Лучшая причина не быть вместе

Нарцисса медленно шла домой, от ворот Малфой-мэнора. Сегодня был какой-то слишком суматошный день, и она хотела прогуляться. Через пару дней ей нужно будет снова отправиться на «задание». Женщина часто размышляла, что она чувствует, когда везёт на верную смерть своих пленников. Жалость? Нет. Нарцисса и так была не больно сентиментальной, только с самыми близкими. А сочувствовать сумасшедшим убийцам? Нет. Справедливость? Тоже отсутствовала среди эмоций. Справедливость вообще понятие относительное. Страх? Вот это пожалуй. А если бы она оказалась на их месте? Да не приведи Мерлин. А ведь, благодаря любимому мужу вполне могла. Она боялась и облегченно вздыхала, когда доставляла «посылки» до адресата. Что и говорить, нервная система человека в этом деле должна быть железной. А выдержка у миссис Малфой была алмазной. Не то, что у Кингсли. Тоже, министр. Который день рвет на себе волосы, что их ненаглядная Грейнджер переезжает работать в министерство Болгарии. И что она забыла в этой богом забытой стране? Да ещё дело Фоггей все прирастает и прирастает, как на дрожжах. Последний месяц она потрепала Брустверу нервы. Недавно вскрывшиеся обстоятельства смерти знаменитого волшебника, свели здоровье Министра Магии на нет. Неделю он лежал в Мунго, и то, его насильно жена туда упекла. Нарцисса в который раз убедилась — иметь слишком много друзей очень вредно, переживать за каждого - сердце лопнет. Хотя, Аберфорта Дамблдора жалко. Он был куда лучше своего брата. Информация о смерти старого волшебника была строго конфиденциальной, поэтому добрая половина магической Англии не пребывает в трауре. Пока. За этими размышлениями хозяйка зашла в замок. — Хуки рад видеть миссис Малфой. Ваш сын, Лорд Драко Малфой тоже дома — поклонился эльф и принял мантию у женщины. — Драко дома? Странно — проговорила волшебница и прошла в кабинет сына. Скорее всего он там. Парень сидел на подоконнике и пил, к счастью Нарциссы, чай. После несостоявшейся свадьбы Драко заметно повеселел и больше не походил на озлобленное привидение. Только женщину терзали смутные сомнения, что сын ввязался в какое-то опасное дело. Недаром она недавно выполняла его странную просьбу. — Сынок, здравствуй! Я рада тебя видеть — Нарцисса поцеловала сына — Но почему ты дома, что случилось? — Ничего, мам, все нормально. Просто уже весна и старшекурсникам делают послабления, часто отпускают домой — улыбнулся парень. Ага, как же, отпускают. Да он такую дребедень наплел Макгонагалл, чтобы она дала разрешение. — Мам, ты ведь сделала то, о чем я просил? — Драко явно нервничал, пока ждал ответа на вопрос. — Да, конечно. Ты знаешь, по этому Стани́славу Краму давно тюрьма плачет, не знаю, почему он ещё не сидит. Видимо, связи и деньги решают все и везде. Впрочем, как и у нас. Только я не понимаю, почему тебе так хочется его упечь за решетку? И раз его не посадили тогда, почему думаешь старые дела повлияют на наказание сейчас? — Мне плевать, что с ним будет. Главное создать сейчас серьезную шумиху. Его близкое окружение должно знать, что есть желающие посадить Крама. И чтобы их сигурнсты не спускали с него глаз. Мне просто нужно время — постарался как можно более обтекаемо ответить Драко. На днях Нарцисса Малфой подняла все дела, что касались Станислава Крама, любое упоминание. Контрабандист он был со стажем, матерый. Самые громкие дела были связаны с яйцами драконов, продажа которых была строго запрещена. Драконы должны были размножаться либо в природных условиях, что происходило крайне