Замёрзнешь — Малфой стоял не двигаясь. Ситуация была одновременно комичной и трагичной. Ну, кто придумал, что они должны были обязательно встретиться наедине, в темноте, на улице, когда так романтично падал снег огромными хлопьями, а вокруг было тихо-тихо… — Уходи. Просто иди, куда шёл — глухо сказала Гермиона. Она все ещё лежала на снегу, уткнувшись лицом в руки, у нее просто не было сил посмотреть на него. Тем более разговаривать и делать вид, что они всего лишь навсего однокурсники. Но сильные руки схватили девушку и поставили на землю. Лицом к несчастью всей ее жизни. Она принялась с усердием отряхивать снег, не поднимая головы. Сейчас-сейчас, ещё несколько секунд, и она возьмёт себя в руки. — Грейнджер — в который раз позвал ее слизеринец. — Малфой — она подняла свои глаза. У него сперло дыхание. Давно он не видел столько ненависти и гнева, что были адресованы исключительно ему. — Куда ты собралась в столь поздний час? — спросил он первое, что пришло на ум. — Почему ты перенес дату свадьбы? — не совсем равноценный вопрос задала Гермиона в ответ. Гулять так гулять. Сейчас она наконец выведет его на чистую воду. Малфой несколько секунд просто смотрел на Грейнджер. Что же делать? Что? Рассказать всю правду? Или снова играть в безразличие? — Фэй немного не здоровится — манерно ответил Малфой. — Что, серьезные проблемы? — спросила с вызовом Гермиона. Хотя Драко показалось, что ее голос стал на одно деление мягче. — Эмм, нет, уже нет. Как раз к свадьбе... — на этом слове у Малфоя застрял просто огромный ком в горле — К свадьбе она поправится. — Ну что ж, поздравляю. Будущей миссис Малфой передайте пожелания о скорейшем выздоровлении — Гермиона картинно сделала книксен и быстро прошла мимо Драко. — Грейнджер — Малфой понятия не имел, что скажет ей, зачем остановил. О чем продолжать это разговор? Но он так давно ее не видел. Боги, как его зудело внутри желание обнять ее, вдохнуть запах волос. Он так хотел ещё секундочку, ещё чуть-чуть послушать ее голос. Она остановилась, немного помедлила, а потом резко развернулась. — Зачем ты прислал мне подарок на рождество?! Зачем ты вообще появляешься в моей жизни?! Ты что, ненормальный? Тебе нравится отравлять мое существование? — Гермиона кричала. Сколько это все может продолжаться? Почему он не уедет со своей Данбар в другую страну, или хотя бы просто не свалит из школы, как это сделала сама Фэй. — Потому что я люблю тебя, Грейнджер — грустно ответил Малфой. Гермиона вмиг поняла, что значит выражение «земля уходит из-под ног». Слова гадкого слизеринца звенели в голове, в сердце. Внутри как-будто взорвался стеклянный шар, что держал душу взаперти, и теперь она пела, вырвавшись на волю. — Любишь меня? — шепотом спросила она. — Люблю, люблю, люблю. Тысячу раз — крепко обнял ее Малфой, уткнувшись в любимое воронье гнездо. У Грейнджер по щекам текли слезы. Как же она скучала. Невыносимо. Ее обнимали любимые руки, такие теплые, с красивыми длинными пальцами, которые она готова была целовать до исступления, только бы он остался с ней. Как она скучала по этим глазам цвета грязного льда, по этим шелковым платиновым волосам. — Малфой, я ведь всё знаю. Знаю про Данбар. Что же тебя теперь с ней держит? — тихо спросила Грейнджер. — Потому что я обещал, Гермиона. Обещал, что не брошу, когда узнал, что она якобы беременна. Обещал, что буду рядом, пока мы не победим болезнь. Я виноват перед ней хоть и не во всем, но во многом — Малфой быстро заморгал. Он едва не пустил слезу от безысходности, ведь через пару недель он навсегда уйдет из жизни Грейнджер. Тот факт, что заучка все знает о болезни Фэй, его сейчас мало беспокоил. — Нет, Малфой — Гермиона отошла от него на расстоянии вытянутой руки — Потому что ты трус! — слово зазвенело в воздухе — Ты боишься осуждения общественности, боишься, что о тебе подумают в твоём хваленом аристократическом кругу друзей! Ты