Я знаю о тебе - все.

Сначала это были мелочи. Чонгук стал приходить в дом Тэхена чаще — не неожиданно, а по договорённости. Он снимал обувь аккуратно, здоровался первым, всегда спрашивал, можно ли помочь. Иногда помогал папе Тэхена накрывать на стол, иногда молча слушал разговоры взрослых, не перебивая, но и не отстраняясь. Папа замечал всё. Как Чонгук невольно тянулся к Тэхену, когда тот волновался. Как снижал голос рядом с ним. Как никогда не перебивал и всегда ждал ответа, даже если мог бы решить всё сам. Однажды утром папа сказал, будто между прочим: — Ты сегодня завтракал? Если нет — садись с нами. И это было больше, чем приглашение. Отец наблюдал дольше. Он не задавал лишних вопросов, но смотрел внимательно. И однажды, когда Тэхен вышел из комнаты, он обратился к Чонгуку напрямую: — Ты понимаешь, что омега рядом с тобой — это ответственность? Чонгук не отвёл взгляд. — Да. И я её принимаю. Это был момент, когда что-то изменилось. Со временем родители начали замечать, что рядом друг с другом Тэхен стал спокойнее. Он чаще улыбался, меньше закрывался в себе, не прятал телефон, не вздрагивал от резких звуков. Его запах стал ровнее — признак внутреннего равновесия. — Он расцвёл, — однажды тихо сказал папа отцу. Тот кивнул. Однажды вечером они сидели за ужином вчетвером. Разговор шёл о школе, планах, будущем. Чонгук рассказывал о своих мыслях спокойно, без бахвальства, а Тэхен иногда поправлял его, улыбаясь. — Вы хорошо дополняете друг друга, — сказал папа, улыбнувшись. Тэхен замер. Чонгук слегка удивлённо моргнул. Отец отложил палочки и добавил: — Это видно. Не только по словам. По тишине между вами тоже. После этого стало легче. Родители больше не задавали неловких вопросов, не переглядывались тревожно. Иногда папа мог спросить: — Чонгук, ты сегодня останешься на ужин? А иногда, глядя на Тэхена, просто добавлял: — Скажи своему альфе, чтобы не забывал есть. И это слово — твой — звучало как принятие. Тэхен понял это особенно ясно в тот момент, когда папа, убирая посуду, тихо сказал: — Я вижу, что он старается ради тебя. Береги и себя, и его. Чонгук услышал эти слова и позже, уже на улице, тихо признался: — Я никогда не думал, что семья может принять меня вот так. Тэхен сжал его руку. — Потому что ты пришёл не забирать. Ты пришёл быть рядом. И именно это родители увидели первыми.