редко, и в непроходимых далёких лесах, куда не было доступа людям. Либо на специальных фермах, где вёлся строгий учёт и контроль. Ну, видимо, не такой строгий. Но дело Крама, который, кстати промышлял на Черном рынке в магическом Лондоне, было закрыто. Причем, так нелепо состряпали оправдательное заключение, что даже не специалисту это было ясно. Что ж, всем было известно, какой «дипломат» и «правдолюбец» был Корнелиус Фадж, тем более, если с бывшим министром поговорил Каркаров. Корнелиус никогда не отличался храбростью. В Болгарии так же глядели сквозь пальцы на пакости Станислава, благодаря тому же директору Дурмстранга и знаменитому младшему брату. Но теперь, по милости нового сотрудника министерства с крайне таинственной должностью, старые делишки контрабандиста были подняты с глубин архива невыразимцев, и теперь он вряд ли отделается только штрафом. Миссис Малфой также отправила копии дел болгарским сигурнстам, как бы намекая — старые обиды никто не забыл, а Кингсли товарищ принципиальный, так что теперь держитесь. Дело международное и в случае, если снова попытаются замять, будет скандал. Именно поэтому Виктор Крам не смог явиться за Гермионой — дела в семье северян стали совсем плохи. Что ж, рискованная кампания Драко Малфоя сработала. Крам сидит теперь возле своего братца в надежде, что ещё большее дерьмо не вылезет наружу. А слизеринцу нужно было всего лишь время. Только бы вот теперь найти Грейнджер, а дальше дело техники. Ну, это мелочи, не иголка в сене. — Драко, мне это все не нравится — попыталась разговорить сына Нарцисса. — Мам, все будет хорошо, поверь. Да и потом, ведь это не я заставлял его торговать запрещенными ядами и яйцами, правда? Мы с тобой, можно сказать, вершим справедливость — Малфой озорно сверкнул глазами. — Малфои и справедливость? Хорошая шутка, милый — рассмеялась Нарцисса — Кстати, наш министр слег недавно в Мунго, знаешь? — Нет, что с ним? — заинтересовано ответил парень. — Дело Марии Фоггей приняло крутые обороты. Эта тварь... — миссис Малфой редко ругалась, но старуху-Пожирательницу она ненавидела всей душой, она ведь угрожала ее сыну — Оказывается, перед тем, как вы ее поймали, жила у всех под носом. Угадаешь где? — Очень сложный вопрос. В Хогвартсе? — предположил Малфой очевидное. — Почти. В Хогсмиде, Аберфорт был ее заложником на протяжении того времени, что вы были заключены в магловском доме. Ну, почти всего. Сразу после того, как он забрал наследство из Гринготтс — Нарцисса покачала головой, все же это крайне неприятная ситуация. — Откуда это известно? — Драко неверяще уставился на мать. Ему стало искренне жаль Дамблдора. — Она сама все рассказала. По словам Кингсли, она чокнутая полностью. Фоггей повествует о своих жутких преступлениях, как мемуары пишет. В Гринготтс попасть под чужой личиной невозможно, поэтому ясно, что Аберфорт попал в плен уже после. — Очень даже возможно — Драко грустно улыбнулся, он вспомнил рассказ Грейнджер, где она была Лестрейндж. — В любом случае, теперь, что бы забрать свои деньги или документы, требуется кровь хозяина. А это знаешь, ничем не подделаешь. Это, к слову, гоблины ввели после того, как Поттер и его друзья залезли в ячейку Беллы. Кстати! — воскликнула Нарцисса, не давая передохнуть сыну от услышанного, продолжала — Я ведь видела сегодня эту самую подругу Гарри Поттера. Ты знаешь, я ей даже помогла, перенесла ее на Гриммо. Она вроде кого-то ждала, но быстро согласилась на мою помощь. — Она сейчас на Гриммо?! — не в свойственной ему манере воскликнул Драко. — Ну да, я