не Гарри Поттер, чтобы в урон своему счастью идти на поводу у сложившихся обстоятельств. Прекрати играть в благородство. Ты всегда и во всем искал выгоду, вот и теперь, тебе просто выгодно на ней жениться? Да? Признайся? Иначе я не могу понять, что ты творишь с нашими судьбами! Назови мне лучшую причину, по которой мы не можем быть вместе? Ну?! Молчишь? Тогда не смей больше бросаться таким громким словом, как любовь! Ты ничего не знаешь о том, что значит любить! Будь проклят тот день, когда я разглядела в тебе человека! Захлебываясь слезами Гермиона побежала под гору. Она падала и снова вставала. Холодный снег неприятно жег руки, но она не обращала на это внимания. Она старалась угомонить свою истерику, размазывая грязными руками солёную воду по щекам. Почему она когда-то смогла наплевать на свои убеждения, взгляды на жизнь? Ведь они заклятые враги. Она знала, что Гарри и Рон его не примут, ни при каких условиях, но она бы все равно от него не отказалась. А Малфой что? Вдруг решил идти на поводу у принципов, которым отродясь не следовал. Малфой не оборачиваясь спешил в замок. В горле клокотала ярость от ее слов: «Ты не Гарри Поттер», а сердце сжалось и тихонько плакало. Все кончено, вот сейчас точно. Что он теперь может поделать? Болезнь Данбар не прошла бесследно, как и предполагалось. И что же, он будет прикрываться этим перед Грейнджер, чтобы она пожалела его? Никогда. Никто не смеет жалеть Малфоя. Пусть думает, как ей удобно. Гермиона нервно вздохнула, пытаясь взять себя в руки. Она не могла предстать перед Хагридом в таком виде. Она несколько раз моргнула, прежде чем поняла — ей не кажется, на крыльце стоят две высокие фигуры. Одного она узнала сразу — Злотев, а вот второй… «Мерлин, как здорово!» — подумала взволнованно Гермиона, когда узнала второго мужчину.

***

— Здравствуйте, мисс Грейнджер — Злотев внимательно смотрел на девушку. — Добрый день, профессор – быстро поздоровалась гриффиндорка – Виктор! — Гермиона не стесняясь обняла своего давнего друга. — Гермихана, как я рад тебя видеть! — ответил Крам, как всегда очень мило коверкая имя ведьмы. «Рад видеть», в его случае, было слишком мягко сказано. — Как ты, зачем здесь? — улыбалась девушка, не смотря на то, что творилось в сердце. — Пройдёмте к профессору Хагриду, там обо всем поговорим — ответил вместо Виктора Злотев, изучающе глядя на Гермиону. «Почему у него всегда такой вид, что он знает обо всем?!» — нервно подумала Грейнджер. В избушке великана было жарко натоплено, Клык развалился от морока и бессовестно храпел у камина. — Проходите, гости дорогие — суетился Рубеус, но по выражению его лица Гермиона поняла — друг чем-то расстроен. — Рубеус, вы подумали о том, о чем мы разговаривали вчера? — Злотев смотрел на Хагрида, а тот нервно теребил бороду. — А то, конечно. Весь лес облазил, ничего не нашел — театрально развел руки лесничий. Врун из него, конечно, никакой. — Простите, что вмешиваюсь, — подала голос Гермиона — О чем речь? — она перевела взгляд от Константина к Хагриду. Последний лишь незаметно покачал головой, мол, молчи, ты ничего не знаешь. — Я недавно обнаружил следы очень редкого существа в окрестностях Хогвартса — обтекаемо пояснял мужчина — Как вы знаете, помимо преподавания, я продолжаю обследовать замок и территорию на наличие угроз. Так вот, недавно я нашел экскременты животного, что занесено в перечень «исключительных» Ньюта Саламандера. Японская Нуэ — Константин на этих словах многозначительно уставился на Гермиону. «Да что ж такое-то, вот опять» — подумала Гермиона, но продолжала молчать. Нужно было выслушать Хагрида, а дальше действовать исходя из его легенды. — Нуэ?! Да побойтесь Морганы! — притворно возмутился великан — Откуда в наших краях такая редкость? Невозможно! — А что, она может напасть на учеников? — включила дуру Гермиона. — Если ей не угрожает опасность, никогда. Но здесь другая