могу найти эту квартиру легко, правда, защиту скорее всего не взломаю, хотя не пыталась. Но Кикимер меня до сих пор слушает. Он и помог — Драко нервно постукивал пальцами по столу, а Нарцисса продолжала — Бруствер так сокрушался, что она переезжает. И что в этой девчонке такого? Мне кажется слишком много суеты вокруг нее — помолчала Нарцисса, а потом медленно подняла взгляд на Малфоя. Женщина, наконец, сложила все составляющие уравнения. Она, быть может, и раньше сообразила бы, только вот никак не могла допустить, что ее сын спутался с грязнокровкой. Ее озарила догадка. Девчонка собиралась переезжать с Крамом! Точно, Кингсли ругался на него последними словами, что, дескать, это он взбаламутил героиню войны. Ведь именно министр подписывает документы об отбытии особо важных персон. И тут эта заварушка вокруг старшего брата Виктора, по просьбе ее сына. Нарцисса и Драко с минуту сверлили друг друга взглядом. Малфой не собирался оправдываться, и вообще рассказывать подробности раньше времени. Первой не выдержала миссис Малфой. Сдержанная холодная женщина выглядела нелепо, пытаясь устроить скандал. — Никогда бы не подумала, что у моего сына будут проблемы со вкусом при выборе девушки. Или она, что, тоже беременна? А ты не пробовал себя держать в штанах, хотя бы до окончания обучения? — Нарцисса метала молнии взглядом. — Успокойся, ты не станешь бабушкой – ехидничал парень – Но Грейнджер и я, действительно, вместе. Были вместе. Пока не приключилась Данбар. Теперь я должен ее вернуть. Поэтому Крам должен сидеть в Болгарии, как можно дольше — коротко и по делу ответил Драко, ему некогда обсуждать свою личную жизнь с матерью. Нужно идти к Грейнджер. — Сынок, ты в своем уме? Грязнокровка? — миссис Малфой ничего не понимала. Но задала вопрос, заранее зная ответ. — Ох, да прекрати, мама. Это никогда не волновало меня, да и тебя тоже, по большому счету. Или тебе напомнить историю, как одна белокурая принцесса из знатного рода полюбила неприметного мальчишку-полукровку? — парень не хотел давить на больную рану матери, но вопрос лучше решить сейчас, чтобы больше не дискуссировать на тему Грейнджер. Нарцисса фыркнула, но промолчала. Он был прав. С ее стороны крайне лицемерно было упоминать состав крови Грейнджер. И все же. — Она подруга Гарри Поттера! Главная ненавистница таких, как мы! Ты вообще уверен, что ваши чувства взаимны? — миссис Малфой не унималась. — Когда это все только началось, она наплевала на свои предрассудки и не отказалась от меня ради друзей. И теперь я ни за что не упущу ее. Ты не знаешь, в подвалах мэнора прибрано в камерах? — пошутил Малфой, за что получил от матери полный злости взгляд. — Даже шутить на эту тему не вздумай. И что ты намерен делать дальше? — «Только бы не натворил ничего подсудного» — качала головой миссис Малфой. — Отправлюсь к Грейнджер, а там видно будет — парень улыбнулся. Они ещё немного поговорили об убийстве Дамблдора, и Драко действительно переместился на Гриммо. И все же зря Поттер оставил себе Кикимера. Дряхлый домовик так и не принял его настоящим хозяином. Малфой решил использовать трагичное известие себе на пользу. Что ж, старика Аберфорта, и правда, жаль, но ему уже ничем не поможешь. А вот у слизеринца появился настоящий повод явиться к Грейнджер. Он бы, конечно, мог просто воспользоваться ее положением и донимать девушку своим присутствием. Но он все же гордый аристократ, чтобы совсем так уж унижаться в глазах гриффиндорки. И после печальной новости Гермиона будет слишком расстроена, чтобы прогонять Малфоя.

***

Гермиона сидела у камина и пила кофе. Пару часов назад, после того как она попала в квартиру Гарри, она написала друзьям письмо. Сначала было хотела отправить патронуса, но потом подумала — мало ли где они находятся? А рассказывать чужим ушам новости не предусмотрительно. «Гарри, у Виктора проблемы с братом. Поэтому он не забрал меня сегодня. Со мной все хорошо, я в твоей квартире. И, да, Гарри, тебе нужно пересмотреть систему защиты твоих апартаментов, так как я у тебя, благодаря Нарциссе Малфой и ее Кикимеру. Не удивляйся, она встретила меня в Атриуме. В общем, как сможешь, придёшь. Но не нужно рассказывать никому, что произошло. Особо не волнуйтесь, я прекрасно себя чувствую. До встречи. Крепко обнимаю, Гермиона. П.С. У тебя отвратительный чай, Поттер.» Тепло от огня приятно согревало и сгоняло усталость дня. Ей стало очень уютно, несмотря на то, что Гермиона сидела под присмотром Кикимера, и впереди ее ждала неизвестность. Конечно, Виктор вернётся, как только, так сразу. В этом человеке можно не сомневаться. Но эта небольшая заминка в ее решительном отъезде поселила маленькое зерно сомнения. Если бы сегодня все получилось, Грейнджер не стала бы даже задаваться вопросом — правильно ли она поступает? Ведьма ведь несколько раз все обдумывала. А вот теперь лезли нехорошие мысли из серии — а вдруг это знак судьбы, и ей не нужно уезжать? Ей ведь так тяжело без друзей. Что она там будет делать одна? Заведет новые знакомства? Смешно. Кто сравнится с Гарри Поттером и Рональдом и Джинни Уизли. Никто и никогда их не затмит. А ещё слова этого чертового хорька никак не выходили из головы: «…Я пробовал жить с нелюбимой, Грейнджер, это невыносимо. Не повторяй моих ошибок». Надо же, какой умный! Как только Гермиона вспомнила причину своего отъезда, стало ещё грустнее. Он ведь, скорее всего знал, когда именно она уезжает. И даже не пришел… Она с горечью вспоминала слова, что зло бросила ему в лицо. Не любит она его, как же. От грустных мыслей Гермиону отвлекло ощущение, что стало слишком тихо. — Кикимер? — тишина — Кикимер? Домовик не ответил. Этот чертов эльф хоть в открытую и не говорил пакости Гермионе, иначе Поттер бы убил его, но давал понять всем видом, что грязнокровкам он не слуга. Спустя пару минут в кухне послышался хлопок аппарации. Гермиона боялась повернуть голову, слишком хорошее у нее было обоняние. В комнате стало холодно. — Грейнджер — настанет апокалипсис и мир возродится заново, но никто не сможет научиться говорить ее фамилию таким противным тоном. — Малфой — ровно ответила она, продолжая пить кофе и смотреть на огонь. — Что случилось, почему ты здесь? — заботливо-встревоженным тоном спросил Драко. Прямо-таки сцена по нему плачет. — Пью кофе. Отправление в Болгарию ненадолго отложилось — Гермиона себе не признавалась, но ей стало приятно, что он примчался, как только узнал от матери, что она здесь. — Где же твой жених, Гермихана? — передразнил Драко Крама, и Гермиона еле сдержалась, что бы не улыбнуться. — Возникли срочные дела. Но он в ближайшие дни вернётся, и мы уедем — Малфою показалось, или она незаметно сникла на этих словах? — Ты знаешь, у меня есть очень печальные новости для тебя. Мне так жаль, Гермиона, но я думаю, ты должна знать — грустно произнес Малфой. Ведьма резко подскочила. Он назвал ее по имени?! «Что-то с Гарри? Рон? Джинни? Да, скорее всего с Джинни, он узнал новости от Нотта!» — мелькали сумбурные и ужасные мысли в голове Гермионы. — Что-то с Джинни? Говори, что случилось? — Гермиона впервые, после прихода Малфоя, посмотрела на него. Сердце предательски сжалось. Она так скучает по нему. — Не знаю. Все прекрасно по-моему у нее, судя по словам и довольной роже Нотта. Я о другом человеке. Аберфорт мертв — Малфой не умел преподносить трагичные новости, поэтому вывалил, как есть. Грейнджер несколько раз и начала стирать нервно слезы, что катились по щекам. Новость на несколько мгновений оглушила ее. Аберфорт был прекрасным человеком, добрым и поистине могущественным. Что могло произойти? Малфой в нерешительности сделал