проблема — рассказывал Константин. На этих словах почему-то вздохнул Виктор — За ней охотятся браконьеры. На черном рынке яд из змеи-хвоста Нуэ стоит нереальных денег. Всего несколько капель, например, в успокоительном зелье, и ещё во многих других, делают магические жидкости совершенными. — Например? — старалась не нервничать Гермиона. Если их секрет с Хагридом раскроется, им не сдобровать. И Чешуйку, скорее всего, заберут. Нужно тянуть время, что-то придумывать. — Например, яд Нуэ действует на амортенцию, как мощнейший катализатор. Чайной ложечки с каплей вещества хватит, чтобы приворожить человека на несколько лет. Представляете? Не менее фантастически яд действует на Оборотное зелье — на этих словах Злотев хмыкнул. Он четко видел, как умнейшую ведьму своего времени озаряет догадка. — Можно менять не только внешний вид, но и сущность — договорила за преподавателя по ЗоТИ Гермиона. Вопросов оставалось тысячи, но об этом она догадалась совершенно верно. То Оборотное зелье, что принимал их похититель, (а как выяснилось потом, не он, а она), содержало яд Нуэ. Вот те на. — Итак, профессор Хагрид, мисс Грейнджер, вы точно ничего не знаете об этих животных? — ещё раз спросил Злотев. — Можно последний вопрос? Виктор, как ты связан с этими загадочными животными и браконьерами? Ты ведь именно поэтому здесь? — спросила Гермиона давнего друга. Парень всё это время сидел молча, но внимательно слушал, что говорили остальные. Виктор бросил неуверенный взгляд на Константина, тот едва заметно кивнул в знак согласия. — В общем, на торговле опасным и редким ядом Нуэ попался мой старший брат, Стани́слав – было заметно, что Виктору стыдно говорить о таком – Он не сам добывал его, а был, так скажем, перекупом. Что скрывать, он давно промышляет такими делами, просто именно это вещество под особым контролем, это все знают. Сейчас идёт следствие. Наши сигурнсты, мракоборцы по-вашему, почти год раскручивали цепочку всех замешанных в этом деле. И вот, след обрывается где-то здесь. Если будет доказано, что в Запретном Лесу живут Нуэ, брат понесет полное наказание. Если же мы не найдем здесь ничего, то его оштрафуют и на несколько лет посадят под надзор министерства Магии — Виктор тяжело вздохнул. У них с братом были всегда сложные отношения. Особенно после того, как Виктор стал звездой квиддича. И все же, родная кровь, младший брат очень переживал за будущее Стани́слава. — Что его ждёт в случае, если нахождение Нуэ в Запретном Лесу будет доказано? — осторожно переспросила Гермиона. — Несколько лет тюрьмы. Года три, может пять. Но тю́рьмы магической Болгарии это ад наяву. Дольше пары лет там не живут. Гермиона, ты что-то знаешь? — Виктор положил свои руки на пальцы ведьмы, которые всё ещё были ледяные. Гермиона чуть было не выдернула свою руку из-под огромной теплой лапы Виктора, но вдруг поняла, что не испытывает неловкости, или отвращения. Ей даже приятно. Гермиона встрепенулась от своих мимолётных мыслей, пауза затянулась. — По всей видимости, мисс Грейнджер смущает мое присутствие — монотонно начал Злотев — Послушайте, моя семья и семья Виктора дружат вот уже несколько десятилетий. Я буду действовать исключительно во благо своих близких, не смотря на то, что обязан провести тщательную проверку, по поручению сразу двух министерств — Болгарии и Британии. Хотя ваш Бруствер вряд ли поверит мне на слово. Мне просто нужно знать правду, а уж потом мы найдем правильное для всех решение. Так что? — Константин выжидающе смотрел на Гермиону. Она в сомнении посмотрела на Хагрида, затем на Виктора. Гермиона встала и достала из кармана тыквенные палочки в сахаре. Вдруг, на глазах у всех они зашевелились и стали исчезать. А спустя минуту все лицезрели премиленькое существо, что было размером с трехголового Пушка, но не желало слазить с хозяйки.  — Знакомьтесь, это Чешуйка — с улыбкой и тревогой сказала Гермиона.