пару шагов к дивану, у которого стояла Гермиона, но видя, что она не ретировалась в другой конец гостиной, обнял ее и прижал к себе. Гермиона разрыдалась в голос. Это отвратительная несправедливость, когда такие значимые, превосходные маги уходят раньше срока. — Кикимер! — крикнул Драко. Секунда, и старый домовик стоял перед ним и кланялся — Успокоительное зелье, живо. — Как прикажете, милорд. Немного придя в себя после двойной дозы успокоительного Гермиона приготовилась слушать, что случилось с Дамблдором. Не обращая внимания, что ее голова лежит на плече Драко. — Его убила Мария Фоггей, чтобы скрываться у всех под носом — Грейнджер снова зашмыгала носом. Голова раскалывалась, а глазам было больно смотреть. Но Гермиона хотела знать всю правду. — Если тебе от этого станет немного легче, он умер во сне. — Я в порядке, рассказывай подробнее — ответила девушка. — После того, как Аберфорт вступил в права наследства, она опоила его зельем сна. Только оно у нее было усовершенствованным, таким же, как и оборотное. То есть человек мог проспать и год. Убить сразу она его не могла, сама понимаешь… — Понимаю — перебила его Гермиона — Чтобы скрываться под личиной другого человека, нужно, чтобы он был жив — тихо произнесла Гермиона. — Да. А Аберфорт был очень удобным «прикрытием». Ни родственников, ни близких друзей. Министерские и те, лишний раз боялись к нему заходить, чтобы не нарваться на грубость. А соседи не забили тревогу, потому что псевдоДамблдор выходил иногда на улицу, создавал видимость в пабе. Вопросов, в общем, ни у кого не возникло. Тем более, забегаловку он свою на продажу выставил, и клиенты не заходили. О его смерти узнали благодаря гоблинам — продолжал пересказывать информацию парень, что узнал от матери. — Да, я слышала про это. У них есть специальное заклятие-оповещение, который сообщает о смерти их клиента, чтобы никто не вздумал прикарманить чужие деньги. Пока не явятся наследники. — и все то знала Гермиона Грейнджер — Но как такое возможно?! Аберфорт был невероятно сильным волшебником — проговорила Гермиона, она до конца не верила в несчастье. — Не знаю, надо ждать окончание расследования. Может, что и прояснится, или эта полоумная сама расскажет. Не хочешь немного поспать? У тебя болезненный вид — предложил Малфой. — Я сейчас все равно не усну, слишком страшно. Лучше чаю — Гермиона обняла себя руками. Малфой едва сдержался, чтобы не схватить ее в охапку и не прижать с силой к себе. Но торопиться нельзя. Он и так сегодня очень неплохо продвинулся. Сама Грейнджер лежала на его плече. — Как скажешь. Кикимер! — позвал Малфой. — Кикимер слушает, милорд. — Сделай нам чаю. С мелиссой и мятой — приказал Драко. — Слушаюсь — ответил эльф и исчез. Гермиона зло покосилась на эльфа. Это ведь он притащил сюда Драко, ну да черт с ним. Гарри потом обязательно проведет с противным домовиком беседу. Когда Кикимер принес чай, Гермиона разозлилась ещё больше. Травяной напиток был превосходный. Может, он просто умел заваривать чай? Или специально подсунул Гермионе некачественный мусор в пакетиках, вместо чая, когда она сказала, что заварит себе сама. Скорее всего, так и было. — Так что, получается, он спал и умер, просто потому что его жизненные силы никто не поддерживал? Не кормили, не поили? — озвучила догадку ведьма. Это было так страшно… Он просто спал и умирал у всех под носом. Ужасно. — Видимо так. Но расследование ещё ведётся, позже будет ясна главная причина — с умным видом ответил Малфой. А Гермиона в который раз задумалась. Вот если бы она работала в Отделе правопорядка, то такое бы устроила этой Фоггей. А уж если бы она сидела в самом Визенгамоте, то Мария получила бы высшую меру наказания. Но вдруг девушка поняла, что ее мечтам о правосудии сбыться не суждено, она ведь не будет работать, где планировала… Грейнджер не заметила, как сон ее сморил. Малфой бережно накрыл девушку пледом, и не сдержавшись, поцеловал. Она сонно улыбнулась и засопела. Драко накатал короткое сообщение Поттеру и уселся в кресле рядом с диваном. Как только Гарри Поттер получил сообщение, что в квартире с Гермионой ещё и слизеринец, он отправился на Гриммо. Рон знал, что там сейчас их подруга, но как относиться к белобрысому понятия не имел. Они, вроде как, теперь заодно? Да такое даже вслух не произнесешь. Рыжий решил действовать по ситуации. Если он чем-то обидел Гермиону, он его просто сразу убьет. Оставался вопрос, зачем он их предупредил, ведь знал, что они сразу примчатся? Гарри вышел из камина первым. За ним Рон. Видя Гермиону спящую на диване, а может и не спящую? Рыжий на всякий случай схватил кочергу, ему хотелось избить хорька. Именно избить, а не воспользоваться палочкой. — Господи, Уизли, успокойся. Она спит — Малфой сидел в кресле, и читал какой-то старый журнал, рядом стояли чашки с чаем и печенье. Поттер покосился на эту идиллию у камина и непременно захотел придушить Кикимера. Обязательно, попозже. Гарри пошел наверх, махнув рукой другу и Малфою, чтобы следовали за ним. Когда они оказались в кабинете, Гарри сразу перешёл к делу. — Какого хера ты тут забыл, Малфой — Поттер сложил руки на груди, Рон продолжал крутить кочергу в руках. — Мы оба знаем, Поттер, что я здесь делаю. Я тебе ведь сказал, я использую любой шанс. Моя мать оказалась очень во время в нужном месте и в нужное время. Почему Грейнджер не уехала? — строил дурака из себя Малфой. — У Крама какие-то проблемы с братом — ответил подозрительно Гарри. Он был уверен, что Малфой устроит какую-нибудь подлянку Краму, он даже был готов, что слизеринец попытается украсть ее. Однако, Малфой вел себя, как будто смирился, и лишь случайное стечение обстоятельств привело его сюда. — Есть ещё одна причина, по которой я здесь. Предупреждаю сразу, это секретная информация, до выяснения всех обстоятельств держите рот на замке. Вообще никому нельзя об этом говорить, даже близким — на этих словах он презрительно посмотрел на Рона, в ответ рыжий закатил глаза и показал средний палец Малфою. — Да что это означает? Тебя Грейнджер научила? — отвлекся Малфой. — Серьезно, ты не знаешь обозначение этого жеста? — весело спросил Поттер. Почему несколько лет назад они не смогли подружиться? Ведь они не уступают друг другу в уме, остроумии, амбициях, стремлениях и других талантах. Если бы не тот злосчастный детский выкидон маленького Драко, может у них бы сложились совсем другие отношения. — Это значит, пошел ты нахрен, Малфой, вернее, даже ещё дальше — с радостью просветил белобрысого Рон. — Пиздец, как смешно, Уизел — скорчил гримасу Драко. — Короче, рассказывай — прервал их Поттер, иначе дело закончилось бы, чем и обычно. — Я напоминаю, никому. И сразу скажу, мне действительно очень жаль. Искренне… Аберфорт убит. Это дело рук той, что похитила нас с Грейнджер. В кабинете повисла тишина. Поттер стоял бледно-зеленый, как русалки в Черном озере. Рон покрылся красными пятнами. Малфой подождал ещё несколько минут, давая парням прийти в себя, и рассказал подробности, что пару часов назад донес Грейнджер. — Что теперь с ней будет? — подавляя ярость спросил Поттер. Он так жалел, что первым не поймал ее. А хотя, что бы это изменило? Убить бы он не смог, наверное. А ведь чесались руки. Но они успокоились, что Гермиона рядом, цела и невредима. А потом и Малфой со Злотевым сыграли в отважных героев. Она, конечно ответит за все, но так хотелось отомстить. Впервые Гарри почувствовал острое желание беспощадной мести. — Высшая мера наказания, поцелуй дементора — ответил Драко. — Я бы предпочел, чтобы она в здравом уме доживала свои последние дни, ощущая все прелести нового Азкабана — зло рыкнул Рон. Он свои эмоции не видел смысла прятать, особенно когда происходили ошеломляющие события. — Впервые в жизни, Уизел, я с тобой соглашусь — горько ответил Малфой. — Я поговорю с Кингсли. Фоггей не может так легко отделаться — для этого чудовища поцелуй дементора и правда, слишком лёгкое наказание. — Ну, раз вы здесь, я пожалуй, отправлюсь домой. И, Поттер, может откроешь камин для меня? — спросил Малфой. Ему необходимо быть рядом с Гермионой. — Перебьешься — ответил Гарри, погруженный в свои мысли.